Глава 10. Священный огонь

      Был последний учебный день недели. Все ребята были в предвкушении выходных, а потому были особенно расслабленными. Войдя в аудиторию Хельмана, который вел лунные искусства, ребята болтали и беззаботно смеялись на время забыв обо всем, что происходит вокруг. Гриса заняла свое место рядом с Майей и сразу же принялась перечитывать свои конспекты, которые она делала три дня назад.       Ребята все еще занимались поиском своего стиля магии. У Грисы не было так много времени на учебу, так как она занималась много чем. Она все еще осваивала запретное заклинание, исследовала вход в катакомбы и искала информацию о барьерных заклятиях и предсказаниях. На учебу времени оставалось не так много. Тем не мене девушка успела выделить для себя самые близкие стили, с которых она и собиралась начать.       Первым в списке стилей она ставила магию ночи, которая чаще была популярна у темных лунных магов. И хотя такой стиль был ближе к темной магии, Грисе он все же почему-то казался ближе всего. Этот стиль был основан на иллюзиях и строился исключительно на лунной стихии. Вторым же Гриса рассматривала ледяной стиль. Этот стиль так же был ближе к темной магии. И может быть кого-то это даже насторожило бы. Но в сердце Грисы уже было так много тьмы, так что она не была удивлена тому, что ее тянет к темной магии больше.       Гриса говорила о стилях магии своих родителей с Домитро. У них был одинаковый стиль. Он назывался стилем бабочки. Гриса очень хотела освоить его, но ей он давался трудно. Пришлось отказаться от этой идеи. Но Домитро все же настоял, чтобы Гриса на занятиях с Хельманом осваивала именно этот стиль. Дело было в том, что на войне было полезно знать стиль врага. Если Хельман будет знать, каким стилем пользуется Гриса, он изучит его, что помешает девушке в бою против Хельмана и Игалука. Но она может запутать их, делая вид, что она осваивает совсем другой стиль, что собьет их с толку в нужный момент. Гриса посоветовала всем одногруппникам из бабочки поступать так же.       Теперь, сидя на своем месте в аудитории, Гриса перечитывала все о стиле бабочки, так как вне занятий она практиковала совсем другие стили. Она хотела делать вид, что она очень старается над этим, но держать в памяти так много всего было просто невозможно. К счастью, Майа выбрала стиль бабочки как основной из тех, что стоит рассматривать, так что она могла помочь подруге. — Итак. — начал свое занятие Хельман, устроившись рядом с окном. — На прошлом занятии мы изучили стиль ветра. Я попросил вас дома познакомиться с этим стилем чуть поближе и понять, подходит он вам или вы отметаете его. Кто-нибудь решил взять этот стиль как один из основных?       В аудитории поднялась лишь одна рука. Это была Элеонора. Она входила в состав бабочек, а потому, естественно, она не собиралась всерьез изучать стиль ветра, он был для нее прикрытием. — Хорошо. — сказал Хельман. — Я принял на заметку. Сегодня же мы рассмотрим следующую тему. Стиль огня. В основном его используют солнечные волшебники, но порой встречаются и лунные, которые осваивают этот стиль, так что я подумал не исключать его из списка. Давайте начнем.       Первую половину занятия Хельман вел лекцию, рассказывая подробнее о стиле огня и какие заклинания чаще используются при таком стиле магии. Гриса слушала вполуха. Она уже рассматривала огненный стиль, но он был для нее слишком сложным. Ей просто-напросто не удавались заклинания огня, и она была уверена, что такой стиль больше подошел бы Лайле или любому другому солнечному волшебнику.       Вторую половину занятия Хельман решил посвятить небольшой практике. По очереди он вызывал к себе учеников, чтобы те попытались испробовать заклинание вызова огня в ладошке. Первым вышел Скотт. У него получилось призвать огонь, но он был очень нестабильным. Он мерцал пока в итоге совсем не погас. Второй вышла Элеонора. Все ее попытки вызвать огонек оказались провальными. — Разве это не темная магия? — в итоге спросила она в недоумении. — Темная… — Хельман усмехнулся. — Нет деления на темную и светлую магию. Вся магия одна. Есть те, кто использует эту магию в хороших или плохих целях. От мага зависит то, какой магия будет в его руках, понимаете? Дай оружие хорошему волшебнику, он станет использовать его, чтобы защитить других. Но дай оружие злому волшебнику, это оружие повернется против тебя. Магия и есть оружие, которым просто пользуются иначе. Да и… нет настоящей четкой границы между добром и злом. Вам может казаться, что кто-то поступает плохо, но если вы переживете то же самое, вы станете думать совсем иначе. Но это уже тема не моего занятия, а скорее философии, которую в нашей школе не преподают… давайте продолжим.       