42.Полет валькирии

С прибытием Сплетницы в рейды стали брать и её. С её способностями аналитика процесс атаки даже упростился. Удалось уничтожить четвертых членов Янбань, которые обычно отступают в случае опасности, пользуясь телепортацией или неуязвимостью в неподвижности. Можно сделать вывод, что они комбинируют первую очередь боевые способности, а не силы умников или пророков. Это не делает их менее неприятными противниками. Попытки протащить под щиты взрывчатку телепортацией или прорезать окно лазером уже были. Их ждал неприятный сюрприз в виде рассеивающей энергию брони. Кого-то с силами Бакуды мы пока не встречали, что хорошо. Но сейчас будет еще одна атака и мы собрались на мостике, чтобы её обсудить. Я вывела голограмму карты местности для неподключенных. Ну, послушаем. — Сплетница, что скажешь о плане? Что мы не видим? Лиза посмотрела на меня, Эми, на карту. На терминал и очень удобные бухты с метками кораблей, словно случайно находящимися неподалеку. Военных кораблей, разумеется. Лиза поинтересовалась: — Ты имеешь ввиду кроме того, что это одна большая ловушка, предлагающая нам отстреляться по торговому терминалу, а потом оказаться зажатыми с двух сторон? Я кивнула. — Щиты выдержат. И скажи что-то, чего я не знаю. То, что это очевидная ловушка, очевидно. Амелия усмехнулась, Лиза хмыкнула, но продолжила: — Вот только это не то, что нам надо. Если они решат, что им просто нужно больше людей это одно. Если тебя сочтут непробиваемой на уровне Александрии это проблема. С совсем другими ставками и другими методами. Сейчас ты назойливый мститель, но понятный. Проблема, не угроза, и всем будет лучше, если так и останется. Хорошо, допустим. Хотя я и не очень понимаю, что они могут сделать. Пророки ребята очень неточные, умнику не с чем работать, Янбань в том числе для собственного удобства превратил местные территории в глушь, где даже радио есть очень мало где. Легко поддерживать скрытность, легко перехватывать разговоры, полный контроль. В том числе для меня, когда мы начали утилизировать шпионов Янбаня среди местных, отслеживая их по редким радиосигналам. Имперский Китай превратил Индонезию в собственную песочницу, а я принесла в нее Шаи-Хулуда. Я не расист, я ненавижу всех людей одинаково. Им просто не следовало убивать создателя. Они это сделали, пусть наслаждаются последствиями. — Ну и что ты предлагаешь? — спросила я у Лизы, — как нам следует изменить план атаки? Скульптор (Эми в форме чудовища морского решила зваться так) заметила: — Сбросить торпеды, чтобы, когда противник подойдет, она включились и сработали. Минирование. Пусть это и дальше будет их ошибкой, а не бесполезностью планов. Может сработать. Мои торпеды так могут. — И давно ты оставила путь пацифизма во имя уничтожения? — подняла бровь Сплетница. Амелия же не особо в восторге. — Во время пары последних сеансов лечения местные рассказали, что их используют как рабов и подопытных. Тут в сотне километров к северу шахты КИС. Ну, я под маскировкой посмотрела. Безотходное производство, в смысле те, кто умер идут на пищу тем, кто еще жив. И много чего интересного. Рабские лагеря мне раньше видеть не доводилось, знаешь ли. Сверхдержава, занимающаяся рабовладением в двадцать первом веке, когда идет повальная роботизация. Не спрашивайте, я не понимаю. Это не выгодно ни с какого направления, разве что как способ казни или наказания. Люди не меняются. — Понимаю, — легко согласилась Лиза, — Полагаю, если мы поищем, найдем в том числе и секретные тюрьмы. И мы ведь не можем это исправить так, чтобы не привлечь к себе внимания. Наша сила в скрытности. Поиск будет слишком заметен, в подобном месте. — Не можем, — кивнула я. — Вероятность обнаружения не гарантирована, но велика. Амелия с этим согласилась: — Поэтому я только за, чтобы повредить им морскую инфраструктуру в регионе. Им будет сложнее делать то, что они делают без инфраструктуры. А значит, мы все делаем верно. — Чудно, тогда так и сделаем.

