Глава 2

Утро началось непривычно. Проснувшись в новом месте, девушка подскочила с кровати — в потемках было трудно разобраться. К счастью, мозг всё же сообразил, что сейчас она в школе чародейства и волшебства Хогвартс, и можно было вздохнуть спокойно. Но в любом случае заснуть снова не выйдет. Так что с титаническим усилием Аронс встала с постели и поплелась в ванную, приводить себя в порядок. Дважды проверив замок и то, закрыта ли дверь, она наложила рассеивающее заклинание. После чего всё же сняла с себя кулон с глубоким вдохом. Украшение с тонкой серебристой цепочкой и маленьким темно-зеленым малахитом, что был в крапановой оправе. Сняв его, в зеркале появилась совершенно другая особа. Тёмные кудрявые волосы и фиолетово-серые глаза. Каролина Аврора Тюдор, кронпринцесса и единственная претендентка на престол Великобритании. Посмотрев в отражение, она накрутила одну из прядей себе на палец, разглядывая тёмные локоны. А глядя на свои глаза, она сразу же вспоминала картины и фотографии с отцом. Она уже около суток не видела своего настоящего отражения. И это было действительно расслабляюще. Когда твоё отражение — вылитая копия родителей, которых уже давно нет рядом, а каждый раз, при взгляде на своё отражение, ты видишь их. Сглотнув ком в горле, она взяла палочку, осветлила свои волосы, после чего сделала глаза голубыми. И если что случится, она не будет паниковать и думать об этом. Снова застегнув кулон на шее, она приняла душ. После чего переоделась в форму, что взяла с собой. Ещё раз взглянув в зеркало и убедившись в своём безупречном виде, она вернулась в комнату. На часах было почти шесть утра, а первые лучи солнца только начинали показываться из-за горизонта. Собрав сумку и спустившись в гостиную, девушка села в кресло в углу около стены. Место, с которого можно оглядеть всю гостиную и заметить, если кто-то появится через проход или спустится. А к тому же сзади точно никто не подкрадется. Достав книгу по зельеварению, девушка принялась читать первый параграф, чтобы хотя бы знать, чего ожидать от профессора. Оказалось, там лишь базовое посвящение в предмет, с которым она давно была знакома. А первый рецепт зелья, что она нашла, было Зелье для лечения фурункулов. Вздохнув от разочарования, она продолжила листать книгу, надеясь, что там есть хоть что-то интересное или то, о чём она не слышала. Однако, не найдя ничего интересного, она отложила её и взяла в руки книгу заклинаний. Но и там не оказалось ничего нового. Сдавшись, она отложила уроки и взяла в руки англо-немецкий словарь и стала повторять простые конструкции и уже знакомые слова. Так она и провела время, пока в гостиную не спустился Римус, с которым она обсуждала сегодняшний день и расписание. Позже в гостиную спустились остальные первокурсники, и дружным строем они пошли в Большой зал. Сегодняшний день предвещал лишь скуку: всего четыре базовых урока, на которых будут вводить в курс дела. При этом надо показать интерес и заинтересованность, ведь именно так и вели бы себя маглорожденные, верно? Надо будет понаблюдать за Лили и её реакцией на всё. За такими мыслями они и добрались до Большого зала. Внутри пахло едой, а также духами некоторых старшекурсниц, которые, видимо, обливаются ими. Проигнорировав слишком навязчивый и яркий аромат вишни, она села за стол. С правой стороны от неё сел Римус, а с левой Марлин. — Интересно, что будут говорить на уроках? — задумчиво спросила Лили, что сидела напротив Марлин. — Ясное дело, будут говорить, что их предмет самый важный, — ответил ей Сириус. — И сложный, — дополнил Джеймс. Каролина мысленно согласилась с ними. А вот Лили стала с ними беседовать о том, что они не правы и все предметы важны. Сириус хоть этого сильно и не отрицал, но говорил, что они все одинаково скучные. За таким диалогом они и дождались почты. Когда в зал влетели совы и другие птицы, то все словно с ума посходили, ища своего питомца. Лишь Каролина и Сириус спокойно ждали, хоть первая и сомневалась в том, что ей будет письмо. Однако, к удивлению, на её плече села огромная сова — филин. Отвязав от его лапы письмо, она скормила ему печенье, что нашла на столе. Открыв конверт, она стала внимательно бегать глазами по строчкам, сразу узнавая знакомый почерк Нолана.

