Глава 21. Манёвры

Призрачная тюрьма Воды была на редкость спокойной. Здесь не было палящего пламени Тюрьмы Огня или ядовитых шипов гигантских деревьев Тюрьмы Леса. Все казалось настолько мирным, что Юшэнь Бупо и Сан Гуюй начали невольно тревожиться. — З-з-з-з-з-… — донеслось стрекотание. — Великий Шелкопряд, — обратился Бупо, — кончай говорить на «иностранном», я ни черта не понимаю. — З-з-з-з-з-… Сан Гуюй усмехнулся: — Прародитель Шелкопрядов говорит, что твой низкий уровень владения языками доказывает лишь одно — ты человек некультурный. Бупо горько улыбнулся: — Ладно, признаю, я невежда. Может, кто-то более образованный переведет? — Прародитель сказал, что здесь кто-то уже побывал и почти полностью разрушил механизмы этой Водной Тюрьмы. Так что нам ничего не грозит, беспокоиться не о чем. — Кто-то уже был? — задумался Юшэнь Бупо. — Кто бы это мог быть… Наверняка Цзянли. Хех, ну и крут же этот парень! Мы вдвоем прошли через две тюрьмы, но получили много ранений… — Это ты получил ранения, — перебил его Сан Гуюй, — меня не приплетай! — Ладно-ладно, это я весь в ранах! Но суть в том, что он в одиночку сокрушил две тюрьмы. Он же затмил нас обоих! Белый Тигр, тебе стоит поразмыслить над своим поведением. Тигр изумился: — А я-то тут при чем? — Как это при чем? — возмутился Бупо. — Способности у всех были подавлены стихиями. Но посмотри на Лазурного Дракона: вырвавшись из тюрьмы Металла, он нашел силы разбить еще и тюрьму Воды. А ты, хозяин, едва пройдя сквозь стену огня, чуть дух не испустил. Разве он тебя не превзошел? Белый Тигр в ярости прорычал: — И это говоришь мне ты?! Мало того, что ты смыслишь в искусстве Пяти Стихий меньше, чем ничего, так ты еще и не умеешь использовать мои силы! Рубить огонь металлом — это же бить своим слабым местом по силе врага! Ты сам довел нас до такого состояния, и тебе еще хватает наглости винить меня?! Лицо Юшэнь Бупо вспыхнуло. Снова раздалось «З-з-з-з-з-з» от призрачной бабочки. Хотя он не понимал слов, но по лицу Сан Гуюя было ясно: Прародитель Шелкопрядов сказал что-то явно не в пользу Бупо. Два древних призрачных зверя и двое юношей болтали в Водной Тюрьме так непринужденно, будто и не были заперты в смертельной ловушке. Лолин поднялась на ноги — похоже, ее силы восстановились. Юйгун Жуин указал на призрачный мир Пяти Адов, созданный Девятихвостой Лисой: — Внутри пока тишина. Похоже, обе стороны зашли в тупик. Однако Лолин смотрела на Жому, и ее лицо было полно тревоги. Юйгун Жуин проследил за ее взглядом и вздрогнул: волосы Жому снова стали иссиня-черными и блестящими, а его состояние казалось нормальным. Но Жуин знал: после таких тяжелых ран, даже если жизнь спасена, мгновенное восстановление невозможно. Единственное объяснение — это предсмертная вспышка жизненных сил, «отсвет заката». Водная Тюрьма была частично разрушена, и пространство стало нестабильным: оно то превращалось в Южное море, то в озеро Дунтин. Внезапно под бронзовой бабочкой возникла огромная река. — З-з-з-з-з-з-… Сан Гуюй, не дожидаясь вопроса Бупо, перевел: — Прародитель говорит, что это отражение реальности в мире Водной Тюрьмы. Скорее всего, это Великая Река Цзян. Мы движемся против течения. Следуя за остаточной аурой Лазурного Дракона, мы найдем границу между тюрьмами Воды и Земли. Хех, на этот раз твой клинок не понадобится, смотри, как надо… Не договорив, он внезапно замер, уставившись вперед. Взгляд стал остекленевшим — то ли он опешил, то ли влюбился, то ли