30.Ход королевы

И вот сидим мы всей компанией на крыше сухогруза, пьем лимонад с пиццей, и любуемся закатом. Я, Эми, Лиза и Дина. Сплетница не выдержала первой. — А хорошо получилось, а. Теперь Выверта не будут искать, и можно вытрясти из него всё необходимое. Панацея, в банке я признаться не поверила, что ты и правда можешь быть Амелией. Ты ведь боишься этого имени. И не одобряешь наши действия. И это правильно. У всех своя роль. Эми согласна. — И не буду одобрять, — фыркнула Панацея. — Ты злодейка, она массовый убийца. А я герой и целитель. Но вы достаточно убедительны, чтобы я согласилась с тем, что Выверт должен заплатить. Обязательно. Дина нахмурилась. — 87, 54%, что ты заняла бы моё место без поддержки Новой Волны. Без обид, но это то, что делает Выверт. Контролирует всех. Если ты не соглашаешься с первого раза, тебе приставляют к голове пистолет, или пускают по венам технарские наркотики. И ты была бы готова сделать что угодно, лишь бы унять боль. Ты бы… Панацея замахала руками. — Достаточно! Мне это уже популярно объяснили, и я согласилась с тем, что Выверт это полностью заслужил. Тем более, что невиновные в процессе не пострадали. Я перевела тему: — Как там Ноэль? Эми вздохнула. Это было непросто, даже для нее. — Сложно. Эти мутации… Я никогда не видела подобного. Там не только сила, там что то еще. И оно прогрессирует. Силы могут изменять носителя, но тут это больше похоже на мутацию. Быструю, но довольно плавную. Больше агрессии, больше инстинктивного, животного поведения, меньше адекватных суждений. Поначалу я честно пыталась просто откатить изменения, но это не сработает. Просто через год-два мутация снова себя проявит, и она слетит с катушек. Чтоб её вылечить нужно направить мутации в разумное русло. Конкретно так усложняет задачу то, что я просто не смогу сказать «я не могу сделать тебя обычной девушкой, как раньше», и после этого остаться в живых и сознании. Поэтому я потею как могу. Кстати, Оскорбляющая, ты меня похитила. Дина хихикнула, откусывая пиццу, затем все же уточнила: — 53,78% что в эту версию поверят. Если сумеешь найти свидетелей не из своего окружения, возможен рост до 81,42%, — девочка схватилась за голову и зашипела от боли, — Подлечи меня, для тебя стараюсь. Спасибо. Я решила уточнить. — Много времени нужно, Эми? Она задумалась: — Как минимум неделя. Я не хочу работать с её мозгом, но могу поработать с телом и биохимией. Хотя подозреваю, что этого будет мало. Тогда надо будет решать. Оптимальным выглядит компромиссный вариант, оставить часть мутаций, и попробовать убедить тело, что вот так хорошо. Ноэль. Какой псих будет прятать подобное существо в центре населенного города? Мы знаем ответ. А ведь у нее с разумом все сильно не в порядке. Если бы не Панацея и Трикстер мы бы её не удержали. Особенно когда из записей Выверта стало ясно, что лечить он её не собирался. А так общими усилиями удалось её успокоить, и, похоже, подкинуть Панацее задачу, от которой она вообще никуда не хочет уходить. Сплетница по секрету сообщила, что Панацея, занятая решением проблемы с телом Ноэль, напрочь забывает обо всем и всех. И тихонько подправляет её мозг, когда увлекается. Я подняла руку, привлекая внимание: — Кстати о птичках. На вышке Александрия. Они сейчас в кабинете у Пиггот, обещает той помочь с расследованием. Все тут же заинтересовались, Эми спросила: — Ты подключилась к сети Выверта? Я позволила себе улыбку. — А почему бы и да. Его записи говорят о том, что они не смогут вычистить всё, если полностью физически не переустановят всю сеть, уничтожив старую. Пока они на это не решатся, и решатся ли. Это масса разведданных. Выверт собирать информацию мог и любил. Эми кивнула, я же обратилась к Сплетнице. — Лиза, что по его активам? — А я теперь у тебя, как там твоя сила говорит? — она ухмыльнулась, — Хранительница базы снабжения, значит? Хочу на свой кабинет серебряную табличку. Ты кстати знаешь, что ты неосознанно создаешь себе инфраструктуру? Ничего себе новости. — Буквально. Флагман, ремонтница, док, теперь вот база снабжения. Ну и корпус, конечно. Твоя сила хочет, чтобы ты была встроена в систему, где все это будет. А