ч...че?

Ладони, покрытые ржавчиной в виде крови, вино из энотеки. Загнанный мальчик в уголке в угоду пьяной толпе. Вова любил загонять этого урода в угол. Раньше они дружили. С Рубеном. — Считаю, что нет никаких раньше. Есть только я. Я, я. Когда он стал таким, не было никаких я. Был только он. Они. Грустное заплаканное лицо Рубена, и он уже прижимает его к себе и пыряет ножом в живот. — За… что? Наверное, за всё хорошее. *** — Вова, — Рубен залился ярким смехом и Семенюк улыбнулся ему. — Эта коробка такая большая! Что же здесь? — Это подарок. Тебе, — тот смутился и покраснел. И парень посчитал это милым. Он открыл коробку и достал оттуда альбом. И в этом альбоме были все их совместные фотографии.