Глава 17. Серьёзный разговор

Раевская как-то не рассчитывала получить утром приглашение на прогулку. В восемь у клуба. Вряд ли они вместе пойдут туда. Скорее всего, это просто место встречи, но звучит уже интригующе. Идея погулять с Серёжей казалась ей достаточно привлекательной, даже заставляла волноваться. Хотелось для него быть особенной. Разумовский нервничал не меньше. Он так быстро смену ещё не заканчивал. Мужчина постарался выглядеть так, чтобы на него оглядывались прохожие. И они действительно оглядывались, но не столько из-за его внешнего вида, сколько из-за его счастливой улыбки. Серёжа то и дело поправлял чёлку, чтобы всё было идеально. Разве что ветер думал иначе и лохматил волосы только так. Но прогулка пошла не по плану именно тогда, когда они оба согласились с идеей пойти домой к Разумовскому. Около двух часов они провели на улице и решили всё же зайти в помещение. Кстати, два часа на улице прошли очень даже неплохо. Они болтали, подкалывали друг друга. Серёжа купил Карине мороженое, обнимал иногда за талию… У него в квартире они поначалу сдерживали себя, старались не так близко садиться друг к другу, не так много флиртовать… А потом каждый послал к чёрту эту осторожность. Серёжа и Карина сидят рядом на диване. Девушку обнимают за талию, пока головой она лежит на коленях мужчины. Разумовский в какой-то момент аккуратно приподнимает край футболки девушки, рука забирается под неё, медленно поглаживая. По ее коже бегут мурашки, она ёрзает, но Серёжа почти сразу заставляет её замереть одним лишь взглядом. Та послушно лежит, пока Птица задирает её футболку всё выше, пока не снимает совсем. После этого они уже меняют позу, девушка садится на колени мужчины, начинает расстегивать на нём рубашку. Оба жарко дышат, молчат и смотрят друг на друга зачарованно. Сейчас происходит то, о чём они оба даже мечтать не могли. Девушка абсолютно голая лежит животом на коленях Серёжи, пока он поглаживает её по спине, талии, ягодицам… Потом раздаётся звонкий шлепок, заставляющий Карину вздрогнуть. Она чувствует, как мужчина наклоняется к ней и шепчет на ухо тихое «считай». Один, два, семь… Десять шлепков. Не очень сильных, но таких громких. Для девушки это было чем-то новым. Она не могла не отметить про себя то, что ей нравится. Называть Серёжу Птенчиком во время процесса было, наверное, ошибкой. Он чуть ли с ума не сходил. Сжимал зубы на коже сильнее, жмурился, тихо мычал. Это заводило ещё сильнее. Карина беспрекословно слушалась его. На колени? Без проблем. Лечь на спину? Да. Сесть к нему на колени? Сейчас. Подчиняться ему хотелось, чтобы он ни сказал. Это было приятно. Когда она ставит её в коленно-локтевую и дразнит, из Раевской вырывается тихий стон, на что Разумовский тихо усмехается. Доволен, жутко доволен своей малышкой. Пошлые шлепки раздаются по комнате вперемешку со стонами обоих. Изредка слышится что-то вроде «моя малышка» или «Птенчик, ещё». Они лежат вдвоём на диване, уставшие, счастливые. Серёжа мягко целует плечико девушки, рукой нежно гладит талию. Она же прижимается к его груди, ногой водит по его икрам, улыбается. Как же хорошо обоим. Разумовский безумно рад тому факту, что девушка не испугалась его приказов. Он мельком глядит на свой шкаф с различными плётками, стеками и прочими прелестями. Они обязательно попробуют. Но чуть позже. Одновременно у обоих появляется в голове вопрос: а что же между ними? Дружба? Просто секс без обязательств? Или же они в отношениях? Никто из них не решается спросить об этом, боясь разрушить такой момент, долгожданный для обоих.

***

— Привет, а ты как к БДСМ относишься? — Птица решил не медлить, не заходить издалека, а спросить прямо так сразу. Зато быстро, и вопрос будет решен. Мужчина слышит молчание в трубке и тихо смеётся. — Карин, я всё понимаю, вопрос крайне неожиданный, но мне очень-очень нужен твой ответ, — говорит Серёжа с широкой улыбкой. — Да я, знаешь, не попробовала как-то… — смущённо отвечает девушка. Даже по голосу можно почувствовать, как покраснели её щёки. — А хочешь попробовать? Постепенно, не сразу всё, — голос Разумовского на этом вопросе прозвучал ещё мягче, чем был. Этот голос будто взывал ответить положительно. — Только если осторожно, — Карина отвечает спустя несколько секунд раздумий. А Серёжа, оказывается, мужчина с загадкой, если можно так сказать. Осталось ждать, чего же от неё потребуется. А вообще, на какой стадии отношений задают такие вопросы? Они точно всё ещё считаются друзьями? Даже после того, как занялись сексом у Птицы дома?

