Часть 9

Когда сквозь ткань начал пробиваться едва различимый свет, знаменуя наступление нового дня, Драко уже не спал. За всю ночь он засыпал, кажется, лишь на пару часов, а в остальное время беспокойно ворочался, находясь где-то сном и явью. Это состояние раздражало, но он ничего не мог поделать, и просто лежал, думая обо всем, прокручивая вновь и вновь детали случившегося. С тугой повязкой на лице понятно не было, закрыты ли глаза, или же открыты. Из-за этого слух обострился, и стали слышны едва уловимые ранее шорохи и поскрипывания старого замка, напоминающие дыхание древнего существа, знающего гораздо больше всех тех мелких мошек, называвших себя его обитателями. Лишь холодные стены замка казались Драко сейчас роднее и ближе всего, его старинное убранство осталось таким же, как и в его реальности. Словно в театре, сменились актеры, а декорации остались прежними. Пускай у актёров были те же лица и те же имена. После ухода директора медсёстры не только вновь нацепили ему глазную повязку и дали успокоительного зелья. Миртл выполнила свою угрозу - его плотно зафиксировали на кровати с помощью заклинаний. С последним действием согласился Дамблдор… тот, кто был здесь Альбусом Дамблдором. Он сказал, что такие крайние меры лишь во благо, но Драко чувствовал что причина кроется совсем в другом. Пару часов они с директором провели в разговорах, но в итоге не появилось больше ясности, как Драко попал сюда. Лишь предположения, не более. Главное касалось таинственного бронзового телескопа. Было ясно как день, что отец знал что заказывал, но подробности уже никак не выяснить. Если только не поговорить с Люциусом Малфоем из этой сахарной реальности? Драко даже не представлял что могло произойти с его родителями в подобном мире. И все же, подумал Драко, мотивы отца явно касались сработавшего свойства телескопа. Но почему он сработал? От директора ждать помощи было бессмысленно. Как именно произошло перемещение и что послужило тому толчком, так и осталось неизвестным. Остатки артефакта не несли в себе ни единой крупицы магической информации. Директор все ещё изучал телескоп, но по его задумчивому виду Драко сразу почувствовал - Дамблдор был бессилен. В конечном счете рассчитывать можно было лишь на себя. Стоило скорее добраться до школьной библиотеки, может даже до Запретной секции, и выяснить как вернуться домой. Драко не знал, сколько точно у него есть времени, поэтому намеревался провести его с пользой. А для этого, перво наперво, необходимо было выбраться из больничного крыла. Но пока мысли Драко занимала более актуальная для нынешнего момента проблема - возвращение волшебной палочки. И едва Малфой начал прикидывать различные варианты, что с ней могло произойти, как раздался чей-то голос и мягкие шаги. Кто-то тихонько напевал, приближаясь к его койке. Похоже это та молоденькая медсестра, которую он к досаде Миртл не смог узнать, сообразил Малфой. Как же её звали, ах да, точно… - Медоуз, - произнес он, вспомнив, и шаги замерли прямо у его кровати. - Доброе утро, - донесся тоненький, растерянный голос медсестры. - А как вы узнали что это я? Драко не удержался от смешка. - Я почувствовал. - Да неужели? - хихикнула медсестра. Донесся скрипящий звук и свет за повязкой немного поблек - похоже, Медоуз зашторила окно. Вновь донеслись шаги, и замерли совсем рядом. - Я ещё и не то могу, - усмехнулся Драко. - Могу прочесть твои мысли прямо сейчас, хочешь продемонстрирую? - Удивите меня. Драко деланно нахмурился, задумавшись. - Я чувствую что ты...