«Приветствую, наша дорогая принцесса. Я надеюсь, ты в норме и тебе нравится Хогвартс. Как ты? Всё в порядке? Джейкоб и Крис сходят с ума, а я вместе с ними. Нет, конечно, я доверяю тебе, но напиши хотя бы пару строк. Прошёл только день, но слишком непривычно, когда ты так далеко. А Крис, кажется, решил отыграться на нас за все годы и завалил работой. Джейкоб планирует убийство, но не переживай — кровопролития не будет. (Надеюсь.) Скучаем, и пиши нам чаще.

Нолан»

Короткое письмо вызвало лёгкую улыбку. После она прикрепила к птице обратное письмо, что написала с утра. Нолан, вероятно, не сказал, что напишет ей письмо, поскольку пару реплик от другого близнеца или крёстного точно были бы. После этого сова улетела, а Каролина вернула своё внимание на других. К удивлению, Сириуса за столом не было, а на вопрос, почему он ушёл, Джеймс лишь пожал плечами. Конечно, вероятно, это было письмо от Вальбурги и Ориона Блэков, а написано там было что-то наподобие: «Ты опозорил наш род, поступив на Гриффиндор…» или нечто подобное. Да, очень в духе чистокровных. Не закончив с завтраком, она сказала, что уже пойдёт к кабинету. По пути она и встретила Блэка, что сидел на подоконнике. Обычно прямая спина была опущена, словно под невидимой тяжестью. Письмо же было скомкано, но не выброшено. Конечно, наверняка он знал, что будет, но прочитать такое от близких… Аронс подошла и запрыгнула рядом с ним на подоконник. Темноволосый поднял на неё взгляд, словно ожидал от неё слов, но она молчала, сидя рядом с ним. Спустя пару минут она всё же решила заговорить. — Ты будешь в порядке? — Сириус удивленно посмотрел на неё, явно не ожидая. — Да, — сказал он, пряча лист в сумку, что висела у него на плече. — Тогда идём? А то через десять минут начинается зельеварение, — взглянув на часы, она кивнула, подтверждая свои слова, после чего спрыгнула с подоконника. Аронс краем глаза заметила, как Блэк не выбросил письмо, как она того ожидала, а сунул его в сумку. Он встал следом за ней, снова расправив спину, словно ничего такого не было. И они пошли в подземелья, дабы добраться до кабинета зельеварения, что должен был находиться в подземельях. Они шли в спокойном молчании, каждый в своих мыслях. Каролина бы хотела поддержать его, но не знала как, да и не умела. Ну и какой в этом смысл? Сказать, что «всё будет в порядке»? Это ничего не изменит, да и если всё станет только хуже, то выходит, что она солгала. Так они и пришли к кабинету. Что удивительно — они были первыми. Не сговариваясь, они заняли последнюю парту у стены. Когда пришли остальные гриффиндорцы, до урока было всего пару минут. Решив отвлечься самой, а заодно утащить из мира самобичевания Блэка, Каролина решила научить Сириуса играть в игру «Дин-дон-дери», а пуффендуйцы уже сидели на своих местах. Когда первокурсники Гриффиндора вошли в кабинет, то заметили исчезнувшую пару. Джеймс, севший с Римусом спереди этого дуэта, стал с интересом наблюдать за игрой. Но когда прозвенел урок, в класс зашёл профессор, и пришлось прекратить. — Доброе утро, дорогие ученики! Я рад вас приветствовать на уроке зельеварения. Меня зовут Гораций Слизнорт, и я буду вести у вас этот предмет. Он является обязательным до пятого курса, но после вы можете продолжить его обучение, — добродушно начал Гораций. — Поскольку сегодня первый и ознакомительный урок, то не будет ничего трудного, а также не будет домашнего задания. Последующий час все провели, слушая профессора. Каролина скучающе глядела на стену, считая в ней трещины, слушая Горация лишь вполуха. Изредка делая заметки на пергаменте, чтобы изобразить интерес и не вызывать лишних и ненужных вопросов. Когда прозвенел звонок, Каролина небрежно смахнула все вещи в сумку, закидывая её на плечо. — Что у нас дальше? — спросил Джеймс, что был не слишком заинтересован сегодняшними предметами. — Трансфигурация, — дал ему ответ Римус, что шёл сзади, рядом с Каролиной. — Из одного круга ада в другой, — разминая руки, буркнула девушка. — Ага, а Хогвартс — это ад в целом, — Питер тоже явно не был рад такому расписанию. — Какие вы оптимисты… — саркастично протянул Сириус. — Ага, но, по крайней мере, это не мы сопели. — Я не сопел! — сказал