Часть 1. Аморальность? Возможно

Я не была готова к тому, что он однажды заявится в таверну, когда я подменяла папу. После него не заходил никто, что было достаточно странным. Сев за столик, незнакомец впился в меня своими зелёными, словно сама чаща леса, глазами. – Шираз, прошу Вас, – монотонно протянул он, не отрывая взгляда от моих очей. Я растерянно кивнула и, наклонившись, стала копаться в большом количестве алкоголя, пока наконец не нашла нужный вид. Поднявшись, я чуть ли не уронила бутылку от неожиданности – парень стоял вплотную к прилавку и снова смотрел на меня. – Сколько с меня? – как ни в чём не бывало, спросил он. Раздражённо и одновременно облегчённо вздохнув, я вдруг обратила внимание на его внешний вид: коричневые волосы и яркая зелёная кофта. Однако, нигде не видно значка. – К какой гильдии Вы принадлежите? – как бы невзначай спросила я, наливая напиток в бокал. Губы незнакомца растянулись, превратившись в хитрую ухмылку и из горла его вышел страшный звук, чем-то напоминающий смешок. – У меня имеется временный пропуск в Поэну. Обычно мироходцы приходят в Поэну с пропуском, дабы сделать какое-то важное дело и уйти к чертям. Но этот индивид серьёзно тратит своё время здесь на какую-то таверну? Крайне глупо с его стороны, но отпугивать клиентов из нашей таверны было бы ещё глупее. – С Вас восемьдесят осколков скинта, – услышав цену, парень и бровью не повёл, словно здесь всё так и стоит. Он спокойно положил на прилавок мешочек с большим количеством скинта и, отойдя к столику, сел за него, став медленно потягивать шираз. Пересчитав деньги, я подняла на него голову от чувства дискомфорта. Всё верно, он как всегда пялился на меня, не забывая про напиток. – Чего ты на меня пялишься?! – уже достаточно грубо спросила я его, сгорая от непонятной мне неловкости. Смотрел он на меня один, а ощущение, словно очень, очень много людей со всех сторон. – Дополнительный скинт, считай, чаевые, – проигнорировал мой вопрос этот невежливый, странный тип. Внезапно он встал и медленными шагами подошёл к стойке. – Почему ты такая грубая? Точнее...грустная? Скучаешь по Элизе, не правда ли? У меня аж дыхание перехватило. Откуда он может знать?! Но внезапное напоминание вновь заставило меня почувствовать тоску и некую обиду. Ведь Лололошка действительно казался мне хорошим, добрым человеком. И вся надежда тогда, когда Элиза падала с башни, была только на него. Но что в итоге? Он просто ушёл в другую сторону и позволил Элизе упасть, разбиться на смерть. Я ошибалась – он такой же гнилой, как и все остальные. Из моей памяти никогда не уйдёт картина окровавленного тела подруги. Никогда не уйдут её безжизненные глаза и то, в каком же ужасе она умерла. Как вся жизнь за это короткое падение пронеслась у неё перед глазами и навсегда оборвалась. Её жизнь была тем ещё дерьмом и закончилась она ужасно и трагично. Несправедливо. – А что если я скажу тебе, что смогу сделать так, что она будет жива и счастлива? – Оторвал меня от мыслей грубый голос парня. Я с презрением прищурила глаза, глядя на него. – С чего это мне тебе верить? Незнакомец хихикнул и улыбнулся шире: – Меня, кстати, Эбардо зовут. А вот верить или не верить – решать уже тебе. Делаю такое предложение только один раз. Эбардо взмахнул рукой и вокруг появилось великое множество зелёных частиц, что напоминали маленьких светлячков. Они синхронно поднялись наверх и стали приближаться друг к другу, соединяясь в одну гущу и начиная приобретать какую-то форму. Я, будучи не в силах оторвать глаз, заворожено наблюдала за происходящим. Наконец, манипуляции закончились(?) и частички показали картину: маленький силуэт с очертанием Элизы падает вниз, на пол, и как только он приземляется, то рассыпается на множество крупиц, что летят в рассыпную. – Согласись же, Элиза умерла очень несправедливо, – я лишь промолчала, но парень словно чувствовал моё с ним согласие, – да и жизнь у неё, честно говоря, была просто паршивая. Но только представь: я, самый могущественный мироходец мультивселенной, смогу переписать историю... – Элиза вновь появляется и полноценного поднимается на ноги, – ...и воскресить твою подружку. Не будет существовать ни единого живого существа, ни мироходцев, ни обычных людей. Только, ты и я. А для твоей подруги я сделаю отдельную вселенную, в которой она будет по-настоящему счастлива! – Внезапно появляются ещё частички, которые летят прямо на меня и обволакивают мою шею, а силуэт Элизы сменяется на чем-то знакомого с детства человека, что вызывал непомерную неприязнь. Наконец, частички собрались и на шее моей красовалось подобие поводка, а тянул его человек, что в моём измерении направил на мою семью пистолет. – Скинь с себя оковы правил общества... И ты почувствуешь настоящую свободу! Ту самую, к которой рвётся каждая человеческая душа, даже не осознавая этого! Ну, разве ты хочешь провести всю оставшуюся жизнь, будучи привязанной к этой таверне, в этой дыре, действительно кем-то называемой "домом"? А вот с предпоследней фразой я бы не согласилась, что прямо ему сказала: – Я не согласна с тем, что моя жизнь в баре суха и безжизненна. Мне вполне весело и я счастлива. Эбардо сделал очередной глоток вина и ответил: – По тебе не видно, – гадко усмехнулся он. – Тебя ведь угнетает то, что твой прямой враг ходит у тебя прямо перед носом. Тебе ведь хочется отомстить ему, не так ли? Но эти тупые морали общества та-а-ак мешают. Они всем мешают, кроме, наверное, убийц, которых за единое нарушение начинают называть сумасшедшими. Удивительно, не находишь? Да и к тому же, время пройдёт, твой папочка покинет тебя и на твои плечи ляжет вся таверна. И там, поверь мне, тебе точно будет не до прогулок по Поэне, упорной торговле за молоко и отшивания наивных влюблённых дурачков. – Частицы подлетели к стойке и, сделав своеобразный стул, усадили туда подобие меня. Та сложила руки на стойку и положила на них голову, как бы показывая свои безнадёжность и отчаяние. – Ты будешь постоянно в Пузатом Лисе, потому что это твой единственный заработок. Ты будешь буквально от него зависима, а потом появятся конкуренты, которые разобьют твой бизнес в пух и прах. И ведь тебе гордость не позволит "действительно" начать с кем-то встречаться, выйти замуж и завести семью. Этот мир не для тебя, Матильда. Он жесток и отвратителен. А я хочу изменить его в лучшую сторону! Убрать все причины несправедливости и сделать его идеальным. Ну что, ты согласна? Я молчала. Это представление действительно произвело на меня впечатление, но я знала, что за всё надо платить. – Что ты хочешь от меня взамен? – я наконец решила подойти к его столику и сесть рядом. – Какая же ты догадливая. От тебя требуется лишь одно: лиши жизни своего ненавистного "друга". Именно он мешает мне создать новую вселенную. Я застыла в недоумении. Лишить жизни? Он это сейчас серьёзно? Я никогда в своей жизни не хотела пачкать свои руки кровью. Но ведь от смерти Лололошки я бы точно не разочаровалась. Да и он сам поступил очень эгоистично, бросив мою подругу на смерть. Прямо сейчас во мне словно бились демон и ангел – мораль и желание мести. И видимо, желание мести победило. Нельзя вечно всё оправдывать тем, что «так будет лучше, делай добро». Это был не вариант и тогда я уверенно посмотрела на Эбардо. – Я согласна.

