Глава 10: Оплошность

      — Сакура? — Какаши тяжело вздохнул, ожидая, когда она, наконец, проснется. — Нам уже пора.       Сакура была не из тех людей, кто просыпается с первыми лучами солнца: порой до нее и будильник дозвониться не мог. Так что в отсутствии реакции не было ничего удивительного.       Закинув руки за голову и потянувшись, он бросил взгляд на рассеивающийся утренний туман и обернулся к бывшей ученице.       Какаши знал: ее, так же, как и его, лучше будить на расстоянии. А учитывая потенциал Сакуры, которая без каких-либо усилий может раздробить кости руки или проломить голову потенциальному обидчику, находясь в полудреме, это и вовсе могло стоить жизни. Но им уже действительно следовало собираться, поэтому он условился на том, чтобы рискнуть.       — Сакура, — лениво повторил Какаши, опускаясь с ней рядом и ненавязчиво касаясь изгиба острых плеч. — Я и так дал тебе лишних двадцать минут. — Он сжал плечо чуть сильнее, ожидая, что в любой момент может получить по затылку, но этого так и не произошло.       Сакура продолжала лежать неподвижно, уткнувшись лицом в свернутую кофту, которую подкладывала под голову вместо подушки, ничуть не тревожимая чужими усилиями разбудить ее.       Какаши наблюдал за ней еще несколько минут, прежде чем заметил, что ее грудь не вздымается от должного дыхания. Сакура оставалась неподвижной, лишь теплый ветер слегка колыхал ее растрепавшиеся розовые волосы.       Он смотрел, чувствуя, как сердце ускоряет свой ритм, а конечности немеют, в то время как осознание расплывчатым потоком циркулировало где-то вдалеке, словно опасаясь приблизиться вплотную, — это было то, с чем он не смог бы справиться.       Вся окружающая картина начинала искажаться, затемняясь в периферии и сосредотачиваясь на Сакуре.       На неподвижно лежащей Сакуре.       Пока мысли упорно блокировались сознанием, прогоняя самые пугающие, руки в механической реакции развернули обмякший корпус к себе, переворачивая ее со спины.       Какаши готов был поспорить, что его сердце остановилось в это мгновение.       Он редко испытывал проблемы с контролем, но сейчас был уверен, что его тело принадлежит явно не ему, как и мысли. Увидев окровавленный силуэт своей ученицы, его пальцы продолжили скользить по влажному багряному пятну, пропитавшему ее одежду и спальный мешок, ощущая еще теплую кровь, а легкие отчаянно боролись с доступом к кислороду, которого не хватало. Какаши пытался сделать вдох, осознавая увиденное, но дыхание замирало в горле удушающим спазмом, и все, что ему оставалось в данный момент — это бессильно смотреть на еще теплое, но уже распрощавшееся с жизнью тело.       — Какаши, проснитесь.       Сделав глубокий долгожданный вдох, он распахнул глаза, не понимая, как Сакура, плечи которой он только что сжимал, оказалась придавленной к земле его же руками. Какаши несколько раз моргнул, дожидаясь, пока взгляд сфокусируется, и ослабил хватку, отпуская ее тонкие запястья.       — Это я, — заговорила Сакура, в голосе которой звучал намек на беспокойство. Она пыталась казаться равнодушной, но Какаши знал, как звучит ее равнодушие, и сейчас она была встревожена. — Я просто решила убедиться, что вы в порядке.       — В порядке. — Бешеный стук сердца почти заглушил слова, а виски продолжали пульсировать, отдаваясь болью в затылке.       Он еще мгновение рассматривал замешательство Сакуры и ее румяные после выпитого алкоголя щеки, желая выбросить из головы бледность ее нежной кожи в недавнем кошмаре, и попробовал вновь перевести дыхание. Пальцы едва заметно подрагивали, когда он усиленно вцепился в спальник, чтобы скрыть свою слабость, и, бормоча себе под нос, отказался от ее помощи.       Ощутив прилив раздражения, который по стечению обстоятельств обрушился на Сакуру, не заслуживающую и не терпящую подобного отношения, Какаши стало по-детски стыдно.       Его выводила из себя не столько сама Сакура, сколько собственная беспомощность и отсутствие влияния на нее.       Он хотел, чтобы она ушла из Анбу, успокаивая себя тем, что это ради ее же безопасности. И это не было ложью. Но также это было частью той правды, которую он признавать не хотел.       Ее уход из Анбу был выгоден в первую очередь ради собственного комфорта и успокоения, что было весьма эгоистичным желанием. Скрипя зубами, Какаши смог смириться с тем, что Сакура продолжала периодически работать с кем-то в паре, но принять ее одиночные миссии было проблематично. Он понимал, что еще одной потери в своей жизни не выдержит, и одолевающая паранойя отравляла не только его жизнь, но и жизнь дорогому ему человеку. Сакура не имела никакого отношения к его заскокам, она проживала свою собственную жизнь и принимала те решения, которые хотела, пусть они и были совершенно ей неподходящими. В любом из этих случаев Какаши никаким образом не мог на нее повлиять.

