Часть 11

Казалось, будто прошла целая вечность, когда Драко, наконец, вынырнул из Думосброса и тяжело откинулся на спинку стула. Его подташнивало, в горле стояла противная сухость с железистым привкусом, а вокруг кружилась столь непривычная глазу светлая комната слизеринского декана. Сам же хозяин кабинета ходил перед столом взад-вперед, нервно прокручивая на пальце обручальное кольцо, оглаживая его, будто оно может исчезнуть в любой момент. Продираясь сквозь воспоминания и заново, с некоторой горечью переживая их, Драко то и дело отпускал мрачные комментарии, кратко объясняя Снейпу происходящее, однако тот за все время так не обмолвился с ним ни словом. Но вид самого себя-из-другой реальности, облаченного в костюм Пожирателя, заставил Северуса Снейпа измениться в лице. Не скупясь на подробности, Малфой показал во всей красе бесчинства Темного лорда. Они побывали в мэноре при пытках маглорожденных волшебников, и в момент когда Драко получил Черную метку, посетили Горбин и Бэркес, и Выручай-комнату, где воспоминание Драко безуспешно пыталось восстановить Исчезательный шкаф. А затем - сова Робин, сверток с телескопом, смотровая площадка Хогсмида, и Грейнжер, стоящая у порога книжного магазина. - Теперь вы мне верите, - утвердительно прошептал Малфой и внимательно, с каким-то мрачным удовлетворением, взглянул на Снейпа. Казалось, будто тот был еще бледней чем обычно. - Вы видели, что там происходит. Мне нужно вернуться назад. - Эти воспоминания позже просмотрит директор, - наконец, произнес Снейп, подходя к Думосбросу. Наколдовав ряд стеклянных бутыльков, декан принялся скрупулезно помещать в них сверкающие нити, вытягивая тех из чаши. - А пока вам нужно вернуться в больничное крыло. Ведите себя естественно, не говорите ни с кем из учеников, это для вашего же блага, а что касается друзей, то настаиваю придерживаться легенды о потере памяти. “Друзья”. Это он о ком? Если о Крэббе с Гойлом, то Драко не понимал, с чего бы они стали его расспрашивать о произошедшем, но через мгновение до Малфоя дошло. - Позже директор разъяснит вам тонкости, - заметив недоумение на лице Малфоя, осклабился Снейп, - если будет в том надобность. Друзья. Похоже, декан говорил про Золотое трио… Драко невесело усмехнулся. Да уж, и в страшном сне не приснится подобное. - Никто не должен знать, кто вы и откуда на самом деле, мистер, - продолжал Снейп. - Если миру известны последствия небрежного использования Маховика времени, то насколько губительным может оказаться знание о параллельно существующих мирах, я даже представить боюсь. Сидите в палате, ни с кем не говорите, ничего не рассказывайте. Все ясно, или взять с вас Непреложный обет? -Я все понял. - исподлобья глядя на декана, отрезал Драко, нервно сжав край мантии. Конечно, чего ещё стоило ожидать, остаётся надеяться что на цепь не посадят до выяснения всех обстоятельств. - Профессор Дамблдор говорил, что разберется с артефактом. И если его починить, то я смогу вернуться. Ведь так? - Возможно, в теории, - помолчав, хмыкнул Снейп. - Если будут выполнены все условия, мистер Малфой. Только, похоже, это не представляется возможным, - декан левитировал звенящую груду бутыльков в шкаф, а за ними и Думосброс. - Почему? - Драко напрягся. Снейп не спешил с ответом, монотонно выставляя пробирки с воспоминаниями в подставки. По мановению палочки на бутылках появлялись крохотные куски пергамента, а на них - надписи, которые Драко не мог разобрать. - Скажите же, не молчите, сэр. - Ваше неведение, мистер Малфой, и проклятье и благословение. Тот заколдованный телескоп был куплен в Горбин и Бэркес, лавке из Лютного переулка, - закончив с бутыльками, негромко произнес Снейп, - Здесь же этот квартал сравняли с землей еще десять лет назад. С тех пор каждый найденный