Глава 14

      От автобусной остановки шла девушка в коротком чёрном платье на бретельках и в ботфортах на платформе того же цвета. Её волосы, собранные в высокий хвост, развевал недавно разбушивавшийся ветер. Одинокие прохожие оглядывались назад, чтобы лучше рассмотреть странную незнакомку. На улицах Адамарея не часто встретишь людей так вызывающе одетых.       Кассандра не обращала внимание на заинтересованные взгляды местных жителей. Девушка пыталась найти больницу, но никак не могла понять, куда идти. Она не хотела спрашивать дорогу у прохожих. Этот поступок скорее подошёл бы Лизе, но точно не ненадеющейся ни на кого Кесс.       Поблуждав по городу пару часов, Рекфилд, наконец-то, нашла заветное здание. Хоть Кассандра не любила мать так, как Элизабет, но совесть её всё равно мучила. По сути, именно из-за Кесс женщина попала в больницу, и хоть прямой вины девушки в этом нет, но проведать её всё-таки стоило.       Кассандра зашла в помещение и, подойдя к стойке регистрации, спросила:       — Здравствуйте! Где находится плата Мэри Рекфилд?       — А вы кто? — ответила вопросом девушка.       — Дочь, Кассандра Рекфилд, — недовольно сказала Кесс, желая, как можно быстрее покинуть это место. Уж слишком плохие воспоминания у неё вызывали больницы и клиники.       — Тридцать четвёртая палата, вперёд по коридору и налево, — произнесла она и улыбнулась.       Этот жест Кассандра проигнорировала, уйдя в указанном направлении, даже не поблагодарив.       Найдя палату, Рекфилд остановилась, не решаясь зайти. Девушка думала о том, как её встретит мать.       «Наверняка она не будет мне рада! Я же не моя тупая сестра, чтобы она меня ждала», — вздохнула Кесс и всё-таки зашла.       — Не думала, что ты придёшь, но я всё равно рада тебя видеть, — сказала Мэри Рекфилд, посмотрев в сторону гостьи.       — Я на все сто процентов уверена, что ты предпочла, чтобы на моём месте стояла та дура, что, к сожалению, оказалась моей сестрой. Она же твой единственный любимый ребёнок, а мы с Питером так, массовка, — попыталась спрятать за дерзостью горечь в голосе Кесс, но это всё равно не укрылось от матери.       — Я люблю всех вас одинаково, хотя иногда это бывает очень сложно, — произнесла женщина, грустно взглянув на дочь.       — Как всегда, всего лишь слова.       — Можешь думать, что хочешь, но факт всё равно останется фактом, — вздохнула Мэри. — Лучше расскажи, как вы живёте с Питером.       — Живём, как жили, только в доме кислорода больше стало, — язвительно сказала Кассандра.       — Не груби! — прикрикнула мать.       — Я не грублю, а просто констатирую факт, собственно, как и ты. — После этой фразы затянулась долгая пауза.       — У Лизы появился парень, — неудачно попыталась разрушить молчание женщина.       — Очень рада, прямо прыгаю от счастья! Ни один разговор не может пройти без «Лиза то», «Лиза сё», «Лиза это». Достало! — крикнула разгневанная Кесс.       — Я думала, тебе будет интересно узнать о жизни старшей сестры.       — Да мне похер на неё! Если она даже сдохнет в какой-то подворотне, мне будет плевать! — Кассандра выбежала из палаты, громко стукнув дверью. Терпеть это всё не было сил.