он Аронс, что ослепительно улыбнулась ему. — Сопел. — Нет. — Да. Следующий путь они спорили об этом, что изрядно достало других. Но, уже подходя к кабинету, сошлись на том, что это был сквозняк, ведь никто не хотел признавать свою неправоту. Трансфигурацию вела женщина, что вчера провожала их до Большого зала. Профессор Макгонагалл, не изменив своей остроконечной шляпе и изумрудной мантии, сидела за столом, проверяя какие-то записи. — Доброе утро, — поприветствовала вошедших, профессор кивнула на парты, и все расселись по своим местам. Первую парту заняли Лили и Алиса, за ними Каролина и Марлин. На предпоследней Римус с Питером, за которыми были Джеймс и Сириус. Уже спустя пару минут к ним присоединились ученики факультета орлов. Профессор Макгонагалл стала рассказывать о трансфигурации и о том, насколько сложен и важен предмет. А после они стали конспектировать её лекцию. В отличие от Слизнорта, женщина с самого начала стала погружать в этот предмет, под конец задав домашнее задание. А тяжёлые вздохи со стороны учеников она проигнорировала. Заклинания и травология прошли так же, как и уроки Горация. А после наступил долгожданный обед. В зале царил шум и гомон. Отовсюду пахло вкусной едой, а дети делились впечатлениями о первом учебном дне. Первокурсники Гриффиндора устроились всё той же кучкой, что и с утра. — Ну неужели она не могла нас пожалеть! Как-никак первый день! — воскликнул Питер, что был не рад в первый же день сидеть за домашкой. — Если она будет нас жалеть, то мы ничему не научимся, — ответила ему Алиса, набирая в свою тарелку суп. — А так мы умрём от переутомления, — с наигранным драматизмом парировала Марлин. — Не драматизируй, — Лили взглянула на неё с лёгкой усталостью. Видимо, сказалось то, что она маглорожденная и старалась конспектировать и улавливать каждое слово учителей. — А кто драматизирует? Я полностью с ней согласен, — поддержал девушку Блэк. Каролина же сидела молча. Сделать эссе по теме «Что такое трансфигурация и где её используют» было нетрудно и заняло бы максимум полчаса времени. А ещё надо забежать в библиотеку и посмотреть, что там такого. И поискать тайные проходы, которые так расхваливали братья, но не сказали, где они конкретно… Значит, на это есть полдня. Ладно. Из мыслей её вырвало то, что почти все уже уходили. Перед этим Сириус задал вопрос, остаться ли с ней, но Аронс отрицательно покачала головой, глядя на свою жареную картошку и салат, что она скорее размазала по тарелке. Решив оставить всё как есть, она схватила яблоко со стола и тоже пошла прочь. Разглядывая живые картины, что висели в коридорах. Также рассматривая места с возможными тайными ходами, расположение кабинетов и возможные пути отступления, если она всё же что-то натворит. Поднимаясь по лестнице, она вдруг стала менять направление, и, дабы не свернуть шею, Каролина схватилась за поручни. Поднявшись на четвёртый этаж, девушка стала его рассматривать. Что здесь находится, было неясно, поэтому, тяжело вздохнув, она пошла по коридору, разглядывая двери и таблички на них. В глаза бросились огромные двери из темного дуба, на которых красовалась табличка «Библиотека». Двери открылись с тихим скрипом, а в нос сразу ударил запах старых книг, кожи, чернил и ванили. Вдохнув полной грудью, наслаждаясь запахом, она прошла внутрь. Десятки стеллажей, что тянулись вдоль стен, казалось, что между ними можно бродить вечно. Через огромные окна в старинных рамах проскальзывали солнечные лучи, что делали заметной пыль в воздухе. Дубовые столы, что были расставлены по всему помещению: некоторые были пусты, за другими же сидели ученики с горой книг и пергаментов. В основном все ребята, что сидели тут, были со старших курсов и, вероятно, уже готовились к экзаменам СОВ и ЖАБА. Им не позавидуешь: только первый день, а уже сидят в храме знаний. Откинув мысли о других, Каролина отправилась проверять, где какие книги стоят. Пройдя вокруг стеллажей с историей, зельеварением и астрономией, она забрела в раздел о самой школе. Найти карту сейчас бы не помешало, а, возможно, тут есть что-то о потайных ходах и комнатах. Раз уж ей тут предстоит жить семь лет, то лучше всё не откладывать в долгий ящик.

