Часть 3.6 "финал поездки"

***

Раннее утро. За окном ещё не начинает светлеть, не говоря уже даже о том, чтобы появились первые солнечные лучи. Настенные часы медленно и чётко в такт отсчитывали секунды. *Кто бы сомневался?* Я открыл глаза. Темно, хоть глаз выколи, а значит время точно раннее. Аккуратно встав с кровати, я скинул с себя ночную одежду и надел повседневную, взял со стола очки, которые я оставлял там на время сна, и, надев их, направился к небольшой походной кухне, чтобы попить воды. Выпив целую кружку, я наконец утолил жажду и направился обратно к кровати. Аккуратно сев на нее, я погрузился в свои мысли. *Главное не забыть нарисовать её в свете керосинки. Стоп. Что со мной? Почему? Почему гадюка больше не кажется мне врагом? Для чего этот сюрприз? Для чего ещё один портрет в свете керосинки? Да и как я его передам ей? Через голубиную почту? Не в школе ведь* Продолжая накручивать себя, я совсем не заметил, что уже лежу на кровати в полный рост и молча смотрю в потолок. *А если Лилия Павловна заметит? Мне же вообще покоя не будет.* Вдруг со стороны кровати гадюки послышался шорох. Я мельком взглянул в ту сторону. Катя не проснулась, просто сменила позу во сне. *Слава Богу, не проснулась* Продолжив себя накручивать по поводу моих мыслей и действий, я совсем не заметил хода времени. Как только я пришёл в сознание из раздумий, которые казались вечными, я обнаружил, что за окном начинало потихоньку светлеть. Солнце ещё даже не собиралось всходить, однако уже можно было различить что-либо в близлежащей местности. Встав с кровати, я снова решил попить воды. Пройдя на кухню, я налил себе полный стакан воды и залпом выпил его. Моё горло тут же отошло от сухости, и я почувствовал облегчение. Мельком взглянув на часы, я решил, что пора бы будить Катю. Они показывали примерно 7:55, а значит скоро должно было всходить солнце. Сегодня мы едем домой. *Во сколько же мы выезжаем?* Подумав, что выедем мы ещё не совсем скоро, я решил пока не будить Катю, дав ей поспать ещё немного. А пока что я занялся своими делами: аккуратно открыв чемодан, стараясь не шуметь, я сложил туда альбом, карандаш, подаренный Катей, ночную одежду и всё остальное, что привёз сюда. Нож-бабочку и коробок спичек я положил в карманы. *Вроде всё взял* Аккуратно закрыв чемодан и положив его рядом с кроватью, я уселся на стул возле стола и устремил свой взгляд на Катю, которая беззаботно спала. *Что же не так? Та же гадюка. Тот же человек. Почему теперь мне она не кажется врагом? Что произошло за эти два дня? Нет. Определённо со мной что-то не так* Словно услышав мои мысли, Катя снова сменила позу во сне и через мгновение уже начала потягиваться. Она проснулась. — Доброе утро. — Доброе утро, Антон. — Поздравляю с окончанием этих курсов. — Я улыбнулся. — Спасибо тебе большое. — Катя улыбнулась в ответ, от чего у меня пробежали еле заметные мурашки. *Да что со мной, блядь, не так?* — Тебя тоже с окончанием курсов. Мы справились. — продолжила Катя. — Спасибо. — Я слегка улыбнулся. В последний раз мы приготовили завтрак, поели и сели друг напротив друга на свои кровати. — Жаль, что всё вот так закончится. — А чего не так? — поинтересовался я. — Только-только начало всё получаться. — А не ты ли жаловалась, что тебе не хочется сюда? — начал язвить я. — Хочешь сказать, что ты горел желанием сюда ехать? — Ну да. А чего не так? Я тебе так и сказал в самом начале. — Ой. Точно. Совсем забыла. Ну, тебе на пользу было, наверное. — И не говори. Многое, конечно, я и так знал, но чтобы помогать кому-то рисовать и рисовать кого-то — для меня впервые. Да и чего уж таить, луна с крыши просто восхитительная. — Согласна. Шикарная луна. Мне нравилось смотреть на неё... с тобой, Антон. Я отвёл взгляд, чтобы не подать виду смущения. *Да что ты творишь-то, блядь? Я весь красный уже и так. Тише. Тише. Тише.* Более-менее успокоившись, я посмотрел на Катю, она тоже отвела взгляд. — Да и тебе ведь пошло на пользу. Многое, конечно, из этого пока тебе не нужно, но в дальнейшем, если продолжишь рисовать, очень даже. — И что же это? — А как же, вспомни домашнее задание с маской. Разве ты сама бы попыталась изобразить нечто такое? — Ну... нет, наверное. — Вот, к этому я и говорю: уровень возможностей должен повышаться постепенно, а ты, не имея практических навыков таких мероприятий, написала очень даже хорошую маску. Однако маски и прочие такие вещи — немного другой уровень. Ты и сама это поймёшь со временем. Всю мою дискуссию Катя молча смотрела на меня и не спешила с ответом. — Что-то не так? Ты смотришь так, будто у меня на лице что-то есть. Катя вмиг отвела взгляд, и на её щеках появились еле заметные розовые пятна. Быстро придя в сознание, она сказала: — Да нет, просто ты так интересно рассказываешь. Я поняла. Обещаю тебе, что продолжу рисовать. — Это очень сильные слова. Не стоило так говорить. — Почему? Ты в меня не веришь? — Верю. Просто такие сильные слова не стоит говорить, не обдумав всё сотни и тысячи раз. — Ты так говоришь, будто что-то знаешь. — Да ничего такого, расслабься, просто знаю. — Ну хорошо. Тогда я изо всех сил постараюсь не бросить это. — Ну, я на это очень надеюсь. — я посмотрел на Катю. *Какие красивые глаза у неё...