***

Это было гораздо проще, чем я могла ожидать. Особенно тогда, когда папа в пылу большой волны клиентов попросил меня передать Лололошке неизвестный мне напиток. Что ж, мне и легче. Выйдя из Пузатого Лиса, я зашла за угол и, достав из кармана вежливо предложенный Эбардо порошковый яд, старательно высыпала его весь в напиток, не пожалев и песчинки. Дальше я вышла на улицу, оглядываясь по сторонам. И не прогадала – Лололошка как раз отходил от какой-то лавки. Я пошла быстрым шагом, стараясь быстрее до него дойти. Наконец приблизившись к своей цели, я его окликнула. – Пирожок! Лололошка оглянулся и напряжённо посмотрел на меня. Он явно не предчувствовал ничего хорошего. Я, стараясь выглядеть как можно естественней, нацепила на себя нервную улыбку и сказала: – Папочка сказал мне передать тебе этот напиток, – внезапно в голову пришла чёрная шутка и я использовала её, нервозно хихикнув. - Даже не знаю, чем вы там промышляете. Парень лишь кивнул и взяв напиток, тут же его выпил и распрощавшись, пошёл в свой район.

***

Паника в районе контров, растерянный Шрам, как и все главы гильдий и взгляды друзей Лололошки, наполненные ужасом и горечью. Ну и конечно его безжизненное тело в луже собственной выплюнутой крови. Я выразила сочувствие, выходя из таверны и идя в незаметный угол. Там меня уже ждал Эбардо, что должен был телепортировать меня в замок. – Молодец, чисто сработано, – похвалил меня он. – Возьми меня за руку. Я взяла и мы мигом оказались в большом, уютном, освещённом зале. Точнее сказать, это была столовая. Посередине стоял громадный стол с большим количеством разной еды. Чего там только не было! Свежеиспечённая румяная индейка,большое количество приготовленных кроликов, несколько видов салатов, а рядом с каждым стулом, кроме одного, по бокалу красного вина. Оно же в бутылке стояло посередине стола. За ним сидели неизвестные мне люди. Эбардо поманил меня рукой и пошёл к столу, я же последовала за ним. Он указал на свободный стул, а сам сел за рядом стоящий. Когда я села, парень взял в руки бутылку вина и, налив его в пустой бокал, пододвинул ко мне и зычно провозгласил: – Давайте вместе выпьем за то, что Матильда помогла нам избавиться от худшего врага!

***

Кругом царила паника. Монстры вырывались отовсюду, стены всё сильнее прорывали и гильдии явно плохо с этим справлялись. Люди толпились у порталов, издавая вопли ужаса. А я, ради безопасности заранее перенесённая на высокую башню, со спокойствием и лёгкой радостью в душе наблюдала за всей этой катастрофой. Папа будет в безопасности в новой реальности, Эбардо мне это гарантировал. Так что и волноваться незачем... Внезапно я почувствовала, что перемещаюсь. Оно и не мудрено, ведь в следующую секунду я оказалась в храме Времени. Эбардо взял меня за руку и жестом дал понять, чтобы я прикоснулась к статуе бога Времени. – Ну что, готова? Я кивнула и мы одновременно прижали свободные руки к статуе. В следующую секунду в глазах стало до жути бело и я зажмурилась, крепче сжав руку парня. Также внезапно тьма отступила и, открыв глаза, я...