Брачные игры среди Важнючих человеков. Часть 2 Бой на встречных курсах.

      

Гиперион

             - Всем приготовиться к тактическому прыжку, всему техперсоналу занять свои позиции, абордажная команда — готовность к отражению атаки! — Мэтт отдал команду, взглянув на свои часы. Переведя взгляд на Амелию, он не увидел никакого волнения на её лице; было ощущение, что она находится в каком-то медитативном трансе, всё также паря в воздухе и нагоняя жути своими глазами, из которых исходила алая дымка. Иногда можно было заметить, как и её тело начинало испускать своеобразную еле уловимую дымку.        У Мэтта в голове вертелось уйма вопросов, к примеру, чему он только что был свидетелем? Словно она была частью чего-то большего, какой-то энергии, которую трудно было описать словами. Мэтт почувствовал, как холодок пробежал по его спине. Эта девушка была необычной, и, хотя он знал, что её способности могут быть полезны, таинственность, окружающая её, порождала множество вопросов.       — Амелия, — произнёс он, стараясь привлечь её внимание. — Нам нужно начинать, вы готовы?       Она медленно повернула голову в его сторону, и его сердце на миг замерло под взглядом, полным тайны и силы. Вдруг она улыбнулась, но это была не просто улыбка — она словно светила изнутри, притягивая к себе все вокруг.       — Я готова, — ответила она тихим голосом, но который, казалось, перекрывал весь шум вокруг. — Давно пора было начать нам действовать.       Мэтт кивнул, стараясь сосредоточиться на задаче. Он знал, что времени отчаянно мало. Каждая секунда могла иметь критическое значение для них. Он обернулся к остальной команде.       — Разделитесь на группы, — продолжал он, — и займитесь своими задачами. Мы не можем позволить врагу застать нас врасплох!       Техперсонал быстро занял свои позиции, а абордажная команда проверила оборудование и оружие. Волнение и напряжение нарастали, как огненный шторм, который всегда готов разразиться в любую секунду. Все знали, что их ждёт опасная схватка, но никто не мог предсказать, что на самом деле произойдёт, когда наступит час «Х».       Наблюдая за тем, как команда готовится к отражению атаки, Мэтт почувствовал, что Амелия рядом — это не только шанс на победу, но и нечто гораздо большее, чем просто бой за выживание и судьбу Рейдеров Рейнера. Он почувствовал, что он уже был с ней связан чем-то потусторонним, некой невидимой нитью судьбы.        «Я готов. Я готов сделать этот шаг вперёд! – Мэтт окончательно принял свою судьбу, решительно глядя в темноту, вырисовывающуюся на горизонте.»        Ситуация на мостике Гипериона стала абсолютно неуправляемой. Либри, наплевав на все военные уставы и дисциплину, бросились в пляс, их боевое облачение ярко сверкало в цветных огнях интерьера корабля. Вокруг царила атмосфера веселья и беспорядка, хаотического веселья среди ошарашенных терранов, но даже это не смогло отвлечь экипаж от того странного феномена, который произошёл прямо на их глазах.       В пространственной воронке, судя по всему, заложенной и активированной чем-то или кем-то неординарным, исчезли не только Габриэль, но и семь фантомов. Этот таинственный переход в некие потусторонние измерения… Мэтт и команда слышали эти слухи, но увидеть своими глазами этот миф наяву и в действии... Это был шок для них.       За все это время на мостике не затихала музыка, которая казалась совершенно неуместной в такой ситуации. Либри, тем не менее, продолжали танцевать — кто-то сыпал шутками, кто-то по-прежнему наслаждался моментом. Отдельного внимания стоила фигура Амелии, парящей в медитативной позе как будто в невесомости космоса. Её аура излучала спокойствие и силу одновременно, что, казалось, нагоняло ещё больше жути на экипаж.       Несмотря на атмосферу лёгкого безумия, в глубине души каждый понимал: то, что произошло, было лишь началом чего-то большего. Куда улетели Габриэль и его фантомы-призраки? Что это за аура мрака была тогда?  Куда именно их унесли с собой либри? Экипаж Гипериона, привыкший к неожиданностям, теперь стоял на краю нового, неизведанного для них пути, и каждый на мостике чувствовал, что это приключение изменит их жизни навсегда.       Сместив взгляд на парящую девушку, Мэтью произнёс:       - Флагман противника судя по всему продолжит обстрел, а их остальные корабли готовы сменить позицию, чтобы подавить нашу группу массированным обстрелом. Помни, что нам нужно действовать быстро. Если мы не сможем надёжно прикрыть свой левый фланг, враг может воспользоваться этой возможностью.       — Да, я тебя слышу, — ответила Амелия, её голос звучал чётко и уверенно. — Мы готовимся к прыжку. Никаких проблем, не стоит опасаться, Мэтью. Любой твой озвученный приказ будет мгновенно передаваться через меня на наши суда.        Она на мгновение замялась, затем добавила:        - Мне нравится твой план, и я думаю, ты не против, если наша станция переместится в тыл противника. Также хочу попросить не заострять лишнего внимания на флагмане противника — наше главное судно скоро пойдёт на сближение, ведя огонь из ГК. По моим подсчётам, через семь минут сорок две секунды флот противника попадёт в зону досягаемости более половины основных орудий линкора. Также данное сокращение дистанции позволит послать незаметно весь остальной десант, пока они будут отвлечены Светиком с Габриэлем. Я уверена, что скоро на флагмане противника будет очень жарко, они просто не успеют среагировать на его последующий захват.       — Принимается. — Взглянув на бег секундной стрелки, отсчитывающей последние секунды до прыжка, Мэтт вернул свой взгляд на девушку. — Ты уверена, что инженерная станция сможет продержаться в тылу противника?       - Абсолютно, тебе не стоит переживать. Хоть данная баталия и не была запланирована нами, но с другой стороны, ты на практике увидишь часть наших возможностей. Да и эта станция принадлежит мекам, а все они почти малость ушибленные на голову, так что с вооружением проблем...  – Амелия прервалась, задумавшись на секунду, и тут же продолжила. - Перефразирую мужа: для этих идиотов существует лишь одно настоящее искусство — это взрыв, а уж в искусстве создания взрывов из ничего они гении. И этого искусства меки могут отсыпать Доминиону столько, что не унесут. Просто поверь, всем достанется, ибо столь жадных ценителей и личностей до искусства воплощения взрывов в мире лучше меков нет.       Приняв на веру сказанное, Мэтт схватился за поручень у тактического стола, отмечая готовность москитной авиации и звеньев прикрытия, отдал команду:       - После выхода из прыжка запустить авиаприкрытие, авиации не отходить далеко от наших судов, к центру не прорываться, пусть сосредоточатся на защите и точечных ударах по ближайшим судам, по центру строя противника будет вестись огонь нашим союзником.       Подтверждая его слова, флот Амелии дал очередной залп, после чего начал перестроение. Была видна некая неслаженность действий у союзников, из-за чего не получится слитного удара по флангам. Они словно кадеты, которые опять запороли перестроение на учениях, когда из-за ошибки одного пилота одновременный прыжок у всего флота невозможен.       Впрочем, Мэтью отдавал себе отчёт, что тут было больше его вины. Нужно было согласовать действия или даже погонять ксеносов на совместных тренировках флотов, прежде чем действовать вот так открыто. Ведь союзник предоставил ему данные о состоянии своего флота и полном отсутствии опыта космических сражений, правда ещё в них была указана возможность тактических прыжков, была даже сноска на некий «танец мерцания», но данных было слишком много, и вникнуть во все возможности переданных ему в его усиление судов он просто физически не успел.       Желудок как обычно потянуло к полу, пространство начало своё сжатие, миг дезориентации — всего четыре секунды, и вот они вновь в обычном пространстве. Гиперион слегка тряхнуло, на тактическую карту стали поступать более детальные данные.       — Выпускайте авиакрыло, поднять защитную матрицу, пусть другие суда пока побудут под нашим прикрытием, попробуем держать дистанцию, пользуясь улучшенными орудиями. — Выбрав на тактической карте суда противников, распределял цели. — Дать слитные залпы по передовым судам из орудий Ямато, концентрировать огонь двойками и тройками на ближайших судах противника.       Гиперион шёл ровно, едва вибрируя от включённой защитной матрицы. Свонн не успел пройтись по всем судам их флотилии, но тройке судов он успел поставить улучшенные реакторы пришельцев, запитав от тех орудия и щиты. И это дало невиданные результаты: слитный залп Ямато почти сходу уничтожил три судна противника, и ещё два крейсера были сильно повреждены. Орудия Гипериона уже давно вели массированный обстрел, с опозданием в десяток секунд к нему присоединились и три улучшенных крейсера, существенно возросшая мощь и дальность делали своё чёрное дело, явно шокировав своей мощью врага, броня противника выгорала дотла, выбивались орудия, а они ещё не вошли стандартную в зону поражения крейсерами терранов. У Рейдеров ещё была фора почти в полминуты адской безнаказанности.       Тактический стол тем временем пополнялся данными, и они все были через чур странноватыми. Что здесь вообще забыли группировки сил Доминиона, при том что основная масса кораблей и вовсе была приписана к частным армиям, по факту всего пятнадцать процентов судов были под флагами Доминиона, все остальные силы — это наёмники и всяческое прибившееся отребье. Станция и группа прикрытия, видно, вынырнув в точке выхода, нарвались на данную солянку кораблей.        Главным остался вопрос: что они забыли в такой близи от вотчины его «любимой» супруги? Станция уже была существенно потрёпана, видно, приняв на себя пару-тройку ударов Ямато и прочую мелочь. Ребята собирались героически продать свои жизни, уйти в их положении было невозможно.       В центре построения противника пропало три маркёра. Кинув взгляд на обзорные мониторы, Мэтт отметил яркие вспышки во вражеском строю. Не успел он перевести взгляд, как в центре врага начал вспыхивать веер синих капель, расцветая голубыми облаками разрывов по всему центру. Чудовищная скорость огня.       — Сэр, центр строя противника смешался, противник явно дезориентирован. Союзник ведёт массированный огонь из плазменных орудий, видимо, на пределе дальности. Огонь ведётся широким веером, урон для крейсеров средней тяжести, но массовый. Скорее всего, пучки плазмы при разрыве вызывают проблемы в навигации и работе электроники, строй противника продолжает смешиваться, — послышалось из тактической секции мостика.       — Фиксирую выход из прыжка союзных сил. Доклад! Союзные силы открыли ураганный огонь, ведут массовый сброс дронов и авиации. Авиагруппы адмирала Амелии выстраиваются клиньями, набирают ход в сторону противника. Флот ведёт огонь, не давая судам Доминиона сблизиться на расстояние уверенного поражения наших сил своими орудиями. Отмечаю массовые повреждения ходовых и защитных систем, — заговорил Варвик, офицер наблюдательного терминала.       Судно слегка начало потряхивать. Первые удары противника растеклись по новой защитной матрице Гипериона. Взгляд вернулся к тактической карте. Попав в свою стихию, как и обычно, отстранившись от посторонних мыслей, Мэтт ушёл с головой в управление баталией. Ещё в первую минуту он озвучивал приказы вслух для Амелии, но достаточно быстро осознал, что та не нуждалась в этом. Приказы выполнялись ещё до начала их озвучивания, словно она читала их прямо из его головы.       На тактической карте сработал заложенный поисковый маркёр. Среди наёмников был старый знакомый, не столько наёмник, сколько пират, мразь и тварь, что бралась за любую грязную работу. Вот уже одиннадцать лет Мэтт мечтал лично выпотрошить его. Видно, не судьба. Хорошо будет, если удастся уничтожить вместе с судном этого знаменитого головореза. Ведь Орвик был труслив и никогда не лез на рожон. Вся его дутая слава строилась на налётах на беззащитные колонии, где тот всегда вырезал большую часть населения, творил свои бесчинства, купаясь в крови невинных, а оставшихся уводил в рабство.       