Глава 4.

Уже прошёл месяц. Листва окрасилась в разные пестрые краски. Солнце почти не было видно, ведь небо застилали серые тучи. Холодный ветер, даже проникал в замок и пришлось надевать тёплый комплект. Но бывали дни, когда солнце все-же вылезало из объятий туч. Тогда настроение поднималось до небес и хотелось смеяться и веселиться. Настолько тепло становилось, что приходилось снимать с себя вязанные шарфы и перчатки. Однако ночью ученики Хогвартса понимали, что уже наступил октябрь и лето не вернётся с тёплыми лучами. Луна холодно освещало замок, а ветер завывал и пугал первоклашек. Вот зря я согласилась, вот зря! Лучше бы нежилась в тёплой кровати и болтала с Лили и Марлин, они-то, наверное, в теплоте лежат! Мародеры бежали где-то впереди, а Айла, не отличавшаяся физкультурными способностями, пыталась их догнать. Джеймс повернул голову и тихо шикнул на девушку: — Эванс! Давай быстрее! — Да бегу я, — еле пропыхтела рыжая. Вдалеке послышалось шарканье чьих-то тапок. Филч! Девушка сильнее сжала плащ, колыхавшее сзади и мешая бежать. Улица встретила ребят холодным воздухом. Он проникал через рубашку и брюки, но горячие тела Мародеров не чувствовали этого. Совятня с распростертыми объятиями, несокрушимо стояла в ночи. Айла забежала в помещение за ребятами и свалилась на пол, тяжело дыша. Девушка свалилась на пол в виде звёздочки. Что за марафон нахрен?! Я никогда больше так бегать не буду… Римус облокотился об лестницу и восстанавливал дыхание. Питер сидел на той самой лестнице оперев руки на колени. Джеймс скрючился, положив руки на колени. А Сириус осел на пол. — Мерлинова…голова… — тяжело вздохнул Сохатый. — Это было чертовски круто! — парень посмотрел на Бродягу и те залились смехом. Однако Лунатик шикнул на них, вновь наступила тишина. Все прислушались затаив дыхание. Где-то прошаркали тапки Филча и мяукнула миссис Норрис. И снова тишина. Ещё бы чуть-чуть и мы бы попались. — Расслабилась ты что-то Айла, — Хвост хмыкнул. Девушка закатила глаза. — Ха-ха, очень смешно Хвост. — А никто и не шутил, Mon cher, — Сириус подошёл к рыжей и подал ей руку. Эванс приняла тёплую и сухую руку. Парень резко потянул подругу к себе и та чуть не свалилась на него. Ойкнув, Эванс быстро вышла из-под объятий друга и неловко улыбнулась. — Чего это ты заговорил на французском? Неужто вспомнил, что являешься аристократом? — Джеймс и Римус насмешливо взглянули на длинноволосого, Бродяга передразнил подругу, высунув язык. Девушка хмыкнула и стряхнула с себя сено, прилипшее к одежде. — Вы не понимаете, простые смертные, французский очень красивый язык. — Эй! — Джеймс и Айла ткнули друга. Сириус крикнул от боли и сморщился. Питер хохотнул. — Какого черта? — Сириус от негодования уставился на друзей. Джеймс прыгнул на друга и обхватил его шею. Бродяга что-то недовольно проворчал и погнался за Сохатым. — Кстати, — Римус посмотрел на подругу. — Бегать ты разучилась, это точно, — и через три секунды Лунатик со смехом помчался от рыжей, а Питер лишь недовольно выкрикнул: — Вы меня забыли!