***

Сириус Блэк — громогласное имя, что известно всем в чистокровном обществе. Считался завидным женихом среди молодых дам. А многие так и грезили о нём. Однако это не то, что он хотел. Он хотел свободы. Той, когда родители не решают, что делать, как жить и расписывают твою жизнь по часам и минутам. А уж тем более — женят по их указке. Поступив на Гриффиндор, он опозорил свою семью. Но неужели твой факультет — это позор? Нет. Он не мог презирать маглорожденных и полукровок из-за их «грязной» крови. Но мог презирать чистокровных, что так жаждали показать, что лучше их, хотя это далеко не так. Сириус в чистокровных видел лишь лицемерие и показное величие, что заставляло его ненавидеть это общество всё больше. А сегодняшнее письмо, присланное отцом, не должно было никак на него повлиять. Лишь жалкий шум. Но это его задело, из-за чего в груди появился комок разочарования. И не к нему, а к себе. За то, что это повлияло на него, и что они ещё имеют на него влияние и значение. На письмо, что Сириус вечером написал своему младшему брату Регулусу, ему так и не ответили. Неужели Регулус обиделся на него? Нет… Это не могло быть правдой, он ведь знал, на какой факультет он хотел поступить. Ещё раз потянувшись к сумке, в которой лежал помятый лист, он его развернул, снова бегая глазами по коротким строчкам.

«Сириус, ты разочаровал нас. Как ты мог поступить на Гриффиндор? Определенно, я бы не удивился, если бы Когтевран, но это… Я разочарован. Мы разочарованы. Не опозорь нас ещё больше своим поведением и оценками. Помни — ты Блэк».

Челюсть сжалась едва не до хруста. В горле встал ком. Грудь сдавило, словно тисками.

***

Римус Люпин сидел в гостиной. Он перечитывал одну и ту же строчку в книге множество раз, однако мозг отказывался принимать информацию. Он сейчас действительно находится в Хогвартсе. В это не верилось. Казалось, вот он закроет глаза и проснётся в своей комнате. Снова один, без возможности выбраться из этого состояния. Однако страх, что все всё узнают, что будут бояться и, по итогу, его отправят обратно на домашнее обучение, которое он так яро ненавидел. Но понимал, что это единственный выбор. Однако в его жизнь ворвался Дамблдор, что лично пришёл, чтобы дать Римусу шанс. Нет. Чтобы дать оборотню шанс. И он сделает что угодно, лишь бы не подставить профессора и не дать ему лишних проблем.

***

Питер Петтигрю был в комнате мальчиков первого курса. Он сидел за раскрытым учебником по трансфигурации и свитком, где должен был написать эссе. Однако в его голову ничего не шло. Он был удивлён, что всё сложилось так. И что у него с первого же дня появились друзья. Он не мог поверить, что это правда. В школе его постоянно гнобили из-за одежды, внешнего вида и того, что он не такой, как другие. Он не выделялся открытостью, красотой, достатком и ничем другим. Он просто был обычным и незаметным изгоем, которого никто не жаловал. Но тут сразу же всё стало по-другому. Сначала Римус и Каролина, что со странной добротой приняли его, а после — Джеймс и Сириус, что сразу попытались подружиться. И он не хотел терять это ощущение. Что он нужен и важен для кого-то. Одна только мысль о том, что он этого лишится, приводила в ужас, а тело сковывало ледяными цепями, что не отпускали и душили его.

***

Джеймс Поттер стоял на трибунах, глядя на парящих в небе игроков. Его карие глаза светились любопытством и восхищением. Как только появилась возможность, он решил пойти на поле для квиддича, где к его удивлению тренировалась команда Пуффендуя. Желание попасть в команду Гриффиндора вызывало восторг. Он знал, что он попадёт туда чего бы то ни стоило. Он как никто достоин этого. Его отец играл за команду, как и дедушка. Он был на всех мировых чемпионатах по квиддичу. Кто, как не он, достоин? Верно. Он попадёт туда. Других вариантов просто не существует.

