Глава 37. Никогда не говори никогда.

      Худощаво-длинная морщинистая рука нажала на световой индикатор. Помещение утонуло в мутном, жёлто-зеленом свете неисправных, покрытых толстым слоем паутины, настенных ламп. Перед и без того встревоженными глазами девушки открылся новый, дикий и сумасшедший пейзаж. При виде которого хотелось не то чтобы сбежать или закричать, а провалиться сквозь землю, дабы никто из «них» не нашёл тебя. Десятки бешеных, будто пожирающих с ног до головы взглядов уставились на дрожащую прям напротив них Хо. На их лицах, покрытых множеством язв, очертался зверский, животный оскал, а острый язык жадно облизывал уголки разрезанного рта. Они скалили свои белоснежные зубы с клыками, как у вампиров, попутно выламывая прозрачную панель — единственную вещь, которая отделяла и защищала Айшу от чудовищно-подобных созданий. Чье-то изуродованное и искусанное до костей тело, с грохотом прилетело в стекло. Юрим неистово закричала, что есть силы, не сдерживаясь. По щекам потекли горячие, обжигающие щеки слёзы. Прикрывая опухшее, липкое лицо руками, девушка услышала сожалеющий голос доктора. — Тише, мисс Хо. — врач судорожно зашагал к кореянке, — успокойтесь, — чужая ладонь уже почти дотронулась до Ю, но гибрид быстро одернула психа. Посмотрев на врача Ли, девушка хотела осудить мужчину и высказать все, что накопилось в ней за все время пребывания в этом омерзительном подвале, но ее изумрудные глаза зацепились за другое. Окровавленная фигура, громко прилетевшая ранее в панель, была бесчеловечно разорванной девичьей плотью. О чем говорит милый кроп-топ небесно-голубого цвета, с отпечатками пунцовой засохшей жидкости, и, видимо, белого цвета юбочка, от которых остались лишь обрывки. Золотистого оттенка волосы теперь запачканы в грязно-багровых сгустках и спутаны в клочья. Лицо было мертвого, сине-фарфорового оттенка, мочки ушей были искусаны, как и шея, и многие другие части тела. Вместо зрительных органов остались черные, бесконечные дыры; из них струями стекала темно-алая жидкость, мелкими каплями падая на пол. С ужасом рассматривая тело бедной девушки, кореянка не замечала ничего вокруг. А потом Айша увидела.. На мутном, заляпанном кровью стекле, прямо на уровне её глаз, кто-то выцарапал слова. Коряво, но разборчиво. Буквы были неровными, словно их писали дрожащие, почти не слушающиеся пальцы. «Ты следующая» Сердце пропустило удар. А потом забилось где-то в горле. Юрим не знала, что страшнее. Сами слова или то, что их написали они? Те, кто когда-то были вампирами, людьми, кем-то… А теперь они потеряли всё, кроме этой жуткой осознанности. Они не угрожали ей. Они обещали. — Стригои — очень опасные создания, — вырвав из оцепенения девушку, проговорил Ли Суман. Бордововолосая, чуть наклонив голову, пыталась найти в его глазах хоть какое-то объяснение всему происходящему. А в груди почему-то разрастался холод, который не имел ничего общего с температурой подвала. — Зачем все это? — спросила, не сводя взгляда со старика, Хо. Вновь послышался некий грохот. Однако он исходил определенно из другого места. Металлическая дверь на этот раз открылась с шумом, настолько громким, что отдавалось болью в ушах и скрипом в зубах. — Суман! — послушался звонкий известный для кореянки голос. На мгновение тревогу как рукой сняло. — Ты что тут устроил? Ты забыл, о чем я тебя просил по- нормальному? — теперь, когда некто вышел из тени, можно было отчётливее разглядеть этого спасителя. Внешний вид Бэкхёна ничем не отличался от прошлого, если только волосы были чуть взлохмачены, а густые брови нахмуренные. Стального оттенка глаза поблескивали некой яростью. Словно ещё одна оплошность врача — и его не уже не будет здесь. Мужчина лишь поджал уже трясущиеся губы под себя, согнув чуть колени, и громко сглотнул. — И-извините господин, — нерешительно сказал Ли, — я забыл. — Так если ты забыл, может тебе надо найти замену? — задумчиво проговорил Мин. — Нет, нет, пожалуйста! — дрожащее тело упало в ноги