Часть 11

Воздух в комнате был плотным, пропитанным терпким запахом дорогого алкоголя и предвкушением. Темнота скрывала полутона, оставляя лишь очертания. Ангелина, её тело горело изнутри, ощущала каждое прикосновение Максима как электрический разряд, проходящий сквозь кожу. Его руки были сильными, хватка властной, не оставляющей места для сомнений. — Долго ты будешь меня дразнить? — прошептал Максим низким, почти рычащим голосом прямо ей в ухо, и по телу Ангелины пробежала дрожь. Она чувствовала его горячее дыхание на своей шее, его жесткую щетину, царапающую нежную кожу. Его губы скользнули ниже, оставляя влажный след, и Ангелина выгнулась навстречу, словно пытаясь впитать в себя каждую молекулу его прикосновения. — А тебе… разве не нравится? — выдохнула она, ее голос был хриплым, едва узнаваемым. Она впилась пальцами в его плечи, ощущая под ладонями тугие мышцы, напряженные как натянутая струна. Это была игра, но игра на грани, где ставки были безумно высоки, а правила — забыты. Он грубо приподнял её за бедра, прижимая к себе так, что она почувствовала всю полноту его желания. — Нравится… — прохрипел он, его голос стал ещё глубже. — Но я хочу больше. Ты же знаешь, чего я хочу. — Его губы снова нашли её рот, и поцелуй был диким, требовательным, с привкусом вина и неизбежности. Они целовались так, словно пытались поглотить друг друга, их языки сплетались в яростном танце. Ангелина не помнила, как её одежда оказалась на полу, как он разорвал тонкую ткань её майки, оставляя на коже легкие царапины, которые почему-то ощущались как самая приятная ласка. Теперь она была совершенно нагой, и прохладный воздух комнаты казался обжигающим в контрасте с его горячим телом, которое он прижимал к ней все сильнее. — Посмотри на меня, — потребовал Максим, отстраняясь ровно настолько, чтобы их глаза встретились в полумраке. В его взгляде горел огонь, первобытный и необузданный. Она увидела в нём голод, и это возбуждало её до предела. Он начал медленно опускаться, оставляя за собой дорожку из поцелуев и влажных следов, дразня, не спеша. Её тело горело, ожидая, требуя. — Чего ты хочешь сейчас? — его голос был низким, почти угрожающим, когда его губы коснулись внутренней стороны её бедра. — Тебя. — простонала она, ее пальцы судорожно вцепились в простыни. Он медленно поднял взгляд, и в нем читалось откровенное, звериное торжество. Именно в этот момент, когда она почувствовала, как его пальцы легко и уверенно исследуют её, обещая невыносимое блаженство… Ангелина резко распахнула глаза. Яркий утренний свет бил в окно. Она лежала в своей постели, одна, в привычной пижаме. Сердце колотилось как сумасшедшее, а тело всё ещё откликалось на фантомные прикосновения. Дыхание было сбивчивым, кожа покрыта мурашками, а между ног ощущалась приятная истома. Это был сон. До мельчайших деталей, до грубого шепота и запаха его кожи. _____________________________________________ Следующие переговоры прошли в совершенно иной атмосфере. Неловкость после инцидента в лифте ощущалась, но она была пропитана электрическим напряжением, которое не мешало, а, скорее, подстегивало их. Да и сон Ангелины всё не забывался, возникло желание проверить каков все таки он в постели. В итоге было принято стратегическое решение о совместном сотрудничестве. Новый проект, амбициозный и перспективный, должен был объединить силы Левиных и Изосимовых. Сотрудничество означало более частые пересечения. Максим и Ангелина теперь виделись не только на школьной парковке, но и в офисах друг друга, на совещаниях, за деловыми обедами. И с каждой встречей Максим все яснее осознавал, как сильно он ее хочет. Это было не просто физическое влечение, хотя пышная фигура Ангелины и ее длинные волосы сводили его с ума. Его возбуждал ее острый ум, ее находчивость, умение отвечать на его колкости в той же ироничной и саркастической манере. Она была достойным противником во всем – и в бизнесе, и в словесной дуэли. Их деловое общение, касающееся контрактов и стратегий, незаметно, но неуклонно пропитывалось двусмысленными намеками, пошлыми шутками и уже откровенным признанием в симпатии, скрытым за маской профессионализма. – Ангелина Юрьевна, я уверен, что ваше участие в этом проекте принесет нам не только прибыль, но и несравненное удовольствие, – Максим мог сказать это с таким серьезным видом, что даже его помощник не всегда понимал скрытый подтекст, но Ангелина прекрасно улавливала его. – Максим Николаевич, вы всегда умели убеждать, – отвечала она, глядя ему прямо в глаза, и в ее голосе читалась улыбка. – И, должна признать, некоторые ваши предложения весьма заманчивы. Главное, чтобы не возникло нежелательных последствий. — Ангелина Юрьевна, я обещаю что никаких "нежелательных последствий" вам не придётся наблюдать. Их диалоги могли длиться часами, наполненные скрытыми смыслами, взглядами, которые говорили больше, чем слова, и тем самым нарастающим, жгучим чувством, которое они оба старались сдержать. Но дальше словесных игр дело не доходило. Оба были слишком упрямы, слишком независимы, и слишком обжигались в прошлом, чтобы так просто сдаться. ______________________________________________ Влад и Олег стали не просто