Вейгон II

Следуй голосу ума, а не гнева.

Уильям Шекспир

Принц Вейгон стоял перед окном и наблюдал за жизнью Восточного двора, его сщуренные фиалковые глаза искали девушку с толстой каштановой косой среди множество снующих туда и обратно людей, что обеспечивали комфортную жизнь Королевского Двора Короля Джейхериса. У самой стены Красного замка, он увидел ту, которую искал глазами - девушка сидела на лошади с тёмной гривой в легкой белой рубашке, по её слегка ссутленной спине было ясно, что она только учится держатся в седле. Рядом с ней стоял седовласый крепкосбитый конюх Джек, что учил всех отпрысков Короля верховой езде, и громко говорил, так как с возрастом слух его стал подводить. ‎ ‎Небо было по - летнему голубым без единого облака, солнце грело сильно, что даже внутри Красного замка становилось тепло. Погода стоявшая в Королевской гавани уже несколько дней, так и звала на прогулку, пока осень вновь не взяла бразды правления в свои руки. ‎ ‎– Наблюдаешь за Джеки, Вейгон? – раздался мужской голос за спиной у Вейгона, он вздрогнул и убрал из - за спины руки, открывая вышитого на черного комзоле Красного Дракона с мелкими рубинами вместо глаза. Вейгон ничего не ответил на вопрос, своего старшего брата Эймона. Эймон говорил о Жаклин, которая попросила называть Джеки, чтобы её имя не было слишком благородным для девушки из какой- то деревушки Дорнийских марках. ‎ ‎– Слышал, ты с ней тренируешься около Башни Белого Меча? – подхватил другой брат Бейлон и продолжил – Надо же наш книжный червь умеет не только читать фолианты Валирии, но и... ‎ ‎– У нас с ней соглашение, я с ней занимаюсь тренировками, она мне за каждую тренировку дает новые знания – перебил Вейгон своего брата, не желая слышать его потрунивания дальше. Он повернулся с хмурым лицом и поджатыми губами к братьям, которые только усмехнулись на его реакцией. Любили они его подкалывать не зло, но очень остро, как были остры мечи Белой Гвардии, Вейгон подошел к столику из ясеня, что стоял перед тахтой, где сидели два Принца. Взял свой серебряный кубок инкрустированный изумрудами по кругу и глотку сильно разбавленного вина. ‎ ‎– Вейгон, что ты можешь сказать о ней? – той о ком говорили Принцы была девушка, что появилась в Красном замке, словно снег в жаркий июльский день. ‎ ‎–Она очень способная, дисциплинированная, эрудированная – кратко описал Вейгон девушку, хотя ее достоинств было куда больше, чем три слова, он назвал самые главные для него. Вейгон сел в резное кресло вытянув ноги облаченнные в черные сапоги из коровьей кожи. ‎ ‎– Я недавно ее видел, шедший из Королевской библиотеки, под глазами у нее залегли черные круги, а сама стала худее и бледнее, хотя ежедневно выходит на улицу – продолжил обсуждение девушки Эймон. Эймон был крупен, словно медведь, но от его лица с небольшой щетиной и большими сиреневыми глазами, обрамленными длинными ресницыми, которыми казалось только взмахнуть и можно взлететь, веяло добротой и мягкостью, – Надеюсь, ты не заваливаешь различными книгам о высоком валирийском? ‎ ‎– Она сама просит дать ей больше книг для изучения – скучным тоном ответил Вейгон, чтобы присечь эти обсуждения его временной ученицы, но то что Джеки стала хуже выглядеть факт. ‎ ‎– Ты же знаешь, что послезавтра отец объявит, что ты и Мейгель с Жаклин отправитесь в Старомест, а также представить ее двору – Бейлон не дал уйти от разговора младшему брату. ‎ ‎Всю неделю Великий Мейстер Элизар без удовольствия вел переговоры с Цитаделью, а их Король - Отец вёл переговоры с Домом Хейтаэуров. Хейтаэуры один из самых сильных Домов Семи Королевств, которые контролировали Цитадель, что давала каждому даже самому захудалому замку, не считая Железных островов мейстера. Мейстер. Без мейстера Замок лишался многих удобств, как отправления Воронов или врачевание его жителей. Вера в Семерых, которая распространена была повсеместно, кроме Севера, была второй силой Хейтаэуров, так как веками до прихода Таргариенов в Вестерос – Звёздная септа являлась резиденцией Верховного септона, куда каждый год стекалось тысячи паломников Веры в Семерых, чтобы помолиться во время мессы, что проводилась Верховным Септоном. Вера и Цитадель – оплот силы Хейтаэуров, поэтому Король, помня о Восстании Святого Воинства, вёл переговоры с Хейтаэурами,чтобы, уважив Хейтаэуров, получить доступ для Жаклин, а может и для всех женщин, в Цитадель. Как говорится на все воля Семерых. ‎ ‎Если говорить о Джеки, то Королевский двор жужжал, будто осиное гнездо, о девушке, что получила благосклонность Королевской семьи будучи