каштанововолосому, — больше такого не повторится! Я обещаю! Я. — Суман был готов уже снять очки, но вампир взял мужчину за локоть и поднял. — Прекрати, — безразлично успокоил доктора Хён. — Первый и последний раз! Ты же знаешь, что в следующий раз вместо меня может оказаться отец. Ли Суман выглядел очень жалко в зелёных глазах гибрида. Но Ю догадывалась, что это может быть и вовсе не скользкое поведение Ли, а сами обстоятельства, принципы и правила, по которым каждому приходится жить в доме Минов. Иначе кто знает, кем раньше были те существа по ту сторону стекла. Каштанововолосый вампир посмотрел на затаившуюся в углу Юрим, которая выжидающе глядела в его пепельные глаза. Мин ринулся к кореянке. Ледяными руками он аккуратно дотронулся до её пунцовых стоп, скованных железными оковами. — Идиот, я же просил его сделать все по минимуму. — сказал раздраженно Мин про себя. Была бы его воля, вампир бы с удовольствием оставил свой отпечаток на грубом лице маразматичного старика. Однако если Хён поддастся эмоциям, то все карты раскроются. Ведь зачем старшему сыну Мин Дуонга избивать главного врача, из-за того, что тот сделал все по миновским правилам, не доделав даже полное лечение над Хо Юрим? Слухи по клану разлетаются мгновенно, впрочем, как и жизни провинившихся или просто подозрительных созданий. Бэкхён осторожно, как можно нежнее, помог встать красноволосой кореянке, окинув вновь недовольным взглядом, уже запуганного врача. И медленным темпом, оказывая помощь девушке, вышел из жуткого места, в которое Хо молилась, никогда не возвращаться и не вспоминать этот проклятый подвал. Но, к несчастью, малахитовые кошачьи глазки увидели то, от чего ноги гибрида, словно превратились в вату. Не сумев удержать равновесие, тело вот-вот бы больно упало на скользкий пол, но сильные руки, хоть и больно, отчего Ю хотелось запищать, однако цепко поймали падающую Им. Мин Бэкхён сразу после неожиданного падения девушки обернулся на источник дрожи Хо, и с охом вывел Ю из помещения. За увесистой, железной и, кажется, непробиваемой дверью оказался длинный старинный и темный коридор. Лишь периодически светильники, похожие на средневековые, хоть как-то освещали пространство. По серо-каменным стенам стекала вода, отчего складывалось ощущение, что сейчас Мин и Хо находятся в неком подземелье. Запах сырости полностью окутал это место и неприятно витал в воздухе. Кореянка не сдержалась и, шмыгая носом, чихнула. Звук разнеся эхом по всему, будто бесконечному коридору. — Уже заболела, — вздыхая произнес Хён, с улыбкой смотря на Ю. — Тут очень холодно, — потирая руки ответила зеленоглазая, — и вообще меня скоро стошнит от этих запахов. — Всё понял, надо поторопиться, — сказал Мин, попутно накидывая на женские плечи свой пиджак. Пока Айша шагала по нескончаемому для нее проходу, дурные мысли все никак не выходили из головы. То, что она увидела в том ужасном месте, бордововолосая, наверное, не забудет никогда. — Юрим, — окликнул девушки каштанововолосый. — Ты все ещё думаешь об этом? Если что, я все видел своими глазами, также как и ты. — И что? — поинтересовалась бордововолосая, — как ты думаешь, это возможно? — Что ты можешь стать следующей? Конечно нет. — спокойно проговорил вампир, — эти стригои давно уже не разумные существа, а бешеные животные. Но меня поразило, что кто-то из них до сих пор помнит буквы и сумел даже что-то накалякать на стекле. — И «накалякал» он не самые простые, случайно вспомнившиеся ему слова, а полное, целое предложение… Это слишком нереально и очень пугающе, — боязливо вертела головой Ю. — Бэкхён, мне страшно здесь находится, — робко произнесла Им, ведь горло сильно кололо и жгло, а внутри живота все сильнее, и сильнее, стягивался до боли неприятный жгут. Соленая, горячая жидкость произвольно потекла по девичьим щекам. А тело все обмокло от безысходности. Внезапно девушка почувствовала чьё-то мягкое прикосновения к макушке, а после нежные поглаживания головы и спины. Мужское тело дарило