Настала очередь Грисы выйти и попытаться призвать огонек в ладони. Девушка не слишком хотела подходить так близко к Хельману, но выбора у нее не было. Она глянула на Майу, а затем на Скотта с Ханом, и все-таки вышла к столу преподавателя. Он оглядел Грису каким-то непонятным для нее взглядом и стал ждать, пока она не начнет практику.       Гриса выставила ладонь и сосредоточилась, глядя на нее. Она уже и раньше пыталась создать огонь в ладони, когда думала об освоении огненного стиля, но тогда ее попытки не увенчались успехом. Девушка была уверена, что и в этот раз у нее ничего не выйдет. Тем не менее на ладошке все же показалось небольшое свечение. Только вот оно было не красное, а синее. Через миг в ладони появился голубой огонек. Очень слабый и еле заметный. — Что ты делаешь? — прошипел Хельман и схватил Грису за запястье. Было так больно, что Гриса была уверена, что на запястье останется синяк. — Пытаюсь призвать огонь. — нахмурилась Гриса и глянула на Хельмана снизу вверх. — Отпустите. — Я просил призвать обычный огонь, а не синий. Думаешь это смешно? — Мне больно. — сказала Гриса, игнорируя этот испепеляющий взгляд. — Она призвала огонь, така какая разница какой? — вдруг заговорил Хан. — Не обязательно после этого отрывать ученикам руки. — добавил Скотт.       Хельман бросил взгляд на парней и с силой оттолкнул руку Грисы. Та холодно ему улыбнулась и села на место. На этом занятие было окончено, потому что Хельман был больше не в состоянии проводить его. Он выгнал учеников раньше, а сам злобный ушел и заперся в своем кабинете. Никто не понял, что его так разозлило, но Гриса знала.       Голубой огонек назывался призрачным. Это был огонь души любого живого существа. Больше тысячелетия назад такой огонек был священным и имел огромное значение в мифологии. Раньше верили, что такой огонек оставался после смерти живого существа. Он бродил по миру в поисках своего места, где и угасал, после чего перерождался спустя время именно в том же месте.       Со временем эти легенды стали не больше чем сказками. Священный синий огонь перестал быть священным и больше не имел такого де большого значения, как раньше. Но кое-где все-таки он существовать продолжал. Темные маги продолжали верить в этот священный синий огонь, верили, что их души после смерти будут искать себе такое место, в котором им будет спокойно и комфортно. И эти волшебники использовали эти знания для того, чтобы получить бессмертие. Существовала легенда о месте, в котором священный огонек души снова мог обрести свою оболочку из плоти и крови. Темные маги верили, что в этом месте они смогут вернуть себе свое тело и воспоминания даже после смерти. И делать это можно было бесконечно. Умер? Не беда. Заставь свой огонь души прийти в это место, и ты снова будешь в строю.       Гриса была уверена, что такой темный маг, как Игалук или Хельман, наверняка верят в эту легенду. Если нет, то они по крайней мере слышали о ней. И это сработало. Гриса хотела просто проверить, а в итоге напугала Хельмана до такой степени, что он не смог проводить урок дальше.       Гриса не просто призвала синий огонек в своей ладони, а сделала так, чтобы внутри него показался образ Игалука. Настоящий огонь Гриса, конечно, не призывала. Это была лишь иллюзия, созданная по тому же принципу, что она создавала полупрозрачных животных из энергии. Она отточила это заклинание до такой степени, что смогла в точных деталях создать маленького Игалука у себя в ладошке.       А напугался Хельман не просто так. Держа огонь в ладони, Гриса намекнула на то, что жизнь, судьба и душа Игалука только в ее руках. Она напомнила о предсказании и дала понять, что она все знает и не сидит на месте. Душа его лорда была в опасности. И Хельман, осзонвая это, был не только напуган, но и до жути зол. Но что он мог сделать во время занятия прямо в стенах школы на глазах у учеников? Ничего. Он был бессилен. А Гриса словно смеялась над этим. — Что ты сделала? — не унимались Скотт и Хан, сопровождая Грису на следующее занятие. — Да он же был просто в ярости. — Ничего. — пожала плечами девушка. — Просто напомнила о суровой реальности.       