Руки сжали поручень тактического стола. Мотнув головой, выбрасывая нахлынувшую ярость, Мэтт задал траекторию следования судов. Следовало войти в клин, отвлекая противника от станции, надо было дать парням хотя бы призрачный шанс на спасение.       Построение противника разваливалось на отдельные очаги обороны. Сборная солянка из наёмников была изначально плохо управляемой в силу особенностей своей деятельности. Часть их сил решила продавить союзника, собрав в кулак немалую часть малых судов — миражей, валькирий и штурмовиков. Те решили устроить встречный бой авиации ситхов. Мэтт с неким страхом ждал сшибки авиации союзника и противника. Почти три десятка валькирий могли нанести чудовищный урон сбившимся в плотные клинья истребителям и дронам союзника.       - Амелия, валькирии могут…       «Не стоит волноваться, Мэтью, мы знаем, на что способны эти суда. Поверь, всё учтено. Скоро тебе покажут «малый танец мерцания». И скоро ловушка захлопнется. Меки вошли в варп-разлом с тремя судами Астартес. К слову, если хочешь, Астартес захватят твоего кровника специально для тебя… – слова Амелии обожгли сознание Мэтта, подтвердив его опасения насчёт беспрепятственного чтения мыслей. В первый момент Мэтт не сразу даже понял, что Амелия произнесла это в его голове, но, наткнувшись взглядом на маркёр судна Орвика и на все так же молчавшую девушку, Мэтью все осознал и покрылся липким потом от сковавшего его осознания ужаса.        Его мозг заработал на полную мощность. В её уверенность, что враг в ловушке хотелось верить, но опять это треклятое «но»... Будь у Рейдеров вдвое больше сил, отсюда почти никто бы не ушёл, может быть им и удалось бы захватить Орвика. А так удастся немногое, разве что отогнать противника, когда наёмники поймут, что это патовая ситуация и никто не добьётся своего без огромных потерь. У них слишком сильное численное преимущество, ведь даже при самом отвратительном командовании всех их разрозненных сил из двух десятков частных военных компаний и другой шоблы на Рейдеров хватило бы с лихвой. Переведя взгляд на карту, Мэтт с замиранием сердца отсчитывал секунды до удара валькирий. Массовый пуск ракет, резкое снижение скорости — валькирии пропускают вперёд истребители и штурмовики. Три, два, один — массовые яркие вспышки, и все МЛА союзника пропали в ярких вспышках. Ракеты, запущенные валькириями, продолжают свой полет во тьме космоса, построения авиации противника слегка рассыпались.  Две секунды, и огромный рой дронов и МЛА союзника выходит из ярких беловато-розовых вспышек почти в тысяче километрах позади авиации противника, практически у самого нутра корпусов вражеских крейсеров.       Авиация противника, видно, впала в некий нейрогенный шок продолжала двигаться дальше по инерции, правда часть из тех, что посообразительней или не столь впечатлительных что-то решив, стала перестраиваться, когда основная масса продолжила ускорение. Союзник, выдвинув пару судов, подставил свои борта на встречу авиации противника. Не совсем понимая манёвр союзника, Хорнер хотел было предупредить об опасности Амелию, как маркёры МЛА противника начали массово гаснуть. Выведенные данные визуального наблюдения показали облака разрывов на пути следования противника. Он читал что-то о этой противоистребительной системе пришельцев, кажется она называется «Облачка - белогривые лошадки». Это явно работа именно этих зенитных скорострельных орудий, выпускающих до двадцати тысяч сферических боеприпасов в минуту. Каждый снаряд — это настоящая рулетка - фугасно-осколочный, кинетический, плазменная граната, ЭМИ-граната и так далее. Десяток таких орудий создавал непреодолимое заградительное облако с минами и гранатами, которые могли детонировать от лёгкого вздоха.       В это время дроны и другая малая авиация союзника устроила пляски со смертью, исчезая во вспышках, скорее всего они использовали малые пространственные переходы. Они мерцали по краям флота противника, жаля и исчезая, отчего в рядах противника началась сущая сумятица.       Линкор Амелии наращивал поражающую мощь, вёдя огонь широким веером по центру построения, когда москитный флот кружил по краям, мерцая. Чудовищная технология! Разум не мог понять то, что он видел. Идея о тактическом прыжке столь малого судна просто не укладывалась в голове. Ладно, истребители, бомбардировщики и корветы, но дроны… Как можно всунуть варп-двигатель в такое малое устройство? Он не понимал. Разве только на корвет, даже в истребитель не влезет.       Но пришельцев, видно, слово «невозможно» не волновало. Казалось, юркие суда союзника успевали везде, даже на их фланг уже трижды добирались. Да, у них были потери, но настолько смешные и в основном среди дронов. Строй противника смешался. Центр хотел поскорее выйти из-под обстрела ГК флагмана Амелии. На его счету только за счёт ГК было девять уничтоженных судов, причём ещё четыре за счёт плазменных орудий — и того чёртова дюжина. При этом чуть ли не каждое четвёртое судно получило урон от плазменных пучков, а десятком секунд позже к плазме добавилась кинетика и лучи разных цветов, даже залп ракетного вооружения произвёл.       Тыловые суда начали разворот. Мораль сильно упала, судя по перехваченным переговорам. У противника начался разлад, каждый начал тянуть одеяло на себя. Как и думал Мэтт, противник собирался отступить для перегруппировки своих сил или просто сбежать. Уж больно невыгодное положение: они зажаты с трёх точек, построение почти рассыпалось.       Именно в этот момент, когда тыловые суда обеспечения начали разворачиваться, открылся пурпурный разлом. Из него вышла инженерная станция меков в сопровождении одного крупного судна Астартес и двух более мелких близнецов. В документах те числились десантными баржами ордена Астартес, всецело подчинённого Амелии, с небольшой группой из братского ордена инквизиции.        