когда у тебя чего-то нет, ты начинаешь это искать, пока не получаешь под контроль. Не всегда осознанно. Поэтому ты до сих пор не открылась Оружейнику сама, это ставило под удар его статус и твои ресурсы. И сила заставляет тебя скрытничать. Эми посмотрела на Сплетницу оценивающе, затем перевела взгляд на Тейлор, кивнула сама себе. — Блеск. Тоесть ты не только массовый убийца, но и псих. Я закатила глаза: — Справедливости ради, Панацея… — У меня тоже проблема с головой из-за силы, — перебила меня целительница, — это была шутка. Лиза подняла руку. — У меня тоже, так что нас таких трое. Держать язык за зубами, и не говорить все то, что я о вас узнала бывает довольно сложно. Дина оглядела нас, и ухмыльнулась. — А у меня всё хорошо с головой. А теперь, когда Выверт готов, будет еще лучше. Так, ситуация меняется. Нужно сообщить об этом. — Александрия закончила смешивать Пиггот с отходами, и куда-то летит. Сюда. Блядь. Бежим! Дина даже не пошевелилась. — С вероятностью 94,01% нас отслеживают, и сбежать не получится. Плохо, но ожидаемо. Я тоже вернулась на место. — Ну, тогда не бежим. Что тут поделаешь. Сомневаюсь, что сумеем её угостить. Александрия появится минуты через три. Можешь пока рассказать, что ты там еще увидела во мне. Лиза посмотрела на меня, затем начала рассказывать: — Ты можешь гораздо больше чем знаешь. Все технологии, секреты Тумана, что бы это ни было. Просто не помнишь. Интересно, но я об этом не знаю. — Я не могу его произвести сама. И не помню почти ничего из того, о чем ты говоришь. Лиза медленно кивнула, но ответила. — Можешь, просто тебе не нужно это делать самой. В этом ограничение твоей силы, ты как человек, читающий инструкцию, но видящий только ту страницу, которая нужна прямо сейчас. Сделаешь то, что написано, увидишь что то еще, что твоя сила сочтет необходимым. Но не далее одного шага. С твоими вычислительными мощностями ты могла бы быть умником, пророком, просто на сенсорной сети и голых вычислениях прогнозируя будущее. Но тебя искусственно ограничили в этом знании. Эми спросила: — Это возможно убрать? — Ну сила говорит, что ограничение программное, — заметила Лиза, — Значит, если найдешь толкового технаря, он, теоретически, сможет это сделать. Или ты можешь выполнить условия. О, Александрия. Героиня зависла прямо над нами, в костюме, как черная тень. Выражение лица не читаемо, но позиция нам нами явно предполагает доминацию, подавление. Она над нами, а мы внизу полулежим. Ни одна не поднялась. Лиза своей улыбкой подтвердила, что тоже всё понимает. Александрия же строго спросила: — А теперь назовите мне хоть одну причину, почему я не должна вас всех схватить и бросить в Клетку? Сплетница подняла руку, как прилежная ученица: — Я знаю, я! Она убила Нилбога, а мы обезвредили Выверта, который столько всего сделал в СКП, вы бы… Александрия её перебила. — Я знаю. Еще аргументы? Ответила Эми. — Мы лечим потенциальную угрозу S-класса. Кажется сработало. Героиня спустилась ниже и удивленно спросила: — Что? Я об этом не знаю. Что за угроза? Похоже она и правда удивлена. — В подвале Выверта обитает один мутант очень нездорового вида. Очень сильная, со способностью клонировать кейпов, и управлять клонами. Весь подавляющий вид героини исчез, оставив серьезную деловитость. — Это сильная способность. Но где тут угроза? Эми объяснила то, что мы уже знаем: — Ноэль. Её сила ведет к обширным мутациям тела, и постепенной деградации разума. Я пытаюсь решить эту проблему. С одной стороны, если она в своем текущем состоянии кого-то клонирует, будет резня. С другой, если я смогу выполнить задачу, мы получим условно адекватного кейпа-клонера, способного выпустить на бой с губителем несколько Александрий. Это сложно, мне нужно найти компромисс между её силой, меняющей тело, и сохранением разума и личности. Но я справлюсь. Александрия слушала молча и не перебивая, затем кивнула. — Что тебе нужно? — Время, Александрия. Подтвердите, что меня похитила Оскорбляющий, и держит ради, придумайте что нибудь. Мне будет куда проще работать, если надо мной не будет нависать моя семья и протекторат. И я её вылечу. Обещаю. Найду решение. Снова кивок. Ура, нас