***

Спустя время мальчики и девочки стали обращаться своими компаниями, редко пересекаясь друг с другом. И единственным человеком, что была между ними, была Каролина. Аронс и сама не поняла, как за прошедший сентябрь успела подружиться с мальчиками, с которыми сейчас вечно проводила время. Все были рады окончанию урока зельеварения, и как только прозвенел колокол, то все дети как один побежали к выходу, спеша в Большой зал. Бросив скупое прощание Слизнорту, Каролина и Римус поспешили за остальными, что спешили в Большой зал, словно голодали несколько столетий. — Я сейчас умру с голоду! — Сказал Сириус, а Питер и Джеймс его поддержали. Римус и Каролина шли немного сзади, чтобы не мешать другим ученикам. — Слизнорт вообще из ума выжил! Откуда мы должны были знать, что значит это зелье?! — Сириус, ты ответил без запинки. — Заметила Каролина, что не понимала, почему он настолько драматизирует. — Это не суть! — Отмахнулся Блэк от её мысли, словно та навязчивая муха. Не заметив спереди ученика, темноволосый врезался в него. Оба пошатнулись, и к ним повернулась пара студентов с темно-зеленым галстуком и значком змеи на мантии. — Смотреть, куда идешь, не учили?! — Зло спросил слизеринец. Он был едва ли не на три головы выше Блэка, с коротко стриженными светло-русыми волосами. — Это просто ты стоишь посреди прохода! — Возразил тот. Каролине захотелось дать ему подзатыльник, и кажется, не только ей. — Во-во. Так что давай не лялякай тут. — Поддакнул Джеймс. Второй парень, с темными волосами, сделал шаг к ним и поравнялся со своим другом. — Что ты вякнул, мелочь? — Зло сказал тот, стиснув кулаки, а челюсть напряглась. Понимая, что Джеймс с Сириусом не отступят, а если продолжат, то начнется драка. Блондинка выступила вперед, ровняясь с Поттером и Блэком. А на её губах играла лёгкая примирительная улыбка. — Извиняюсь за них. Просто все мы голодные, поэтому и всё так получилось. — С невозмутимым спокойствием сказала она, а дабы это дуо идиотов не сопротивлялось, положила руки на их плечи, немного сжав их. — О-о, так у них оказывается защитница есть? — Протянул он с издевательской улыбкой. Каролина почувствовала, как они напряглись. — Им не нужна защитница. Но я за вас переживаю. — На её фразу они растерянно смотрели на девочку. — Что за бред? — Наконец-то выдал блондин. — Да всё просто. Вы учитесь на старших курсах, мы же первокурсники. Мы в людном коридоре, а значит, море свидетелей. И вы правда думаете, что профессора похвалят вас за то, что напали на первокурсников? Не-а. — Каролина выставила один палец, увидев, что один из них хочет возразить. — Знаете, как это бывает, когда за драку отвечает старший. Да и вы должны быть умнее и понимать, что затевать драку нужно с ровесниками, а не с детьми, что младше вас на несколько лет. — Помолчав пару секунд, чтобы они могли переварить всё сказанное. — Так что советую вам просто отступить и дать нам пройти в Большой зал. — С улыбкой закончила она. Старшекурсники в удивлении уставились на неё, но всё же нехотя отошли. Схватив Джеймса и Сириуса за руки, она их потащила дальше, словно ничего и не случилось. А сзади шли Римус с Питером. Она чувствовала на себе их взгляды и взгляды тех имбецилов. Завернув за угол, девушка опустила их руки, и они немного потерли запястья. Каролина сделала заметку, что не стоит настолько применять силу. Глубоко вздохнув, она осмотрела их на предмет травм, а после уже собиралась развернуться, чтобы продолжить путь к еде. — Ого… — Выдохнул Питер, глядя на неё с шоком. Ни разу за весь сентябрь Аронс не доводилось, да и не пыталась защитить и постоять за себя или мальчиков. Однако сегодня планы быть незаметной и притворяться глупой пошатнулись. Разнимать парней, что вцепились друг другу в глотки, не хотелось. А потом ещё и в больничное крыло идти и перед профессорами объясняться. Путь до Большого зала прошёл в молчании, они явно не ожидали такого.

***

За окном солнце уже давно скрылось за горизонтом, оставляя после себя лишь темноту и слабый свет звёзд и луны. Девочки в комнате уже давно уснули, а Каролина сидела на подоконнике, разглядывая ночное небо. Девочка пыталась структурировать в своей голове образ каждого мальчика и девочки. И получалось весьма неплохо. Однако чем больше она думала о Римусе, тем становилось хуже. Ничего не сходилось. Он уже дважды исчезал, а перед этим его поведение странным образом менялось. Это заставляло насторожиться. Конечно, можно было предположить, что это лишь совпадения. Однако чутьё заставляло её отмести этот вариант. Он что-то скрывает. И она обязательно узнает, что именно. Не пытайся обмануть лжеца, Римус Люпин.