Врага дико напугал разлом, судя по начавшейся истерике в перехваченных сообщениях. Что говорить о противнике, даже на мостике Гиперона засмотрелись и подвисли, всматриваясь в буйство красок и разрядов молний.       Выплыв величественно из разлома, станция выпустила огромное количество ракет, после начала вести орудийный огонь. Датчики Гипериона не могли идентифицировать более половины сигнатур используемых орудий. Но безумный гений меков выдал новое. Видно, меки жили по принципу «Шок для вас — это по-нашему».       Станция выпустила десятки манипуляторов и сотни металлических щупалец. Наклонившись верхней частью, станция, окутавшись щитами, резко ускорилась, хлеща рядом стоящие суда щупальцами, рвя те на части. Манипуляторы и вовсе хватали целые суда или оторванные куски остовов, закидывали их в себя. Тормозить те не собирались, пёрли напролом. Из их задней полусферы выплыли суда Астартес, обходя станцию.       Глаза распахнулись в удивлении. Суда, которые явно были дальними потомками брака между утюгом и кирпичом, окутавшись щитами, пёрли, ничего не замечая на своём пути, ведя огонь подобно станции меков во все стороны. И если станция при помощи своих щупалец и манипуляторов умудрялась расчищать себе путь, то корабли пришельцев как ледоколы просто шли напролом, тараня встречные суда. Мозг как-то странно отреагировал на данные оператора, что передняя клиновидная часть судов Астартес испускает странные показания. По данным выходило, что те не столько таранили, сколько разрезали встречные суда отчего их чудовищные щиты переливались от детонаций и взрывов, сияя как звёзды.       Вот те заложили чуть левее. Кинув взгляд на тактическую карту, отметил, что траектория судов Астартес утыкается в крейсер Орвика, уйти тот явно не успевал. Поддавшись наитию, был отдан приказ на атаку силам, что прикрывали уже их станцию. Фантом, что стоял рядом с Амелией, резко отшатнулся от неё. Переведя взгляд на парящую, стало заметно, что та начала слегка подниматься, а по телу начали всё быстрей и заметней пробегать разряды молний. Дымка, что ранее едва окутывала тело, ныне была видна отчётливо. Всё тело было покрыто алым дымом, который струился по девушке, стекая кляксами на пол мостика.       Вдруг тактический стол взвыл сиреной. Вторя ему, заголосил ИИ Гипериона:       — Фиксирую начало псионического шторма, шторму присвоен маркёр семнадцать по шкале Шмита.       Переключившись на визуальное наблюдение, стал наблюдать, как псионический шторм разворачивался над сбившимися в толпу судами противника. Под удар попал правый фланг противника.       — Рулевой, разорвать дистанцию, не приближайтесь к противнику, отходим.       Если ранее нужно было готовиться к очевидной атаке противника именно на его направление, ведь его силы противнику были знакомы даже со всеми улучшениями, его группа просто не смогла бы выдержать массовый удар сил противника, и пришлось бы отступать, давая флоту противника спасительный путь. Но в данный момент это невозможно. Кривая петля огромного, всё разрастающегося шторма проглатывала один крейсер за другим. Набравшие скорость для прорыва суда не успевали отвернуть, вливаясь один за другим в буйство молний и гравитационных аномалий. Уже через полминуты суда одно за другим стали отсылать сигналы о сдаче. Наёмники точно не хотели умирать, подобно идиотам из Доминиона.                      

Линкор малой экспедиционной флотилии империи Ситхов.

      

Габриэль Тош, он же Тошичка.

             Габриэль был дезориентирован и оглушён, когда понял, что оказался в незнакомом месте. Обстановка вокруг него казалась странной и пугающей. Свет ещё мерцал, а звуки сливались в хаос, из которого трудно было выделить что-то конкретное. Он крутил головой, пытаясь понять, где он и как здесь оказался. Казалось, что он только что был на мостике Гипериона… А потом… Воспоминания о том, как он сюда попал, расплывались в его сознании.       «Такое ощущение, что я оглох. Ещё этот звук, гррр! – У Тоша было ощущение, что откуда-то издали до него доносился тихий голос, который словно звал его по имени, но он не мог его распознать, как и понять откуда он исходит.       Чего Тош уж точно не ожидал от либри, то это столь экстравагантного телепортационного способа перемещения в радужной трубе. Кое-как удержав недавно съеденный завтрак, опершись рукой о пол, он потихоньку стал приходить в себя. Приподнявшись, Габриэль глубоко вздохнул и попытался сосредоточиться. Ему необходимо было собрать мысли в кучу и найти выход из этой ситуации. В глубине души он чувствовал, что за этим прекрасным состоянием дезориентации стояла Светик, а значит он точно сможет вернуть себя в норму.       Почти целая минута потребовалась, чтобы поднять своё тело в вертикальное положение. Вокруг него мельтешили либри, активно шурша в массивных металлических шкафах. Оглядевшись по сторонам, заметил своих братьев-фантомов, которые были аккуратно сложены у стеночки в линию. Над ними ворковала одна из медичек местных.       Неуверенно, опираясь спиной на стену, Габриэль начал внимательно осматривать помещение, прислушиваясь к разговору медика: «… дезориентация вскоре должна пройти. Это нормально для всех, кто впервые перемещается по путям Либри. Однако в вашем случае, будучи людьми, последствия оказались более серьёзными…» Услышав главное, Тош облегчённо выдохнул, хотя поразился тому,ч то они ещё живы и находятся на корабле Ситхов.       Светик, по словам медика, уже на всех порах рванула к котикам, чтобы те смогли быстро создать более мощные учебные амулеты для освоения перемещений по методу мелких, иначе нас не удастся взять с собой дальше на штурм судна Доминиона.       Пока первая ученица грозного фантома пропадала, Тошу в руку сунули лечебный коктейль, и поводили светящимися руками вдоль тела, облегчая его самочувствие, плюс вкололи очень бодрящий укольчик. Эффект был как от забористой дозы стимуляторов, правда, без последствий в виде затуманенного разума и отупляющего кайфа.       