Глава 24. Разговоры по душам

      Когда ребята выпроводили Дженни, которая не была из числа доверенных лиц, они сразу же назначили новую дату на выходных, когда они снова пойдут разбирать завалы. Времени у них оставалось не так много до конца года, а потому им стоило поторопиться. А как только они обсудили это, расходиться не спешили. Ушли только Анна и Анабель. Остальные ребята же пошли в бар для продолжения банкета. Выходные были еще не скоро, но ребятам очень хотелось расслабиться и просто поболтать.       Компания, конечно, выходила немного странной. Лайла с Крисом, которые не слишком ладили с Робертом и Майей. Маркус, которого Крис недолюбливал еще больше, ну и Гриса. Она единственная была связующим звеном в этой большой компании друзей. Она общалась со всеми сразу одинаково хорошо.       В баре ребята выбрали столик подальше от остальных, так как их темы для разговоров были не для чужих ушей. К счастью, было еще равно, да и день был будним, так что в баре было почти пусто. — Мы как-то собираемся обсуждать тот факт, что тебе предстоит сделать? — обратился Роберт к Грисе. — А что тут обсуждать? — фыркнул Маркус. — Гриса самая смелая из нас, самая предприимчивая. Ну, не считая меня. Но я заниматься этим не собираюсь, уж простите. — Так ты знал? — ахнула Лайла и с легкой обидой глянула на Грису. — Я ему не говорила. — нахмурилась Гриса. — Ты не говорила. — улыбнулся Маркус. — Но знала ведь не ты одна. — Игалук? — удивилась Гриса. Она ведь уже видела Маркуса и Игалука вместе. — Нет. — мотнул головой Маркус. — Не пытайся угадать, я все равно не скажу. Давай лучше поговорим о том, когда это ты стала такой смелой. Я-то помню, как ты боялась Солы, этой самовлюбленной дурочки. Тогда мы еще занимались фигурным катанием… Хорошие были времена. — Ну, я расту. — усмехнулась Гриса. — Тем более, когда я только узнала, я была невероятно напугана. Мне пришлось смириться. И вот итог. Я освоила темное заклинание и собираюсь заняться убийством…       От мыслей о том, что Грисе предстоит, она покрылась недобрыми холодными мурашками. Головой она все понимала, но порой забывала, что все это ей предстоит по-настоящему. А когда приходило это осознание, становилось не по себе. Гриса не хотела быть особенной, не хотела быть той, кому нужно убить. Лучше бы она была обычной лунной волшебницей без особых сил, была влюблена в красивого старшекурсника, и все, что ее заботило, это домашние задание, платье на танцы и свидание.       К сожалению, Гриса утратила это будущее еще в тот момент, когда увидела видение. Ей пришлось уж слишком рано повзрослеть. И от этого было невероятно грустно. Девушка надеялась на то, что у нее еще будет время наверстать все. Но был ли на это хоть малейший шанс, хоть призрачная надежда? Не было. Даже если все и закончится до того, как Гриса окончит школу, что это изменит? Сину суждено погибнуть. Как бы Гриса не надеялась на то, что у нее получится его спасти, она понимала, что это просто невозможно. А значит, хорошее будущее ее точно не ждет. Однажды она, может быть, и примет его смерть, смириться с этим, влюбится в кого-нибудь еще. Но до того момента ей придется пережить много лет в печали. Если бы только оба видения зеркала можно было изменить…       Все чаще и чаще Гриса стала думать о том, как именно можно изменить видение. И с огромной вероятностью, получилось бы изменить оба. И дело было в том, что Гриса была уверена в том, что оба видения связаны. Девушка была одета в одно и то же, на ней были те же раны, волосы лежали почти идентично. Между видениями не прошло и пары часов. Сначала погиб Син, а потом Гриса отправилась мстить Игалуку. Такую логическую цепочку она провела у себя в голове. А значит, измени она одно видение, измениться и другое.       