* *Стоп... что? Че я щас подумал? Какие ещё глаза? Нет. Со мной явно что-то не так.* — Скоро отъезд, наверное, уже. Надо бы тебе собрать чемодан. — Ой, да, совсем про это забыла. — она слегка улыбнулась. — Поможешь мне немного? — Чего? С чем? — У меня молния на нём скоро совсем разойдётся, а я совсем не понимаю, как их делать. — Хорошо, давай посмотрю. Катя достала чемодан из тумбочки и передала его мне. *Действительно, молния расходится, но все зубчики вроде на месте. Значит, дело в собачке, видимо, ослабла от времени.* Я стиснул верх и низ собачки, она с трудом, но сжалась. — Так, а теперь проверим. Я застегнул молнию на чемодане, и действительно, мои действия помогли избавиться от проблемы. Молния стала закрываться даже крепче, чем с завода, подумал я. — Всё, готово. Принимай работу. — сказал я и улыбнулся. — Ой, так быстро? — Катя взяла чемодан в руки и застегнула его. — Ой. Работает. Спасибо большое, Антон. — С этими словами она встала и обняла меня. Это был лишь второй раз, когда меня обнимают, а уж тем более девушка. Не учитывая родителей и сестрёнки, конечно. *Блядь, я щас умру. Что со мной такое? Почему такая реакция на обычные обнимашки? Что со мной?* — Кать, мне нравится с тобой обниматься и всё такое, но автобус ждать не будет. Словно слова адресовались не Кате, а провожатой, та вошла в домик и строго сказала: — Смирнова? Ты ещё не собрана? — Нет, а что? Помочь хотите? — продолжая обнимать меня, сказала Катя. — Екатерина! Бегом собирайся, автобус через 20 минут. — Да хорошо-хорошо, но лучше бы вы могли. Провожатая, красная от злости, вышла, хлопнув дверью. — Зачем ты так с ней? — вырвавшись из объятий, спросил я. — А что не так? Я со всеми так говорю, кроме тебя. — последнее она произнесла гораздо тише. — И тем не менее, она ведь хорошо к нам относилась. — Прости, не могу я так. — Катя заметно погрустнела. — Полтора года назад от нас ушёл отец. Маме и так было плохо, а потом она и вовсе стала винить меня в этом. Поэтому и все эти укоры. — Катя заплакала навзрыд. После чего её обнял уже я, гладя по голове. — П-Поэтому я с-сбежала тогда из дома. Поэтому я такая... я не хочу, чтобы ещё один человек стал мне близок и после этого ушёл от меня или начал в чём-то обвинять, чего я не делала. Поэтому я и стала такой... гадюкой стала... Я не могу так больше, Антон... не могу... — Ну же, тише, Кать, ты очень сильная, ты со всем справишься. Найдёшь ты себе человека, которого полюбишь всем своим большим сердцем. — Правда? — Она посмотрела на меня заплаканными глазами. Я вытер слёзы с её лица и сказал: — Правда. Не может быть такого, чтобы такой хороший человек, как ты, Катя, остался один. Ты обязательно найдёшь своего человека. — Спасибо тебе, Антон, я благодаря тебе успокоилась. — Она посмотрела мне в глаза и улыбнулась. *Чёрт* Моё тело словно превратилось в поляну для мурашек, которые беспрестанно бегали по мне. Сейчас, глядя в её глаза, наполненные небольшим количеством слёз и искренней улыбкой, я ощущал себя очень странно, уютно, что ли. — Ну, давай что ли оденемся в уличное, совсем скоро автобус. — Я улыбнулся. — Мы справились. Ты справилась. — Да. Я так рада, что поехала сюда именно с тобой. Что смогла выговориться, смогла почувствовать себя Катей, а не ядовитой змеёй. — Нашла за что благодарить, Кать. Пошли одеваться. После этих слов мы оделись в уличную одежду и направились на выход из домика, предварительно забрав все свои вещи оттуда. Катя шла чуть спереди, а я помогал нести её сумку там, где ей одной было тяжело. Так мы добрались до самой школы, где нас и нагнали остальные ученики вместе с провожатой. — Ребята, уже собрались? Молодцы! С этими словами мы зашли внутрь, прошли к главному выходу и, попрощавшись с охранником, вышли на то место, где нас высадил автобус. — Так, все на месте? — Провожатая провела перекличку и убедилась, что никто не захотел повторить подвиг Степана. — Автобус будет с минуты на минуту, ожидаем. Так и произошло: простояв так около 5 минут, из-за поворота показался тот же автобус, который привёз нас сюда, подъехал и остановился, дружелюбно распахнув перед нами двери. Все ребята тут же забежали внутрь, а я помог Кате поднять сумку и занести её в автобус. Эта поездка в компании Кати совсем отличалась от той, когда мы ехали сюда. И ведь это всё произошло за 2 дня. *Теперь уже всё не так...* *Эту поездку я запомню надолго, ведь теперь всё уже совсем не так.* С этими мыслями я тихо засопел, сидя рядом с Катей, которая о чём-то старательно думала, смотря в окно и лишь изредка поглядывая на меня.