опьянел от увиденного. — Что там? — Юшэнь Бупо посмотрел вперед, его брови дрогнули, и он невольно присвистнул. Неужели в мире бывают такие невероятные девчонки?! Девушка сидела на длинном листе банана, летящем навстречу со скоростью ветра. Короткие волосы, коричневые одежды, черты лица четкие, словно высеченные из камня, взгляд острый, как лезвие, губы плотно сжаты — это была холодность человека, который годами не знает улыбки. Цзянли был парнем, но даже он казался менее мужественным, чем эта девушка. Красавчик Сюэ Чэнь (вообще не помню кто-это)считал себя превосходным, но рядом с ней он выглядел бы просто пародией. Лолин тоже бывала холодна, но она походила на родниковую воду ранней весной — холод снаружи, нежность внутри. А эта девушка была холодным клинком, созданным изо льда: прямая, резкая, ослепительная и невероятно прекрасная в лучах солнца. На этот раз Бупо и без подсказок Белого Тигра и Шелкопряда понял — это всего лишь призрачное видение. Но Сан Гуюй выглядел крайне напряженным. Чем ближе подлетала девушка, тем сильнее натягивались его нервы. Они неслись друг на друга в небе над серединой реки. Белый Тигр и Бупо знали, что призрачный образ просто пройдет сквозь них, но Сан Гуюй, казалось, забыл об этом. Он выглядел как девственник перед своей первой брачной ночью. В момент столкновения Сан Гуюй набрался храбрости, желая обнять ее, но в последний миг струсил, резко отпрянул в сторону, пропуская ее, и низко опустил голову, тяжело дыша. — Эй, ты в порядке? — Бупо толкнул друга в плечо. — Захотел приударить за ней? — Заткнись! — огрызнулся Сан Гуюй. — Следи за языком! — Прости, прости, — рассмеялся Бупо. — Не злись. Но когда встретишь ее живьем, не веди себя так. Если хочешь завоевать девушку — действуй смелее! — Живьем… живьем… — пробормотал Сан Гуюй. Вдруг раздался оглушительный грохот. Перед ними выросла преграда — огромная гора, покрытая вечными снегами. Внезапно гора содрогнулась, снег растаял, и с небес обрушился яростный поток воды. Юшэнь Бупо вскрикнул и ударил Сан Гуюя: — Сначала разберись с делом, девчонка никуда не улетит! Сан Гуюй пришел в себя, тихо вздохнул с легкой грустью, совершенно не обращая внимания на грохочущий водопад, низвергающийся с «девятых небес». Еще до удара основной массы воды брызги, летящие с силой падающего Млечного Пути, больно ударили по лицам — этот поток не был иллюзией! Когда водопад уже готов был раздавить их, Сан Гуюй вскинул руку, и бронзовая бабочка дугой метнулась к подножию горы. Поток воды развернулся и бросился следом. — Горы возвышаются, земля поглощает воду! Девяносто девять хребтов гор Тайхан выросли из земли, преграждая путь потоку и превращая его в высокогорное озеро. Юшэнь Бупо от изумления лишился дара речи: — Мы столько раз дрались, а я и не знал, что ты такой сильный. — Мы в иллюзорном мире Девятихвостой, здесь главное — уметь управлять энергией этого мира, плюс внеземная сила Прародителя Шелкопрядов. В реальности я бы так не смог! А, вот мы и на месте… Снег на вершине горы растаял, обнажив трещину. Бронзовая бабочка взмахнула крыльями и нырнула в нее. Внезапно все почувствовали тяжесть и начали падать. Духовная энергия Белого Тигра и Шелкопряда разделилась. В процессе падения бабочка превратилась в шелкопряда, а затем в кусок шелка, который мягко укрыл Сан Гуюя. Сан Гуюй опустился на землю, как в воду, и скрылся в ней. Белый Тигр уменьшился до размеров обычного тигра и уверенно приземлился на четыре лапы. А вот