Вставал вопрос о том, как изменить первое. Однажды Гриса уже говорила об этом с Саймоном. Он тогда привел ей довольно понятный пример. Если одному бегуну суждено выиграть забег, он непременно его выиграет, все события будут вести сюжет именно к такому исходу. Вот только, если вдруг этот бегун погибнет, победить он не сможет. Конечно, убить его было не так просто, ведь все события вели к выигрышу, помогая бегуну. Но что, если он убьет себя сам?       Гриса несомненно могла бы убить себя, чтобы предотвратить смерть Сина. Она бы без сожалений пожертвовала собой ради него. Он сделал бы то же самое, она была в этом уверена. И жизнь свою ей было не так жаль, она все равно шла под откос. Вот только девушка не была уверена в своей теории. Ей нужно было знать наверняка, и тогда она, не раздумывая, убила бы себя в ту же минуту. Но уверенности пока не было. Ее смерть могла бы стать не просто бесполезной, но и опасной. Не стань ее, Игалук сможет выиграть. Гриса боялась такого исхода.       Ребята сидели в баре уже пару часов, а потому все были пьяными. Гриса же выпила больше остальных, так как уж слишком переживала. Поэтому она вдруг перестала контролировать свой язык. — Маркус. — позвала она. — Что? — спросил тот.       Грисе пришло в голову договориться с этим парнем поменяться ролями. Вернее, она хотела попросить его сделать всю работу за нее. Он был сильным, да и цели у него были схожие. Он точно справился бы ничуть не хуже Грисы. А она тогда сможет уйти со спокойной душой. Видение будет изменено. Син останется жив, и Игалук при этом будет убит. Вот только заговорить об этом Гриса не успела. К ней обратился Крис, который весь вечер вел себя странновато. — Гриса. — тихо позвал он. — Чего? — откликнулась та. — Мне нужно сказать тебе что-то. — Я слушаю. — Не говори ей, Крис. — нахмурилась Лайла. — Ты ведь даже не знаешь, правда ли все это. — Я не могу держать это в себе. — отмахнулся Крис. — Гриса, моя мама… она знала твоих родителей. — Ясно. — ответила Гриса, которую не слишком заинтересовало сказанное. — Настоящих родителей, Гриса. — пояснил Крис, повышая уровень заинтересованности. — Ладно, и? — поторопила Гриса. Ей хотелось как можно скорее закончить эту тему и поговорить уже с Маркусом. — Она утверждает, что знает, кто убил их. Она сказала, что это кто-то, кто притворяется для тебя родным. И мне кажется, она намекала на профессора Домитро. — Что за чушь ты несешь? — прошипела Гриса. — Это бред. — согласился Маркус. — Домитро сущий ангел воплоти. Ему не хватает только крыльев. Я знаю только одного волшебника, который по праведности ему ничуть не уступает. — И он сейчас среди нас, да Роберт? — Ты преувеличиваешь. — отмахнулся Роберт. — Но насчет Домитро я согласен. Он не способен на убийство. — Они были лучшими друзьями, Крис. — сказала Гриса. — Это лишь догадка. — пожал плечами Крис. — Тем более я не утверждаю, что слава моей матери правдивы. Просто я не мог просто молчать об этом и дальше. Мне показалось, ты должна быть в курсе. И все-таки поговори с Домитро на этот счет. Может быть, он знает чуть больше.       Гриса, конечно, не хотела верить в этот бред, но на душе все равно стало как-то тревожно. Она ведь совсем не знала Домитро. Он почти не говорил о себе. Но точно Гриса знала то, что он был в армии Апарио вместе с ее родителями. А раз они лучшие друзья, они наверняка держались все вместе, вместе пошли в логово Игалука. И погибнуть они тоже должны были вместе. Но Домитро жив. А значит, все в этой истории не так чисто.       