Глава 8.7

Глава 8.7     Спасение мира, казалось, должно было выматывать сильнее.     Мысль была настолько глупой, что я не смогла сдержать вздох и попыталась подавить подкрадывающуюся улыбку. Полярис посмотрела на меня немного странно, но я отмахнулась.     Мы все сидели за столом Котла спустя несколько минут после моего возвращения, а я пребывала в легком ступоре. Эффекты усиления сошли на нет за те часы, что я выпускала Бегемота, и это было неприятно, но не слишком.     Было трудно поверить, что с момента воя сирен до превращения Сына в горстку пепла прошло всего часа два. Концу света внезапно помешали, и это была заслуга Эйдолона, Зелёной Госпожи и моя.     Это даже не ощущалось реальным. Особенно по сравнению с Левиафаном и Симург. Величайшая битва в моей жизни, а теперь я наблюдала, как Легенда возвращается с несколькими стопками и бутылкой, наполненной янтарной жидкостью.     «Ох ты», — сказала Полярис, — «У мамы есть двадцатипятилетний виски... который я не таскаю, но сколько стоит бутылка столетней выдержки?»     Легенда замер, расставляя стопки. «Пожалуйста, пожалуйста, скажи, что ты не доливаешь в нее воды, чтобы уровень не падал».     Выражение вины на ее лице говорило само за себя, и Легенда заметно содрогнулся. «Я отправлю ей одну из этих. Я съездил в другое измерение и купил целую бочку. Полагаю, сейчас подходящий момент, чтобы ее распечатать. Левиафан был в последний раз... Я не помню, когда до этого».     «Поминальная Героя», — тихо сказала Александрия.     Воспоминания явно нахлынули, и он с мрачным видом закончил расставлять стопки. Я заметила, что мне, Висте, Полярис и Энтропии ничего не досталось. Хотя, полагаю, давать виски ученице средней школы — не лучшая идея, даже если она не умеет искривлять пространство.     «Немного грубо распивать при нас», — заметила Энтропия. — «Дверь до стопки Легенды». Портал открылся рядом с ней, и она протянула руку и забрала его стопку прямо через стол, сделав приличный глоток. Тут же она зашлась в судорожном кашле.     Легенда был ошеломлен и не шелохнулся, с разинутым ртом. Эйдолон закатил глаза и отхлебнул из своей. Счетовод и Контесса отказались, но Доктор Мама налила себе щедрую порцию и добавляла еще.     Перестав кашлять, Энтропия передала стопку. «Хороший. На, Виста, маленький глоток. Мои криминальные замашки возвращаются ко мне», — добавила она с усмешкой.     Под строгим взглядом Мисс Ополчение Виста с недовольным видом передала стопку Полярис, которая с радостью попробовала. «Ох ты, куда лучше, чем я помню».     «Полагаю, да, если ты пила разбавленную бурду».     Я тоже отказалась от выпивки. Не знала, то ли это странное нежелание нарушать закон, то ли боязнь опьянения с моими силами, то ли что-то еще, но пробовать не хотелось. Вместо этого я подвинула стопку обратно через стол к владельцу, за что получила кивок благодарности.     У Александрии в стопке тоже было, но она просто крутила ее в руке, задумчиво глядя на нее. Я наблюдала за перепалкой, что затеяли Энтропия, Полярис и Легенда по поводу выпивки, сама же смотрела на нее и пыталась угадать, что у нее в голове.     Все, над чем она работала с тех пор, как я еще не родилась, увенчалось успехом. Огромный мегаполис был разрушен, миллионы погибли, но по сравнению с тем, что описывали, мы спасли человеческий род.     «Что дальше?» — спросила я ее, выдергивая из раздумий.     «Будь это Губитель, это была бы одна из худших битв. Лакхнау полностью уничтожен, а Лондон немногим лучше». Она замолчала, снова уставившись в стопку. «Но учитывая, с чем мы сражались, это превзошло все наши ожидания, самые смелые надежды. Вчера я ждала смерти, а завтра буду координировать спасательные операции в нескольких странах. Но сейчас...» Она опрокинула стопку и выпила до дна.     «Ты молодец».     Казалось, это должны были быть пустые слова. Но от нее, именно сейчас, это прозвучало как лучшая из возможных фраз.     «Так что теперь?» — спросила Полярис. Это привлекло внимание всех в комнате. Даже Зелёная Госпожа, стоявшая в стороне по собственному выбору, насторожилась. — «Что делает теневая кабала, когда ее задача выполнена?»     Ее взгляд на Контессу выдавал истинный, далекий от беззаботности, смысл вопроса. Она все еще злилась и хотела это знать.     Доктор Мама сделала еще большой глоток. «Мы начинаем свертывать операции. Инфраструктура в нескольких измерениях будет либо демонтирована, либо брошена на произвол судьбы. Мы были направляющей рукой для правительств, банд и полевых командиров. Это тоже прекратится, чтобы не оставлять после себя вакуум власти. Производство флаконов будет прекращено, а оставшиеся запасы будут розданы перспективным личностям.     «Лидерство Котла — в этой комнате. Наши цели, оправданные или нет, достигнуты. Мир спасен от экзистенциальной угрозы, ради остановки которой мы создавались. Все наши планы, все, что мы делали... Свелось к двум людям». Она сделала жест стопкой в сторону Зелёной Госпожи. — «К трем».     Она одним большим глотком допила свой виски и налила еще щедрую порцию, но не пила.     Я посмотрела на Энтропию, не досталось ли ей еще. Очевидно, да, но она покачала головой на мой безмолвный вопрос.     Доктор Мама поднялась. «Пожалуй, начну».     Она вышла, и Контесса последовала за ней.     «С ней все в порядке?» — спросила Полярис.     «Будет», — сказала Александрия. — «Просто это многого стоит. Ее картина мира строилась вокруг этой цели. Для любого человека, когда она меняется, это тяжело. Для меня в том числе».     Она слегка подтолкнула свою стопку, и та скользнула по столу, плавно остановившись прямо рядом с бутылкой, не коснувшись ее. «Зелёная Госпожа, за ваш вклад я предоставляю вам полное помилование от Клетки. Прошу, используйте его с умом».     «Мы удалились от мира на время. Возможно, будет приятно вернуться в него».     «А что насчет остальных заключенных, выпущенных из Клетки?» — спросила Полярис. — «Не думайте, что я не узнала Теорию Струн, радующуюся возможности построить дестабилизатор Луны или еще какого хрена».     «Те, кто намеревался присоединиться к битве, независимо от того, была у них возможность или нет, получат частичное помилование. Полную свободу, но абсолютную нетерпимость к их старым повадкам. Мы проследим, чтобы так и было. Что до остальных, я слышала, Эйдолон сделал их дальнейшее заключение там весьма бессмысленным. Их перевезут в обычную тюрьму или, возможно, освободят, в зависимости от срока и тяжести преступлений».     Она поднялась. «Как бы мне ни хотелось сделать этот день праздником. Сейчас еще довольно рано, и меня ждет много дел. Мисс Ополчение, я доверю вам вернуть Стражей. Легенда, спасибо за выпивку, но вы тоже нужны. Вы тоже, Эйдолон».     Энтропия начала напевать песенку гномов из «Белоснежки».     Мне тоже нужно было возвращаться домой, к папе. Я даже не была уверена, сказали ли ему что-нибудь, ведь я провела несколько часов застрявшей в другом измерении. Я не знала, отключили ли сирены Губителей или мир все еще ждал.     Я попрощалась, что повлекло за собой еще несколько объятий и обещаний скоро встретиться. Виста выторговала у меня обещание совместного патрулирования на следующей неделе. После этого мы все вызвали дверь и шагнули в свои пункты назначения.     Моя комната была точно такой, какой я оставила ее утром, включая папу на кухне внизу. Казалось, он наливал себе еще кофе, перед тем как запереться перед телевизором. Вероятно, в ожидании новостей обо мне.     Я подумала бесшумно спуститься вниз и напугать его, но решила не быть жестокой. Я подождала, пока он поставит кофе, чтобы он не пролил его, и крикнула ему:     «Пап! Я вернулась». Он вскочил и побежал, еще не закончив, и я была рада, что выждала момент, чтобы избежать катастрофы.     Я не знала, как выглядит жизнь после спасения мира, но была очень рада, что я здесь, и он тоже.