Юшэнь Бупо грохнулся так, что у него искры из глаз посыпались. Юйгун Жуин и Лолин почувствовали нестабильность в иллюзорном мире Тушань. Они поняли: решающая битва внутри вот-вот начнется. Но состояние Жому вызывало у них все больше опасений. Юшэнь Бупо, превозмогая боль, поднялся. Тело казалось в несколько раз тяжелее обычного. — Что это за чертово место — Иллюзорная Тюрьма Земли?! Почему я такой тяжелый? Неужели я так сильно ранен? А, это… Сан Гуюй, вылезай! Ты ведь не мог так просто загнуться? — Раньше тебя не умру, — Сан Гуюй медленно «выплыл» из-под земли и тут же застыл в изумлении. В этой тюрьме не было ни странных существ, ни смертельных ловушек, но она была заполнена десятками людей! И каждый из них был знаком: Сан Аован, Сан Цзи, Юшэнь Гу… Даже его сестра была здесь! Сан Гуюй чуть не бросился к ним, но вовремя сдержался. Он узнал строй: «Массив Земляных Кукол Зеркала Души». — Что здесь происходит? — спросил Бупо. — Кажется, тут все наши знакомые, но это явно не они. — Это земляные куклы, — ответил Сан Гуюй. — Раньше они обладали демонической силой, способной очаровывать сердца, но, кажется, кто-то уже разрушил это заклятие. Скорее всего, Цзянли. Но даже так, реалистичность этих кукол пугает. Страшно представить, какой мощью обладал этот массив в полную силу. Сан Гуюй, недавно потерявший сестру, при виде образа Сан Гусю и всей своей семьи не смог сдержать слез. Вдруг — «хлоп!» — кукла Сан Гусю рассыпалась в прах с жалобным стоном. Это Юшэнь Бупо взмахнул своим Клинком Короля Призраков. — Ты что творишь?! — яростно крикнул Сан Гуюй. — Ты же знаешь, что это морок, и все равно раскис! Взрослый мужик ревет перед куском глины! — Это моя сестра! — Твоя сестра? — Юшэнь Бупо холодно указал на кучу грязи. — Даже если это просто ее изображение, — сказал Сан Гуюй, — у меня рука не поднимется. — Тогда я сделаю это за тебя. После прорыва через Тюрьму Леса в теле Бупо еще оставались крохи ци Шелкопряда. Он направил их по венам и немного восстановил силы, хотя в этой Тюрьме Земли из-за гравитации двигаться было крайне тяжело. Однако, на одном лишь упрямстве, Юшэнь Бупо начал крушить «Массив Кукол». Хотя куклы не атаковали, каждая из них при ударе издавала звуки и корчилась с выражением лица, в точности как живой человек. Это было похоже на то, как если бы ты убивал своих близких в реальности! Сан Гуюй не мог выносить этих предсмертных стонов. Он украдкой взглянул на Юшэнь Бупо — тот был пугающе спокоен. — Ты вообще человек?! — Хм! Всего лишь куклы, а ты так разволновался. Хоть это и Тюрьма Земли, где ты «как рыба в воде», но если бы ты пришел сюда один… хе-хе-хе! — Ты не намного лучше меня! — съязвил Сан Гуюй. — Иначе почему ты не трогаешь последних кукол? Как раз тех, на кого у тебя рука не поднимается? — Кто это сказал! — холодно бросил Бупо и рубанул куклу «Юйгун Жуина». Тот схватился за шею, его лицо исказила сложная гримаса, он не проронил ни слова, лишь вздохнул и упал. От этого зрелища даже у Бупо дрогнула рука, и он остановился. — Ну и что теперь скажешь? — усмехнулся Сан Гуюй. Бупо глубоко вдохнул и шагнул вперед. Перед ним стояли двое последних. Девушка сидела на земле; ее лицо было бледным от долгого отсутствия солнца, а волосы казались невесомыми даже без ветра. Она выглядела беспомощной, но при этом отрешенной от всего мира — точная копия Лолин в тот миг, когда он впервые увидел ее. А рядом, в полураскопанном сугробе, лежал юноша. Он был спокоен, как спящий маленький