Гриса стала накручивать себя, а за этим в ход пошел алкоголь покрепче. Роберт видел, что Грисе совсем нехорошо, а потому он пересел от Майи к ней и стал забирать у нее выпивку. Каждый раз, когда официант приносил новую порцию, Роберт незаметно отставлял шоты Грисы подальше, а Маркус, помогая Роберту, ставил их рядом с Крисом, который не то выпивал их, не то просто выливал куда-то. Гриса была пьяна, а потому этого даже не замечала. — Маркус. — позвала Гриса снова, вспомнив о том, о чем она хотела с ним поговорить. Конечно, в идеале это стоило обсуждать наедине, но Гриса была просто не в состоянии куда-то идти. — Слушаю. — улыбнулся Маркус, отставляя ближе к Крису очередной шот. — Если со мной вдруг что-то случится, ты ведь возьмешь на себя мою роль? Я могу только тебе это доверить. — Да что с тобой случится? — немного напряженно спросил Маркус. — Ты же такая сильная. — Я просто подумала… Если я погибну, то другое видение не сбудется. Тогда все будет хорошо. Тогда… — Гриса, не смей даже думать об этом! — воскликнул Роберт. Гриса впервые слышала, чтобы он хоть с кем-то говорил в таком тоне. — Но как еще я могу помочь? — Гриса еле сдержалась, чтобы не расплакаться. — Так, она выпила уже слишком много. — твердо сказал Маркус. — Пора расходиться. — Это я виноват. — грустно проговорил Крис. — Не ты, она ведь уже упоминала об этом. — печально сказала Майа. — Давайте и правда расходиться. — Я помогу довести ее до портала. — предложил Маркус. — А дальше сами.       Компания поплелась на выход. Первыми пошли Лайла и Крис. Крис все бубнил про то, как он виноват, а Лайла пыталась его успокоить. Алкоголь, видимо, повлиял и на Криса. Роберт и Майа тоже перешептывались о чем-то. Оба они выглядели очень обеспокоенными. Маркус и Гриса же шли последними. Вернее, шел только Маркус, а Гриса просто висла на нем, так как идти сама была почти не в состоянии. — Маркус. — позвала Гриса. — Ты ведь возьмешь на себя мою роль? — Гриса, не нужно перекладывать на других свою ответственность. — попытался усмехнуться Маркус, но он был уж слишком обеспокоенным. Не было похоже, что Гриса говорит это просто так. Она наверняка уже все для себя решила. И сейчас оставлять ее без присмотра было точно никак нельзя. Хорошо Майа была ее соседкой. — Маркус, но если вдруг что-то случится? — не успокоилась девушка. — Я не говорю, что прямо сейчас побегу испытывать на себе смертельное заклятие, я таких не знаю. У меня забрали книгу запретных заклинаний. — Ну ладно. — вздохнул Маркус, поверив Грисе. — Обещаю, что сделаю все, что в моих силах, если с тобой что-то случится. И самоубийство не в счет. — Ладно. — Гриса вздохнула. — Так тоже неплохо.       Когда ребята прошли уже половину пути, Гриса немного протрезвела от ночной прохлады. Она перестала виснуть на Маркусе, но тот все равно продолжал поддерживать ее, чтобы она случайно не упала. — Так кто рассказал тебе о видении? — спросила девушка, смотря под ноги, чтобы не споткнуться. С координацией пока все не было так хорошо. — Тот, кто так же просил присмотреть за тобой. — пожал плечами Маркус. — Я думал, ты догадалась. Кто кроме Игалука мог знать еще? — Вот черт. — Гриса все-таки споткнулась. — Ты видел Сина? — Да, но еще до того, как он ушел в катакомбы. Он попросил помочь тебе во всем, что ты делаешь. Думаешь, мне и правда интересно разгребать завалы вместе со слабыми школьниками? На самом деле я тебе соврал. В мои планы убийство Игалука не входит. И изначально в катакомбы лезть я тоже не хотел. Но Син очень вежливо попросил, так что…       Гриса встала на месте. Маркус вздохнул и поднял голову вверх. Он уж очень не хотел говорить на эту тему. Но раз уж начал, нужно было и закончить. Вот только Маркус пожалел о том, что заговорил об этом с пьяной девушкой. Гриса точно не контролировала себя