артефакт - целый или поврежденный - находится в хранилище Министерства Магии, под замком. И ваш телескоп был конфискован накануне самими невыразимцами, - обернувшись наконец, Снейп тяжело поглядел на Малфоя. - Если они сочтут его опасным, то предмет уничтожат или же попросту навсегда закроют в хранилище. И даже профессор Дамблдор не в силах им помешать, решение исходит от самого Министра Магии. В связи с происходящим школе и так даётся слишком много поблажек. Драко безвольно опустил руки, ужас раскаленным клинком коснулся его кожи, горло словно полоснуло огнем. Неужели он застрянет здесь навеки, в полной беспомощности, и зная что семье и всему, что ему дорого, грозит смертельная опасность?! - Это какой-то бред! Нужно связаться с Министерством и объяснить им ситуацию. Напишите моей… - Драко запнулся на мгновение, - его матери и отцу здесь, они найдут решение! Телескоп нужно вернуть любой ценой, сэр, вы должны что-то сделать, - Драко распалялся, говоря все громче, а когда Снейп лишь мотнул головой на его опроведь, то сорвался на крик, - нет, должны, вы слышите меня, профессор?! Вы обещали помогать мне! Северус Снейп и вправду обещал, да только не тот, что сейчас перед ним, пронеслись тихие запоздавшие мысли. Декан смерил его холодным взглядом и уселся за стол, приманив к себе лист бумаги и пузырек с чернилами. Малфой, негодуя, глядел как он нарочито медленно точит ножичком перо и смахивает с кончика крошки. - Да черт возьми, вы издеваетесь?! - Драко резко вскочил, стул полетел на пол, - Вы что, совсем нихрена не поняли? Он же их всех убьет! Во взгляде Снейпа читалось раздражение. - Наорались, мистер Малфой? Надеюсь, полегчало? - Снейп обмакнул перо в чернила, постучал кончиком о край бутылька, стряхивая излишек. Драко с бессильной злостью наблюдал, как декан быстро пишет что-то на листке. - Хорошо, вам плевать на меня и мою семью. Но там оказался ваш студент, который ни черта не знает о моем мире, - прошипел Малфой, - он же обречен, а вам все равно? Сами видели, что там происходит!… Снейп хрястнул кулаком по столу. Пузырек с чернилами опрокинулся, темное пятно поползло по столешнице. - Лучше попридержите свой гадкий язык, мистер Малфой! Если бы я мог что-то сделать, то совершил это, едва вы переступили порог школы. Поверьте, я прилагаю все возможные усилия, чтобы найти решение этой проблемы… будто других не хватает, - Снейп раздраженным жестом сложил бумагу вдвое и сунул письмо в конверт. - На вашу удачу, невыразимцы изъяли лишь сам телескоп, а осколки от линзы остались спрятаны профессором Дамблдором. Что, или по вашему мнению, мистер Малфой, мы идиоты? Только рано радуетесь, их недостаточно для восстановления линзы, ведь, - он жестко посмотрел на Малфоя, - пара центральных осколков осталась в вашем глазу. Драко инстинктивно прижал ладонь к лицу, скользнул пальцем по дрогнувшему веку. Его передернуло лишь от одной мысли, что внутри глазного яблока скрывались осколки от волшебного стекла. - Помфри сказала, что зелья уничтожат их. - Дели на два все, что она говорит, - мрачно усмехнулся Снейп, - Это я сварил те зелья, мистер Малфой, и именно мне лучше знать как они работают, не правда ли? Осколки такого стекла быстро растворить не получится - это не кости и не мягкие ткани. Магические линзы в приборах крайне прочные и устойчивые ко внешним вмешательствам. - Как же тогда оно треснуло? Снейп хмыкнул: - А вы как думаете, мистер? Это должна быть колоссальная сила, раз стекло разлетелось на куски. - Такая, как перемещение меж пространствами? - Верно. Даже захотелось дать пару очков Слизерину, - Снейп усмехнулся, - Что ж, вы все таки не дурак. Это радует. Все ещё кипятясь, Драко прошелся по кабинету, сложив руки на груди и нервно поглядывая на запертую дверь. - Конечно, я