***

Отряд перехвата Имперского Союза шел на полном ходу, пытаясь успеть на помощь ко второй засадной группе. Ударная группа из противолодочных кораблей, которые прикрывают крейсера на случай, если враг попытается вступить в артиллерийский бой. К сожалению, авианосец выделен не был, только группа самолетов на ближайшей авиабазе, что значит, что они прибудут только через полчаса. Ловушка, расставленная на наглых янки, сорвалась, когда подводная лодка внезапно атаковала одну из групп перехвата. И наличие на борту членов Янбань похоже не помогло. Впереди что то вспыхнуло ярко-алым. И еще, и еще. Половина команды сейчас усиленно вглядывается в горизонт, но суть морских сражений именно в том, что противника почти не видно. Особенно, когда враг подводная лодка. Только вспышки попаданий говорят о поражении корпуса. Вот только алый свет не наш. Там, впереди, рвут наших товарищей. Сыны Империи умирают с честью. Но умирают. И скоро мы к ним присоединимся. — Приготовиться, выходим на дистанцию огня! Они заплатят. Заплатят за тот позор, которым одарили флот, тыкая мир в их бессилие. Хочется, чтобы так и было. Никто не хочет умирать. — Огонь! Бум! Корабль с грохотом и визгом металла подбросило, расшвыряв людей по мостику. Повсюду раздались крики раненых, и гул тревожных систем. Что? Как они это сделали? Голова раскалывается… — Доклад! Мы еще живы! — рявк капитана заставил всех взбодриться и попытаться понять, что вообще произошло. Нос разворотило, носовая турель выбита, как пробка из бутылки и лежит на палубе. А из отверстия, где она была установлена, валит дым. Понятно, куда пришлось попадание. Но мы еще живы. — Пробоина на носу! Мины! Еще одна ловушка. Это объясняет, как они… Вспыхнуло сбоку. Достаточно заметное маленькое солнце и дым, затем еще одно. Переднюю часть эсминца сопровождения буквально разорвало мощным взрывом. Задняя начала замедляться. Возможно, что кто-то выжил. Но очевидно, он более нам не поможет. Всё, что остается, отомстить. — Всем полный назад! Сообщите группе один, мы не можем подойти вовремя! Единственно верное решение. Если впереди мины, ломиться в атаку самоубийственно. Задачу не выполним, корабли потеряем. Первому отряду придется потерпеть. — Группа один не отвечает. Что? Но они же приняли бой. Может ли это быть ловушка? — Что? Уже? — Фиксируем ракетные пуски. Будут здесь… Ловушка. Это была ловушка. А впереди стремительно приближающиеся точки ракет. Противоракетные пулеметы? Носовая турель выбита. Предки, простите нас за нашу глупость… Те, кто был на палубе, могли заметить ярко алую вспышку, буквально испарившую защищенную секцию. Впрочем, они были заняты в том числе и попыткой удержаться на плаву, передние отсеки буквально расщепило мощным взрывом. Соседним кораблям было не лучше. В крейсер, видимый на горизонте, видимо попало еще два заряда, из-за чего тот ярко вспыхнул и закачался. Не уничтожен, но уже не боеспособен. Мелочи, эсминцам, было проще, но и опаснее. Крупные корабли тонули не сразу, мелочь же буквально разрывало в клочья, или испаряло по трети корпуса. Один разрезало ровно посередине, после чего половинки начали стремительно заполняться водой, теряя устойчивость. Что самое поганое, противник явно не желал подставляться, и стрелял залпами из случайных мест акватории, уничтожая мостики, и лишая координации начавших паниковать моряков. Они далеко не сразу поняли, что атака уже завершилась, а подводная лодка ушла. Вероятно, чтобы уничтожить изначальную цель. В конечном итоге, преследовать их уже некому.

***

На мостике подводной лодки царит радостное оживление. Это было жестко, это было опасно. Флот противника уничтожен, и новая группа прибудет не ранее, чем через двое суток. К этому времени всё что возможно, уже затонет. А изначальная цель атаки полностью беззащитна. Нет, несколько орудий есть, но это как идти с пистолетом против меха. — Полагаю, они эвакуируют порт, — заметила Амелия. Лиза рассмеялась. — Да, о уничтожении групп перехвата уже известно, они бегут. — Подождем? — поинтересовалась у меня Эми, — подкреплений не будет, сама знаешь. Накрыть их авиабазу ракетами-дронами было хорошей идеей. Спешить некуда, пусть эвакуируются. Я не возражаю. — Конечно, может они еще членов Янбань пришлют в гости. Кажется, мы убили двух. Люди на сенсорах в панике убегали, стараясь держаться подальше от потенциальных целей. Разумно. Я даю залпы по уже пустым постройкам, чтобы не расслаблялись. Это люди, мало ли что они решат. — Торпеды пошли. Итак, в этот раз обратный порядок. Сначала корабли у пристани, потом инфраструктура на берегу. Лишенные боекомплекта корабли взрывались куда менее красочно, чем их боевые версии, пожалуй единственным эпичным моментом стал контейнеровоз, опрокинувшийся надстройкой и дождем контейнеров прямо на причал, к которому был пришвартован. Но персонала там уже нет, и никто не пострадал. Амелия нахмурилась: — Мне все это не нравится. Массовые смерти, всё. Сплетница посмотрела на нее, затем покачала головой. — Мы тут уже сидим довольно долго, чтобы понять, это реальность южного полушария. Это в США Лунгу вытирают попу СКП, боясь, чтобы он не дай бог не поранился. И даже там есть дыры вроде Броктон-Бей и Элисбурга. Тут, в южном полушарии, это перманентное состояние мира. Мы произошли от этих людей. Шутка про обезьян, надо полагать. Эми же это не особенно поняла, как минимум шутку. И ответила на остальной комментарий. — И без тебя знаю. И это бесит. Бесит! Лиза только отмахнулась. — Расслабься, теперь мы здесь. А значит, как мы сделаем, так и будет. Сможем что нибудь сделать. Есть наномат, есть возможности, и сильнейший целитель. Это куда больше, чем было у них до этого. Эми кивнула на это. — Знаю. И именно поэтому я согласна с тем, что это правильно. Но бесит. Ракетный залп ударил по инфраструктуре порта. Хранилища и склады, железнодорожный состав. Янгбань не появились. Ни сразу, ни пока подводная лодка размеренными залпами обращала порт в горящие руины. — Похоже, они не хотят героически убиться. Уходим. Почти у самой базы пришло сообщение. Бегемот готовится атаковать Нью-Дели. У нас около трех часов на реакцию.