***

— Лили! Вставай ты опоздала! — младшая Эванс тормошила сестру за плечо. Рыжая вмиг открыла глаза и судорожно взяла в руки будильник. — Как?! Как я мог… — на часах показывало без пятнадцати семь. Эванс перевела тяжёлый взгляд на сестру и кинула в неё подушку. Младшая Эванс со смехом отступила назад и споткнулась об свою кошку. Тут уже очередь смеяться Лили. — Так тебе и надо! Рыжая застонала от боли и потерла поясницу. Марлин, подошедшая к подруге, помогла встать неуклюжей. Лили сладко потянулась и выгнула бровь: — А зачем вы меня так рано разбудили? — Нам не спалось и стало скучно, — Айла пожала плечами. — Мы просто увидели этот красивейший рассвет, — Марлин указала рукой на открытую дверь балкона. Рассвет и вправду был красивым. Пурпурный облака расстилались по небу. Только в некоторых местах, будто промокнули жёлтыми красками. Марлин втянула в лёгкие побольше воздуха и с выдохом закрыла глаза в наслаждения. — Свежий, холодный воздух… Лили поежилась от холода, а Айла заметив это, накинула на сестру кожанку. Старшая выгнула бровь в немом вопросе. — Ты только в пижаме, — прошептала рыжая. — Заболеешь. — Удивительно, как же тихо, — Марлин взглянула на подруг. — Такое чувство, буд-то каждый живой спит. — И не только на улице тихо, но и на душе, — Лили с лёгкой улыбкой облакотилась об перила. Но потом поймала взгляд блондинки. — И вообще, конечно, тихо! На улице шесть утра! — Вообще-то уже семь, — Марлин посмеялась и легонько ударила подругу. Взгляд Айлы затуманился. Хочу вечно стоять так на балконе, в Хогвартсе, с друзьями. — Ну все, хватит мёрзнуть, пошлите на завтрак. Тёплая теплица кишела учениками Пуффендуя и Гриффиндора. За теплицами шёл дождь, а ветер свистел. Деревья качались настолько сильно, что казалось улетят вместе с корнем. Айлу сжали с двух сторон и девушка недовольно цокнув, убрала пряди свисавшие на лицо. Профессор Стебль тепло улыбнулась ученикам. — Мои дорогие, придётся помочь мне пересадить корень Мандрагоры, — женщина положила руки на бока. — Так что вооружитесь наушниками, и мы приступим. Айла выхватила из рук Питера пушистый наушник и хитро улыбнулась. Парень захныкал и повернулся к Римусу. Девушка похлопала друга по плечу. Повернувшись она наткнулась на шоколадные глаза, упорно изучавшие девушку. Она взглянула на парня, осмотрелась по сторонам и снова вернула глаза на лицо пуффендуйца. — Привет? — Привет, — парень протянул руку для пожатия. Айла неловко протянула руку в ответ. — Я Эдмунд Догвуд, твой напарник в пересадке корня Мандрагоры, — от его ослепительной улыбки хотелось зажмуриться. Мерлин, не хуже солнца. — Ага, — протянула Эванс и тут же осеклась. — Я Айла Эванс! — Я знаю, — парень скрестил руки на груди. — Как не знать одну из подруг Мародеров и сестру известной старосты? — Ах, ну да, — девушка неловко улыбнулась. Ох, как же я не люблю, когда меня воспринимают только так. Эванс снова оглянулась и поняла, что остальные были готовы приступить к работе. Поспешно надев пушистые наушники, пара взялась за работу. Айла посмотрела на Эдмунда и сказала: «Через три», но быстро поняла, что он её не поймёт. Однако парень кивнул, тогда Айла пальцами отсчитала до одного и Эдмунд резко выдернул растение из горшка. Перед Айлой предстало сморщенное детское личико, хотя детским его сложно было назвать. Рыжая быстро пересыпала новую землю на горшок, а Догвуд посадил обратно, плачущее растение. Они весело хлопнули в ладоши. Пока Эдмунд пошёл за новыми Мандрагорами, взгляд Эванс упал на Сириуса, который буравил её взглядом. Девушка подняла брови и одними губами прошептала: «Что?». Поджатые губы длинноволосого расплылись в улыбке и взгляд его вмиг изменился. Однако к парте подошёл пуффендуец и Айла сосредоточилась на работе. Прозвенел колокол и все машинально поснимали наушники. Айла встряхнула с себя грязь и поднялась на ноги. — Отлично поработали, Эдмунд, — она подмигнула парню, тот застенчиво улыбнулся, но быстро взял себя в руки. — Да, было круто, — Айла по-дружески похлопала Догвуда по плечу. — Ещё встретимся, Айла, — рыжая попрощалась с новым знакомым и ретировалась на выход, где и встретила Мародеров. Чуть не столкнувшись об кого-то, девушка подняла глаза и встретилась с холодным тёмным взглядом Блэка. — Вы чего тут стоите? — девушка недоуменно перевела взгляд на Римуса, с Римуса на Петтигрю, с Питера на Джеймса и остановились на карих глазах Сириуса. — Тебя ждём, чокнутая, — хмыкнул Джеймс, но девушка не обратила внимания на прозвище, ведь взгляд был полностью на Бродяге. — У тебя друг появился, а, Эванс? — Да, — девушка пожала плечами. — Милый парень. — Удивительно, как он обратил на тебя внимание? — ухмыльнулся Сириус, Эванс ахнула и зло зыркнула на друга. Поняв, что ляпнул, Бродяга смягчил взгляд. — Ладно вам, ребята, — Питер привлек внимание. — Мы с Римусом голодные. — Да, пойдём в столовую, — Римус дружелюбно улыбнулся всем и прошёл вперёд. Хмурый взгляд Эванс скользнул по фигуре Блэка. Последний хотел протянуть руку, но девушка быстро удержалась и побежала к Люпину и Петтигрю — Вот последнее, Бродяга, было лишним, — Поттер покачал головой и направился за ребятами.