Оглядевшись ещё раз, Тош понял, что они находятся в каком-то ангаре-складе или похожем на него достаточно крупном помещении, куда постепенно прибывал новый народ. Без суеты они двигались в направлении металлических шкафов, где подбирали себе боеприпасы и разные расходники, снаряжаясь и облачаясь в броню. Все ожидающие уже были в броне, им разве что оставалось надеть шлемы. Кого здесь только не было! Вот верхом на крупном ящере, похожем чем-то на льва, въехала мелкая, ведя за собой два десятка зерлингов, закованных в броню, на которых было навешано разное вооружение. Колонну замкнули гидралиски, так же упакованные по макушку. Или, тут были размером с небольшую собаку существа, напоминающие миниатюрных драконов. Их чешуя переливалась на свету, как будто была покрыта драгоценными камнями. Тош ненароком вспомнил истории из детства, которые рассказывают о таких созданиях — верных спутниках и защитниках своих хозяев.       В углу помещения стоял высокий человек в металлической броне, его шлем закрывал лицо, но от него исходила такая мощь, что остальные невольно его опасались, стараясь обойти. Хотя, трущуюся собачку-зерлинга о его сапоги, всю в странных переливающихся стразиках, абсолютно не смущал грозный вид хозяина. Он внимательно наблюдал за тем, как ситхи готовились к абордажу, время от времени отдавая команды подчинённым.       Полы были разрисованы разными кругами и другими геометрическими фигурами, с тонкой вязью рун. В некоторых местах виднелись вкрапления кристаллов разных размеров и цветов. Все вокруг молча или с небольшим шумом делали свои дела, казалось бы, не замечания подготовки к ритуалу, явно стараясь не отвлекать зазря либри, но вот мимика движения рук выдавала напряжение собравшихся. Меж ними велась весьма бурная беседа. Приоткрыв скобы разума, Габриэль чуть не оглох от потоков мыслей и эмоций собравшихся. Особо шумно вели себя естественно мелкие и орки, Астартес и другие вели себя более сдержанно.       Постепенно, вспомнив как советовал Светик, Тош «слушал», учась отсеивать лишние эмоции и множество пока непонятных для себя пакетов информации, которые отсылали собравшиеся в данном помещении. Тош начал потихоньку понимать «говорящих», удивляясь обилию того потока информации, который они между собой успевали обработать. Хотя речь была какой-то корявой, казалось, что разговаривают малообразованные и слишком мелкие детишки.       Пробовав приспустить чутка оковы разума, речь стала более плавной и структурированной, выбранившись, но одновременно с этим сильно возросло пси-давление на его мозг. Тошу пришлось поиграться с собственным разумом, чтобы найти некую грань, когда речь стала более понятной, а давление приемлемым, не вызывающим жуткую мигрень.       Видно, заинтересовавшись его действиями, к нему подползла тройка змеевидных существ, которых ранее он не встречал. Самка и два самца, если судить по паре выпуклостей в области груди у одной из особей. Посмотрев тому в глаза, та, слегка покачиваясь, отправила ему небольшой микроимпульс: «Нужна помощь? Могу научить человек. Светик нам рассказала про тебя и попросила помочь.».       Обдумав предложение, Тош слегка кивнул в согласии с предложением. Почти моментально на границе его ментальных щитов сформировался относительно небольшой ментальный пакет. Со всей осторожностью Тош его принял и стал аккуратно распаковывать. Мозг чуть не вскипел, тело как будто объяло пламенем, ноги подкосились, а рядом стоящие змейки успели подхватить его. Видя страдания на лице Тоша, змей-баба дотронулась до его головы, впуская в неё еле видимую энергию.       Боль ушла мгновенно, отчего Тош просто выпал в осадок, забыв, что в его голове посторонний. Он просто, наблюдая, как его щиты и скобы разума пересобрали на ходу, разобрав до атомов, а после собрав вновь, только в замедленной съёмке. Причём на некоторых моментах ему как бы показывали, что было неправильно, и медленно, иной раз по несколько раз показывали, как нужно делать, как нужно отсекать лишнее, а что можно и нужно добавить. По сути с его молчаливого согласия, ему мимоходом, убрали пару позабытых блоков в психике, сняв последние скрытые запреты Доминиона, которые пропустили биологи после своих процедур, из-за которых Габриэль и чувствовал то давление на разум.       Только после того как его ментальные щиты были пересобраны и обросли десятком новых защит, когда был добавлен улучшенный каскад фильтров, Тош смог вздохнуть свободно. Ему вновь отправили пакет с данными, правда, в этот раз под пристальным надзором дождались, когда он его откроет, после чего помогли разложить полученные данные, дав бесценную крупицу опыта о том, как лучше и правильнее пользоваться полученными данными.       С новыми щитами и фильтрами, пользоваться правильной речью Ситхов стало очень легко. Теперь он смог спокойно понимать, о чём собравшиеся разговаривали посредством телепатии, хотя ему всё так же приходилось зарезать большой объём входящего потока, потому речь собравшихся казалась воспроизведённой машиной без капли эмоций.       Пораскинув мозгами, он попросил помочь его ребятам. Только собравшиеся удалиться змейки притормозили, а девочка змея видимо думала, склонив голову, секунд десять, покачиваясь на хвосте, после чего направилась в сторону его людей. Набрав лёгкое сообщение фантомам о содействии змейке в её манипуляциях, Тош приказал фантомам открыть свои разумы для обучения, пока сам, сползая по стеночке от очередного осознания своей слабости, умостился на попу и стал слушать разговоры окружающих.       Ничего секретного ситхи не говорили, обычный трёп молодых военных. Разве что какофония мелких была более разнообразной, да меки с местными медичками обсуждали перспективы захвата пленных и различных ништяков. В общем, обычный трёп, который он слышал тысячи раз перед началом любого боя.       Резко всё изменилось, когда в очередной раз открылись створки огромных дверей, впуская его ученицу. Та шла твёрдой походкой, таща небольшую сумку. За спиной той стояли две девушки с ангельскими крыльями и пятёрка Астартес, закованных в белые доспехи. Процессия неспешно пошла в его сторону. За спинами одоспешанных гигантов виднелись уши катаров.       