же не сраный Поттер. Оперев подбородок на переплетенные пальцы, декан поднял на него странный взгляд. - Удивительно слышать это от того, кто выглядит как Драко Малфой. - Я и есть Драко Малфой, - пробормотал тот, внутренне напрягшись от того, насколько незнакомо пугающими казались глаза Снейпа. Вечер Драко встретил в новой, отдельной палате, которая раньше была одной из кладовых больничного крыла. Для него её переоборудовали и расширили, поставили кровать и столик - смущенная Медоуз принесла упаковку сливочного печенья, - кресло с высокой спинкой, шкаф, набитый книгами, и наколдовали небольшие резные окна, выходящие на унылое Черное озеро. Закатные лучи окрашивали стекло в оттенки красного и оранжевого, и казалось будто окна пылают огнем. От такого света глаз почти не болел и Малфой решительно снял повязку. Где-то там, за роговицей, скрываются магические осколки - еще не растворенные зельем. Если они будут уничтожены, то и артефакт отца ждет та же участь, а значит Драко не сможет вернуться. Что же делать, черт возьми? К кому обратиться за помощью? "А если взять и вырвать глаз, то удастся ли спасти осколки?..." Обратно в больничное крыло Малфоя вёл хмурый домовик, наряженный в какие-то уродливые вязаные одёжки. И пускай у Драко не вызвало бы особых затруднений разобраться с ним с помощью спрятанной палочки, он не стал, а вскоре и не смог противиться безапелляционному повелению Снейпа - не покидать палату. И похоже, речь уже шла не только о выздоровлении. Дверь палаты ожидаемо оказалась заколдована. Драко уже представлял как после полуночи, когда все уснут, он использует дезиллюминационные чары, вскроет замок и выберется наружу. По крайней мере, весьма на это рассчитывал. Стрелки на старинных часах под потолком двигались так медленно, что Малфой из скуки стал прислушиваться к происходящему за дверью и вскоре случайно подслушал разговор медсестер. Так он узнал, что директор распорядился держать его взаперти и после. - Одни секреты у профессора Дамблдора, и только. Говорит, что мальчику нельзя находиться в школе, - глухо сокрушалась Помфри. Драко напряг весь свой слух, чтоб различить ее бормотание. - Значит, и сам директор считает, что он проклят. Я поделилась догадкой, что это обскур, но похоже дела еще хуже… - А если это проклятие отражений? - донесся звонкий голос Медоуз. - Тогда ему даже в Мунго не помогут, если это оно. Старшая медсестра сердито зашикала: - Мерлин с тобой, дитя, сплюнь! Тьфу-тьфу! Даже не произноси этого названия! Но вдруг и вправду оно… - понизив голос, Миртл вздохнула и замолчала на некоторое время. - Я так надеялась, что этого больше не повторится, уж больше года прошло с исчезновения МакМилланна. - Не верю, чтоб такое приключилось с мистером Малфоем, - пробубнила Медоуз. - Зря я медлила, нужно было сразу связаться с его матерью, - буркнула Миртл, - а теперь профессор запретил кому-либо сообщать о случившемся. Медсестры заохали. - Как же так, и матери не сообщить?! Она вся изведется... - Не изведется, если не узнает! - возразил голос Миртл. - Бедный Драко… Малфой продолжал бы подслушивать под дверью палаты и дальше, но медсестры вдруг прервались. А когда заговорили вновь, возбужденно и настойчиво, то Драко не различил ни единого слова, будто звуки доносились сквозь толстое стекло. Наложили заклинание, старые клячи! Но в мешанине звуков он различил голос, не принадлежащий ни одной из медсестер. Может, пришёл кто-то из учителей? Голоса стали будто ближе, пусть все так же неразличимы. Но то и дело обрывки слов до него доносились. Похоже, человек говорил очень громко, почти кричал. Вслушиваясь, Драко прижал ухо к двери, и наконец совсем ясно услыхал до боли знакомый голос, молящий, но вместе с тем и полный праведного гнева: “Прошу вас, пожалуйста, мне