***

      Задумываться о путях отступления наперед было основной тактикой Какаши не только на миссиях, но и с женщинами. Особенно, если эти женщины были никем иным, как госпожой Мизукаге. Именно поэтому он был озабочен своим визитом к Мей, понимая, что для аудиенции не было никакого повода.       Сакура оказалась, как и всегда, права, когда говорила, что совещание не имеет смысла, если можно гораздо быстрее доложить о миссии командиру Анбу Воды и быть свободным. И это было очевидно. Но что Сакуре не было очевидно, так это то, что госпожа Теруми решила воспользоваться своим статусом в личных целях.       Интрижка пятилетней давности стоила Какаши нервов каждый раз, когда Мей так или иначе оказывалась поблизости, навязывая ему свою компанию. Он успел уже сотню раз пожалеть о том, что не сохранил должной выдержки, когда оказался в неподходящее время в неподходящем месте, поддавшись инициативе Мей. Впрочем, Какаши не был уверен, что у него вообще имелся выбор. Не то чтобы он был против ее внешности — разумеется, такая женщина не могла не привлекать. Но он не собирался смешивать работу с личной жизнью, в то время как второго понятия для него не существовало вовсе. Таким образом, Мей с ее претензией на замужество стала фатальной ошибкой, от которой Какаши не знал, как избавиться. Первое время он полагал, что ее интерес угаснет после войны, но приглашение, от которого он не имел возможности отказаться, опровергло все надежды.       Какаши не собирался идти к ней один, но принудительно взять с собой Сакуру или Хиро не мог, потому что их работа была завершена. Он также знал, что Хиро уже имеет планы на оставшееся время в Тумане…       — Какаши-сенсей, вы специально так медленно идете? — упрекнула Сакура, оборачиваясь и бросая раздраженный взгляд. — Не хотелось бы прийти к обеду и потерять то время, которое я собиралась провести иначе. — Встретившись взглядом с Хиро, которого так же напрягала медлительность темпа, она остановилась и недовольно скрестила руки на груди. — Может, разделимся уже?       — Нет, — отрезал Какаши, прибавляя шаг. — Ты не будешь путешествовать одна по чужой стране.       Сакура язвительно ухмыльнулась и нахмурила брови, радуясь хотя бы тому, что ее командир соизволил ускориться:       — Вы так шутите, да?       — Нет. — Он невозмутимо пожал плечами и почесал затылок.       — То есть, когда вы отправили меня в Суну без какой-либо поддержки, я не была одна?       — В Суне тебя многие знают и уважают, не сравнивай. — Какаши беззаботно улыбнулся, и Сакуре захотелось дать ему пинка под зад, чтобы он уже догнал их. — Куда ты так торопишься, Сакура-чан? — спросил он с толикой обиды в голосе.       Сакура не собиралась выдавать своих планов, которые, очевидно, накрылись медным тазом из-за того, что Какаши вел себя как кретин весь вчерашний день и продолжает сегодня делать вид, что все в порядке. Но она не станет ущемлять себя в радости, о которой столько мечтала. Взвесив свои силы и желания, Сакура пришла к выводу, что куда проще отказаться от самого Какаши и попытать удачу с кем-нибудь местным. Однако в компании другого мужчины с ней вряд ли кто-нибудь захочет знакомиться, так что Сакура действительно собиралась разделиться, потому что одинокая девушка — совсем другое дело.       — Вообще-то, я планировала сходить на пляж, — ответила она.       — Не очень удачная погода для загара, — парировал Какаши, — слишком туманно.       — Ну… — Сакура сглотнула, пытаясь подавить раздражение, — это же деревня Тумана. Как еще здесь должно быть?       — Ты собираешься в другую деревню?       — Рядом есть пляжная деревушка Санхо. И вы о ней, я уверена, в курсе. — Сакура бросила очередной уничижительный взгляд, но Какаши, казалось, было абсолютно наплевать на то, как он с легкостью выводит ее из себя. А может, он этим и вовсе забавлялся.       — Если ты сходишь со мной на аудиенцию, то, так и быть, составлю тебе компанию, — с энтузиазмом и мольбой в голосе предложил он.       Еще вчера Сакура бы, без сомнений, повелась на это. Но не теперь, когда он раздражал одним лишь своим присутствием.       — Я вообще-то собираюсь знакомиться с мужчинами, — мечтательно протянула Сакура. — Какаши-сенсей, мне не нужно, чтобы они думали, будто меня всюду сопровождает мой папаша.       Сакура не могла сдержать улыбку, когда увидела, как напряглась его челюсть под тонкой черной тканью.       — Я не похож на твоего отца, — отрезал он.       — Ну, тогда у меня будет еще меньше шансов кого-нибудь подцепить, не так ли? — Сакура рассмеялась, наблюдая, как вальяжно Хиро выпускает табачные кольца, затягиваясь сигаретой и потешаясь над их диалогом. — Вдруг люди подумают, что вы мой жених, тогда я не смогу вести себя непристойно.       — Ты собираешься вести себя непристойно? — с неподдельным беспокойством спросил Какаши.       Она не могла перестать улыбаться, забавляясь ответной реакцией и полагая, что еще немного, и у Какаши случится сердечный приступ.       — Как пойдет. — Сакура ответила таким уверенным тоном, что он не терпел никаких возражений.       — Мужчины не любят чрезмерную инициативу, — оборвал ее Какаши.       — Я люблю, — посмеиваясь, вмешался Хиро. — Инициативные женщины — это лучшее, что происходило в моей жизни.       Какаши понуро вздохнул и сжал переносицу, понимая, что Хиро просто не натыкался на таких, как госпожа Теруми.       — Сакура не такая, — возразил Какаши.       — Откуда вам знать, какая я? — Сакура неодобрительно покачала головой. — Я умею проявлять инициативу, если мне это нужно.       Он это прекрасно знал: воспоминание того, как Сакура натягивает на себя забытые трусики, со шлепком опуская резинку на упругие бедра, до сих пор полыхало в памяти и обжигало изнутри. Однако инициатива Сакуры, хоть и была упрямой, она не была навязчивой, как в случае с Теруми. Инициатива Сакуры заставляла желать ее вопреки всем здравым суждениям и моральным аспектам. Сакуре не хотелось противостоять, в то время как Мей, несмотря на шикарную внешность, вызывала отторжение.       — Просто послушай взрослых людей, — начал Какаши свою тираду, опасаясь, что Сакура все-таки решит разделиться. — Если ты хочешь, чтобы тебя воспринимали серьезно, то веди себя скромно. Во-первых, не заговаривай ни с кем первая, — он вздохнул, придавая тону серьезность, — а во-вторых, если с тобой кто-нибудь познакомится, сразу говори, что тебя интересует только замужество. И помни: никакого секса до свадьбы, Сакура-чан.       Судя по реакции Хиро, он воспринял это за шутку, опошлив всю серьезность момента глубоким хохотом. Но Сакуре было не смешно. Она опешила настолько, что едва не подавилась слюной от такого заключения.       — Вы головой ударились? — прошипела она. — Или это уже возрастное? — Сакура знала, что очередное упоминание возраста выведет его из себя. Но почему Какаши мог манипулировать этой разницей в угоду себе, а она нет?       — Я говорю это из лучших побуждений, — оправдался он. — Ты слишком наивная… и у тебя нет фильтра, который бы отделил человека с серьезными намерениями от того, кто ищет общения на одну ночь. Это деревня Санхо, куда все приезжают с одной единственной целью. Если ты не хочешь быть использованной и брошенной, советую прислушаться.       — Это было обидно. — Улыбка Сакуры сошла на нет, и она печально вздохнула, переводя дыхание.       — Здесь я, пожалуй, вынужден согласиться с Какаши, — поддержал Хиро. — Мужчины могут казаться слишком хорошими и порядочными, когда хотят кого-то заполучить, не являясь таковыми на самом деле.       — Ужасно, — подавленно заключила Сакура. Конечно, тот факт, когда два взрослых и опытных человека сходятся в одном мнении, не может не удручать. Все же она полагала, что с возрастом стала лучше разбираться в людях. И в парнях, в том числе. — Мужчины ужасны.       — По правде говоря, с нами все достаточно прозрачно, — Хиро попытался ее успокоить. — Достаточно лишь немного понимания. А вот женщины гораздо коварнее и искусительнее, когда чего-то желают. Когда мужчины соблазняют ради соблазнения, женщины преследуют более радикальные цели, особенно если это куноичи. Слишком много хороших шиноби погибло от женского обаяния. — Он пожал плечами. — Даже умнейшие стратеги, которые знают о всех этих изысканных уловках, все равно порой ведутся. Знают, но ведутся, — печально повторил он.       — Да уж. — Сакура поджала губы в согласии. — И при всем этом говорят, что женщины руководствуются эмоциями.       — Гражданские разве что, — предположил Хиро. — Куноичи слишком хладнокровные существа, если это не касается их детей.       — Ты предпочитаешь гражданских, полагаю? — спросила Сакура, проигнорировав то, что ее, по сути, назвали неправильной куноичи.       Хиро покачал головой, неоднозначно улыбнувшись, и потянулся за флягой с водой, оставив Сакуру без ответа.       Остаток пути они двигались в полном молчании, погруженный каждый в свои мысли.

***

      Туман сгущался все сильнее по мере приближения к деревне, отчего волосы Сакуры начали завиваться и пушиться в разные стороны, поддавшись излишкам влаги, пропитавшей воздух. Погода стояла теплой, но отсутствие солнца нагоняло тоску, вызывая усталость и желание либо отправиться сразу в гостиницу и запереться в номере, либо поскорее отправиться в деревню Санхо. Хоть настроение и сошло на нет, Сакура знала: стоит ей покинуть эту мрачную локацию, она возьмет себя в руки и приложит все усилия для запланированного ей отдыха.       — Встречаемся в восемь вечера у гостиницы «Туманный путник», — проинформировал Какаши, когда они оказались на территории деревни, на что Хиро кивнул и ушел прочь, растворяясь в белесом облаке конденсата.       Сакура уже было сделала шаг в сторону, чтобы исчезнуть вслед за Хиро, только по направлению к пляжу, как ей преградили дорогу.       — Это не продлится долго, — умоляюще попросил Какаши. — Составь мне компанию, и я угощу тебя чем-нибудь вкусным. Здесь много всего, знаешь ли…       — Ваши угощения всегда сказываются на мне двойным ударом по кошельку, — укоризненно напомнила Сакура. — Потому что помимо себя мне приходится платить еще и за вас. Нет уж, увольте.       — Я заплачу, обещаю, — уверил ее Какаши. — Все, что захочешь.       — Вы накормите меня ужином, а на пляже будете спонсировать коктейли, — сдалась Сакура, зная, что ей потребуется действительно много алкоголя, чтобы опьянеть хотя бы чуть-чуть, ведь ее лечебная чакра выводит все токсины из организма, включая алкогольную интоксикацию.       — Это будет затратно, — предположил Какаши.       — Еще как, — уверила его Сакура. — И вы будете держаться от меня подальше, ясно?       — Как скажешь.