В этот момент они как раз прошли мимо Миранды и ее трех подруг, которые лепили на стену уже пятый плакат со словами поддержки. Первые три кто-то снял и, скомкав, бросил на пол. Но Миранда со своими подругами не сдавались. Заметив Грису, Миранда вприпрыжку последовала за ней. — Гриса! — позвала она с яркой улыбкой на лице. — Чего? — отозвалась та без эмоций. — В этом году мы начинаем изучать барьеры. Ты в них больше всех понимаешь. А вот у меня получается не слишком. Может ты могла бы помочь мне? Я не отниму много времени. Достаточно и минут тридцать два дня в неделю. — Я посмотрю, есть ли место в моем графике. — усмехнулась Гриса, но ее взгляд упал на плакат, который уже был готов. — Завтра после ужина устроит? — Конечно! — воскликнула Миранда и, чтобы больше не отвлекать своего кумира, ускакала к подругам. — С чего она вообще взяла, что я хороша в барьерах? — пробормотала Гриса, глядя ей вслед. — А разве нет? — спросил Хан. — Мне казалось, у тебя получалось лучше всех на занятиях в прошлом году. — Вообще-то был кое-кто, у кого получалось еще лучше.       Хан не нашел, что ответить. На самом деле в барьерах кое-кто был еще лучше. Самым известным магом, кто пользовался стилем барьеров, был Игалук. Он в одиночку однажды создал огромный барьер, закрывавший целый остров. И это барьер был настолько мощным, что никто долгое время не мог его пробить. Ни один волшебник в истории раньше не мог похвастаться таким достижением. Даже ходили слухи о том, что Игалуку помогал уанс, но дальше слухов это все не ушло.       Игалук же оставил после себя сына, который унаследовал дар к созданию барьеров. Син уже на первом курсе показал, что он умеет создавать их. А на первом курсе такого, конечно, не изучалось. Гриса была в шоке, когда увидела такой маленький, но такой идеальный барьер. Он не был игрушечным, а был самым настоящим и мощным. Для первокурсника это было очень даже сильно, хотя барьер просто защищал от дождя… Но больше Грису впечатлил случай в горах в начале второго курса. Тогда Син создал такой барьер, который защитил Грису от падения. Она могла переломать себе кости, могла свернуть шею, могла даже погибнуть, если бы так сложились обстоятельства. Но на ней не было ни единой царапинки. Разве что она ушибла ногу, но это было еще до того, как ее окутал барьер Сина. Для волшебника, который только начал учиться на втором курсе, это было слишком сильно. Но на тот момент Гриса была уверена, что он может еще больше. И она не ошиблась.       В прошлом году Син окутал ее таким мощным, но при этом невидимым глазу барьером, что он смог бы отразить сильный смертельный удар такого мага, как Хельман или Игалук… Это было просто уму непостижимо. Смертельные удары отразить были в силах только очень сильные маги, а не обычный школьник, только закончивший третий курс обучения. При этом такой барьер был таким тонким и легким, что никто его даже не увидел, а чтобы создать его, Сину потребовалось просто легко коснуться Грисы… Сотворить такое было просто невозможно. Но Син сделал это и даже ни на секунду в своем заклинании не усомнился. Сколько еще всего он мог сделать, Гриса даже представить боялась. Считалось, что она одна из сильнейших волшебников волшебной вселенной. Но на деле она не могла почти ничего, пока Син сотворял невозможное.       Но и Грису можно было понять. Уанс это ведь не о безграничной силе, которая берется из ниоткуда. Уансы черпали свою энергию из души. И если душа была слабой, если сила духа была невероятно мала, то и энергии браться просто неоткуда. Гриса и правда была слаба духом весь прошлый год. Может быть поэтому она и не могла освоить запретное заклинание, которе требовало огромного количества энергии. Но теперь Гриса все же набирала мощь души. Она перестала быть той девочкой, которая пряталась и боялась. Смерть одного пусть и не самого близкого ей эльфа смогла пробудить огонь в ее душе. И этот огонь разгорался с каждым днем все сильнее и сильнее. Столько секретов, которые она никому не могла рассказать, столько боли, которую не каждому дано пережить, столько страхов, которые любого другого просто съели бы изнутри и столько сожалений… все это питало ее душу. А сила в ее крови становилась сильнее и сильнее. Теперь она по-настоящему растила в душе уанса. Непобедимого волшебника с неисчерпаемым запасом энергии. Священный синий огонь ее души становился все ярче и ярче, становясь не темно-синим, а холодно-белым.

17.02.2026