безродной девицей, у которой, как многие думали, не ничего кроме красивого личика и женственной фигуры. За каждым шагом девушки следили придворные, будто она была диковинным зверьком с Летних Островов, но Жаклин будто не замечала этого. Всегда приветлива и добра к слугам, к стражникам гарнизона, что тренировались в Восточном крыле, терпелива и старательная в обучении у самого Вейгона, очень благочистива подобно Принцессе Мейгель, она часто находила утешение в Семиконечной Звезде и всегда посещала утренние и вечерние мессы в Замковой Септе Жаклин являлась самим воплощением словосочетания Истинная Леди, не будучи ею по роду, лишь пара моментов могли наложить на её образ тень: физические активности около Башни Белого Меча вместе с Принцем Вейгоном; её ухудшающаяся с каждым днем наружность: белая кожа лица выглядела не благородно, а болезненно, которая дополнялась тёмными кругами под глазами, фигура чьи изгибы таяли как лёд в весенную пору, руки, на которых виденелось дерево вен. Злые языки двора злословили об этих моментах смакуя новые подробности, что приносил каждый день, будто стервятники, что кружат на умирающим Олененком. Олененок . Такое прозвище Королевский двор Джеки за большие выразительные грустные глаза, так как официально она не была представлена двору Королём. ‎ ‎– Я смотрю не рад, что Джеки будет твоей спутница в поездке и в обучении в Староместе – с ехидно улыбкой белых зубов продолжил Бейлон развивать тему поездки в Старомест. Его брат Бейлон был той еще занозой в заднице, ему только дай повод подшутить на кем- то. Внутри семьи ему дали прозвище Скоморох из- за извечных розыгрышей, шуток, что он устраивал с сестрой Алиссой, которая в последствие стала его женой. Однако брат Бейлон был совершенно другим на людях сам образец рыцарства: милосердным, верным долгу, обладал недюженным мужеством, которое нередко переходило в безрассудство. ‎ " Кто бы мог подумать, что наша вылазка на Шелковую улицу обернется вот так " – думал Вейгон, вспоминая, что Бейлон подбил на ту ночную прогулку. ‎ ‎–Будет хорошо, если она не расшибет голову по дороге в Старомест из - за слабости тела – Вейгон не мог точно охарактеризовать своё отношение к Жаклин - Джеки. Девушка у него вызывала смешанные чувства восхищения, сочувствия, похоти, зависти, ещё ни разу Третий Принц не ощущал только разных чувств к человеку, и это его настораживало, поэтому ему не особо хотелось быть в поездке с ней. Он понимал причины таких чувств: восхищение из- за умения быстро усваиваеть все, что она прочитала или он сам ей рассказал; сочувствие из- за личной трагедии связанной с её семьёй; похоть от её женственного гладкого, как шёлк, тела что раскрывалось во всей красе во время их утренних тренировок; зависть к тому, что она знала, что жизнь может быть совершенно другой, более счастливой, чем у большинства, живущих в этом мире. Это было гадкое чувство, и он пытался его подавить в себе, видя лёгкую улыбку полных губ, обращенну к нему. ‎ ‎– Я слышал от отца Вас сопровождать будет сир Райам, и будет защищать Вас, пока Джеки не закончит обучение в Цитадели – произнёс Эймона задумчиво, Вейгон же подавился вином от удивленяя сменившееся негодованием, что его родители решили отправить Королевского гвардейца ‎Сира Райама Редвина в Старомест, на непонятное количество лет, не ради своего родного сына, пусть и третьего, а ради девушки, которую они знают полторы недели. Вейгон понимал умом, что родители приставили к Жаклин гвардейца не только ради защиты, но и ради слежки за ней, но самолюбие Принца все равно было уязвленно. ‎ ‎С каждым мгновение его болезненно бледное лицо становилось краснее, на короткой шее начала бится вена в такт сердцу, поставив громко кубок на столик, он встал сжимая руки в кулаки до белизны костяшек, и направился к двери из покоев Алиссы и Бейлона. Братья смотрели молча ему в след, Вейгон бросил им слова, больше похожие на рык – Мне надо побыть одному – ушел, хлопнув дверью. ‎ *** ‎Впервые за свою недолгую жизнь Вейгон был столь сильном гневе. Он был зол на родителей, которые отправили его Цитадель, даже не поинтересовавшись его мнением, он понимал, что это его долг как поданного Короля и его сына подчиняться его приказам, но все жизнь он старался следовать указаниям. Учится у Бейлона ратному делу, которое было совсем не его – подчинился; пытаться быть галатным и внимательным к курицам Двора его матери, точнее юным Леди– подчинился. Его отсылают в Старомест, будто посрамившую свою честь девицу в Молчаливые сестры. ‎ ‎" Как же я забыл, я всего лишь третий