сейчас. — Нет, ты не пойми неправильно, — сказал он, повернувшись к Грисе, которая отставал на пару шагов. — Я не на стороне Игалука. Просто я не тот, кто борется со злом и все такое. Мне было бы вообще по боку, что Игалук бы ни сделал. Я просто тоже очень хочу найти тот артефакт, что ищет он. И я хотел сделать это первым. Не для того, чтобы править миром, конечно. А чтобы он не достался никому другому. Из-за этого артефакта погибли наши с тобой родители. И его следует уничтожить, чтобы никто больше не погиб. И раз Игалук сам по факту не виноват, мне нечего ему предъявить. Понимаешь? Погибнет он или нет, мне вообще по барабану. Было. Пока меня не попросили тебе помочь.       Гриса молчала. Ей понадобилось немного времени, чтобы переварить все. А когда она все впитала и проанализировала своим замедленным из-за алкоголя мозгом, она просто не знала, как на это реагировать. Крис был прав, Маркус был не тем, кому можно было доверять. Он всегда преследовал только свои цели. Может быть, плохим он и не был, но уж доверять ему что-то важно точно было просто нельзя. Но, с другой стороны, плохого ничего он не сделал, он и правда помогал всеми возможными способами. И он относился ко всему ответственно, пусть и преследовал свои цели. Вот только была одна несостыковка. — Вы с Сином ненавидите друг друга. — озвучила это Гриса. — Зачем бы тебе его слушать? — Неправда. — усмехнулся Маркус. — У меня к нему неприязни и вообще никаких негативных эмоций нет. Это он меня ненавидит. И не просто так, между прочим. Я бы тоже ненавидел того, кто попытался бы высосать из моей любимой магию. Ну и ревность, конечно. — Маркус, говори уже серьезно и по делу! — воскликнула Гриса. — Мне не до твоих шуток. — Ладно-ладно. Мы встретились до того, как он ушел в катакомбы. Случайно. Тогда он мне и накидал кучу угроз. Он решил, что я снова попытаюсь сделать с тобой что-нибудь, но его рядом не будет, и снова помочь он не сможет как в тот раз. Я не хочу признаваться, потому что я покажусь слабаком, а я вообще-то не привык к тому, что меня считают слабым или некрасивым, я же самовлюбленный и все такое… — Маркус снова рассмеялся. — Снова шутки. — напомнила Гриса. — Да-да. В общем, он меня побил, а не просто пригрозил. Его магия на высоком уровне. Хельман отлично с ним поработал. Ну, в общем, мне пришлось рассказать ему всю правду, чтобы он меня не прикончил. Я бы не пережил, если бы меня серьезно побил какой-то сопляк младше меня. Это сильно ударило бы по моему самолюбию. Вот я все и выдал. Сказа, что мне очень жаль и все такое. Ну и он предложил загладить свою вину. Мы стали, вроде как, приятелями. Но только на тот случай, если я сдержу слово. А я вообще-то не собираюсь его нарушать. Может я и самовлюбленный болван, которому нет дела до Игалука и его возвращения, друг я все-таки хороший. Ты можешь мне верить. Он ведь поверил. — Или просто сделал вид, потому что другого выхода у него просто нет. — Может и так. В любом случае я это не скрывал. Если бы ты спросила, я бы сразу честно ответил. — Дай мне время обдумать все, что ты сказал. Я узнала сегодня уж слишком много. Мне нужно все переварить. А до того я не хочу говорить с тобой. — Ладно, я не обижаюсь. Но просто дай слово, что ты ничего с собой не сделаешь. Син убьет не только меня, но и Роберта. Может, моя смерть тебя не остановит, но Роберт ведь тебе дорого? — Но кто тогда поможет Сину? Только убив себя, я смогу изменить видение.       Маркус сразу же изменился в лице, но сказать ничего не успел. — Ребята, вы идете? — крикнула Майа. Они уже успели уйти достаточно далеко. — Иду! — ответила Гриса и обратилась уже к Маркусу. — Иди домой. Я правда не хочу говорить с тобой.

20.05.2026