***

      Джон бежал по улицах, пытаясь спастись от неудержимой стихии. В любой момент мог начаться ураган, но добраться до отеля для парня было превыше всего. Желание провести вечер вместе с прекрасной Беатрикс не могло перебороть ничто.       Наконец-то забежав в холл «Пегаса», Хартвест спокойно выдохнул.       «Фух чуть не сдуло. И почему Адамарей вечно такой противный?» — подумал он и пошёл здороваться с мистером Колдвотэром, который от нечего делать, как раз раскладывал пасьянс на компьютере.       — Здравствуйте! — сказал Джон.       — Добрый день, сынок! Не представляю, как ты сюда добежал. Погода просто ужасная. Не удивлюсь, если к вечеру ещё и электричество пропадёт, — произнёс администратор, радуясь появлению собеседника.       — Сплюньте и перекреститесь! — воскликнул парень, испугавшись того, что это может помешать его свиданию.       — Вряд ли поможет. Так зачем ты пожаловал? Случаем, не снова задавать свои странные вопросы? — спросил дедок, пристально на него взглянув.       — Я взял выходной от расследования.       — Вот и хорошо, нечего дурью маяться, — сказал мистер Колдвотэр и широко улыбнулся.       — Это не дурь! Оно очень важное для жителей Адамарея! — воскликнул Джон, обидевшись на такое пренебрежительное отношение к делу всей его жизни.       — Столетиями жили как-то и без твоего расследования! Тоже мне, Шерлок Холмс адамарейского разлива!       — Ладно, вообще-то я хотел спросить, не знаете ли вы, где сейчас Беатрикс Праер? — поинтересовался Хартвест.       — Чего же не знаю? Знаю, конечно! Ты только скажи мне, зачем она тебе? Хотя, почему я спрашиваю? Любовь с первого взгляда это так прекрасно, — романтично проговорил администратор, из-за чего парень залился краской.       — С чего вы решили, что я влюбился? — смущённо задал вопрос Джон.       — Ну тогда, почему ты стал краснее помидора? Не буду мучить тебя и, так уж и быть, скажу тебе, где твоя дама сердца. Мисс Праер предпочитает проводить обеденное время за столиком в ресторане, попивая зелёный чай и рассматривая через окно прохожих. Думаю, вы будете прекрасной парой, — произнёс мистер Колдвотэр.       — Спасибо большое! — поблагодарил парень и ушёл, чтобы не продолжать неловкий разговор.       Хартвест быстро заметил Беатрикс. Девушка сидела и задумчиво вглядывалась в пустую улицу.       — Привет, Трикси! — поздоровался Джон.       От неожиданности Праер чуть не подпрыгнула.       — Привет, Джон! Ты меня немного напугал, — улыбнулась она.       — Извини, я правда не хотел, — извинился парень, начиная рассматривать наряд своей знакомой.       Беатрикс была в летнем шифоновом жёлтом платье с длинными рукавами и мелкими принтом светло-голубых цветов. Её волосы распущены, а на лице нанесён лёгкий макияж.       — Присаживайся, как раз составишь мне компанию, — предложила Праер, а Хартвест, приняв предложение, сел на место напротив.       — Что делаешь? — решил ненавязчиво начать разговор парень.       — Пью чай и раздумываю, почему здесь так часто плохая погода.       — Тебе не нравится в Адамарее?       — Не люблю пасмурную погоду, а слухи о смертях в городе ему привлекательности не добавляют. Ещё и тот несчастный случай… Я тогда очень испугалась. С детства боюсь, когда умирают люди, а кладбища вообще обхожу десятой дорогой, — грустно произнесла Беатрикс.       — Соглашусь, Адамарей и правда достаточно мрачное и жуткое место.       — Даже не представляю, почему именно этот город выбрала госпожа Изабелла. Может, диковенное название её привлекло. Кстати, почему он так называется? — поинтересовалась Трикси.       — Сам не знаю, но собираюсь это выяснить, — уверенно сказал Джон.       — Искренне верю в тебя и надеюсь, что всё получится!       — Рад, что хоть кто-то в меня верит.       — А как же твой отец? — удивлённо спросила Праер.       — Он не знает о моём расследовании, а даже если бы знал, вряд ли его одобрил. Мы почти никогда с ним не разговариваем, единственное, что нас соединяет — эта куртка, — проговорил Хартвест, указывая на предмет гардероба.       — Жаль, что вы так далеки друг от друга, прямо как мы с сестрой, — начала девушка, но вдруг на её айфоне зазвонил будильник. — Ой! Мне уже пора, а то госпожа Изабелла будет ругаться. Ещё увидимся! — воскликнула Беатрикс, уже собираясь уходить, но Джон её задержал.       — Трикси, не хотела бы ты… со мной по-оу-ужинать? — заикаясь, спросил парень.       — Конечно, с радостью! Во сколько приходить и куда? — улыбнулась Праер.       — В семь вечера, ко мне домой. Я скину тебе адрес.       — Хорошо. С нетерпением буду ждать вечер, — сказала Беатрикс и направилась в номер, оставив Джона одного. На лице его появилась идиотская улыбка.