необъяснимое тепло Айше. Оно было идентично с тем, что излучал Пак в тот самый раз, когда Ю узнала о смерти отца. Тихие всхлипы вскоре утихли. Им даже чувствовала некую вину в том, что уже который раз она поддалась эмоциям перед Мином и за то, что вся вампирская водолазка была теперь пропитана ее слезами. Но ладони Бэкхенс продолжали касаться вишнёвых волос, не отпуская. — Юрим, я клянусь, что этого никогда, слышишь, никогда не случится, — тихо проговорил Мин. — Никогда не говори «никогда». *** Разъяренная женская фигурка громко хлопнула дверью машины такси бизнес-класса. За стеклом послышались возмущения и ругательства водителя «Хендая», но Суджин это сейчас мало волновало. Ведь она понятия не имела, что ее ожидает в муновском особняке. Она ощущала, как морозный страх будто уже сковывал ее движения, и кореянка уже не так уверенно направлялась к массивному входу в дом. От этого двойник все больше злилась - из-за охватившей её паники. — Ненавижу испуг, - думала про себя Со. И даже после второго стука ответа в виде открывшейся двери не последовало. — Меня не ждут? Нет, это правда конец. Девушка, уже не сдерживая страха, громко сглотнула и дрожащими, ледяными руками попыталась дотронуться до дверной ручки. Дверь с лёгкостью открылась. Сквозь тихий размах с входа открылся вид на саму гостиную. Суджин повезло побывать здесь всего три раза. И то они с Паком никогда не заставали всех в сборе. Чаще всего они находились у него на квартире, а в сам дом Сонхун заезжал с Су лишь для того, чтобы забрать какие-то вещи. Итак, перед бегающими глазами открылся обширный вид на внутреннее убранство дома, но бордововолосая все никак не осмеливалась зайти внутрь. Никого внутри не было. Диван, стол, стулья - все пустовало. От этого кореянка снова почувствовала: что-то не то. Девушке хотелось крикнуть, что-то наподобие: «Здесь кто-нибудь есть?» или «Кто дома?», однако Су, будто язык проглотила. Ни одного слова не могла издать. Зажмурившись и набрав полную грудь воздуха, а затем шумно выдохнув, вампирша нехотя вновь открыла изумрудные глаза. — Опять никого. Едва нерешительно перешагнув деревянный порог, она услышала, как дверь, возможно из-за сквозняка, с грохотом захлопнулась. Джин, как испуганная кошка отпрыгнула. Сердце кореянка чуть не выпрыгнуло. Но вместо зала перед глазами возникла лишь черная пелена, а ее тело, кажется, уже обмякло в чьих-то руках. Кошачьи глаза неохотно разлепились от все ещё спящих век. В лицо тут же ударил до боли яркий белый свет ламп, из-за чего Су небрежно скривилась. А иссохшее горло кореянки жадно и непрерывно поглощало потоки кислорода, которых в этой узкой комнатушке было катастрофически мало. Сама Со расположилась на обычном, ничем не примечательном стуле. Руки и ноги девушки были свободны, поэтому она могла спокойно встать и выйти из этого крошечного помещения. Но ее будто вновь что-то очень сильно и уверенно удерживало. Давящая духота полностью окутала пространство. Девушку уже не спасали бесконечные махи ладонями, с ярко-красным и дорогим маникюром. Только потрёпанные волосы и капли пота на лице не вписывались в «роскошный образ» двойника. Женские мокрые руки уже который раз перебирают плиссированную ткань брендовой юбки из чужого гардероба. И Су так и рвалась сорвать с себя этот до жути неудобный мандариновый воротник рубашки, который стягивал всю шею. — Это точно какая-то пытка.- думала про себя вампирша. Ручка чёрной железной двери опустилась. По полу потянулся холодный, однако как никогда долгожданный воздух, обволакивающий ноги Джин, покрытые капроном. Со понимала, кто это может быть, и глаза тут же опустились и трусливо сверлили подложенную под низ плитку. Чья-то фигура спокойно, словно по-хозяйски приземлилась на соседнее место. Су уловила в воздухе знакомые ноты древесного, кедрового и немного пряного, неизменяемого никогда, стойкого сонхуновского парфюма. Хоть гибрид и никогда не любил сильные удушающие парфюмы, но сейчас Суджин чувствовала лишь его дорогой