Предыстория

Мой отец Михо был пиратом, и редко навещал меня, моих двух старших братьев и маму. Он был умён и заботлив с нами, а с чужими хитёр и жесток. Отца редко видели рядом с нами, а если и видели, то предпочитали не распростроняться. Дело в том, что пиратам запрещено заводить семью, ведь они должны убивать или быть убитым. Наша мать Минори — святая женщина, она добра и красива, и после трёх родов, так же оставалась стройной. Она была домохозяйкой и много работала, но люди боялись её мужа и в попытках задобрить его, платили ей большие суммы денег. Мы жили рядом с пирсом, где проходили пиратские корабли и, после прибытия, отец первым делом заходил к нам. Но однажды, вместо корабля, в порт притянуло бутылку с письмом, в котором говорилось о гибели нашего отца в ходе сражения на острове сирен. Люди узнав, что мой отец мёртв, перестали платить матери больше, чем другим. Поэтому ей пришлось работать на 4 семьи одновременно, но даже так мы еле-еле сводили концы с концами. Мой самый старший брат Кей, устав от образа жизни бедных прислужников, хотел отомсти за отца, имея навязчивую идею но не имея навыков быть пиратом он отправился на остров в одиночку, где и погиб. Средний же брат Шиджеко хотел продолжить путь отца, он изнурительно тренировался, ходил в припортовые бары, где набирался опыта у местных пиратов, и даже начал обучатся фехтованию у настоящего морского волка, но встретившись лицом к лицу с сиренами, все его старания перестали иметь значения, ведь назад ему не было суждено вернуться э. Оставшись единственным мужчиной в семье я — Ясу не мог простить сиренам гибель своих братьев и отца, и не смотря на мольбы матери не оставлять ее одну, я принял решение поставить на сиренах точку. Понимая, что я иду на верную смерть, я полностью отдался тренировкам: я вступил в пиратскую команду, ходил с ними на рейды, сражался в морских баталиях, участвовал в бунте и лично сверг своего капитана в дуэли, и спустя два года подготовки, в нашей деревне стали страшиться меня даже больше, чем отца. И тогда я понял — я готов. Мама умоляла меня не уплывать, так как, не безосновательно боялась потерять и меня, но я уже не мог повернуть назад. И после трогательного расставания, я попрощался с матерью и взошел на пирс, где уже стоял мой корабль и моя команда. Осмотрев на последок свою деревню, пирс и предательски спокойное море, я вступил на судно и отправился на встречу своей судьбе.