***

      Вернувшись в отель, Лиза с Элайзой пошли в ресторан, чтобы помянуть Джованни. Женщина была не в лучшем состоянии, хоть и упорно это скрывала. Сев за столик, они сделали заказ и принялись его ждать. Синьора Валентэ блуждала по залу отсутствующим взглядом, рассматривая других посетителей. Вдруг она наткнулась на одну неприятную особу, которую в этот ужасный день желала видеть последней.       Кэтрин заметила на себе взгляд бывшей одноклассницы. Грустный и подавленный вид Элайзы был усладой для глаз Витмор. Женщина решила подойти и поиздеваться над ней. Зачем упускать такой чудесный момент?       — Так-так-так, кто здесь у нас? Ах, это же моя дорогая подруга! Почему без мужа? Ой, забыла! Он же умер! — сказала Витмор, злорадно ухмыльнувшись.       — Мне сейчас не до твоих колкостей, Кэтрин. У меня траур, — ледяным тоном ответила синьора Валентэ.       — Ах, траур, значит! Конечно, лишиться единственной группы поддержки, наверняка, просто кошмарно.       — Элайза не одна, у неё есть я. И, по-моему, издеваться над человеком, который потерял близкого — низко даже для вас, — встряла в разговор Элизабет.       — У кого-то появились зубки. Не смей мне грубить, ничтожество! — воскликнула Кэтрин.       — В данный момент грубите вы, а я просто констатировала факт, — спокойно ответила Лиза.       — Это тоже констатация факта. Ты никто и до конца жизни им и останешься.       — Хватит, Кэтрин! Имей уважение к другим! То, что ты из семьи Витмор, не делает тебя королевой, — разозлилась Элайза.       — Ещё как делает! А ты без своего мужа, снова превратилась в то пустое место, каким и была. У тебя не осталось ничего! Ты просто жалкая девчонка, распускающая сплетни! И со мной ты никогда не будешь наравне, собственно, как и твоя недоподружка! — крикнула Витмор и ушла, после чего синьора Валентэ вздохнула с облегчением.       — Для ненависти за учёбу это какой-то перебор, — произнесла Лиза.       — Возможно, она так бесится из-за того, что я случайно раскрыла её секрет. Кэтрин всегда ставила репутацию на первое место, а открытие этой тайны полностью разрушило её, — проговорила женщина.       — Что за секрет? — поинтересовалась Рекфилд.       — Однажды я услышала ссору Кэтрин с матерью из-за учёбы. Миссис Витмор тогда сказала, что это из-за того, что она приёмная и не унаследовала интеллект Витморов. Я не могла сдержать эту тайну в себе, поэтому рассказала подруге, которая раструбила это чуть ли не на всю школу. Из-за этого над Кэтрин часто шутили и издевались одноклассники. Потом она узнала, что именно я всё подслушала, и возненавидела меня с новой силой, — произнесла Элайза.       — Ты не виновата в том, что твоя подруга не могла хранить секреты.       — Ты права, дорогая, но таким людям, как Кэтрин всё равно. Она будет до конца жизни винить меня, — вздохнула синьора Валентэ, после чего затянулась пауза.       — Я отойду на пару минут. Скоро вернусь, — сказала Элизабет и побежала в холл.

***

      Из ресторана вылетела взбешённая Кэтрин, которая даже не заметила человека в углу, пристально наблюдающего за ней. Женщина уже собиралась отправиться назад в клинику, как вдруг кто-то окликнул её:       — Даже не поздороваешься? Твоя наглость не знает границ.       — И ты здесь! Решил вступить в клуб моралистов? По-моему, не с твоей подноготной читать кому-то морали, — произнесла Витмор, подойдя ближе к месту, откуда доносился голос.       — Трудно не согласиться, — сказал Аарон, хитро ухмыльнувшись.       — Свою неодарённую мозгами подружку ждёшь?       — Частично. Хотел увидеть ту сцену, которую ты устроишь. Что-что, а слухи в Адамарее расходятся быстро.       — Но посмотреть так и не получилось, потому что твоя благоверная это явно не оценила бы, — иронично продолжила Кэтрин.       — Меня интересует её мнение настолько же, насколько и твоё, то есть не интересует совсем, — произнёс мистер Блэк, пристально взглянув на женщину.       — Тогда почему ты не в ресторане, а здесь?       — Потому что твои вопли слышно не только во всём отеле, а ещё и на двух соседних улицах.       — О, а вот и твоя благоверная! Не тебя случаем ищет? — спросила Витмор, указав на выходящую Лизу, оглядывающуюся по сторонам.       — Скорее тебя! Быстро исчезни отсюда, а то я пока не настроен вести с ней диалог, — прошипел Аарон.       — Что, нет желания играть в отстранённость и холодность? Вообще постоянно удивляюсь, как у тебя это получается с твоим-то характером. Ты же можешь вспылить на ровном месте даже без причины.       — Не твоего ума дело! Не лезь, куда не просят, и делай, что говорю! — чуть ли не рычал мужчина.       — Ладно, уйду я. А ты можешь продолжать свой экскурс по Аду, хотя тебе ли не знать, как там всё устроено, — произнесла женщина, указав на «Божественную комедию», которую мистер Блэк держал в руках.       Кэтрин быстро двинулась на выход, надеясь, что Рекфилд её не заметит. Но надежда оказалась тщетной.