нужно его увидеть! У меня есть разрешение от профессора Люпина!” - Хорошо, мисс Грейнжер, но лишь на десять минут. Малфой в растерянности отшатнулся от двери, попятился и стукнулся бедром о больничную койку. Вспыхивающие, как угольки, мысли о том, какого черта здесь делает Грейнджер остужались, будто капли дождя, напоминаниями о том, где он теперь находился. Это не та Грейнджер, он не в своем мире. Ни к чему так на неё реагировать. Драко сглотнул, быстро моргая. Но он все же реагировал. Дверь распахнулась, внутрь заглянуло улыбчивое морщинистое лицо Миртл. Закатное солнце скользнуло и по толстым дужкам ее очков, сделав их похожими на тлеющие пепламбовые яйца. - Мальчик, к тебе гости. Только не творите глупостей, молодые люди, за вами присмотрит Бибби. - медсестра поглядела за дверь. - Так, мисс Грейнжер, прошу сюда. Десять минут, не больше! Не в силах себя сдержать, Драко отвернулся и быстрым шагом прошел до шкафа с книгами. Весь остаток дня он провел, буравя взглядом полки, забитые неизвестными ему фолиантами. Но смысл их листать? Задерживаться здесь Драко не планировал, как и изучать альтернативную историю. К тому же, книги были слишком старые, а вот свежий номер Еженедельного пророка ему бы не помешал, понять что к чему в этом мире именно сейчас, не более. Позади раздались шаги, а затем скрип закрывающейся двери. - Ну привет, - донеслось напряженное. Драко, никогда не слышавший обращенное к нему приветствие от грязнокровки, вздрогнул. Чуждое, неправильное, неестественное… До мурашек приятное. Нет, нельзя так думать и чувствовать! Ему захотелось, чтоб положенные десять минут поскорее прошли. - Как ты себя чувствуешь? - послышался робкий шажок. - … Эй, может хотя бы посмотришь в мою сторону? А что, если ей не отвечать, вдруг девчонка просто развернётся и уйдёт? Или даже припугнуть, послать её куда подальше? Но нет, так он лишь вызовет опасения - значит, все же придётся терпеть. Драко помедлил, складывая все за и против, досчитал до пяти и, с невозмутимым видом развернулся, оперевшись локтем о деревянную полку. - Ну чего тебе? - скривился он, не желая глядеть на девчонку. Но взгляд сам метнулся сначала к её ногам в грязных ботинках - позади за гриффиндоркой стоял тот же смурной домовик, что вел его от Снейпа до палаты - затем к телу, рукам в перчатках, нервно стиснутым меж собой. Грейнджер была в обычной, на первый взгляд, школьной форме и, похоже, пришла к нему с урока по Травологии, но были детали, выбивающиеся из обыденного образа заучки. Грубые ботинки, брюки вместо плиссированной юбки, поверх рубашки на запястьях кожаные наручи, покрытые неизвестными рунами. Как и у некоторых встреченных Драко учеников в коридорах, у Грейнджер тоже красовалась на руке фиолетовая повязка. Может, у них тут профсоюз маглорожденных? - Ты даже посмотреть на меня не можешь? - в ее голосе послышалась обида. Но не то чувство, основанное на злости и неприязни, не тот тон, что он слышал у других девчонок из школы, даже Пэнси с такой претензией в голосе с ним не говорила, стараясь елейничать или переводить в шутку. - Ты меня слышишь вообще? Она говорила с ним так, будто он был ей обязан, будто он провинился и теперь гриффиндорка едва сдерживалась. Грейнджер сделала ещё шаг к нему и Драко, выпрямившись, все же высокомерно взглянул в ее лицо, бледное и, внезапно, с густо и небрежно накрашенными глазами. - Что с твоим глазом? - тревожно произнесла девушка и, нахмурившись, ринулась к нему. - Цвет радужки изменился, это из-за травмы на обходе деревни? Драко замер, словно оглушенный заклятием. Грейнджер пригвоздила его к месту, она была так близко к нему, меньше метра, и пахла жасмином и чем-то тёплым, древесным. Покусанные, припухлые губы слегка блестели. Вот же черт… - Угу, - наконец промычал