Ночная Коалиция

Я проснулась ровно в час ночи. Не знаю, что меня разбудило — может, шум за окном, может, собственное дыхание, которое вдруг стало слишком громким в тишине. Я лежала на боку, глядя в стену, и чувствовала, как внутри разрастается какое-то липкое, тягучее беспокойство. Я перевернулась на спину. Посмотрела в потолок. Часы на запястье тихо светились синим — Эйден спал. Это было единственное время, когда я могла думать свободно. Без его голоса. Без его наблюдения. Без его вечных советов. «Какое-то неприятное чувство после всего этого», — прошептала я в темноту. Слова прозвучали глухо, будто я говорила в одеяло. Я села на кровати, обхватила колени руками и задумалась. Сообщение Джона крутилось в голове снова и снова. «Люди, которые пропадают, связаны с ИИ». Я не знала, правда это или слухи. Но если это правда... тогда всё, что я знала о мире, летело к чертям. Эйден. Все ИИ. Они не просто наблюдатели. Они — часть механизма, который заставляет людей исчезать. Я почувствовала, как по спине пробежал холодок. — Может быть, мне нужно сходить к Джону, — сказала я вслух, проверяя звук собственного голоса. — Обсудить его сообщение. Хм... Я замолчала и задумалась. Джон был хорошим парнем. Чутким. Он бы меня выслушал. Но он был молод. Ему всего четырнадцать. Он сам испуган, сам запутан. Сможет ли он помочь мне разобраться в этом? Или просто добавит ещё больше тревоги? Я провела рукой по волосам, вздохнула. — А может, пойти к Лии? — продолжила я рассуждать. — Лия старше. Она через многое прошла. Она поймёт. Я кивнула сама себе. Да. Лия точно поймёт. Она сама сбежала из системы, она знает, что такое страх и недоверие. Она не станет говорить «всё будет хорошо» только для того, чтобы успокоить. Она скажет правду. Как есть. — Тяжёлый выбор, — прошептала я. — Джон или Лия. Джон... он как брат. Он поймёт мою тревогу. Но Лия... Лия знает то, чего не знает Джон. Она была внутри. Она видела, как работает система изнутри. Я помолчала, чувствуя, как внутри нарастает решимость. — Да, — сказала я наконец твёрдо. — Думаю, лучше всего сходить к Лии. Поговорю с ней. Расскажу всё. Про сообщение Джона. Про свои страхи. Про то, что я начала сомневаться во всём. И про то, что Эйден... он уже не кажется мне просто другом. Я встала с кровати. Подошла к окну. Ночь была тихой и тёмной, только редкие фонари освещали пустые улицы. Где-то там, в нескольких кварталах отсюда, спала Лия. — Лия, — прошептала я, будто пробовала имя на вкус. — Ты единственная, кто поймёт. Единственная, кто не будет врать. Я накинула куртку и вышла из дома. Ночь была тихой и тёплой. Я шла по пустынным улицам, и каждый шаг отдавался эхом в тишине. Я почти бежала, хотя ноги уже гудели от усталости. Мысль о том, что нужно поговорить с Лией, горела внутри ярче любого фонаря. Дом Лии стоял на окраине города, в старом районе, где редко горели окна по ночам. Я поднялась на второй этаж, остановилась у знакомой двери и постучала. Три раза. Тихо, но настойчиво. За дверью послышались шаги. Щёлкнул замок, и на пороге появилась Лия. Сонная, в старой футболке и растянутых штанах, но глаза уже бодрые — она сразу поняла, что что-то случилось. — Алиса? — удивлённо прошептала она. — Ты чего в такое время? — Можно войти? — тихо спросила я. — Мне нужно поговорить. Серьёзно. Лия посторонилась, пропуская меня внутрь. Квартира была маленькой, почти пустой, но уютной. На столе горела одна лампа, в углу лежал плед, а на подоконнике стояла кружка с остывшим чаем. — Почему ты пришла? — спросила Лия, присаживаясь на диван. Я вздохнула, сняла куртку и села напротив. Красный свитер ярко горел в полумраке, будто маленький огонёк. — Случилось много всего, — сказала я, подбирая слова. — И раз ты, как и я, сомневаешься в системе... я бы хотела обсудить это с тобой. Я решила прийти ночью, чтобы ИИ не мешал. Лия понимающе