***

Девушка была крайне взволнована. Она даже в свой первый раз так не нервничала, как сейчас. Серёжа встречает её осторожными объятиями, замечая её мандраж. — Малышка, если что-то тебе не понравится, сразу же скажи мне. Я остановлюсь, — проговаривает Разумовский на ухо девушке, пока она, обвивая руками его торс, трётся щекой о грудь мужчины. Начинается всё очень даже хорошо, можно сказать, как обычно. Поцелуи из нежных, переходящие в страстные лёгкие укусы, горячий язык Серёжи, которым он широко проводит по шее, груди… — Закрой глаза, малышка, — шепчет мужчина, заставляя принять девушку сидячее положение. Раевская послушно закрывает глаза. Чувствует, как Птенчик аккуратно убирает её волосы, проводит пальцами по щекам, губам… На глаза что-то опускается. Девушка предполагает, что это маска, и не ошибается. Она прикусывает губу и крепко хватается за руку Разумовского. Ей страшно. Она немного теряет равновесие, но её держат крепко, уверенно. Это заставляет чуть-чуть успокоиться. Серёжа аккуратно поднимает девушку на руки и садит себе на колени, исследуя её обнажённое тело. Ее чувствительность, которая сейчас только повысилась в разы, нравится ему. Разумовский специально дотрагивается там, где касания выбивают тихие стоны, вздохи и мычание. Девушка никогда ничего подобного не испытывала. Как же ей было хорошо, когда он её касался и что-то говорил во время того, как нарочно медленно двигался в ней. Карина чуть с ума не сошла от того, как ей хотелось почувствовать Серёжу всем телом, она буквально умоляла его не отпускать её руку ни в коем случае, посильнее сжать её бёдра и ускориться. Разумовский словно этого и жаждал, ждал и хотел, когда его начнут просить о касаниях, о грубости. Он знал меру, знал, как не сделать больно, и тем не менее, получалось истинное удовольствие. Самые сладкие стоны, которые он только слышал. Конец был фееричным. И громким, очень громким. Карину целуют жарко и горячо почти сразу после завершения, и она отвечает с большим желанием. Поцелуй замедляется, становится тягучим, вкусным. Когда мужчина отстраняется, он аккуратно стягивает маску с глаз девушки и любуется её уставшим, довольным лицом. — Как тебе? — шёпотом спрашивает он, погладив её по щеке. — Необычно… — на выдохе произносит она, обвивая шею Птицы руками. Она готова на такие эксперименты с ним.

***

Привыкнуть к сексуальным предпочтениям Серёжи было нелегко. Но это был очень даже интересный опыт. Карина никогда бы не подумала, что наручники могут ей понравиться, а капли воска — возбудить. Разумовский был максимально аккуратен, не торопился. От этого девушка чувствовала себя в полной безопасности. Она ему доверяла, знала, что он не позволит себе сделать ей больно без её разрешения. Кстати о боли. Иногда Птенчик забывался, сжимал бёдра так, что оставались синяки. Но девушка тоже не оставалась в долгу. Укусы на плечах мужчины заживали неделю, а то и две. Обоих всё устраивало, кроме одного единственного «но». Недосказанность. Кто они друг другу? Имеют ли право называть друг друга своим партнёром, или они просто спят без обязательств? Надо бы в этом, наконец, разобраться. Серёжа с этой целью и позвал девушку к себе домой снова. Ее немного напрягло то, что он хочет о чем-то поговорить. Она его чём-то не устраивает? Она где-то накосячила? Она его больше не привлекает? Столько тревожных и волнующих мыслей в голове, как бы ни одна из них не воплотилась в реальность. Разумовский же, напротив, абсолютно спокоен, улыбчив. Он заботливо усаживает Раевскую за стол и наливает им в бокалы вино. Девушка кусает губы и берёт бокал в руки, отпивая несколько глотков. — Мне стоит начать издалека или перейти сразу к делу? — спрашивает мужчина, так же отпивая глоток вина. — Не томи, — говорит она, показывая своё нетерпение и волнение. — Ну, тогда… Давай начнём серьёзные отношения? Чтобы между нами было что-то помимо секса, — говорит Серёжа и внимательно смотрит на реакцию девушки. Он тоже волнуется. Будет очень неприятно, если ему откажут. Да что там неприятно, это может испортить даже их нынешние отношения. На лице Карины постепенно расцветает улыбка. Она кивает в знак согласия и некоторое время молчит, подбирая слова. — Я тоже об этом думала… Почему-то решила, тебе не нужны отношения, — она отводит взгляд в сторону, пока Разумовский садится рядом с ней, покидая стул напротив. — Мне нужны не просто отношения, они мне нужны именно с тобой, — Птица тепло улыбается, склоняет голову в бок и отставляет бокал в сторону, чтобы убрать пару прядок волос девушки за ухо. От такого жеста со стороны мужчины по коже бегут мурашки. Девушка прикрывает глаза и наклоняет голову в сторону его руки, будто ластится, как кошка. Оба одновременно тянутся за поцелуем. Он получается таким нежным, трепетным, искренним. Серёжа аккуратно покусывает губы Карины, будто играется, на что девушка лишь улыбается, продвигаясь поближе к Птице, и кладёт руку ему на колено, сжимая. Это финишная прямая, которой они достигли. Дальше будет только лучше.