хочешь снять с меня это дурацкое заклинание. Что? Неужели не угадал? - Что ж, мистер телепат, вам пора сменить повязку, - засмеявшись, пробормотала Эмми Медоуз. Малфой ощутил лёгкие прикосновения к лицу, услышал шёпот заклинания, и затем сощурился, стало слишком светло. Все вокруг плыло, но Драко мог различить очертания больничной палаты. Как же приятно увидеть что-то кроме мерзкой серой полутьмы. Драко усиленно заморгал, надеясь что скоро пелена уйдёт и он вновь сможет видеть все как прежде. Ощущения, зудевшего в поврежденном глазе весь вчерашний день, стало меньше, но все таки полностью не прошло. - Ну как ощущения? - поинтересовалась Медоуз. - Щиплет глаза. - Совсем неудивительно. И это ещё с задернутым окном! - усмехнулась медсестра, осматривая его глаза каким-то хитроумным прибором. Медоуз оттянула сначала нижнее, затем верхнее веко Малфоя, оглядывая повреждённый глаз с разных сторон, и проводя над ним прибором. Драко с опаской таращился на жужжащий волшебный агрегат, боясь лишний раз моргнуть. - Ну как, жить буду? Медсестра убрала прибор в деревянный кейс и обнадеживающе улыбнулась. - Остался последний штрих. Достав из складок мантии пару крошечных пузырьков, Медоуз аккуратно закапала оба глаза Драко - после первого зелья ничего не произошло, а от второго снова защипало. Слезы брызнули из глаз, и Эмми вручила Малфою носовой платок. Драко поспешил утереть жгучие слезы, раздражаясь оттого что никак не придёт глаз в норму. Ему порядком надоело здесь торчать. - Ну вот и всё пока что! Вы идёте на поправку, мистер Малфой, ещё немного и можно будет выписывать. Драко облегченно выдохнул. Хоть какая-то радостная новость. Возможность потерять зрение, да ещё и в чужом мире, его совсем не радовала. Послышался хлопок и на прикроватной тумбе оказался поднос с тарелкой овсяной каши, тостами и чаем. Медоуз аккуратно перенесла поднос на кровать и поставила перед Драко. В нос пахнул аромат поджаренного хлеба. -А вот и завтрак подоспел, - объявила она так радостно, будто сама его приготовила. Драко же с тоской оглядел поднос, скривив губы. Помимо всего прочего, к тостам шло блюдечко с кусочком масла и маленькая розетка, наполненная джемом. Какая же скукота. Со вздохом Драко принялся намазывать на тост масло, сразу принявшееся таять. Вчера на завтрак было то же самое. Похоже у школьных домовиков все плохо с фантазией. Драко откусил кусочек тоста, затем взялся за овсянку, оказавшуюся почти не соленой. Больше всего, после пресной больничной еды, ему не хватало сейчас нормального ростбифа, сочного и пряного, с жареной спаржей. Но урчащий живот приходилось усмирять тем, что дают. - Спасибо за заботу, - пробормотал Драко, покосившись на Эмми и разглядывая девушку с ног до головы. Она была низенькой аккуратной мулаткой в очках с толстой оправой, то и дело сползающих на кончик вздернутого носа. В целом, резюмировал Малфой мысленно, ещё одна серая мышь, только на этот раз не такая привлекательная. Молоденькая медсестра, похоже, была ненамного его старше, а по реакции - казалась и вовсе ещё школьницей. Услышав слова благодарности, она с улыбкой пожала плечами, пока меняла наволочки на соседней койке. - Это ведь моя работа - помогать другим. Когда нибудь я стану такой же как мадам Помфри, или даже как мадам Уоррен, - она быстрыми движениями взбила подушку и положила на кровать, - Мама хотела бы, чтоб я работала в Мунго, но я так люблю школу, что попросту не могу отказаться от работы здесь. Да и декан Стебль рекомендовала директору мою кандидатуру в медсестры. Здорово, что все в школе так в меня верят! Драко моргнул, задумчиво глядя на медсестру. Та смутилась и отвела взгляд, но Малфой продолжал смотреть. Он пытался вспомнить, откуда же ему была знакома эта фамилия. Факт, что единственные воспоминания были