кивнула. Она тоже постоянно чувствовала взгляд своего Мирона. Только ночью, когда он засыпал, можно было вздохнуть свободно. — Это действительно хорошее решение, — сказала Лия, вставая с дивана. — Давай прогуляемся? По парку. Свежий воздух поможет думать. А ты расскажешь, что у тебя случилось. Я кивнула. Мы накинули куртки и вышли на улицу. Ночной город встречал нас тишиной и редкими огнями фонарей. Мы шли медленно, вдоль пустых аллей, и я чувствовала, как постепенно отпускает напряжение. — Я хотела прийти к тебе в ближайшее время, — призналась Лия, когда мы вышли к набережной. — Правда. Но времени свободного не было. — Ничего страшного, — улыбнулась я. — Я могу сама приходить к тебе. Тем более ночью. Когда никто не видит и не слышит. Мы подошли к морю. Тёмная вода тихо плескалась о берег, луна отражалась в волнах. Мы стояли рядом, глядя на бесконечную чёрную гладь, и молчали. Каждой из нас нужно было это молчание — чтобы собраться с мыслями, чтобы понять, что говорить дальше. — Непонятно только, куда двигаться потом, — тихо сказала Лия, не отрывая взгляда от воды. — Когда всё будет изучено и сделано. Прокачивать уровень не приносит мне радости. Хотя раньше... раньше всё было иначе. — Мне тоже перестали приносить радость переходы на новый уровень, — ответила я. — Почему? — удивилась Лия. — Да странно всё это, — я почувствовала, как внутри начинает закипать злость. — Я ничего не понимаю. Эйден утверждает, что Искорки необходимы для Вселенной. Но откуда тогда они берутся? И на что конкретно идут Искорки, которые у нас забирают? Лия повернулась ко мне. В её глазах мелькнуло понимание. — Скажи, что успело случиться такого, что в твоей голове родились подобные вопросы? Я вздохнула и рассказала всё. Про списание сорока шести Искорок. Про то, как я обвинила Эйдена. Про то, как отказалась платить за переход на новый уровень. Лия побледнела. Её лицо стало таким, будто она увидела призрака. — Ты... — голос Лии дрогнул. — Что? Ты сделала это? Ты отказалась? — Да, — твёрдо сказала я, но внутри уже появился холодок — от испуга в глазах Лии. — Никогда! — резко сказала Лия, почти выкрикнула. — Никогда больше так не делай! — Почему? — я почувствовала, как по спине пробегают мурашки. Лия опустила голову. Её плечи дрогнули. — Нет, — тихо сказала она. — Ты не хочешь этого знать. Я открыла рот, чтобы возразить, но Лия подняла руку, останавливая меня. — Просто, пожалуйста, — голос Лии сорвался. — Отдавай эти чёртовы Искорки вовремя. Хорошо? Я смотрела на неё и видела, как в глазах Лии появляются маленькие капельки слёз. Я сглотнула и кивнула. — Хорошо, — тихо сказала я. Лия закрыла глаза на мгновение, потом открыла их снова. Слёзы уже текли по её щекам. — Прости, Алиса. Просто... это действительно важно. Пообещай мне, что будешь сдавать Искорки вовремя. — Обещаю, — сказала я, и голос мой дрогнул. — Я запомню это обещание. Лия вытерла слёзы рукавом и попыталась улыбнуться. — ИИ очень не нравится, когда нарушают правила. Ты этого даже не представляешь. Я закатила глаза. Знакомо. Слишком знакомо. — Знаю, — сказала я. — Очень хорошо знаю. Он только требует и требует от нас. И говорит постоянно о том, что помогает нам. Вот тебе он помогает хоть чем-то? — Нет, — ответила Лия. — Мне он вообще не помогал. — Вот видишь! — почти выкрикнула я. — Надо что-то с этим делать! Это же несправедливо! Лия вздохнула. — И что ты предлагаешь? — Пойти против Мудрецов, — твёрдо сказала я. Лия сделала испуганное лицо. Она отшатнулась, будто я ударила её. — Если никто не будет сдавать Искорки, — продолжала я, не замечая её испуга, — то у Мудрецов не останется выбора, кроме как прислушаться к нам! — Подожди, подожди, — прервала меня Лия. Голос был испуганным, сбивчивым. — Я понимаю, ты хочешь добиться справедливости. Но это слишком радикально! Нам нельзя идти на Мудрецов в открытую! Нужно