сын, не сын - наследник, как Эймон; не рыцарь, что блестяще выступает на турнирах, который легко выбивает из седла своих соперников, как Бейлон, а всего лишь книжный червь "– думал Вейгон, а его бледно - розовые губы сложились в оскал, а с белой реснички, сорвалась одна слезинка, стекая по скуле. ‎ ‎Он не видел куда шёл перед глазами, будто была белая пелена, слуги кланились ему, а он даже не обращал внимание на них, в хорошем расположении духа – кивнул бы им в ответ. Вейгон пришёл в себя только перед массивными дубовыми дверьми Королевской библиотеки ноги сами его принесли в место, где ему было наиболее спокойно. Потянув за чугунную круглую ручки в форме дракона, что пожирает свой хвост, перед ним предстала как и всегда тихая библиотека с запахом пыль вперемешку с затхлостью. Как и всегда Вейгон был её единственным посетителем, изредка сюда наведовался Мейстер Элизар, а ещё реже брат Эймон. Принц стал бродить между высоких дубовых стеллажей, что он мог читать в хорошем настроении сейчас же вызвало лишь раздражение. Вейгон выбрал книгу, что читал уже множество раз: Основные сведения о Соториосе – копия валирийской книги, что хранилась на Драконьем Камне. Автор красочной рассказывает об путешествии Джейнары Бейлерис на её драконе Терраксе, длившееся три года. Вейгон впервые прочитал эту в 5 лет, воображая, что он, как его отец, будет летать на драконе, и обязательно отправиться исследовать Новые Земли, но мечты остались мечтами. Отец посчитал, что, если Вейгон не может овладеть раьным делом, то и дракона держать под контролем не сможет. Принц молчал на это предубеждение, радившееся разочарования отца. Соториос мало изученный континент, на который из вестеросцев последним высадился Сир Юстас, из Дома Хейтауэров, Капитан трехмачтого судна " Леди Мередит", что скончался за 4 года до рождения Вейгона. Соториос он описал, как самое ужасное место в мире, в котором каждый день умирает несколько человек от таких болезней, как Красная смерть, серая хворь, кровавые чирьи, зеленая лихорадка, плясучая хворь, мокнущие язвы, сладогниль, бронзовая башка, буроногость, костяной червь, моряцкая погибель, глазной гной, желтый рот – этим он и манил Вейгона, он желал изучить Новые Земли, их обитателей, болезни. ‎ ‎Принц сел за стол поближе к окну от которого линия мягкий свет, зажег стоящие на столе толстые и низкие свечки, что предусмотрительно поставленные слугами. Открыв обложку из телячей кожи с вышитыми тёмными буквами, он принял читать пожелтевшие страницы с частично выцветившими чернилами, пытаясь забыть об обиде на родителей. ‎ ‎Раздался сильный гром, Вейгон оторвался от книги и хмуро взглянул в окно. Грозовое облако закрыло яркое Солнце, что уже начинало садиться на Востоке. Капли дождя стали бить по окну будто метательные ножи, с каждым мгновением усиливаясь, делая на стекле озерную рябь. Принц решив, что пора идти к себе и отужинать, задул похудевшие свечи, только искры молний, которые предвещал раскатистый гром, освещали библиотеку. Он поднялся, попеременно разминая затекшие мышцы спины и ног, поплелся к двери. Думая про себя, если за ним не послали оруженосец Бейлона или Эймона совместного ужина не будет. ‎ ‎Открывая дверь, он почувствовал, что кто - то ударился об дверь и упал на пол. Вейгон выглянул из - за двери и своими умными и внимательными фиолетовыми глазами оглядывал служанку, вспоминая где он мог её видеть. Служанка Жаклин. Рыжие волосы и лицо усеянное конапушками и веснушками – служанка Жаклин, что ходит за ней хвостиком и смотрит на неё, как преданный щенок. Она встала склоня спину, держа рукой ушибленное предплечье, что начало становится пунцовым. ‎ ‎– Простите, мой принц, за моб оплошность, такое больше не повториться – пролепетала своим тонким голосом служанка, заученную реплику ‎– Куда ты так спешила? – проигнорировав её извинения, поинтересовался Вейгон, чтобы узнать, почему служанка, что ни на минуту не отходила от Джеки бежит так, будто случился пожар. ‎ ‎– Моя госпожа Жаклин, до сих пор не вышла из Богорощи, а во тьме я боюсь одна заблудиться, от этого ищу рыцаря, что поможет мне её найти – Вейгон понимал, что ни один стражник не должен узнать о каких - то отрицательных чертах Джеки, её образ должен быть выбелен, как одеяние Девы, иначе все заверения Короля - Отца Лорду Бенедикту Хейтауэру об благоразумие, целомудрие и благонадежности, будут ложными, поэтому Вейгон решил сам отправиться на поиски Жаклин в Богороще, где она часто проводила своё время, давая волю эмоциям. ‎ ‎– Иди в Твердыню Мейгора, в мои покои, принеси плащ. ‎