принц или вошедший в медитацию божество. Его облик был настолько хрупким, что любой побоялся бы его потревожить. Это был Цзянли — таким Бупо увидел его в первый раз. — Давай, бей! — подначивал Сан Гуюй. — Жалко? — Это просто кукла, чего жалеть! — Юшэнь Бупо зажмурился и ударил «Лолин». — Ты… здравствуй… — голос куклы прозвучал неестественно, как у человека, который слишком долго молчал. Бупо вздрогнул и открыл глаза. «Лолин» печально улыбалась. В ее взгляде не было обиды, лишь бесконечная покорность судьбе. Этот миг ее «смерти» длился для Бупо целую вечность. — Забыл сказать, — злорадно добавил Сан Гуюй, — есть древняя легенда, что смерть куклы в этом массиве предсказывает будущее оригинала. — Ты мелешь чепуху! — разозлился Бупо. Он занес меч над «Цзянли», но клинок трижды замирал в воздухе. Сан Гуюй хотел добавить что-то еще, но Белый Тигр внезапно прервал его: — Странно… Почему тут два Цзянли? Парень, погоди рубить! Юшэнь Бупо с облегчением выдохнул. Они посмотрели в ту сторону, куда указывал Тигр. В паре ли от них мерцала вода. Подойдя ближе, они увидели над водой парящего Лазурного Дракона, который закручивался спиралью от воды к самым небесам. В центре этой спирали парил силуэт — это был Цзянли. — Странно, — сказал Сан Гуюй, — откуда в Тюрьме Земли взяться озеру? — Эй, Цзянли! — крикнул Бупо. — Мы здесь! — Не ори, это не он, а лишь оставленная тень, — Сан Гуюй вдруг осекся. — Точно! Посмотрите на дно! В воде отражались Юшэнь Бупо, Сан Гуюй в шелках и Белый Тигр. Но там не было отражений Дракона и Цзянли. Видя, что Бупо не понимает, Сан Гуюй пояснил: — Цзянли намеренно создал здесь водоем, использовав технику «Закрепления тени в форме», чтобы оставить их образы. С помощью метода «Выуживания луны из воды» он извлек эти тени. Похоже, это подсказка для нас. — Какая подсказка? — спросил Бупо. Пока Сан Гуюй размышлял, Прародитель Шелкопрядов застрекотал. — Хм, Прародитель говорит, что эти Пять Адов — лишь видимость. Если мы их разрушим, то провалимся в ядро иллюзии Девятихвостой — «Печь Четырех Образов». — Что?! — вскрикнул Байху. — Печь Четырех Образов? Ты не ошибся? — последний вопрос он адресовал Шелкопряду. Тот подтвердил. Белый Тигр принял мрачный вид. Даже в Тюрьме Огня, когда пламя плавило металл, Бупо не видел его таким серьезным. — Хозяин, эта Печь настолько опасна? — Насколько опасна? — хмыкнул Белый тигр. — Пять Адов для меня — лишь временная задержка. Но эта Печь… чертова лиса, ну и ядовитая же она тварь! — З-з-з-з-з-з-з.... Сан Гуюй перевел: — В этой Печи используются энергии Тай-инь, Тай-ян, Шао-инь и Шао-ян. Она переплавляет все сущее, возвращая его к первозданной чистоте. — Что значит «возвращая к чистоте»? — Проще говоря, любой — будь то человек или бог — попав в эту Печь, будет превращен в облачко чистого эфира. Глядя на Байху, Бупо понял, что это не преувеличение. — Если эта лиса так сильна, она что, непобедима? — Он вдруг спохватился: — А где Цзянли? Его не переплавило в этой Печи? — З-з-з-з-з-з-з......... — Послушай, — переводил Сан Гуюй, — только тот, кто равен Небесам, может достичь состояния «единства всего сущего» и создать совершенную Печь Четырех Образов. У Девятихвостой слишком много обид и привязанностей, она не могла достичь такого уровня. Значит, у нас есть шанс. — Значит, нам нужно найти изъян? — Верно. Девятихвостая — воплощение Инь, поэтому основой служит Тай-инь. Из крайнего Инь рождается Ян, порождая Шао-ян. Сила Ян растет до Тай-ян, затем