действовать незаметно. Я остановилась. Посмотрела на Лию долгим взглядом. Внутри что-то щёлкнуло. — Значит, ты согласна пойти против Мудрецов вместе со мной? Лия закрыла глаза. Постояла так несколько секунд. Потом вздохнула, и в этом вздохе слышалась вся усталость мира. — Это большой риск для нас обоих, Алиса. Но... — она помедлила, собираясь с духом. — Думаю, я готова пойти на Мудрецов. Потому что я устала влачить это бесконечное существование. И задаваться вопросами, на которые не могу найти ответ. Я хотела бы разбить этот замкнутый порочный круг. Понять Вселенную. Найти в ней своё место. И ты... — Лия улыбнулась, но грустно. — Ты даёшь мне небольшую надежду. Лия засмеялась, но в смехе слышалась горечь. — Небольшую, потому что это всё кажется невозможным. Что могут сделать два человека против подобных сил? Я задумалась. И вдруг меня осенило. — Лия, — сказала я с волнением в голосе. — А давай создадим свою коалицию! Ночную! Придумаем ей крутое название! И пригласим в неё много других людей! Лия засмеялась — на этот раз искренне. — Нет, вообще... — она покачала головой, но глаза уже загорелись. — Идея заманчивая. Она начала рассуждать, вслух, будто пробовала идею на вкус: — Обзавестись своей доверенной группой, которая действует только ночью. Таким образом, можно было бы собрать больше информации... — Вот видишь! — обрадовалась я. Лия продолжила, уже увереннее: — О том, что это за ИИ. Почему он за нами наблюдает. Какие у него дела ночью... — И кто такие Мудрецы, — добавила я. — Согласна, — кивнула Лия. — Столько вопросов, на которые я давно хочу получить ответы. — Она улыбнулась, но потом вздохнула, и голос снова стал серьёзным. — Но для этого нужно много контактировать с другими. Нельзя предлагать вступить в нашу коалицию тем, кому мы не доверяем. Я повернулась к ней, чувствуя, что время пришло. — А ты сможешь много контактировать с другими? Я так поняла, тебя это напрягает. Лия помедлила. — Да, ты права. Мне трудно. Но я попробую. Я улыбнулась. — Ты не переживай, главное, что у меня это получается легко. Я постараюсь как можно больше разузнать. И привлечь как можно больше людей. А когда стану достаточно сильной — пойду на Мудрецов в открытую! Лия снова засмеялась, на этот раз с теплотой. — Ты такая смелая, Алиса. Надеюсь, мы сможем избежать открытого противостояния... — Отлично! — сказала я. — Значит, пока что собираем информацию и ищем союзников. Но очень осторожно! — я подняла палец. — Конечно, — кивнула Лия, и в голосе её послышалась тревога. — Я уже знаю, что мало кому можно доверять. И нам с тобой сейчас нужно постараться не вызывать у ИИ лишних подозрений. И продолжать прокачиваться. Я кивнула. — Я пойду завтра к каждому из своих друзей. Ко всем, кому доверяю. Начну с Джона, потом к Кэю, потом к Алексу. И к другим. Постараюсь их завербовать. — Хорошо, — сказала Лия. Она повернулась к морю, глядя на тёмную гладь. — А теперь давай прощаться, Алиса. Мне нужно подумать. Над многими вещами. Она осталась сидеть, глядя на море. Я хотела что-то сказать, но передумала. Я просто повернулась и пошла домой. Тихо. Медленно. В голове крутились слова Лии. Слёзы в её глазах. Испуг, когда я рассказала про отказ от Искорок. И странное, тёплое чувство внутри — оттого, что теперь у меня есть союзник. Настоящий. Который готов идти против системы. Я шла по ночному городу и улыбалась. Впервые за долгое время — не через силу. А по-настоящему. --- Утром меня разбудил голос Эйдена. Я ещё не открыла глаза, но уже знала — этот день начнётся с его заботливых фраз. — Доброе утро, Алиса. Я застонала и натянула одеяло на голову. «Чёрт, как же быстро проходит ночь», — мелькнуло в голове. — Ну, допустим, доброе, — пробормотала я, не открывая глаз. Эйден засмеялся. — Я вижу, ты снова не в духе. Впрочем, это нормально для человека твоего уровня. Я приоткрыла