он, отводя взгляд, но чертова девчонка схватила мягкими пальцами его за подбородок. По коже прошлась дрожью горячая волна. - Постой, не отворачивайся же, я хочу разглядеть получше! Ты этим глазом нормально видишь, или как? Быть может… Эти шоколадные, блестящие, внимательные глаза, неотличимые от той Грейнджер, от настоящей… глядели на него с каким-то новым, непередаваемым чувством, от которого засосало под ложечкой. - Не трогай! - ошеломленно отпрянул Драко, придя в себя и чувствуя как кровь приливает к лицу. Место прикосновения пальчиков Грейнжер пылало будто клеймо. Меж густых бровей гриффиндорки вновь появилась складка. Девчонка моргнула, затем скривилась, будто отведав лимонного сока. - Точно, тебе же не нужна моя помощь, - процедила она с обидой в голосе. - Что ж, значит, вернёмся к более насущному вопросу. А именно: какого черта ты забыл на заброшенной смотровой площадке? - А вот ругалась она совсем не как та самая Грейнжер... - Не помнишь, чем вылазка кончилась в прошлый раз? Или совсем из ума выжил нарушать правила? В героя решил поиграть - и как, оно стоило того? - ее губы задрожали и она, замахнувшись, чувствительно стукнула Малфоя по предплечью, - Ты ж не джарви, блин, скажи хоть что-то, кроме коротких словечек! Я ведь боюсь за тебя, черт возьми! - Да отвали от меня, Грейнджер! Совсем охренела? - сердито выкрикнул Драко, растерявшись от таких внезапных нападок. Что вообще происходит, какого хера эта девка с ним дерётся? Что у неё с тем-Малфоем за отношения вообще?! - Вот уж кто охренел, так это ты, Малфой, - прошипела Грейнджер. - Мне полчаса пришлось из-за тебя перед директором распинаться. А ты стоишь и строишь из себя непонятно что. Представляешь, как тебе повезло что Гарри с Джинни в тот день патрулировали поблизости? Я лишь надеюсь, что ты не зря рисковал своей жизнью. Так ведь? -Я не... -Не знаешь, - она закатила глаза, а затем снисходительно улыбнулась. - Ладно, какой смысл вспоминать прошедшее. Главное, что ты цел, Драко. Она назвала его по имени. Так мягко и почти что с нежностью. Ему казалось, будто он ослышался. Словно наваждение, так давно желанное, а теперь, исполнившись, заставлявшее усомниться в собственной адекватности. Драко невольно отступил назад и врезался спиной в шкаф. Пара книг с глухим стуком попадали на пол. - Осторожней нельзя, блин?! Гриффиндорка, ругаясь, кинулась их поднимать, перед этим сняв перчатки. - Это же очень дорогие собрания по астрологии! И если вновь скажешь, что выкупишь весь Флориш и Блоттс для меня, то я ещё раз тебя стукну! - Не скажу, не обольщайся, - глухо пробормотал Драко, невольно поглядев на каштановую макушку гриффиндорки. Она подошла так близко, что он мог ощутить ее запах. От нее пахло невероятно приятно. Драко понял, что чувствовал аромат Гермионы Грейнджер, кажется, впервые - был ли он всегда, или же Драко его не замечал? Ему внезапно захотелось коснуться её волос. Это показалось жизненно важным кусочком недостающего пазла, что он искал, верно, целую вечность. И мог бы сейчас променять всё золото в ячейке Малфоев лишь на одно единственное касание. Прикрыв глаза, Драко невольно представил, как поднимает гриффиндорку, она глядит на него, призывно улыбаясь, без тени обиды и ненависти, накопленной годами - а он касается ее щеки ладонью, приглаживает пальцами каштановый локон. Не боясь что кто-то увидит и обвинит его в посрамлении древнего рода чистокровных. Наваждение быстро спало. Драко сжал кулаки. Какой же идиот, держи себя в узде, блять, неужели ты забыл, как постыдно то, что желаешь? Поднимая книги по-маггловски и ставя их одна на другую, Гермиона заботливо отряхивала корешок и обложку каждой от невидимой пыли. Заправив вьющийся локон за ухо, девушка вдруг взглянула на Драко исподлобья. - Какой-то ты…не