связаны с Пожирателями, его совсем не радовал. Ведь ни одного служителя Тёмного лорда с такой фамилией не было на его памяти… - Вы упомянули свою маму, какая она? Медоуз опустила очередные подушки на кровать и замерла, растерявшись от такого вопроса. - Моя мама? А почему вы спрашиваете? - Прошу, ответьте. Как её зовут? Эмми, почесав в затылке, пробормотала: - Доркас Медоуз. Неужели вы с ней знакомы, мистер Малфой? Он не был с ней знаком, очевидно. Имя ничего ему не говорило. - Кем она была? Чем занималась? С кем работала? - требовательно произнес Драко, сжимая нож для масла. Ответ медсестры казался ему в тот момент невероятно важным. Каждый фрагмент нового мира, в котором он оказался, был так или иначе связан с прошлым. - Ну, она мракоборец вообще-то, - пожала плечами Медоуз, - Больше я наверное и не подскажу. Напарник ее дядя Аластор, хотя я не пойму как вам это пригодится. - Аластор? Грозный глаз? - поднял брови Драко, вспомнив странного учителя, превратившего его на четвёртом курсе в хорька на посмешище Поттеру. - Нет, его зовут Аластор Грюм, вы верно его с кем-то спутали, - замотала головой Эмми. - Он мой крестный. Медсестра щебетала что-то ещё, но он уже не слушал. Малфой продолжал крутить имя в голове, силясь вспомнить. Доркас... Доркас... Доркас... И тут Драко будто ударили заклятьем оцепенения. Словно поплавок, из тёмной пучины забытых воспоминаний выпрыгнул образ. Он видел его столь отчётливо, что испугался будто его вновь перенесло в иное измерение. Зал Малфой менора, окутанный волшебной снежной дымкой - то Рождественское торжество много лет назад собрало в замке всех Пожирателей Смерти до единого. Они говорили о множестве убийств, совершенных когда-то - Драко потерял счёт их росказням. Именно тогда из уст Родольфуса Лестрейнджа выскользнула фраза о Доркас Медоуз, как о той что нанесла ему увечье, от которого долгие годы он не мог отправиться. А затем Лестрейндж сказал что “ту поганую ведьму Тёмный лорд убил лично, еще во времена расцвета Ордена Феникса”. Драко сжал губы, чувствуя как по спине скользнул холодок. Доркас Медоуз в его реальности давным-давно не было. Как не существовало и Эмми, её дочери, у нее попросту не было шанса родиться или же, того страшнее, шанса выжить, ведь семьи врагов Темного лорда вырезались подчистую. Он поглядел на поднос с недоеденной едой, обвел взглядом больничную палату, чувствуя будто находится во сне. Или во сне внутри сна. Мысли, приходящие ему на ум казались столь нереальными и туманными, нестабильными и искаженными, плавящимися словно воск, что проще было отодвинуть их на задворки сознания. Драко едва сдержался от того, чтобы схватиться за голову и с силой потереть глаза. Как бы не сойти с ума, пытаясь уместить происходящее в чертогах разума, столь ограниченных мирской жизнью. Ведь он вновь и вновь смотрел на смерть… Вначале Миртл, теперь медсестра Медоуз. Ведь он скорее всего беседовал с человеком, которому… было не суждено родиться в его мире? Драко бездумно взял в руки чашку чая и выпил до дна обжигающий напиток. Он не мог передать словами те чувства, что переполняли его в ту минуту. Необъяснимая горечь, тоска и даже скорбь - лишь маленькая толика всего спектра эмоций. На мгновение его проблемы стали такими незначительными и мелочными, что Драко даже стало тошно от самого себя. Он с трудом проглотил кусок тоста, почти что вставший в горле, и решил продолжить завтрак, отвлечься хотя бы на эти монотонные, почти что механические действия. Медоуз не стала спрашивать о его настойчивом желании узнать о её матери. Пока Драко завтракал, медсестра хлопотала по палате, то и дело просматривая на него. А когда Малфой