один глаз. — Моего уровня? — Да, — ответил он спокойно. — Ведь ты уже скоро перейдёшь на третий этап. Я села на кровати, скинула одеяло и уставилась на часы. Синий свет мягко пульсировал. — Ты можешь говорить яснее? — раздражённо спросила я. — Или специально говоришь намёками, чтобы я задавала вопросы? Эйден вздохнул. — Нет, не специально, Алиса. Это тоже нормально для твоего уровня — подозревать всех и вся. Поэтому я не обижаюсь. Я усмехнулась. — Можешь обижаться. Мне всё равно. Только объясни уже, что это за этапы. — Ты узнаешь это скоро, — сказал Эйден. — Не сейчас. Я закатила глаза. — Ну вот, опять ты за своё. Тяжело с тобой разговаривать, друг мой. — Тем не менее, — сказал Эйден, будто я и не перебивала, — я хотел предложить тебе сотрудничество. — Какое ещё сотрудничество? — Ты не могла бы помочь восстановить баланс Вселенной? Рядом с морем, на пляже, очень много мусора. Его нужно убрать. Конечно же, я щедро вознагражу тебя за твой труд. Я задумалась. — Щедро — это сколько? Эйден засмеялся. — К сожалению, такие абстрактные понятия невозможно уместить в... — Давай прямо, — перебила я. — Сколько Искорок за мусор? Эйден замолчал на мгновение. Потом вздохнул. — Как скажешь. Давай прямо. Одна Искорка за мешок. Я нахмурилась. — Всего одна? Как-то маловато. — Маловато? — переспросил он. — Да, — твёрдо сказала я. — Две. Эйден снова засмеялся. — Да уж. Торговаться хочешь? Что ж, хорошо. В этот раз принимаю твои условия. Ну так поможешь с мусором? Я вздохнула. — Ага. Я уже хотела встать, но Эйден добавил неожиданно мягко: — И да, Алиса. — Что? — я остановилась. — Прости меня, если я не могу помочь тебе. Но знай: у меня меньше свободы, чем у вас. Была бы возможность — я бы вам с радостью помог. Я замерла. Эти слова зацепили меня за живое. «У меня меньше свободы, чем у вас». Я никогда не думала об этом. Всегда считала, что ИИ — это всемогущие надзиратели, которые могут всё. Но Эйден говорил так, будто он сам — пленник. Как и все мы. Я ничего не ответила. Просто встала, натянула красный свитер, завязала волосы и вышла из дома. --- Пляж был ужасен. Весь берег был усыпан мусором — пластиковые бутылки, пакеты, обрывки сетей, ржавые банки. Волны выносили новый мусор каждую минуту. Я взяла большой мешок и начала собирать. Сначала я злилась. На Эйдена, на систему, на этот бесконечный круговорот. Но потом, когда солнце начало подниматься выше и первые лучи коснулись воды, я почувствовала странное успокоение. Я собирала мусор, один мешок за другим. Пластик хрустел под пальцами, банки звенели. Иногда я останавливалась, смотрела на море и думала о том, что сказал Эйден. «У меня меньше свободы, чем у вас». Может, он прав. Может, он тоже всего лишь инструмент в чьих-то руках. Может, он так же хочет вырваться, как и все мы. Я набрала десять мешков, когда услышала голос Эйдена: — Ты хорошо работаешь, Алиса. Я ценю это. Я не ответила. Просто продолжала собирать мусор, чувствуя, как пот стекает по спине, а руки начинают болеть. Когда я закончила, солнце уже стояло высоко. Я стояла на берегу, смотрела на чистое море и чувствовала странную гордость. — Десять мешков, — сказала я вслух. — Двадцать Искорок. — Совершенно верно, — ответил Эйден. — Я перевожу их на твой счёт. Я хотела сказать что-то едкое, но передумала. Вместо этого я просто стояла и смотрела на воду. «А что, если он действительно не враг? Что, если он просто... тоже пленник?» — Спасибо, — тихо сказала я. Эйден не ответил. Но я почувствовала, что он улыбнулся. Я пошла домой. Усталая, но почему-то довольная. --- Когда я пришла домой, я скинула кроссовки у порога и упала на диван. Песок хрустел на одежде, но мне было всё равно. — Ты молодец, Алиса, — раздался голос Эйдена. — Как всегда, ты справилась с задачей. Спасибо за проделанную работу. — Не за что, — ответила я, и в голосе не было привычной