Стоило Светлане переступить порог, как все разговоры стихли, все вытянулись. Кто-то опускался на колено, орки склонили головы, прикладывая правую руку к груди, змейки прижимались к земле, расставляли руки в стороны, мелкие выстроились в ряд и отдавали честь. Каждый на свой лад, в зависимости от вида, отдавал честь маленькой девочке.       Внезапно двери ангара снова с грохотом распахнулись, и внутрь вошла ещё одна группа, одетая в яркие мундиры и белою броню, с эмблемами какого-то ордена. С их появлением атмосфера накалилась до предела, все замерли в предвкушении жаркой сечи, и Тош почувствовал, как в воздухе повисло напряжение и ожидание битвы. Кто-то из новой группы начал обращаться к собравшимся и Светику, уверенно поясняя, что времени на подготовку у них осталось совсем немного. Бойцы, встав с колен, начали быстро надевать шлемы, проверять свои снаряжения, готовясь к действию. Тош понимал, что впереди их ждёт что-то серьёзное. Он посмотрел на своих спутников, и их взгляды встретились.       В них было решение и понимание — время действовать. Он, конечно, понимал, что его ученица не простая личность, но видно, он не до конца понимал, какую ступеньку в лестнице их социума та занимала. Подойдя к нему, мелкая протянула ему связку амулетов на пурпурной цепочке.       — Тошечка, одень сам и раздай своим человекам, чтоб можно было вас с собою взять без этих… Самых ваших вот последствий. Ты это не обижайся, я что-то не подумала, что человеки слабенькие, как-то позабылось, пока с тобой общались.       Покрутившись, пристально наблюдала, как он молча раздал своим подвески и сам одел свою ровненькую.       — А теперь айда к центру, встань с ребятами вот туть. – Светик ткнула Тошу на круги на полу.       От каждой группы отделилось по несколько особей, которые, став кругом, молча смотрели на Свету. Та наклонилась и погладила пол. Из которого после лёгких поглаживаний вырос небольшой алый кристалл на тонкой серебряной ножке. Мелкая, пока формировался кристалл, постучала ноготком по наплечнику. Под стук броня сменила свою расцветку, вся цветастость ушла, сменяясь тёмными металлическими расцветками, вся праздность ушла. Над приплюснутым кристаллом сформировалась проекция крейсера.       — Смотрим все внимательно, это наша цель. Сейчас мы распределим цели между вами, а также решим что именно будем штурмовать. Я с собой прихватила пару человеков, которые имеют опыт подобных операций, и надеюсь, они нам если что помогут, подправят наш план и подскажут, что нам следует делать. Всем всё ясно? на последней фразе к ним подошёл тот странный командир в броне.       Изменилась не только расцветка брони, но и голос, мимика. Казалось, что весёлый подросток пропал. И сейчас вместо весёлой и безбашенной Светы появилась абсолютно противоположная ей взрослая личность – строгая и собранная. И эта новая Света, весьма толково и сжато излагала свой план, который тут же корректировали. И все вокруг смотрели на маленькую девочку, внимательно внимая всем её словам. При этом некоторые даже кивали в такт её словам, а часть из собравшихся помимо кивков приговаривали одну фразу: «Ясно, древняя. Мы все исполним».       Закончив свой монолог, Светик вызвала более детальную схему крейсера начав распределять цели и формировать группы для штурма. Совещание особо долго не длилось, помощь особо не понадобилась, цели были расставлены правильно, так что была озвучена всего пара мелких замечаний и уточнений. Его людей раскидали между разными группами; те будут выполнять функции неких проводников и переговорщиков-связных в случае чего. Он же шёл вместе с основной группой, которая пойдёт на штурм мостика крейсера. Было странно наблюдать за столь разительно изменившейся ученицей, и ведь все вокруг слушали её очень внимательно, чувствовалось неподдельное уважение и почитание.       Как только цели были распределены, а на голо-схеме были размечены точки проникновения, которые в основном то и поправлял Тош, указывая более удобные места для проникновения. Каждая группа разошлась в стороны, встав на разные круги, он же остался с большой группой разных существ в центре. Светик, опершись руками в кристалл, начала вливать в него большой поток энергии. По углам комнаты поднялись крупные кристаллы, из которых в странные рисунки на полу и вовсе полился ужасный поток пси-энергии.       — Всем приготовиться, три, два, один. — разгоревшиеся ярким светом круги образовали странную плёнку, похожую на водную гладь, в которую под завершение отсчёта все присутствующие и провалились.       Едва успев сгруппироваться, едва успев почувствовать мимолётное мгновение свободного падения, которое завершилось твёрдой поверхностью металлической палубы, Тош понял, что они опять прыгнули. Только в это раз все обошлось небольшим покалыванием в голове и теле, а знакомая с пелёнок академии вибрация космического корабля была звуком родного дома, который его всегда успокаивал вместе со звуками работающих на износ энергетических магистралей, гулом аварийных систем и сирен, среди темени тусклого света ламп. С боку раздался хриплый стон и хлюпающие звуки. Бросив взгляд вправо, Тош увидел двух неудачливых техников, которым не посчастливилось принять грудью одного из Астартес. Эти ребята и так были не маленьких размеров, а этот экземпляр даже на внешний вид был облачён в сверхтяжёлую броню, плюс в руках он держал огромный болтёр и ростовой щит, толщина которого была не менее двадцати сантиметров. Один техник не подавал уже признаков жизни, так как с раздавленной черепушкой долго люди не живут, а вот второму раздавило живот, быстрый взмах топора одного из орков прервал мучения неудачника.       