***

      Обрадованный тем, что Сакура все-таки согласилась, Какаши уже не старался идти медленно, и, миновав всю деревню, они оказались у Резиденции Мизукаге.       Туман медленно плыл, окутывая своими объятиями невысокую башню и искажая видимость. Главное здание возвышалось над одноэтажными постройками, скрывая свою крышу в белой дымке, а ее стены из белого камня поблескивали призрачным сиянием, сливаясь с паутиной облаков.       — Мне приказано доложить Мизукаге о выполненной миссии, — сказал Какаши, когда дорогу ко входу преградили двое шиноби.       Юноши переглянулись между собой, явно не осведомленные, и Какаши подумал, что было бы весьма кстати, если бы ему отказали в аудиенции. Однако, как командира третьей дивизии, его не могли не узнать, и их пропустили.       — Дамы вперед. — Он вздохнул и открыл дверь, заталкивая Сакуру в коридор, и улыбнулся, когда встретился с ее осуждающим взглядом.       — Вы никогда не были джентльменом, — пробубнила она, заходя внутрь.       — Ты меня плохо знаешь, — парировал Какаши.       — Я знаю вас слишком хорошо, чтобы быть в этом уверенной. Вы ничего не смыслите ни в чувстве такта, ни в хороших манерах, — начала перечислять Сакура, поднимаясь по лестнице. — Вы все время опаздываете и вешаете счет на других. Даже если этот «кто-то» ваши несовершеннолетние ученики.       — Ну, — замялся Какаши. — Теперь вы взрослые.       — Над ответом вы долго не задумывались, я смотрю. — Сакура закатила глаза на его оправдание и щелкнула языком.       — Заходи. — Какаши кивнул на дверь, ведущую в кабинет Мизукаге, на что Сакура в вопросительном жесте вскинула руки, собираясь возмутиться, когда он открыл дверь, подталкивая ее в спину.       Едва не запнувшись о порог, Сакура удержала равновесие, устояв на ногах, и подняла голову.       — Госпожа Мизукаге. — Она поклонилась в знак приветствия, когда заметила блеск разочарования в зеленых глазах женщины, но когда за ее спиной появилась еще одна фигура, губы Мей растянулись в счастливой улыбке.       — Госпожа Мизукаге, — повторил Какаши в более ленивой и осторожной манере, оставаясь на шаг позади Сакуры, когда она пошла вперед.       — Какаши-сама, тебе совсем необязательно обращаться ко мне так официально, — с нотами игривости проговорила Мей и кивнула на два кресла перед ее столом.       Сакура обогнула кресло и опустилась в него, в то время как Какаши остался стоять за ее спиной. Она притянула к себе рюкзак и, покопавшись в нем, вытащила отчет.       — Отчет о миссии, — доложила она, протягивая бумагу.       — Сакура, верно? — уточнила Мей, пробегаясь взглядом по ее фигуре.       — Да, госпожа.       — Выглядишь уставшей, — заметила она, переводя взгляд на Какаши. — Вы можете остановиться в Резиденции.       Сакура подумала, что это отличное предложение. Во-первых, она сэкономит на гостинице, а во-вторых, можно будет не сомневаться в качестве номеров и обслуживании.       — Мы уже забронировали гостиницу, — тактично отказался Какаши, и Сакура несколько раз моргнула, пытаясь понять, когда он успел осуществить это. Они совершенно точно ничего не бронировали.       Мей расправила плечи, демонстрируя свое декольте, и откинулась на спинку стула, притягивая к себе отчет и изучая его.       — Что ты думаешь по этому поводу? — спросила она, посерьезнев.       — Склоняюсь к тому, что глава Синдиката из вашей деревни, — ответил он.       — Аргументы? — Мей насторожилась, прожигая его взглядом, отчего Сакуре стало не по себе, хотя мишенью была отнюдь не она.       — Месяц назад на одной из их заброшенных баз были найдены самокрутки, в основе которых лежало растение под названием… — Какаши почесал затылок и посмотрел на Сакуру, ожидая подсказку.       — Хоста, — ответила она. — Крайне неприхотливое растение, обитающее в тенистом и влажном климате. В деревне Тумана они повсюду.       — Мы обнаружили то же самое растение в табаке у мужчины, которого поймали, — заключил Какаши.       — Ясно. — Мей коротко кивнула и скрестила пальцы. — Что ж… — Она поправила волосы и вернула внимание к Какаши. — Сакура, не вижу смысла тебя задерживать. Ты можешь идти.       Готовая подорваться в то же мгновение, Сакура уже собиралась подняться, но тяжелая рука придавила ее к креслу, не позволяя подняться.       — Ей все равно придется дожидаться меня. — Какаши беззаботно улыбнулся.       — В таком случае, приглашаю вас обоих пообедать со мной, — предложила Мей в принудительном порядке.       Какаши вздохнул, и Сакура ощутила, как его рука еще сильнее впилась в ее и без того страдающее плечо, обгоревшее на солнце. Странно было видеть его колеблющимся, учитывая, что этот человек никогда не отказывался от бесплатной еды. Сакура тем более была только за: она собиралась вливать в себя коктейли, так что подкрепиться было бы очень кстати.       — Будем признательны, — сдался он.       Увидев накрытый стол, заставленный разнообразной местной кухней и алкоголем, который был явно подготовлен заранее, Сакуру смутило в нем то, что накрыт он был только на двух персон. Это вполне объясняло тот факт, что Мей предприняла попытку выпроводить Сакуру в самом начале.       Она собиралась обедать с Какаши наедине?       Сакура опустилась за стол, подобрав под себя ноги, когда Мей подозвала прислугу и попросила принести посуду еще на одну персону. К тому моменту аппетит у Сакуры почти пропал, и все, чего ей хотелось — это поскорее уйти отсюда.       Дождавшись момента, когда Какаши отлучится, Мей придвинулась ближе к Сакуре и обновила ей рюмку с саке, плеснув еще, после чего мило улыбнулась.       — Ты ведь его ученица? — спросила она.       — Бывшая. — Сакура кивнула в знак благодарности и опустошила рюмку.       — Он свободен? — не теряя времени, поинтересовалась Мей.       — Что? — переспросила Сакура.       — У него появилась женщина? — Мей постучала ногтями по столешнице и ожидающе уставилась на Сакуру.       — Не помню, чтобы у него когда-то была женщина, — буркнула она, опуская голову.       — У него было много женщин, — протянула Мей на выдохе, неудовлетворенная таким ответом. — Значит, не знаешь?       — К сожалению, нет, — заключила Сакура, желая провалится сквозь землю, потому что только сейчас ей стало понятно, зачем он потащил ее с собой.       — Я могу тебя попросить… как женщина женщину? — деликатно промурлыкала Мей. — Можешь оставить нас наедине? Я выпишу тебе чек, — предложила она, — любые блага за мой счет. Делай все, что пожелаешь, включая шоппинг.       — Госпожа Теруми, — промямлила Сакура, поднимаясь из-за стола. — Мне ничего не нужно. Я с радостью оставлю вас наедине просто так.       — Спасибо, — поблагодарила Мей. — Но все же, если вдруг что-то захочешь, имей в виду.       Сакура хотела лишь одного: оторвать голову своему командиру, но вряд ли Мей хотела того же самого, так жеманно улыбаясь и демонстрируя свою грудь, когда смотрела на него.       Сакура закрыла за собой седзи и, оказавшись в коридоре, закусила губу от нарастающего напряжения с привкусом чего-то совершенно ей незнакомого. Она никогда не считала себя ревнивым человеком, но сейчас она была уверена — это не что иное, как ревность.       Шагая по коридору, Сакура ощущала себя использованной и брошенной. Она не стала бы тратить свое время на то, чтобы помогать ему и вдобавок слушать истории о том, как много женщин у него было, наблюдая односторонний флирт Мей. В итоге ее время было убито на бесполезную ерунду, а желание упиться алкоголем, за который придется платить самой, лишь возросло.       — Ты куда? — Какаши сидел на энгаве с книгой в руках и легкомысленно хлопал белесыми ресницами, будто был вообще не при делах.       — Я рассчитывала, что вы провалились в местный туалет, — бросила Сакура, не собираясь задерживаться с ним ни на секунду.       — Мне нужно было, — он поднял книгу, — дочитать главу.       — Госпожа Мей попросила меня оставить вас наедине, так что желаю удачно… — Сакура осеклась, предполагая, что слово «покувыркаться» будет не очень уместным в адрес командира. — Желаю удачно провести время.       — Сакура, дай мне пару минут, — виновато попросил он. — Я сейчас вернусь к тебе.       — Пара минут? — Сакура злорадно усмехнулась. — Ну, я ожидала большего от человека, у которого было «много женщин».       — Ты вообще о чем? — Какаши бросил на нее потерянный взгляд, но, встретившись с убийственной яростью, опустил голову. — Не важно. Жди здесь.       — Вы не можете отдавать мне приказы в мое личное время, — прошипела Сакура, сжимая руки в кулаки.       — Я не приказываю, а прошу, — настоял Какаши и тяжело вздохнул, скрываясь в гэнкане.       Он был очень наивен, если полагал, что Сакура станет его дожидаться. Потому что стоило ему скрыться, ее уже не было на прежнем месте.