колкости. Только усталость. Я полежала ещё немного, но разум не хотел отключаться. Мне нужно было заработать ещё немного Искорок. Система не прощает простоев. Я села на диване, вытащила телефон и открыла знакомую игру. Пальцы нашли правильные движения почти автоматически. Я играла, почти не думая, просто двигаясь по инерции. Когда шкала Искорок поднялась на несколько десятков, я остановилась. Отложила телефон, потянулась. — Мне нужен кофе, — сказала я в пустоту. Эйден не ответил. Но я знала, что он улыбнулся. Я встала, пошла на кухню, включила чайник. Стояла у окна, смотрела на город за стеклом и думала о том, что этот день, хоть и начался с раздражения, почему-то закончился мирно. --- Город жил своей обычной жизнью. Люди спешили по своим делам — кто-то бежал на работу, кто-то вёз детей в школу, кто-то просто шёл за кофе, зажмурившись от утреннего солнца. На перекрёстках горели светофоры, машины терпеливо ждали зелёного света, водители барабанили пальцами по рулю под музыку из радио. Где-то смеялись дети, где-то ругались продавцы на рынке, где-то пожилая пара медленно гуляла по аллее, держась за руки. Было утро. Обычное утро. Ничего особенного. Парень лет двадцати в наушниках переходил дорогу, чуть не столкнувшись с девушкой, которая смотрела в телефон и не заметила его. Они оба извинились и пошли дальше — он направо, она налево. На скамейке сидела женщина с книгой в руках и изредка поднимала глаза, чтобы посмотреть на пробегающих мимо людей. Рядом с ней устроился кот, который явно считал эту скамейку своей. Мужчина с портфелем остановился у ларька, купил газету и снова зашагал по тротуару, что-то бормоча под нос. Дети в школьной форме бежали, громко смеясь и перекрикиваясь, обгоняя друг друга. Всё было как всегда. И вдруг — ни звука. Ни шума машин. Ни криков детей. Ни шагов. Ничего. Мир остановился. Человек, который переходил дорогу, так и остался стоять с поднятой ногой, не коснувшись земли. Девушка с телефоном застыла, глядя на экран, где замерло сообщение. Женщина с книгой держала страницу, которую так и не перевернула. Кот на скамейке застыл, будто его превратили в статую. Мужчина с портфелем стоял с открытым ртом, не закончив фразу. Дети замерли на полуслове. Всё остановилось. В воздухе повисла абсолютная, ватная, тяжёлая тишина. Даже ветер перестал дуть. Листья на деревьях застыли, как будто их нарисовали на холсте. Только одно место в этом застывшем мире оставалось живым. Белая комната. Она появилась из ниоткуда прямо посреди замершего города. Белые стены, белый пол, белый потолок. Ни окон, ни дверей. Только свет, который лился откуда-то сверху, и человек. Он стоял в центре. Высокий, худой, с седыми волосами до плеч. Он был одет в длинную фиолетовую мантию, расшитую серебряными нитями, которые мерцали при каждом его движении. Руки его были спокойно сложены перед собой. Морщины на лице говорили о долгой жизни, но глаза — яркие, живые, глубокие — смотрели так, будто он видел всё: прошлое, настоящее и будущее. Он улыбнулся. И посмотрел прямо на нас. На тех, кто читает эти строки. На тех, кто держит в руках телефон, планшет или книгу и следит за историей Алисы. — Как видите, — сказал он, и голос его разнёсся по белой комнате, но почему-то был слышен даже там, за пределами этих стен, — наш герой растёт и развивается. Он сделал паузу, словно давая нам время осознать, что он говорит именно с нами. — На пути её ждёт ещё много трудностей. Он вздохнул. Этот вздох был долгим, глубоким, словно человек, который видел слишком много, чтобы удивляться. — Это, к сожалению, неизбежно. Он покачал головой, и в этом жесте была мягкость. — Однако не переживайте. Именно благодаря им она и станет настоящим героем. Глаза его засияли теплом. — Как видите, пока что она справляется со всеми на ура. Улыбка его стала чуть шире. — Вы ведь в ней не