аромат «Том Форда». — Привет, Суджин, — на лице пепельноволосого явно сейчас красовалось что-то наподобие усмешки. Но Со боялась смотреть в его глаза, не зная даже то, какое пламя будет сверкать внутри них. Она лишь сильнее сжалась в стул, теперь точно осознавая, что назад пути нет. Су раскрыта. Однако не надо ли врать до конца? — Я не понимаю о чем ты говоришь, Сонхун, — все ещё не отрывая изумрудных глаз от пола, произнесла вампирша. В ответ Хун лишь терпеливо выдохнул. — Со Суджин, посмотри на меня, - спокойной сказал сероволосый, — пожалуйста. Малахитовые глаза оглядели мужчину. Он и вправду чувствовал себя в этой комнате намного увереннее, чем кореянка. Его мускулистые руки, закрытые шелковой светлой рубашкой, были сложены по бокам. А верхние пуговицы были чуть растегнуты, открывая вид на красиво выпирающие ключицы. Его взгляд уже не казался таким зловещим, каким его представляла себе Су. Но это пока. — Я знаю всё, — тело гибрида теперь облокотилось на стол, желая быть ближе к итак уже загнанной в угол врунье. — Я знаю то, что сейчас моя настоящая девушка - Юрим, находится в чертовом доме Минов, а ты являешься их пешкой. Однако даже с этим ты провалилась, Со Суджин. А ведь все было так просто. Облик готовый тебе уже дали, осталось только взять такую же манеру поведения и делать вид, что все хорошо. На мгновение кареглазый приостановился, и в этой уже почти «допросной комнате» появилась звенящая тишина, бьющая по барабаным перепонкам. Джин словно язык проглотила: ни одного оправдывающего слова так и не появилось в девичьей голове. Колен нервно задрожали, как и ладони. У Со напрочь отбилось желание думать о том, что будет с ней дальше. Хотелось раз и навсегда исчезнуть. — Я разве что-то не то говорю? Тебе стоило бы лучше поправить меня. Может быть, я по-другому осмыслю всю ситуацию. — вновь продолжил гибрид, ожидая хоть какой-то ответной реакции. — Да, все было именно так, — неуверенно произносила Суджин. — Когда они предложили мне эту идею, я, недолго думая, согласилась. Думала, что именно так я смогу понять, чем она лучше меня. И быть с тобой вновь. И если уж говорить совсем точно - начать все с чистого листа. — Я надеюсь, ты понимаешь, что это ненормально, — твердо проговорил Сонхун. — Ненормально?! — вдруг внутри Су, все заревело. Органы начали пылать от ярости, а разум одурманиваться. — Ненормально то, что ты меня нагло бросил, променял на эту уже никому не нужную Хо! — кричала безудержно Джин, вскочив со стула. — Знаешь, а я нисколько не жалею. Я очень рада тому, что она сейчас страдает. Страдает так, как страдала я эти последние полгода. Наверное, она уже стала спутницей на ночь какого-нибудь банкира. А может, ее останки уже догнивают в корме для стригоев. Кто знает? — с явно нездоровой, пугающей улыбкой, смеясь, говорила Со. — Закрой свой поганый рот, — лишь одно мгновенье - и Хун уже сильной хваткой сдавливал шею вампирши, заставляя ту жадно глотать воздух. — Хах, а раньше ты такие узоры языком в моем рту выписывал, что я готова была отдать за это всё, — хрипела Су, уже задыхаясь. Осознав, что ещё секунда - и Суджин зайдётся в конвульсиях, Пак ослабил хватку, отпустив тонкую шею кореянки. — Но сейчас все почему-то стало по-другому. Я помню все ночи, проведенные в одной постели с тобой. Помню, как сладко ты называл меня. Внезапно женская ладонь накрыла мужскую руку. Сонхун резко отдернул её, он не желал никаких контактов с Суджин. — А я хочу это забыть раз и навсегда. Я рассчитывал на тебя, как на лёгкую интрижку, не больше. И я тебе об этом неоднократно говорил. Но ты, видимо, нездорово влюбившись, всё пропустила мимо ушей. Давай будем честны: ты тоже не образец верности. Твоя влюбчивость играет с тобой очень плохую шутку, Со. — Но я ведь любила тебя, любила. — тихо, сквозь слёзы, произносила зеленоглазая. — Не только меня. — Хорошо… хорошо. Но скажи мне одну вещь, - Джин отчаянно вцепилась в его руку, — ты меня когда-нибудь любил? — Мне нравилось твоё лицо и тело.