***

      Выйдя в коридор, Лиза направилась в холл. Девушка хотела прояснить ситуацию, а для этого взгляд со стороны мисс Витмор был непременно нужен. Рекфилд увидела, что женщина направлялась к выходу.       — Кэтрин, подождите, пожалуйста! — крикнула Элизабет.       — Чего ты хочешь? — спросила она, скривившись. Желание придушить наглую девчонку прямо на месте было велико.       — Я хотела сказать, что Элайза не рассказывала ваш секрет всей школе, а только подруге. А та уже…       — Я всё это знаю! — перебила Кэтрин.       — Но тогда почему вы так относитесь к Элайзе? — удивилась Лиза.       — За все поступки нужно кому-то отвечать. Без разницы совершил ты их или нет.       — Но это не справедливо! — После этой фразы женщина громко рассмеялась.       — В жизни нет такого понятия, как справедливость. Побеждают сильнейшие вне зависимости, кто прав, а кто нет, — произнесла Витмор. — У меня только один вопрос, какая твоя цель?       — Я не преследую никакой цели. Я просто хочу помочь подруге.       — Ложь! — проговорила Кэтрин и подошла к Элизабет впритык. Сердце девушки забилось чаще. — Очень плохо прикрытая ложь. Чего ты хотела, последовав за мной? — прошептала она на ухо Рекфилд.       — Я хотела узнать причину вашего поведения, — так же прошептала Лиза.       — Это только моё дело. Лучше не пытайся узнать то, к чему не готова, — бросила Витмор и оставила Элизабет одну размышлять над сказанным.       В кресле, в самом тёмном углу холла, широко улыбался Аарон. Кажется, он получил желанное зрелище.