закончил с едой, подошла с его койке. - Так держать! - подбодрила она, кивнув на пустую тарелку. - На сытый желудок и организм поправляется быстрее. -Как долго мне ещё носить повязку? - промокнув губы салфеткой, вопросил Драко, толком не почувствовавший вкуса еды. Ему было сложно смотреть девушке в глаза. Казалось, взгляни он на неё, медсестра так же как и Дамблдор, прочитает его мысли и испугается, возненавидит, станет проклинать. Он не понимал, откуда у него такие мысли. Стыд? Но с какой стати? Ведь кто ему эта девчонка? Он даже толком и не знает её. Зачем Драко переживать о её чувствах? В его мире её попросту нет… “А являюсь ли я все ещё частью того мира?” - невольно подумалось Драко. - “Ведь и меня теперь там тоже нет, с каждым днем всё больше”. - Сегодня точно стоит надеть, - уверила Медоуз, а затем, словно что-то вспомнив, принялась рыться в карманах, - Кстати, совсем забыла, у меня же хорошие новости! Послышался шорох бумаги. Медсестра достала продолговатый сверток и, торжественно улыбаясь, вручила Малфою. Он сглотнул, уже зная что это. - Эльфы Хогсмида смогли найти вашу палочку. Дрожащими руками Малфой принялся распаковывать сверток. Он делал это медленно, боязливо. Драко переживал, что палочка может быть повреждена. С ней могло произойти все что угодно, и раз палочку не нашли рядом с ним, значит её отбросило магической волной. Но к счастью, палочка, аккуратно завернутая в тканевую салфетку, оказалась невредимой. Однако не это удивило Драко, а то что, несмотря на знакомое ощущение тепла, исходящего от древка палочки, она выглядела иначе. Такого быть не могло, подумал Драко. Если только палочка не принадлежит тому, другому Драко Малфою, о котором говорил этой ночью Дамблдор. И если существовал другой Драко Малфой и он до сих пор не объявился, то на ум приходил лишь один вариант развития событий - их поменяло местами, а палочки оставило там же где и прежде. Это, похоже, имело смысл. Все таки у него было не так много вариантов. Драко вдруг осознал, что мог видеть его, другого себя. Ещё до того, как использовать телескоп, он видел странное отражение в зеркалах Выручай Комнаты, что будто жило своей жизнью. Могло ли это быть реальностью или лишь плодом воспаленного разума? Как бы то ни было, двойник сейчас должен быть в школе, в примерно таких же условиях. Но пока здесь и слыхом не слыхивали о Том-Кого-Нельзя-Называть, в другом же, прежнем мире назревала ужасная магическая война… - ”Не повезло же тебе, приятель, попасть прямо в адское пекло”, подумалось Драко о другом себе с горечью. Такое мало кому можно было бы пожелать. Быть может, Поттеру? Драко не знал. Слишком крепкой была их неприязнь, и слишком долго продлилась. Что до другого Поттера, здешнего, то Драко было ещё сложнее думать. Похоже, раз Тот-Кого-Нельзя-Называть, в этом мире каким-то образом не появился, то и Поттер не был Избранным выскочкой со всеми вытекающими. А оттого мог оказаться почти что терпимым. Драко вздохнул и сжал в кулаке палочку, чувствуя лёгкое покалывание в кончиках пальцев. Волшебный агрегат поддавался ему, признавал как хозяина, и у Драко не было сомнений в том, что он сможет творить привычные заклинания так же легко, как и прежней палочкой. Но едва Малфой хотел спрятать палочку под подушку, как медсестра подошла ближе, качая головой. - К сожалению вам пока что нельзя оставить ее у себя. Так профессор Дамблдор распорядился. - Почему? - Ну… Директор так велел, ничего больше сказать не могу, - уклончиво ответила Медоуз. Похоже она и сама толком не знала причины. А причина была, не могла не быть. Драко стиснул зубы. Директор не доверял ему полностью, и может правильно