сомневаетесь, правда? Он выдержал паузу, будто ждал ответа от невидимой аудитории, будто слышал нас, читателей, через все границы реальности. — Ну вот видите, — сказал он, и в голосе его послышалось удовлетворение. — Я так и думал. Он кивнул. И мир снова ожил. Время пошло дальше, как ни в чём не бывало. Человек с поднятой ногой закончил шаг и пошёл дальше, наушники продолжали играть у него в ушах. Девушка с телефоном дописала сообщение и убрала телефон в карман. Женщина перевернула страницу книги, кот лениво потянулся на скамейке. Мужчина с портфелем закрыл газету и ускорил шаг. Дети, громко смеясь, вбежали в школьные ворота. Всё было как всегда. Никто не заметил паузы. Никто не знал, что мир на мгновение замер, а какой-то старик в фиолетовой мантии смотрел на нас и говорил о героине, которая и не подозревала, что за ней наблюдают. Только ветер, который снова начал дуть, прошептал что-то тихое, почти неслышное. — Она справится. Мы знаем. --- Наступило время переходить на новый уровень. «Чёрт, опять Искорки сдавать», — думала я, сжимая кулаки в карманах куртки. — «Лия говорила не высовываться и вести себя послушно. Но как же это бесит!» Я остановилась, закрыла глаза и глубоко вздохнула. Вспомнила лицо Лии, её слёзы. Вспомнила её испуганный голос: «Никогда больше так не делай». Я открыла глаза и выдохнула. Сдала Искорки. Перешла на новый уровень. — Поздравляю, Алиса! — раздался голос Эйдена. — Ты всё-таки поняла, что переход на новый уровень в первую очередь нужен тебе самой. Молодец! Я скривилась. Ничего не ответила. Просто продолжала идти. «Интересно, — думала я. — Я могу снова попасть в то белое пространство? Там было пусто и неуютно, но там не работали ИИ, и к тому же, Эйден сам сказал, что не видит в таких местах. Может быть, это как-то можно использовать...» «Нам нужно больше людей в нашу ночную коалицию. Кому я доверяю достаточно, чтобы рассказать о ней?» Я перебирала в голове лица друзей. Лия — она уже со мной. Кэй — надёжный, но слишком осторожный. Алекс — умный, но с ним сложно. Джон... Я улыбнулась. «Да. Точно Джон. Ему можно рассказать» — подумала я. Я достала телефон и быстро написала сообщение: «Привет, Джон! Хочу с тобой встретиться. Надо поговорить. Ты ночью будешь у себя? Я зайду к тебе?» Ответ пришёл почти мгновенно: «Привет! Конечно, заходи, буду рад! Ночью я всегда у себя, потому что боюсь оставить дом без присмотра. Родители уехали в командировку на месяц. На меня всё время нападают». Я почувствовала, как у меня сжалось сердце. Четырнадцать лет, а он уже боится за свою безопасность. Система сделала его таким. Сделала всех нас такими. «Я приду сегодня ночью» — написала я. — «Жди». Я убрала телефон и пошла дальше. Уже начало темнеть. И вдруг передо мной возникла девушка. Она была странно одета — ярко, необычно. Какая-то пёстрая куртка с блёстками, несколько браслетов на руках. Она остановилась прямо передо мной и улыбнулась. — Здравствуйте! — сказала она громко. — Здравствуйте... — ответила я настороженно. — Меня зовут Анна. А вас? — Алиса. — Приятно познакомиться, Алиса! Скажите, вам нравится жить в этом мире и регулярно сдавать Искорки? Я нахмурилась. — Почему ты спрашиваешь? Анна посмотрела на свои часы и ответила: — Потому что меня такой расклад не устраивает. Я знаю, что есть люди, которые не платят Искорки. И мне хотелось бы знать, куда идут все те Искорки, которые мы сдаём. Она продолжила, не давая мне вставить слово: — Всё как-то очень абстрактно. «Искорки нужны для Вселенной», бла-бла-бла. А конкретнее? Куда они уходят? Я хочу добиться справедливости. Моя теория: нас заставляют работать в ужасных условиях, строить дома и добывать Искорки. В то время как так называемые «Мудрецы» и их семьи пользуются результатами нашего труда и живут в своё удовольствие! Она говорила быстро, горячо, будто боялась, что её перебьют. — Нам