больше не считают за раздражающих детей. Я в восторге. Сарказм. — Ресурсы? — продолжила героиня задавать вопросы, полностью забив на первую цель прилёта. — Не нужно, мы еще осваиваемся, но всё будет. Тут героиня заметила Дину. — Хм. А что ты? Племянница мэра. Дина Алкотт, верно? Дивочка обняла меня за руку. — Мне вполне неплохо и здесь. По крайней мере они точно смогут меня защитить, и не накачают наркотиками. Александрия задумалась: — Я дам вам электронную почту. Перешлете все данные по Ноэль туда. Это не обсуждается. Если у моих специалистов будут вопросы, ответите. И держите меня в курсе. Если не сможете её удержать, пишите туда же. Тут уже влезла Лиза. — И нам всё это нужно делать забесплатно? Не понимаю, где здесь наш небольшой гешефт? — Связи, Сплетница, — предельно спокойно пояснила героиня, — Я готова закрыть глаза на некоторые ваши действия, если вы сумеете привести в порядок Ноэль. И если она и права, может всё то, что вы тут описали. Скажи, Дина, какова вероятность успеха Панацеи в спасении Ноэль в течении недели? Девочка даже не скрывая раздражения ответила: — 65,3%, с ростом до 89% в случае месяца. Эми, подлечи. И это не вежливо, Александрия. Я не обязана это делать. Вот только Александрии плевать, чего она тоже не скрывает. — Я была обязана убедиться, что решение возможно. А ты единственный пророк в прямой видимости. И да, протекторат проведет благотворительный вечер в честь разрешения кризиса Бакуды и Выверта. И я совершенно уверена, что никого из вас там не будет. И никто из вас не станет мешать нам. Все согласны? Мы переглянулись. — Никаких проблем, Александрия. Нас там не будет. Нам будет чем заняться ближайшее время. Героиня удовлетворенно кивнула. — Я рада, что мне попались очень трудолюбивые и понимающие молодые девушки. Я буду следить за вашими успехами. И она улетела. Мы сидели еще несколько минут, пока Панацея не выдохнула. — Бля. Это было близко. Я серьезно думала, что она тебя ударит, и потащит нас в протекторат. Сплетница лишь рассмеялась: — Она хотела, чтоб ты так думала, даже не сомневайся. Она читала вас всех, и хотела чтоб ей прониклись. Ей нравится доминировать своей силой и давить на окружающих. Босс, и подчиненные. Думаю, её любимый костюм на гражданке латексный, с плёткой. Но она даже и не собиралась нас задерживать, или что то такое. В любом случае она права. С перехватом дел Выверта, лечением Ноэль, и твоими операциями, мы закончим к середине мая, или даже позже. И злая Александрия нам совершенно тут не нужна. Кстати, я бы на твоем месте потратила торпеды, и разнесла тот корабль, что проход загораживает. Или протекторат рано или поздно поставит там растяжку с глубинными бомбами. А следующий губитель совсем скоро. — Это может быть опасно, губитель. Кто в нем будет участвовать, кстати? — спросила Эми. Лиза заметила: — Ну, кроме Дины все? Я очень многое вижу, если ты немного поработаешь с моей силой, и сможешь уменьшить боль, я возможно смогу рассмотреть что-то нужное в бою. Панацея возразила на это. — Нет. Я лечу Ноэль, а не бесконтрольно биотехнарю. — Не вижу проблемы. Пусть меня вылечит не Панацея, а белый кейп из банды Оскорбляющей Гемункул. — Иди в задницу, Лиза, — огрызнулась целительница, но задумалась. Сплетница же ответила: — И не подумаю. Ты просто не представляешь, что такое головная боль умника. А губитель явно потребует полного напряжения сил. Чтоб справиться с ним обьявляется перемирие, и если что то можно сделать, это сделать необходимо. — Это должно быть сделано, — согласилась Эми, — Но я не смогу откатить изменение. И возможно это повлияет на твой внешний вид. — Если не сильно, проблемы не вижу, к тому же я теперь твой спонсор. Кажется, ей нравится бесить ремонтницу. Зря. — Я не работаю на злодеев. И лечу людей совершенно бесплатно. — Что тупость. Протекторат, стражи, все получают снабжение. Новая Волна тоже имеет ресурсы со своей геройской деятельности. А ты хочешь уехать от Кэрол, и не спорь, я это вижу. Так на какие деньги ты собираешься жить и где? Не хочешь быть на зарплате у злодея, прими это как финансирование твоей героической деятельности от сторонников и правительства. Видела, даже