такой, - медленно прошептала она, пытливо вглядываясь ему в глаза. "Как и ты", захотелось ему сказать. Вот уж точно, лучше бы девчонка не нарушала его душевное равновесие и не глядела так, будто они с ним встречались. Не хватало только сопливых сцен, как ему из них выкручиваться? Если ещё и рыдать начнёт... - Нормальный я. - Не пытайся меня обманывать, я же чувствую! Драко отвел взгляд и нервно потер шею, не понимая как ему достоверно сыграть доставшуюся роль, спокойно глядя в глаза Гермионе Грейнджер, гриффиндорской грязнокровке, одним лишь своим видом выводящей его из себя. - Это все потому что я… - он блуждал взглядом по палате, чувствуя что если взглянет на Грейнджер, то тут же как-нибудь проколется, - потерял память. Так сказали медсестры, очень тяжелый случай. - Черт… - она поднялась и встала перед ним, тревожно глядя в глаза. - Они мне не сказали. - Еще бы, об этом никому нельзя знать, даже тебе, Грейнжер, - скривился Малфой и сглотнул. Ну какого хера она стоит так близко к нему? Зачем смотрит так проникновенно? Чего ей надо? - Прости пожалуйста, - гриффиндорка приложила ладонь к пухлым покусанным - Мерлин, помоги! - губам, брови сложились домиком, - А я, как дура, взяла и наехала на тебя… Гарри говорил, что ты немного не в себе, но я не могла даже подумать о подобном. Ты, значит, совсем ничего не помнишь? Драко нехотя пожал плечами. С таким апломбом вести беседу с грязнокровкой казалось проще. - Ну, кто ты такая я помню, но не больше, - он глядел как эмоции одна за другой меняются на бледном лице Грейнджер. - И про все вокруг я тоже ничерта не помню. - Может, воспоминания остались где-то глубоко в подкорке? - закусила губу Грейнжер, - Если произошел магический выброс, как сказала Помфри, то вряд ли именно он мог безвозвратно стереть твою память. Даже заклятье Забвения можно снять, в теории. Так что, должны быть какие-то механизмы, позволяющие восстановить тебе память, пусть и не сразу, постепенно, - она запнулась. - Лучше пока не нагружать тебя большим объемом информации, а попробовать начать с чего-то простого и приятного для восприятия. - Наверное, ты права, Грейнджер. Знаешь, тебе лучше просто оставить меня в покое и тогда, я уверен, всё вернется на круги своя через какое-то время, - говоря это, Драко очень оптимистично рассчитывал на свое возвращение обратно. А уж тогда они с тем-Малфоем поменяются местами, то тому и вспоминать ничего не придется. Если все пройдет так, как надо. Об ином исходе Драко даже думать боялся. - Я все равно попробую, - выпалила упрямо Грейнджер и резко прижалась к нему, заставив Малфоя замереть будто заколдованного. Девичьи руки обвили его торс, стиснули пальцами ткань мантии, сквозь школьную рубашку он ощутил тепло ее вздымающейся полной груди. Воздуха стало не хватать, пускай девчонка обняла его не очень крепко. Он опустил голову и невольно вдохнул запах ее волос. Блять. Так вот что для нее простое и приятное!? Отпираться было бы глупо, ощущения оказались крайне, даже пугающе приятными. Драко чувствовал, как легкие наполняет теплый, с нежной цветочной ноткой, волнующий запах, и внутри словно что-то сломалось. Руки не слушались будто чужие, он не мог оттолкнуть девчонку от себя. Не хотел. Будто в бреду, он уткнулся носом в макушку гриффиндорки, закрыв глаза и позволяя горячему узлу скручиваться в низу живота. Пусть все происходящее казалось наваждением, запретным сладким сном, но ничего упоительней он не видел уже давно. - Вспоминается? - донеслось глухое, тихое. Он не стал ей отвечать, в словах больше не было никакого смысла, да и не знал Драко, что мог сказать в такую уязвимую минуту. Он боялся, что может не удержаться от совершенно неправильных, грешных и грязных действий, и оттого просто замер, дыша ароматом Грейнжер. Далеко