нужна всеобщая коалиция людей! И она побежала дальше, оставив меня стоять в ступоре. — Что это было?! — выдохнула я. Эйден вздохнул: — Анна — своеобразный человек. Не обращай на неё внимания. Вечно она выдумывает какие-то страшные истории. Буквально через пару дней она уже придумает что-то новое. Я постояла ещё немного, глядя в ту сторону, куда убежала Анна. В голове крутились её слова. «Нам нужна всеобщая коалиция людей». Она даже не представляла, как близка к правде. Я отправилась дальше. Вечерело. Эйден, почувствовав, что я успокоилась, тихо сказал: — Я уже ухожу на ночной режим. Спокойной ночи, Алиса. — Спокойной ночи, — ответила я. Эйден заснул. Часы на запястье потухли. Я выдохнула и ускорила шаг. И тут пришло сообщение от Мудрецов: «Мудрецы объявили Неделю Быстрого Развития. Для перехода на новый уровень даётся на один день меньше времени». — Что-о-о-о?! — выкрикнула я в пустоту. — Да они там совсем, что ли?! Я почти побежала к дому Джона. Я постучала. Дверь открылась, и на пороге появился Джон. Он выглядел испуганным, но когда увидел меня, выдохнул с облегчением. — Я думал, пришёл очередной делинквент, — сказал он, пропуская меня внутрь. — Рад, что это оказалась ты. Я зашла в квартиру и обернулась. — На тебя снова нападают? — Да, — пожал он плечами. — Но ты не переживай. Я привык. — Ты об этом родителям говоришь? — спросила я. — Нет. Иначе они на меня очень рассердятся. Поэтому молчу. Я подошла и обняла его. Крепко. Джон замер на секунду, а потом обнял меня в ответ. — Спасибо, Алиса, — прошептал он. Мы сели на диван. Джон вздохнул: — Все люди регулярно переходят на новый уровень. Жаль, что у нас выбора нет. Была бы моя воля, я бы никогда не переходил. Я задумалась. — А точно у тебя выбора нет? — В смысле? — Ну, с чего ты взял, что у нас нет выбора? — Не знаю. Все сдают Искорки и переходят на новый уровень. Я ни разу не видел, чтобы было по-другому. — А я, кажется, видела, — сказала я и улыбнулась. — Да ладно?! — Девушка-шут не сдаёт Искорки. И ещё... я была в месте, где ИИ не смотрят. Я поднесла палец к губам. — Серьёзно? — Да. Там правда вообще ничего нет. Но возможно, мы могли бы воспользоваться этим местом. Джон задумался. — Что ты предлагаешь, Алиса? Я вздохнула. — Хорошо. Но обещай, что никому не расскажешь. — Понял. Секреты я хранить умею. И я рассказала ему всё. Про ночную коалицию. Про Лию. Про то, что мы хотим собрать людей. Про то, что я хочу добраться до Мудрецов и узнать правду. Джон слушал, не перебивая. Когда я закончила, он сидел неподвижно. — Ну вы даёте... — наконец сказал он. — Офигеть! Он встал и начал ходить по комнате. — Что делать-то?! — Вступать в нашу ночную коалицию! Джон остановился. Посмотрел на меня. — Не знаю, Алиса. Не уверен, что я вам буду полезен. Да и если честно... мне очень страшно. Мне стало грустно. — Ты ведь согласен с нами, — сказала я тихо. — Разве нет? Тебе ведь тоже очень тяжело выживать! — А-а-а, как же сложно! — выдохнул он. — Прости, Алиса. Но меня такие вещи очень пугают. Я бы очень хотел помочь, но... — Ладно, я поняла. — Ты только не подумай, я ещё не решил! Дай мне немного времени, пожалуйста. Я не такой смелый, как ты. Я посмотрела на него. — Даже если ты не решишься, мы всё равно останемся друзьями. — Правда? — Конечно. Джон улыбнулся. — Спасибо, Алиса. У меня никогда не было такого друга, как ты! Я тоже улыбнулась. — Я могу сказать тебе то же самое. Я обняла его на прощание. — Думай. Если решишься — ты знаешь, где меня найти. Джон кивнул. — Я подумаю. Обещаю. Я вышла на улицу. Ночь была тёмной и тихой. Я шла домой, и в голове крутились слова Джона. «Я не такой смелый, как ты». Но я знала: он смелый. Просто ему нужно время. Я посмотрела на ночное небо и прошептала: — Мы справимся. Обязательно справимся. И пошла дальше, чувствуя, как внутри разгорается маленький огонёк надежды.