Александрия не стала нас бить, а просто предупредила. Значит она тоже не возражает, если мы будем работать вместе на благо этого мира. А вот с этим я в целом согласна. А Эми не очень. — И себя, — ответила она, явно возражая. Лиза легко согласилась: — Конечно. Мы тратим массу сил и времени на достижение результата. Нет ничего плохого в том, чтобы хорошо кушать, отдыхать с комфортом, и иметь деньги на маленькие радости, и рабочий инвентарь, которые помогут нам спасать мир максимально эффективно. И напоминаю, Александрия нас не арестовала, так что она не возражает. В конце концов ты можешь тратить свою долю на благотворительность, если хочешь. — ЛАДНО. Уговорила. А ты, Дина, куда? — Ну, я займу одну из комнат, если никто не против. Потом покажусь родным. Мне нужно немного прийти в себя после… этого. А дальше я с вами. Но у меня условие. Количество вопросов определяю я. И если у Лизы все хорошо приживется, хочу себе такое же. — Дина, ты… Девочка тяжело вздохнула, обращая внимание на усталость. — Сидела на технарских наркотиках, немного заглушающих боль. Я не могу не отвечать на вопросы, понимаешь? И могу дать не так много ответов, прежде чем боль будет невыносимой. Выверт урод, который заставлял меня отвечать, но его наркотики приносили облегчение. Если ты можешь мне помочь, я готова очень на многое, чтоб ты согласилась. Сплетница наклонилась, и что-то прошептала той на ухо. Та кивнула, после чего сказала: — Можешь сделать меня блондинкой, Эми. И фигуру, как тебе нравится. Я согласна на это. Девушка погрозила Лизе кулаком. — Ты чему ребенка учишь? Но Сплетницу так не заткнешь. — Просто в отличии от вас, я отлично понимаю, что она чувствует. И, как старшая в семье, должна помогать младшим. — Лиза! — А я серьезно. Это реально проблема, которую обычные медикаменты не берут. Если сможешь изобрести лекарство от боли, тебе все умники мира поставят памятник, и признаются в глубокой и искренней любви. А потом будут водить к памятнику паломничества великой Эми. — Я посмотрю, что можно сделать. — Урраааааа! Мы тебя теперь никому не отдадим! Только сделай. Где то не здесь. Путь к получению знаний тумана. Шаг один. Разозлить китайцев, спровоцировать Янгбань

***

Бакуда постепенно приходила в себя. Тело отказывалось шевелиться ниже пояса. Подняв окуляры противогаза, она осмотрела своё тело. Вернее его верхнюю половину. Ног не было. — Блядство. И как я теперь свалю отсюда? — Полагаю, никак. Перед ней стояла брюнетка, подбрасывая в руке цилиндр из какого-то металла. — Ты меня уперла, сучка? Ты знаешь, что будет, когда за мной придет босс, и что он с тобой сделает? — Полагаю, ничего. Он понятия не имеет где эта база, все годы не имел. К тому же официально Бакуда скончалась от взрыва собственной бомбы. Подозреваю, это диверсия Оскорбляющей. — Ага. А я тут живая, потому что? — Ты будешь делать бомбы. Разные, много. Я поработала над твоей мотивацией. — Ну да. Удачи. Что еще расскажешь? — Ну смотри. Во первых твоё сознание разогнано. Ты в закрытом помещении, тут нет никаких данных. Сейчас я прогоняю через твой киберимплант пакеты с обучающими данными, но через несколько минут он перестанет испытывать нагрузку и тебе станет просто нереально. Прям экстремально скучно. — И тогда я соберу бомбу и взорву это место нахрен. — А затем умрешь. Я удалила тебе пищеварительную систему. Еда поступает прямо в желудок через трубку на животе. А автономного заряда в твоем теле хватит на три часа. То есть через три часа после взрыва, твоё тело перестанет двигаться. И ты будешь умирать от голода и скуки. Еще часов двенадцать-пятнадцать. — Ты, да ты ахерела! Это пытки! — Ни разу. Я этого не делаю. Это сделаешь ты, чтобы попытаться сбежать, я просто предупредила. А чтобы была мотивация работать, за хорошо выполненные задачи ты сможешь подключить к себе разные интересные системы. На твой выбор. Кроме увеличенных батарей. — Что означает, что попытавшись свалить после этого, я сдохну еще быстрее. Ахуенно. — Хорошо, что ты понимаешь. Она вышла, а Бакуда еще долго материлась, прежде чем начать оглядываться в поисках материалов. Похуй, она будет собирать бомбы. Но отомстит. Потом.