Слабость и человечность

— След от кошачьей лапки, — начал Скотт и прокашлялся, будто ему пережало горло от волнения. Его глаза бегали по всем поверхностям, кроме лица и шеи Эллисон, словно они резко стали запретными зонами для глазения. — Почему именно кошачья? — В этом городе и так хватает волков, — улыбнулась Эллисон.