***

      Беатрикс готовилась к ужину, выбирая наряд. Для неё это было, ой как непросто. Ни одно из летних платьев девушка не могла надеть из-за ужасной погоды, а остальная одежда совсем не подходила для свидания.       Посмотрев на часы, Трикси заметила, что времени у неё было немного. Праер окинула взглядом разбросанные по всему номеру наряды и громко вздохнула. Вдруг Беатрикс заметила тёмно-зелёный костюм, состоящий из широких штанов и пиджака. Она решила надеть именно его, дополнив образ чёрной шифоновой блузкой и туфлями того же цвета на высоком каблуке. Трикси быстро нанесла лёгкий макияж с бледно-розовой помадой и побежала к выходу, предварительно вызвав такси, дабы не идти через полгорода в столь неприятную погоду.       Праер ждала недолго. Машина подъехала где-то через пять минут. Сев в неё, Беатрикс принялась осматривать мимо проносящиеся пейзажи. Девушка успела отметить, что город довольно мрачный во всех районах. Она точно не хотела бы жить в таком. Трикси предпочитала больше солнечную Калифорнию или Флориду с её огромными пляжами.       Такси остановилось напротив не слишком большого одноэтажного дома. Праер заметила, что в этом районе все здания были или одноэтажные, или двухэтажные. Беатрикс он не понравился, уж больно не уютный. Ещё и длинная дорога, ведущая куда-то вверх, на холм, где заканчивались дома, была немного пугающей.       Девушка подошла к двери и постучала, надеясь, что Хартвест откроет быстро. Желания стоять на сильном холодном ветру совсем не было.       — Привет, Трикси! Рад, что ты всё-таки пришла! — воскликнул Джон и улыбнулся, пропуская Праер в дом.       — Мило у тебя здесь, — сказала Беатрикс, рассмотрев светлый интерьер места проживания шерифа и его сына.       — Это всё выбирала моя мама, — грустно вздохнул парень.       — Прости, я не хотела затронуть болезненную для тебя тему.       — Ничего страшного. Проходи на кухню, — произнёс Хартвест и указал в сторону двери слева.       Кухня представляла собой небольшую комнату с широким окном. Большинство мебели было бежевого цвета, только стол белый с серыми стульями. Всё здесь прямо кричало, что обставляла кухню именно женщина.       — Присаживайся, — предложил Джон, отставляя стул.       — Спасибо! — поблагодарила Праер, присев на предложенное место.       — Я готовил всё сам, так что не удивлюсь, если тебе не понравится, — сказал парень, ставя на стол разные блюда. Закончив с этим, он опустился на второй стул.       Хартвест совсем не знал, как начать разговор. Последний раз он ходил на свидание давно, причём оно было не самым удачным.       — Какой твой знак зодиака? — спросил Джон первое, что пришло в голову.       — С такого оригинального вопроса у меня свидания ещё ни разу не начинались, — проговорила Трикси, из-за чего парень стал краснее помидора.       — Я просто даже не представляю, о чём можно говорить за романтическим ужином.       — Да о чём угодно. Расскажи мне о своём расследовании? Как оно продвигается? — попросила Трикси.       — У меня есть одна идея, которую нужно срочно проверить. Но для этого нужен один человек, который сейчас занят.       — Это как-то связано со смертями?       — И не только с ними. Может, ты ещё не заметила, но в Адамарее часто происходят разного рода странности.       — Есть уже какие-то теории?       — У меня их много! — с энтузиазмом воскликнул Джон.       — Поделишься?       — Конечно! Мне кажется, что Адамарей проклят. Не смейся, у меня есть доказательства. Во-первых, вся семья первого мэра погибла при необычных обстоятельствах, причём с потомками было тоже самое. Во-вторых, количество тайн местных жителей просто зашкаливает. У всех есть свои скелеты в шкафу, которые они упорно скрывают. Особенно меня интересует род Витмор, с ним точно что-то не так. Тот пожар, при котором погибла почти вся семья не просто странный, он необъяснимый. Сама посуди, причину возгорания так и не нашли. По данным экспертизы, было такое чувство, что огонь взялся из ниоткуда. Интересно, что члены семьи даже не встали из-за стола, а продолжали сидеть на месте, как будто ничего не происходило, а проверить, в каком состоянии они были, невозможно. То, что выжила Кэтрин, выбежав из дома, верится мало. Когда приехали пожарные, на ней не было никаких следов того, что она была в доме. От дыма остались бы хоть какие-то следы. Такое чувство, что Кэтрин там не было вообще, но это семейный ужин, на котором должны присутствовать все. Странно. Ещё меня беспокоит недавно появившийся мистер Блэк.       — А что с ним не так? Просто моя сестра, кажется, влюбилась в него, — перебила Беатрикс.       — Я бы посоветовал ей держаться подальше от него. Про мистера Блэка неизвестно ничего. Даже самые заядлые сплетники Адамарея ничего о нём не знают. По сути, он появился из ниоткуда. Я смотрел предыдущих владельцев особняка. О них тоже ничего не известно. От кого тогда мистер Блэк его унаследовал, не понятно. Тем более именно с приезда его и ещё одного человека, в Адамарее начали случаться происшествия чуть ли не каждый день. Я считаю… — Джон не успел закончить мысль, как вдруг пропал свет, а с улицы послышались страшные завывания ветра. Трикси содрогнулась от страха.       — Я сейчас найду свечи, — сказал парень и полез искать их в шкафчиках. — Нашёл!       — Кстати, я забыла спросить, где твой отец? — неожиданно пришёл вопрос в голову Праер.       — Он сегодня будет целую ночь в участке доделывать работу, — ответил Хартвест, попутно зажигая свечи.       — Зачем ты ведёшь это расследование? Просто сомневаюсь, что это только ради интереса, — произнесла Беатрикс.       — Я хочу впечатлить отца. Я вернулся в Адамарей, потому что меня выгнали из полицейской академии. Если отец узнает, то он будет мной очень разочарован, собственно, как и всегда, — грустно проговорил Джон.       — Я понимаю тебя. И мне, правда, жаль, — вздохнула девушка.       — Спасибо, Трикси! Рад, что ты появилась в моей жизни, — сказал Хартвест и наклонился ближе к ней.       Праер медленно приблизилась лицом к парню и нежно поцеловала его в губы. Джон ей ответил таким же поцелуем. В этот вечер, в свете свечей, они наконец-то обрели близкого по духу человека.