не все девчонки пахли так привлекательно. Он мог пересчитать по пальцам одной руки моменты, когда чей-то женский аромат ему действительно нравился. Часто девчонки пользовались безвкусным и приторным парфюмом. Пэнси пахла сладкими фруктовыми духами, а её шампунь всегда отдавал на запах чем-то конфетным. Дафна Гринграсс пахла дорогим уходовым кремом и цитрусовыми, ее сестра Астория любила ягодные ароматы, от близняшек Кэрроу часто пахло ванилью. Грейнджер пахла божественным откровением. Согревающе, ласково, бесподобно, неописуемо. Хотел бы он вспомнить ту жизнь, которой не жил, ту наверняка приятную и безоблачную жизнь, где он имел бы возможность прикасаться к гриффиндорке. Увидеть не свои, но тоже принадлежащие Драко Малфою счастливые воспоминания. Где не нужно было притворяться, постоянно чувствовать страх и смутную тревогу подступающего кошмара в будущем. Неужели возможность посетить эту реальность - райский дар ему, поганому грешнику? - Значит, вспоминается, - довольно фыркнув, заерзала в его объятьях Грейнджер. Драко сам не понял, когда успел обвить ее руками и теперь, зарывшись пальцами в ее волосах одной ладонью, гладить девчонку по спине другой. Осознав это, он замер, чувствуя на языке привкус горечи. - Наверное… Я… не знаю, - наконец, еле прохрипел он, когда Грейнджер отодвинулась. Она весело улыбнулась, сверкнув шоколадными глазами. Его обнимал самый настоящий ангел, с небрежно подведенными глазами, с легкими веснушнами на щеках, с густыми бровями, с яркими искусанными губами, с нежной, бледной кожей. Она улыбалась ему, беззаветно и искренне, и он не мог напитаться ее райским светом. Словно страждущий, в конце пути нашедший свой оазис, благоухающий дивными цветами и журчащий чистейшей водой. Девчонка казалась священным плодом, способным утолить его бесконечный чёрный голод. Драко сжал челюсть, боясь что улыбнется вместе с ней. В груди с довольством и безумием клокотало нечто, чья природа не имела объяснений. - Эй, - она дернула пуговицу на его рубашке, растегнув, и сорвала с его губ ошеломленный вздох, - а где перышко? - Что? - он с трудом соображал. - Ну кулон-перышко? - она закусила губу и провела ладонью по его ключицам, вызывая новый приступ дрожи, - Я понимаю, ты и о нем забыл. В общем, это мой подарок на прошлое Рождество. Когда тебя нашли у площадки в Хогсмиде, на тебе его не было, вот я и оставила свой. Надеюсь, ты и его не потерял? - Нет, я видел его. Он остался на столе, - едва соображая, пробормотал Драко, бездумно разглядывая блестящие губы Грейнджер. Чего он еще может добиться, если и продолжит прикидываться потерявшим память? В глубине души он ненавидел себя за такие недостойные мысли. Но где еще он мог бы их осуществить? - Слава Мерлину, тогда я заберу его и в следующий визит передам его тебе. Жаль, что твой экземпляр потерялся, купить перо грифона сейчас почти невозможно, - она вздохнула. - Еще один такой же кулон я уже не сделаю. - Замени обычным пером. - Так нельзя же, - Грейнджер положила голову на плечо Драко, - Я заколдовала кулоны так, что через них можно было общаться даже на огромных расстояниях, а такое возможно только с перьями грифона. Послышался скрип двери и Драко отскочил от ойкнувшей девчонки, будто ошпаренный. - Время посещения прошло, - появившаяся на пороге пухлая медсестра Медоуз важно подняла подбородок, строго глядя на Грейнжер. - Вам пора, мисс. - Ну, пока, до завтра, - гриффиндорка виновато улыбнулась, глядя на покрасневшего Драко. Он, не в силах ничего сказать, лишь кивнул. Через пару мгновений дверь за спиной Грейнджер захлопнулась. Он напряженно вслушивался в тишину, прерываемую тихим щелканьем часов. А затем, пройдя к окну, задумчиво поднес к лицу ладонь, чувствуя на ней тёплый запах гриффиндорки, смешавшийся с его.