одноклассниками или товарищами по команде, а настоящими друзьями, разделяющими увлечения, секреты и даже школьные несчастья. Они часто торчали друг у друга, и каждый раз их совместные посиделки превращались в калейдоскоп веселья и приключений. И как-то раз, во время одной из таких посиделок дома у Левиных, после очередной бурной партии в "Древний ужасс" и опустошения вазочки с печеньем, Максим Николаевич, вспомнив свое собственное детство, отвлёкся от экрана. – Мальчики,– спросил он, откладывая контроллер. – Как насчет рыбалки? С ночевкой. На озере, в палатках. Костёр, уха... Влад тут же загорелся. – О, пап, это было бы круто! Я давно хотел! Олег, который никогда не был на настоящей рыбалке с ночевкой, тем более с костром и палатками, был тем более в восторге. Его глаза загорелись. – Да! Это офигенно! Максим Николаевич, а вы научите нас костёр правильно разжигать? И рыбу ловить? Я же вообще не умею! Максим Николаевич усмехнулся, глядя на их сияющие лица. – Конечно научу. И костёр разжигать, и рыбу ловить. Так что, договорились? С Олегом, конечно, нужно было согласовать с Ангелиной. И хотя Ангелина, хоть и переживала отпустить сына в такой «мужской поход», особенно с Максимом, которому она, как мужчине, ещё до конца не доверяла, все же дала согласие. – Только смотрите мне там, – строго напутствовала она. – Без глупостей. И чтобы Олег был сыт и не промок, Влад тоже самое. Не хватило еще детям заболеть. Возьми пирожки. Вдруг ничего не поймёте. И позвони, когда приедете! – верещала она Максиму, который приехал с Владом забирать Олега, и который не мог оторвать взгляда от неё в домашнем, элегантном длинном шёлковом, чёрном халате, который прекрасно подчеркивал её фигуру. – Ты потрясающе выглядишь. – Максим даже слегка облизнулся. – Максим Николаевич, вы хоть слышали, что я говорила только что? – Ангелина хоть и засмущалась, не переставала выглядеть серьезной. – Нет, ты меня отвлекла. – Не переставая пялиться на её грудь тут же выдал мужчина. – Так вот куда ты смотришь. Выходные прошли чудесно. Рыбалка, костер, анекдоты Максима, звездное небо – мальчишки были в полном восторге. Сама рыбалка началась ранним утром. Ещё до рассвета, когда над озером висел туман, Максим Николаевич уже будил сонных мальчишек. Холодный утренний воздух бодрил. Они расставляли удочки, закидывали прикормку, а потом замирали в тишине, наблюдая за поплавками. Олег, поначалу неуклюжий, под чутким руководством Максима освоил азы рыбацкого дела. Он визжал от восторга, когда ему удалось вытащить первого небольшого карася, а Влад тут же увековечил этот момент на свой телефон. Максим Николаевич оказался идеальным проводником в мир дикой природы. Он терпеливо учил Олега насаживать червяка на крючок, показывал, как правильно забрасывать удочку, и мастерски разжигал костер, несмотря на сырые дрова, с помощью какой-то хитрой растопки, которую всегда носил с собой. Их ждала душистая уха, приготовленная прямо на костре, запах которой разносился по всему берегу. Вечером, когда сумерки сгустились, а на небе зажглись первые звёзды, Максим Николаевич рассказывал истории из своей молодости: про то, как они в студенческие годы с друзьями на байдарках ходили по бурным рекам и чуть не перевернулись, про нелепые случаи на экзаменах, и, конечно, про «того самого медведя», который однажды ночью пришёл к их палаткам на запах свежей ухи. Мальчишки то замирали от ужаса, то хохотали до слёз, слушая его голос, звучащий в темноте. Особенно Влад старался запечатлеть каждый момент. Он то и дело доставал телефон, снимая видео и делая фотографии. Одна из них оказалась особенно ценной: Максим Николаевич сидел на поваленном дереве, а рядом с ним, улыбаясь во весь рот, позировал Олег. Влад сделал совместную фотку Максима с Олегом, а потом, поставив таймер, они втроём сфотографировались у костра, их лица освещены танцующими языками пламени. Эти снимки были наполнены искренней радостью и новым, крепнущим взаимопониманием. Возвращаясь домой, Олег был переполнен впечатлениями. Едва забежав домой, бросив рюкзак, он тут же начал свою повесть, демонстрируя Ангелине фотографии, которые успел прислать Влад. – Мам! Ты представляешь! Мы поймали ТАКУЮ рыбу! – Олег распахнул руки, показывая размер пойманного, которое, конечно, в его рассказе увеличилось вдвое. – Влад меня с ней сфоткал! А вот, смотри! – Он с гордостью показал Ангелине ту самую совместную фотку Максима Николаевича с ним, где они оба улыбались. – И Максим Николаевич так круто умеет разжигать костер! Мы даже сначала думали, что ничего не получится, дрова были мокрые, но он взял какую-то штуку и... бац! И костер горит! А вот это мы все втроем! Это было офигенно, мам! И он такие истории рассказывал! Про то, как они в молодости с друзьями на байдарках ходили и чуть не перевернулись. А ещё про медведя, который к ним на запах ухи пришёл! Я думал, мы там все умрём от страха, но он так это смешно рассказал! Глаза Олега горели от впечатлений, его лицо было обветренным и счастливым, а от него пахло дымом костра и свежестью озера. Ангелина, слушая его, не могла не улыбаться. Она видела, каким счастливым вернулся её сын, сколько новых впечатлений он получил.