***

      Когда Кэтрин блуждала по коридорам клиники, выключили свет. Женщина остановилась и раздражённо фыркнула. Придётся заводить генератор, а её доверенное лицо, как раз взял выходной. Витмор решила поискать фонарь. Как на зло, она забыла телефон в кабинете.       Кэтрин решила зайти в первую ближайшую комнату, чтобы поискать что-то, чем можно осветить путь.       «И как я буду запускать этот чёртов генератор, для которого нужна грубая сила?! Просить кого-то из санитаров не вариант. Нечего посторонним рыскать по подвалам с кучей семейных тайн!» — думала женщина.       Открыв двери, Витмор начала аккуратно заходить, чтобы ни на что не налететь. Вдруг раздался голос:       — Кто бы ты ни был, вали отсюда с миром, пока не стало хуже!       — Алекс, я что, из всех возможных помещений попала именно в твою комнату? — спросила Кэтрин, мысленно матеря всё и вся, на чём свет стоит.       — Ага. Видишь, Кэт, сама судьба нас сводит вместе. — Женщина не видела лица фон Штинсхена, но была точно уверена, что он сейчас лыбится от уха до уха.       — Что за бред ты несёшь?! Лучше включи хоть какой-то фонарь и пойдём запускать генератор.       — И потеряем такой чудесный момент для секса?       — Да пошёл ты к чёрту с такими предложениями! — негодующе воскликнула Витмор.       — Я не ты, чтобы к нему ходить, — безумно засмеялся Алекс.       — Стоп, ты голый? — спросила Кэтрин, глаза которой наконец-то привыкли к темноте.       — Думаю, отвечать не стоит, — ухмыльнулся мужчина.       — Ладно, надевай рубашку, и пошли решать проблему освещения.       — Меня интересует только одно: с чего ты решила, что я в штанах?       — А что, без? — смутилась женщина.       — Да нет, просто спросил, — сказал фон Штинсхен.       — Идиот! — разозлилась Витмор.       — Пошли уже, тебе же нужна помощь с генератором.       — А рубашка?       — В клинике всё равно темно. Так какая разница? — Алекс включил фонарик на телефоне, освещая свой голый торс.       Идя по коридору, Кэтрин пыталась не смотреть на мужчину, но это у неё плохо получалось. Вдруг фон Штинсхен иронично сказал:       — Как я рад, что ты мне настолько доверяешь, что впускаешь в подвалы клиники.       — Я тебе ни капли не доверяю. Но поскольку ты там и так уже всё облазил, смысл что-то скрывать? — После этой фразы Алекс громко засмеялся.       — Показывай, где твой генератор.       Они зашли в небольшую комнату, заваленную хламом, где как раз и находился заветный предмет. Подойдя к нему, фон Штинсхен произнёс:       — Сегодня я буду, как Прометей, дарить людям свет.       — Хватит уже трындеть! Заводи! — раздражённо воскликнула Витмор.       Когда генератор включился, везде появилось освещение. Кэтрин тут же, не сказав ни слова, отправилась в свой кабинет. Женщина хотела обдумать события сегодняшнего дня.

***

      В местном театре Адамарея Эшли не покладая рук репетировала. Девушка прогоняла всю партию Жизель от начала до конца. Когда Рид начала исполнять сложнейший элемент, она не заметила шариков, выкатившихся на сцену.       Эшли поскользнулась и упала со сцены, свернув себе шею и переломав позвоночник. Предсмертный визг вылетел из уст девушки перед тем, как она скончалась.       — Я же говорила, не стоит стоять у меня на пути.

***

      Сидя за столом у себя в кабинете, Кэтрин злорадно ухмылялась своим мыслям. Женщина радовалась победе над Элайзой. Её месть наконец-то свершилась.       Бутылка вина поднялась в воздух и, подлетев к бокалу, налила туда напиток. Бокал же в свою очередь полетел прямо в руку Кэтрин.       — Вы никогда не будете лучше меня, сколько бы не пытались. Я здесь всегда побеждаю и никто другой, — произнесла Витмор, отпивая вино и дико смеясь.