III

В просторной и изысканно украшенной комнате без окон, освещаемой лишь замысловатыми техно-магическими светильниками, два единорога явно аристократического происхождения вели неспешный деловой разговор за игрой в штосс. Им периодически подносили на подносах сидр и еду затейливые эквиноподобные автоматоны с присущими кобылкам округлыми формами. — Бубновый туз… Ты проиграл, Голден Стим, вновь, — с ухмылкой победителя констатировал опытный игрок. — С каждым разом, я подозреваю тебя в жульничестве, Карт Шарпер. Но никак не могу подловить тебя на этом, — заключил желтоватый, тучного телосложения единорог немолодых лет с проплешиной на макушке, нехотя отдавая проигранную сумму битсов сопернику по игре. — Как говорится, не пойман, не вор… Ты скажи лучше, Стим, наш уговор всё ещё в силе? — резко сменил тему шулер. — Только из уважения к твоему покойному отцу. У меня был вариант с землёй получше. Но мне очень нравится твоя сестра. Смекаешь? — весьма недвусмысленно намекнул старый жеребец. — Досадно, но у неё, походу, появился ухажер, — холодно произнёс молодой единорог. — Вот как… И кто же он? — полюбопытствовал Голден Стим. — Довольно-таки дерзкий и невоспитанный пегас, как и все пегасы впрочем... — презрительно хмыкнул Карт. — Но при этом имперский гвардеец, офицер, ветеран Зебриканских походов, кавалер ордена мужества и так далее… Мне продолжать? — с ноткой сарказма спросил белый единорог. — Ну, ничего… Даже самые гордые птицы становятся уязвимыми перед опытным охотником, — с мрачным спокойствием произнёс богатый старик. Белый единорог лишь издал насмешливый смешок. — Думай, Шарпер, — осадил юного нахала достопочтенный господин. — Состояние твоего наследства в твоих копытах. Твоя земля, непригодная теперь к земледелию, идеально подошла бы для строительства на ней моей новой паровой фабрики. Мы бы оба могли получать с этого договора доход, я — с производства, ты — с аренды земли мне. Считаю это очень даже взаимовыгодным предложением. Особенно для твоего имения в текущем крайне затруднительном положении… Готов заключить договор с тобой хоть сейчас. Но мне нужны гарантии, что твоя сестра выйдет за меня. — Пуаре не любит тебя, Голден, и игнорирует тебя. Ты, скажем так, уже давно не слишком молод для неё, — на этот раз шулер решил не юлить. — Хах, юные кобылки порой не понимают, что главное — это молодость души, а не тела, — парировал зрелый единорог. — Жеребцы — как дорогое вино, лишь с годами раскрываются букетом изысканных и пикантных нот. — Всегда уважал тебя за самооценку, — с легкой издевкой протянул Шарпер. — Какая нынче молодёжь пошла… Никакого уважения, — наигранно горько запричитал старик. — Мой надёжный пони проследит за ними. Он мой должник, так что пусть долги отрабатывает... А в случае чего посажу её под домашний арест, — вдруг, холодно сверкнув ледяными очами, резко оборвал собеседника молодой дворянин. — Это достаточно сурово по отношению к своей сестре, Шарпер. И что ты вдруг так резко переменился, а? Неужели легкая прибыль для тебя стала дороже счастья любимой сестры? — съязвил Стим. — Не думай уличить меня в нечистых намерениях, Голден Стим, — глаза единорога гневно сузились. — Мои действия продиктованы безграничной любовью и заботой о ней. Ты будешь ей опорой, и с тобою она будет под защитой и при деньгах. А этот кавалер опегасит её и улетит на свою войну обратно, разбив ей сердце и оставив бастарда, — пояснил свою логику Карт Шарпер. — Хм, нельзя не признать правоту твоих суждений… Умом весь в отца пошёл, — неожиданно похвалил молодого собеседника старший товарищ.