Часть 16

И вот оно, то самое утро. Солнечные лучи пробивались сквозь шторы, играя бликами на пыльной поверхности старого комода. Максим проснулся первым, ощущая необычайную мягкость под щекой и тепло чужого тела рядом. Открыв глаза, он увидел спутанные волосы Ангелины, разметавшиеся по подушке, ее расслабленное лицо. Внезапный прилив нежности охватил его. Ангелина пошевелилась, сонно моргнув. Ее взгляд скользнул по Максиму, потом по комнате, и в глазах мелькнула легкая паника. — Ой… — выдохнула она, пытаясь отстраниться и спрятаться под одеяло, но Максим не дал ей. — Доброе утро, — прошептал он, чуть улыбнувшись. Она покраснела. — Я… Я не помню, как… Мы же выпили вчера…Точно это всё алкоголь. Максим покачал головой, не отпуская ее. — Ангел, мы не дети... Алкоголь, может, и снял барьеры, но это было… взаимно. И совершенно неслучайно. Ее глаза расширились. Он видел в них и смущение, и растерянность, и что-то еще, что-то похожее на ответную нежность. — И что теперь? — спросила она почти шепотом. — Теперь? — Максим погладил ее по волосам. — Теперь нам предстоит разобраться. Но одно я знаю точно: я не жалею ни о чем. После того утра жизнь в доме изменилась. Сначала Ангелина и Максим были немного неловкими друг с другом, стараясь не пересекаться взглядами при детях, но их взгляды все равно находили друг друга. Дети, Влад и Олег, которые заметили, что «взрослые проснулись вместе», были невероятно счастливы. Для них это было естественным продолжением их «семьи», которую они так ждали. Они стали больше смеяться, чувствуя себя в безопасности, окруженными заботой. Они часто засиживались друг у друга в гостях вместе со своими детьми. Дети делали вместе уроки, родители готовили ужин, затем все вместе проводили время, наслаждаясь семейным досугом. Постепенно неловкость ушла, уступив место теплу и искренности. Их отношения развивались медленно, но верно, как росток, пробивающийся сквозь асфальт, — нежно, но с удивительной силой. Они начали встречаться, как обычная пара, ходили на свидания, но всегда возвращались домой, где их каждого ждал собственный ребёнок. Шли недели, потом месяцы. Максим понял, что без Ангелины и Олега его жизнь уже неполна. Она принесла в его мир свет, легкость и ту самую, давно забытую, теплоту домашнего очага. Он видел, как она заботится о его сыне, их взаимоотношения с Олегом, и понимал: это его судьба. Однажды вечером во время очередной совместной ночёвки, после того как Влад и Олег уснули, Максим и Ангелина сидели на кухне, допивая чай. За окном шел тихий летний дождь, создавая уютную атмосферу. — Гель, — начал Максим, и его голос почему-то дрогнул. Она подняла на него глаза, полные любви и доверия. — Да, Макс? Он встал, подошел к ней, опустился на одно колено. В руке у него появилась маленькая бархатная коробочка. Сердце Ангелины замерло. — Я знаю, это случилось немного… неожиданно. И началось не совсем традиционно, — он усмехнулся, — но я никогда в жизни не был так счастлив. Ты и Олег… Я вижу, как много вы значите для Влада и... вы стали частью нашей семьи, нашим домом. Мы ведь и так все время вчетвером. И постоянно ночевать друг у друга это как-то уже неправильно. Я люблю тебя, Ангелина. Я хочу создать с тобой узаконенную полноценную и счастливую семью… Ангелин, ты выйдешь за меня? Слезы навернулись на глаза Ангелины. Она смотрела на Максима, на блестящее кольцо в его руке, на свою новую, такую желанную жизнь, которая разворачивалась перед ней. Она не смогла сказать ни слова, просто кивнула, а потом, обняв Максима, прошептала: — Да! Да, Максим! Конечно, да! За стеной, в детской, Влад и Олег, которые подслушивали, тихонько переглянулись и, заглушая смех подушками, прошептали: — Ура! Теперь точно семья!