Часть 9. Тринадцать.

      Воскресенье выдалось особенно гадким. За окном стоял туман и моросил мелкий дождь. Сны снились какие-то странные и липкие, очень сложно было вырваться из их цепких лап. Алиса помнила, что ей точно снились какие-то неведомые существа с щупальцами. Но кроме щупалец ничего примечательного вспомнить не получалось. Она отметила еще пару симптомов. У нее гудела голова, а в ушах немного звенело.       “Старею, наверное”,— решила Алиса.       Она долго не вылезала из кровати потому, что знала — если вылезет, то сразу потянется к книгам.       Алиса окончательно очнулась только к обеду. В животе пели китообразные, оповещая свою хозяйку, что пора бы и подкрепиться.       После трапезы она отправилась к совятне. Она долго не решалась зайти, пока ее не окликнули пару студентов. Их птицы были еще живы. Немного поболтав с детьми, она зашла вместе с ними в помещение. Никто из сов пока больше не умирал. Алиса внимательно осмотрела присады, заглянула в каждый угол совятни, но ничего не нашла. Да и что она вообще рассчитывала найти?       Алиса стучалась в дверь хижины Хагрида. Он долго не открывал. Похоже, был чем-то занят. Наконец она услышала тяжелые шаги за дверью. Хагрид выглядел рассерженным, его борода и волосы были взъерошены.       — О, я тебя разбудила? Прости, пожалуйста, Хагрид.       — Ничего, ничего, проходи.       Он разливал чай по кружкам, но как-то неаккуратно, едва не плеснув кипятка себе на ноги. Светская беседа никак не завязывалась. У Алисы созрела идея.       — Может, в картишки?       — Оно, конечно, можно, — Хагрид заметно оживился. — Но я просто так не буду играть.       — На деньги я тоже не буду играть, сам понимаешь, государственная работа, много не платят, — она ухмыльнулась.       — Можем играть на желания. Я выиграю — загадываю желание тебе. Ты выигрываешь — ты загадываешь мне.       — Заманчиво. Но желания должны быть выполнимые. Никаких облизываний Распределяющей Шляпы, ты понял?       Хагрид рассмеялся, кивая собеседнице.       — Что ты мне загадаешь? — Алисе не терпелось узнать желание Хагрида.       — Я загадаю тебе... Чай! Самый вкусный чай, который ты только сможешь для меня достать. Ты его приготовишь специально для меня.       Алиса лукаво улыбнулась.        — Я могу для тебя приготовить особый грибной чай. Понимаешь меня? С волшебными грибами.       Хагрид подмигнул ей, слегка краснея.        — Тогда я загадываю тебе выучить для меня песню на балалайке, — продолжила Алиса. — Самую простую песню. Я привезу тебе инструмент, к следующей осени смогу и балалайку тебе достать, и грибы. Идет?       — По рукам, — Хагрид протянул свою здоровенную руку девушке, та пожала её.       — Только знай, что я мастер игры в карты, ты мне гарантированно продуешь, — Хагрид говорил очень серьезно.       — Не пытайся обмануть обманщицу, — Алиса ухмыльнулась, ведь она верила только в свой успех.       Весь вечер они рубились в карты, и каждый раз полувеликан побеждал. Алиса пригрозила отыграться в следующий раз, когда она возьмет свои карты. На том и порешили.       Как только Алиса оказалась на первом этаже замка, ее окружила какая-то суматоха. Ученики носились в разные стороны, кто-то плакал, кто-то кричал. Видимо, что-то произошло и очень серьезное. Постепенно на первый этаж подтянулись и другие преподаватели. Она хотела узнать у кого-нибудь, что случилось, поэтому как только заприметила Макгонагалл, сразу метнулась к ней       — Ребенок умер, — ответила она твердым голосом, но глаза ее были полны печали и отчаяния. — Это ужасный день для Хогвартса.       Вскоре к Минерве подошел Снейп, и они вместе начали разгонять учеников по общежитиям.       Алиса стояла посреди вестибюля и переваривала услышанное. Умер ребенок! Но почему? Что случилось с ним? Она покрылась мурашками от осознания произошедшего.       Внутри тела будто что-то оторвалось. Она не знала, что ей сейчас делать. Даже когда узнаешь о смерти тяжелобольного человека или очень старого, это ошарашивает. А когда умирает здоровый ребенок, это вовсе сбивает с ног, будто ударили под дых. Она первый раз столкнулась с этим лично и впала в какое-то странное состояние.       К ней сзади подошла Синистра и ласково взяла ее за локоть. Она начала куда-то уводить Алису, но та будто не узнавала дороги.       Они пришли в кабинет Дамблдора, где собрались и другие преподаватели. Алиса начала возвращаться в реальность, видя взволнованные лица профессоров.       Дамблдор смотрел на догорающего Фоукса, слегка покачивая головой и заложив руки за спину. Какое-то время он молчал. Затем он повернулся к коллегам.       — Этого никогда не должно было случиться. Мы обеспечиваем безопасность детей, они должны всегда возвращаться домой в целости и сохранности. Но, к великому сожалению, сегодня произошла настоящая трагедия. Трагедия для всех нас. Обстоятельства случившегося будут выясняться в ближайшее время. Эти три дня будут днями траура. Уроки будут отменены, — говорил директор. — Так же я ввожу режим чрезвычайной ситуации. Это значит, что вся территория Хогвартса будет патрулировать охраной. Ночные дежурства остаются. Выход из замка строго с моего разрешения. Походы в Хогсмид запрещены для всех. Пока мы не говорим о полной эвакуации детей. Министерство уже поставлено в известность, так что ждем их дальнейших указаний. Вопросы?       Никто не задавал вопросов, все размышляли о чем-то своем. Алиса хотела побольше узнать про погибшего ребенка, но не решалась спрашивать у кого-либо. Она чувствовала, что ее любопытство сейчас было бестактным.        — Берегите себя, одного человека мы уже потеряли, — печально подытожил Дамблдор.       Алиса распахнула дверь своей комнаты, на полу ее встретила груда книг, оставленных ей вчера. Она присмотрелась к книжкам. Ей показалось, что с утра они лежали не так. Девушка застыла, вглядываясь в расположение книг, будто бы вчера они были разбросаны в хаотичном порядке, а сейчас просматривалась некая логика. Одна единственная книга была отложена чуть дальше остальных. Некрономикон! И это сделала не она.       Внутри все похолодело. Кто-то был в ее комнате и рылся в ее книгах. Притом, в каких книгах! В древних фолиантах по черной магии! Она взревела. Мысли разрывали голову, она была переполнена ими. На секунду ей показалось, что она сходит с ума.       Девушку забила дрожь, коленки подогнулись. Она отползла к стене и попыталась перекрыть поток мыслей, пропуская через сознание по одной. Алиса говорила вслух сама с собой, как бы обличая то, что металось по голове:       — Итак, что мы имеем. Ритуальные убийства, скорее всего — 13 жертв. Очень уж число неоднозначное. Ладно, принесены 13 жертв. Бедный и ни в чем не виновный ребенок, он, вероятно, последняя жертва. Человеческая жертва! — она начала массировать пульсирующие виски. — Но кто и кому преподносят жертв? Предположим, есть несколько вариантов, кому они могут быть принесены. Что дальше делать с этой информацией? Доложить обо всем Дамблдору? Он попросит доказательства. Я ему предоставлю целую библиотеку черного мага. Да еще с особо ценной и редкой копией. И что он на это скажет? Он же подумает, что я больная на голову черная колдунья, и вообще в школу устроилась только для того, чтоб всех детей принести в жертву какому-нибудь Хастуру. Да ладно, что он там подумает. Он же меня в Азкабан сразу отправит! А там недалеко до поцелуя взасос с дементором! — голос девушки дрогнул. Кажется, её дела теперь не очень.       — А если я промолчу? — она продолжила шепотом. — Если из-за моего молчания произойдет что-то более страшное? Я окажусь виновата. Я уже виновата в том, что хранила такие опасные книги практически в свободном доступе. И моей тупостью уже кто-то воспользовался. Зачем кому-то по приколу врываться в чужую комнату и читать такие сомнительные книги, правильно? Это было сделано умышленно. Я сама того не ведая помогла случиться злу.       — Как жаль, что зачатки ответственности появились только сейчас, — она спрятала лицо в ладони. — Если ничего не предпринять, то будут еще жертвы. По моей вине! Как же я влипла! Если бы я только знала, я бы ни за что…       Алиса собралась с духом и вышла из комнаты в тьму ночных коридоров. Сейчас ей требовалось принять серьезное решение, может быть, одно из самых важных в жизни.       Она боялась реакции Дамблдора, хотя он был мудрым, спокойным и доброжелательным человеком. Она не хотела его подводить и разочаровывать. Может быть, он думал о ней слишком хорошо. А реальность оказалась...не такой.       Шварцман вдруг вспомнила о существовании еще одного человека, сведущего в темных искусствах. Снейп! Ну, Снейп не пугал ее. Он просто… как бы это помягче? Не самый приятный в общении человек. Хотя он так же может спокойно притащить ее за шкирку к директору и упечь в Азкабан.       Пока она размышляла об этом всем, взвешивала все за и против, ноги сами несли ее в подземелье. Почему-то она решила, что сможет договориться с самым несговорчивым человеком в школе.       Алиса постучалась в кабинет зельевара. Ну а где ему еще быть в час ночи? Сидит над работами учеников, наверное, скрипит от злости зубами.