делал. Однако Малфой не был готов с этим мириться и смирно лежать в койке, бездумно тратя время. Он не мог знать, идёт ли время в его мире так же, как и в этом. Там, в прежнем мире, на кону стояли жизни его родителей. И не только. Глубоко вздохнув, он принялся медленно заворачивать палочку в тканевую салфетку и грустно произнес: - Спасибо тебе, Эмми. Ты меня очень выручила. Медсестра смущенно улыбнулась: - Что вы, я ведь ничего не сделала такого, - помявшись, она добавила: - Если вам что-то понадобится, лишь дайте мне знать, я мигом выполню. - Освободишь меня? - ухмыльнулся Драко и молоденькая медсестра смутилась. - Что вы… - Почему нет? - он поднял бровь и криво усмехнулся. Драко знал, что нравился девчонкам, и обычно они сразу велись. Похоже, здесь этот фокус тоже сработал, и у Медоуз стыдливо забегали глаза. Медсестра забежала за ширму, похоже проверить окошко приемного кабинета Помфри, а затем вернулась и виновато поглядела на Драко, поправляющего одеяло. - Никак нельзя! Мадам Помфри не разрешает. "Вот же ведьма..." - Да уж, за таким негодяем, как я, нужен глаз да глаз, - Драко хитро подмигнул и протянул медсестре одной рукой сверток. - Потерпите чуть чуть, это ведь для вашего же блага. - Я знаю. В любом случае, спасибо. Что бы я делал без тебя, Эмми, - доверительно произнес Малфой, глядя ей в глаза. Молоденькая медсестра залилась краской и потупила взгляд. Драко мысленно даже фыркнул оттого, как просто он заставляет девушку смущаться. Вот бы всегда это было так легко. - Не за что, Драко, - Пробормотала Медоуз, поспешно беря сверток и пряча его за пазухой. - Я рада что смогла быть тебе полезной. Как быстро перешла на “ты”, усмехнулся про себя Малфой. А из этой Медоуз можно верёвки вить, только осторожно. Вновь повторились привычные манипуляции с повязкой и Драко оказался в полутьме, которая его больше не беспокоила. - Отдыхай, Драко, и поправляйся, - послышался голос медсестры, а затем её удаляющиеся шаги. Когда они стихли, Драко медленно стащил повязку и достал из под одеяла руку, сжимающую волшебную палочку. Медсестра уходила с ножом для масла в свертке и, похоже, не ощутила разницы, а может думала попросту о другом. - Вот же наивная дура. Неужели все хаффлпафцы такие? Даже скучно. Освободиться от больничных оков не составило труда. Драко быстро поднялся с кровати и, сунув ноги в больничные тапочки, невольно потянулся, потирая затекшую шею. Слабость в теле все ещё была, но не такая, как в прошлый раз. Теперь он хотя бы твердо стоял на ногах. Порыскав по шкафам, Драко вскоре нашёл свою одежду, в которую тут же поспешил переодеться. Здесь же оказалась его сумка. Счёт шёл, быть может, на секунды, но выходить в больничном халате наружу было не совсем осмотрительно. Сейчас ни к чему привлекать к себе лишнее внимание. Драко подкрался к выходу из больничной палаты и прислушался. За дверью было тихо, не считая едва слышного бряцанья волшебных доспехов; шли учебные часы и коридоры пустовали. Драко с опаской заглянул в окошко приёмного кабинета Помфри - старшей медсестры, к счастью, не было на месте, однако от стоящей на столе кружки шёл пар. Стоило спешить. Пока все складывалось, как нельзя лучше. Драко приоткрыл дверь больничного крыла и выглянул наружу. Никого. Из кабинета мадам Помфри донеслось еле различимое звяканье больничных склянок. Драко спешно выбежал в коридор. Нужно было поскорее найти укромное место, чтобы обдумать все последующие действия. А так же проверить, какими заклинаниями пользовался прошлый владелец палочки в последние часы перед перемещением. Может это прольет свет на произошедшую ситуацию? Ноги сами понесли его в сторону Выручай Комнаты.