Быстро распределившись, все замерли, Светик с парой своих товарок осторожно прощупывали стены, двойка катаров и крылатые девы, взявшись за руки, уселись кружком, змейки встали у створок, все остальные заняли круговую оборону, прикрывая других. Все без слов, словно машины, ни одного лишнего движения или слова, хотя все общались телепатически, скупыми командами. Странным было то, что динамики судна молчали, по неведомой причине они с чего-то не орали дурной сиреной, сигнализируя о незапланированных пассажирах. Правда, когда Тош перевёл взгляд на сидящих кружком, он ощутил странную вибрацию, что распространялась сферой вокруг их компашки. Светик с парочкой сестёр, видно, закончила поиски, вытащив тонкий штырь, который вогнала в стену, раскрыв допотопно выглядящий планшет, от которого провела несколько тонких нитей к торчащему в стене серебристому штырю. Пальчики мелкой так и запорхали над планшетом, взламывая видимо систему безопасности и мониторинга крейсера.       - Готово, система внутренних датчиков выведена из строя, минут десять-пятнадцать у нас есть, работаем. Тошичка, ты в центре стой только, если что-то видишь или чувствуешь, не стесняйся, говори мне сразу! - Светик, оторвавшись от планшета, специально дала Тошу указания.       Оставалось лишь молча кивнуть, выстроившись небольшой колонной, и подошли к створкам, ведущим к одному из центральных коридоров, проходящим под прямым ответвлением одной из палуб, что вела напрямую к мостику. Светик забралась на спину самому крупному орку, две её сестры - на спины двух Астартес. Если другие, зацепившись за спины, выглядывали из-за массивных наплечников, целясь вперёд из своих винтовок, то Светик странным образом прилипла спиной к орку и поджала ноги.       Свети неотрывно смотрела в свой наручный ПК, держа руку с сжатым кулачком в вертикальном положении. Хоть Тош и не понимал, что происходит и чего они ждут, решил, что иногда лучше помолчать и подождать. Он, честно говоря, не очень любил задания по абордажу судов, особенно во время массового космического боя: был шанс, что штурмуемое судно банально уничтожат свои же, или капитан сам подставит своё судно под огонь противника. Как только Светик увидела что-то известное только ей на своём пиликнувшем ПК, она рубанула ладошкой воздух, задав направление движения.       Весь отряд резко выпорхнул в коридор. Тройка куда-то спешащих маринов была сметена мгновенно: два массивных взмаха светящимися ярким белым светом клинка — и два трупа, третьего пробивает копьём света, выжигая ему полусферу шлема.       Так же сохраняя молчание и поддерживая ментальное общение, отряд не спеша двигался к намеченной цели. Почти пройдя полпути, оставляя за спиной только мёртвые тела, их наконец заметили. То ли кто-то нарвался на тела, то ли другие группы дали знать, что идёт абордаж судна.       Тош шёл в центре импровизированной колонны. Скажи ему ещё час назад, что два щитоносца и три девушки-ангела, используя мечи и копья, пройдут такой путь, вырезая всё на своём пути и при этом не поднимут шума, он бы долго смеялся над сказочником.       Но как только стало понятно, что их раскрыли, девушки отошли в сторону, вперёд выдвинулись орки и катары. Необходимость сохранять тишину пропала, заработали стволы. Тош был простым наблюдателем. Казалось, двигается не три десятка разумных, а один слитный организм, в котором он был явно лишним. Чёткие выверенные движения, скупые слова команды, каждый выстрел, взмах клинка или выпад копья — это чья-то смерть.       Парой десятков метров, не вовремя открывшаяся створка лифта их даже не замедлила. Три взмаха клинка, один удар молота, что откинул тела двух маринов и располовиненой медички на других, миг замешательства — за телами летят пара гранат, кинутые одной из либри. Пара катаров, остановившиеся по краям, формируют щит, в который пришедшие в себя марины открывают огонь, что прервался парой плазменных взрывов. Орк пускает с наручного огнемёта волну огня в раскуроченный лифт, а их отряд, казалось, даже и не замедлился, пёр как паровоз вперёд.       Мозг пробуксовывал, казалось, он стал деталью какого-то идеального организма. Всё было идеально, ну почти идеально. Глаза то и дело подмечали некоторые задержки, иногда некоторые из задержек были случайны, когда весь отряд на очень краткий миг замирал, создавая некий диссонанс осознания невозможности происходящего. Казалось, что у всех не было столь необходимого опыта таких боёв, хотя та слаженность и простота, с которой происходила операция, заставляла Тоша нервно оглядываться и прикидывать свои шансы на успех, если бы он остался на стороне Доминиона, для него все было слегка странным и невозможным.       Казалось, что он находится одновременно среди опытных военных, хоть и вышколенных, хоть и хорошо обученных, но с малым боевым опытом. Полноценно он свою мысль не смог сформировать, просто не укладывалось в голове то, что такое возможно, что те, кто так филигранно обращаются с оружием, те, кто могли так слаженно действовать – все они были новичками. Хотя возможно, что именно у этой группы не было опыта штурма кораблей или подобных объектов.       Добравшись до заданной точки, они заняли оборону в коридоре. Мек расправил свои дендриты, установил полукруглые устройства и отошёл в сторону. Устройство, заискрившись, начало выжигать часть верхней переборки. Видно, их ждали там, так как мгновенно сверху открыли ураганный огонь на поражение. Секунда, и Тош фиксирует, как орк резко сместился в сторону, прикрывая собой одну из мелких. Впервые за весь штурм Тош открыл огонь, прикрывая отряд. Отхлынув от дыры, отряд замер. Сверху упала тройка гранат, правда, до пола те не долетели. Один из катаров, махнув рукой, отправил телекинезом их обратно, а вдогонку отправил пурпурную искрящуюся сферу, подкрепив взрыв гранат хлопком плазмы.       Слева, у стенки, лежал тот самый орк с изрешечённым боком, без руки. Над ним уже склонилась медик, колдуя над телом раненного. Сняв с того шлем, она что-то вколола в шею чёрному орку, пока у того из пасти лилась кровь.       «Вот и первый погибший. – печально вздохнул Тош, порадовавшись столь поздней потери в отряде.       