рождается Шао-инь, который возвращается к Тай-инь. Это замкнутый круг. Но Прародитель полагает, что даже Небо и Земля не совершенны. В этой иллюзии должен быть «ложный предел». Если мы найдем его и разорвем цикл, равновесие Четырех Образов рухнет, и иллюзия Пяти Стихий рассыплется. Белый Тигр добавил: — Лазурный Дракон, видимо, вошел в один из образов. Но он явно не угадал! Иначе иллюзия бы уже лопнула. Но он еще жив, раз его тень над водой не исчезла. Сан Гуюй вздохнул: — Образов четыре, а нас всего три группы. Нам бы еще одного помощника! Жаль, остальные отрезаны снаружи. Белый Тигр возразил: — Нет, трех групп достаточно! Тай-инь — источник силы лисы, он не может быть ложным. Юшэнь Бупо обрадовался: — Чего тогда ждать? Разделяемся! Сан Гуюй смерил его взглядом: — У тебя силы-то остались? — Хватит, чтобы зарубить еще парочку кукол, — рассмеялся Бупо. Тигр покачал головой: — Нет. Даже ложный предел требует огромных сил для разрушения. В твоем состоянии тебя там быстро «растворит». — Значит, придется ставить на кон всё, — горько усмехнулся Сан Гуюй. Белый Тигр посмотрел на тени Дракона и Цзянли, производя расчеты: — Час Крысы переходит в час Быка… они вошли в предел Тай-ян! Лиса опирается на Инь, поэтому Тай-ян — ее самое слабое место. На их месте я бы тоже выбрал его. Но они ошиблись. Остались Шао-ян и Шао-инь. Юшэнь Бупо сказал Байху: — Хозяин, давай мы пойдем первыми? — Вы? — удивился Сан Гуюй. — Если пойдете вы и ошибетесь — нам всем конец. Но если мы… Хозяин, мы сможем подать им сигнал изнутри? Белый Тигр ответил: — В истинном пределе — нет. Иначе Лазурный Дракон подал бы весть. Но в ложном… Хе! Если ударить изо всех сил, мы сможем заставить пространство содрогнуться! — Решено, — сказал Бупо. — Мы заходим. — Ни за что! — вспылил Сан Гуюй. — Ты хочешь выставить меня трусом на фоне своей храбрости?! — Это не храбрость, это расчет. У тебя есть идея лучше? Сан Гуюй задумался: — Дай мне подумать… — Думать? — Бупо взмахнул клинком. — Цзянли в Тай-ян уже давно, боюсь, он на пределе. Будь мужчиной, решай быстрее! Хватит разводить нюни! — Он повернулся к тигру: — Хозяин, можно на тебя залезть? — Запрыгивай, — улыбнулся Белый Тигр. — Знаешь, а ты мне начинаешь нравиться. Сан Гуюй хотел еще что-то возразить,но Юшэнь Бупо не стал его слушать: — Хозяин, в какой предел направимся? Байху на мгновение задумался: — Инь порождает Шао-ян, и сила его сейчас на пике. Шао-ян принадлежит к Инь, его природа выгодна Девятихвостой лисе, но не нам — будь этот предел истинным или ложным, нам там не сдобровать. Пойдем лучше в предел Шао-инь. Шао-инь принадлежит к Ян, это начало превращения из предельного Тай-ян. Хотя есть риск провалиться в Тай-инь, там мы сможем продержаться дольше. — Как нам войти? — Собери волю, направь сияние клинка и руби в сторону направлений Синь и Ю*. Синь (辛) и Ю (酉) — это элементы системы Гань-Чжи (Десять Небесных Стволов и Двенадцать Земных Ветвей), на которой строится вся традиционная китайская космология, астрология и компас Лопань. — Понял, — Бупо обернулся к Сан Гуюю. — И не стой с такой миной, будто я уже покойник! Если успеешь вовремя разрушить массив, я еще, может, и выживу. Учитель говорил, что удача у меня — дай бог каждому! — Ладно! — Сан Гуюй встряхнулся. — У нас всё получится! Увидимся снаружи! — Ха-ха! Вот это слова мужчины! — Юшэнь Бупо взмахнул мечом, Белый Тигр совершил мощный прыжок, и они вместе бросились в объятия неизвестности, навстречу своей судьбе.