Странным было то, что медик не отходила от орка, да и тот как-то всё никак не испускал свой дух. Мек, подобрав оторванную руку, подтащил её к орку, прижав ту к месту разрыва. Медичка быстро залила место соединения вязкой розовой жидкостью. Чёрная клыкастая образина всё быстрее приходила в себя, шокируя Тоша своим состоянием. Сначала перестала литься кровь из пасти. Тот даже, сорвав фляжку с пояса, залил пасть вязкой белой жидкостью с розовыми прожилками. Медичка отошла в сторону. Орк, поднявшись, попытался согнуть ранее оторванную руку, но та двигалась рывками, явно ощущалась для него деревянной. Слегка поморщившись, тот прижал ранее оторванную конечность к животу, водрузил шлем на место, вздохнул и убрал топор за спину, достав взамен огромный дробовик, встав за спину одного из Астартес.              Тем временем Светик, дав отряду команду серией знаков и коротких пси-посылов, реорганизовала группу. Вперёд вновь выдвинулись беленькие Астартес с массивными щитами. Приблизившись к дыре в потолке, те начали принимать входящий урон на свои щиты. Два катара начали формировать в руках две алых сферы, третий же, разведя слегка руки в стороны, начал пропускать между ними разряды молний. Ему на плечи легли две ручки крылатых дев, молнии сменили свет с тёмно-синего на белый, увеличившись в размерах. Светик, сведя два пальчика, начала формировать между ними маленький белый вихрь. Вот, огибая Астартес с боков, вверх умчались две алые сферы, за которыми последовал взрыв и жуткий вопль выживших.       Вот на отряд хлынул из дыры вал алого пламени, а Светик щелчком пальцев оправляет маленький вихрь, что разворачивается, впитывая в себя вал огня, смешивая краски. Тонкая нить белого вихря соединена с маленькой ручкой смелой либри. Левая рука девочки опущена к полу, на раскрытой ладошке формируется плоский диск из белых и алых потоков.       Кивнув рядом стоящему орку, Света группируется, а орк, взяв мелкую за ворот брони, лихо швыряет её вверх в освободившуюся от огненного вала дыру в потолке. Глаз только и успевает заметить, как та, влетев на верхний ярус, исчезает в яркой вспышке света. Следом, оттолкнувшись от заранее подставленного щита, в верх устремляется катар, окутанный с ног до головы белыми молниями. Сверху слышен гул огня и треск молний вперемешку с матами и предсмертными криками терранов.       Расступившись, вперёд впервые пускают техно зергов. Те уже давно большей частью висели на потолке у недавно вырезанного проёма. Как только пара хвостов последних гидралов скрылась в проёме, следом лихими прыжками на верх один за другим уходили члены штурмового отряда.       Тош только начал накапливать пси-энергию для прыжка, когда его внезапно, как Светика, забросили наверх. Вверху вовсю шёл бой, вокруг корчились тела людей. Змеи захватывали и брали под контроль то одного, то другого обороняющегося, направляя их против своих, создавая и сея новый хаос. Зерги атаковали остатки небольших сил у главных створок мостика. Светик, сверкая вспышками света, рубила головы белыми светящимися клинками, похожими на те, что использовали зилоты протоссов.       Большая часть обороняющихся давно осталась позади в виде или порубленного мяса на фарш, или оглушённых пленных. Оставшиеся, решили по всей видимости продавать свои жизни подороже, ощетинившись стволами, и в их адрес Тош направил всю накопленную энергию, прежде чем переместиться к первой паре из поваленных тел. Наконец-то он активно включился в бой, стреляя из винтовки в сторону противника, выбивая особенно активных и оглушая офицеров.       Мек закончив шаманить, уронил бронированные створки гермодверей на вбегающих клонов-болванчиков, отрезая подкрепления противника от мостика. Оставшийся десяток маринов был быстро уничтожен. Это дало отряду краткую передышку. Кто-то перезаряжал магазины и менял батареи, кому-то оказывали медицинскую помощь. Мек тем временем минировал всё, до чего мог добраться. Мелкие чертили рунные круги, а двойка неизвестных Тошу существ под командованием молчаливого офицера в броне установила пару устройств, которые после включения перекрыли коридор энергетическим полем. Часть отряда создавала импровизированные баррикады.       Пока Светлана отдыхала у панели створок капитанского мостика, пытая капитана на предмет капитуляции, отряд разделился. Большая часть готовилась отбивать новую атаку, а малая группа — захватить мостик до конца. Мек из палок и разных субстанций, из найденного металлолома и десятка штурмовых винтовок с добавлением непонятной серебряной жидкости, обёрнутых синей липучкой, соорудил на ровном месте три турели. Он также возился с горкой найденных гранат. Тошу выделили место почти в заднем ряду и установили перед ним небольшой полусферический щит, показав, что стрелять нужно не из-под щита, а через него. Ствол легко проходил сквозь слегка зеленоватую плёнку, не мешая стрельбе.       А дальше был ад…Створки были снова подорваны, и на них хлынула лавина клонированных болванчиков. В какой-то момент он осознал, что боеприпасы к винтовке закончились, и пришлось использовать пистолеты, которые были неэффективны против закованных в боевые скафандры маринов.       Каждый раз, когда ситуация казалась критической, в дело вступали котики или змейки. Одни выжигали мозги, что-то внушали, заставляли маринов драться между собой, а вторые вызывали валы огня, потоки молний или просто вмораживали противника, создавали гравитационные аномалии. Без них отряд бы не справился, но благодаря им потери были минимальными — только трое тяжело раненых и, возможно, один убитый гидрал, и то совсем не факт. Тош так и не понял, что случилось с буйным меком, который потерял почти половину тела, но продолжил с пробирающим до мурашек на пятках диким хохотом стрелять из гранатомёта по маринам…       Момент, когда мостик был окончательно захвачен, Тош не заметил, для него это произошло на фоне ожесточённого боя. Враги внезапно закончились, и довольная Светик объявила, что судно теперь под её полным контролем, и она уже отдаёт приказы от имени захваченного ею адмирала.