Шелли и Эдгар: Мы признаны невменяемыми

      Я проснулась.       Тело по прежнему находилось в этом неудобном положении. Запястья натёрлись вместе с лодыжками, наверняка красные. Глаза ослепило белизной. Клетчатый, светлый потолок смотрел на меня сверху. Тёмная крошка в квадратиках опечатывалась в глазах, словно призрак. Я моргнула пару раз, отгоняя их. Светло. Уже утро.       Грудью всё ещё не получается полностью вдохнуть. То, что сдавливало, продолжает сдавливать. Как и весь корпус тела. А руки наверху, привязаны к изголовью ржавой кровати.       Если бы у меня была возможность поднять голову и осмотреться, я бы сделала это. Дневной свет бил в глаза, поджаривал сетчатку и кожу на лице. В голове пусто. Эту пустоту даже невозможно ощутить. Мыслей нет. Только тягучее осознание происходящего вокруг. Слышатся чьи-то шаги. За стеной закрываются двери. В другой стороне смеются, в третьей плачут. Шумно в этом месте. Хотя, я и так об этом знала.       — Успокоилась?       Я покосилась к голосу. Но никого не увидела. Ощутила, как верёвка на запястьях распускается. Как ослабевает давление на грудь. Как ступни наконец-то получают свободу. Задубевшие мышцы ощущались льдом, который решили разогреть. Медленно в них возвращается способность снова двигаться. Я пробыла в таком положении целую ночь.       — Да, — ответила я, не желая вызывать сомнений. Всё-таки нахождение связанной после уколов антипсихотиков нельзя назвать Раем.       — Поднимайся. В столовой сейчас завтрак.       Медсестра развернулась ко мне спиной и ушла. Я заметила, как смотрят на меня соседи. Со страхом. Любопытством. Словно ждали от меня чего-то.       Я проморгалась. Никаких подвигов мне совершать не хотелось. Наконец-то я могу ясно уложить в голове произошедшее.       Я поднялась, размяла онемевшие конечности. По кончикам пальцев пошло необычное тепло и в тоже время дикий холод. В желудке пусто, а во рту сухо. Но я не думала ни о еде, ни о воде. Ничего не хочется. Совсем. Просто лечь и уставиться в стену. Я двинула на выход из палаты. Хотела себя чем-нибудь занять, хоть изучением трещин на стенах.       Так как в ногах по прежнему присутствует слабость, я держалась за неё, пока шагала. Мимо меня проходили больные, либо игнорировали, либо пускали в мою сторону короткий взгляд. Так же и сновали врачи. Я держала путь сама не знаю, куда. Миновала другие палаты, вышла за дверь женского отделения. Здесь неподалёку и столовая. Но хотелось ли мне туда?       Мне сказали, что я убила Джесси. Но это ведь настоящая ложь. Не могла я пойти на такое, залезть посреди ночи в больницу. Мне просто не хватит собственных навыков такое провернуть, а совести — тем более. Так что неудивительно, что я никак не хотела покидать квартиру Булла. Полицейские посчитали меня опасной, вызвали бригаду. Теперь я здесь. Считаюсь сумасшедшей. Просто из-за какой-то ошибки стала тем, кем боялась стать.       Мой взгляд упал на проход в библиотеку. Кое-кто сидел в кресле, листая наверняка скучную книжку. Я узнала этого человека. Чёрная чёлка, бледная кожа, впалые щёки. Мой двоюродный брат. Эдгар. Он ведь... Умер?       Испытывая любопытство, я вошла внутрь, отрывая ладонь от стены. Из-за этого стала слегка раскачиваться, словно вот-вот потеряю равновесие. Мелкими шагами направилась к мальчику. Он даже не обратил внимание, не поднял голову.       — Эдгар?       На меня сверкнули яркие глаза из-под чёлки. Закончив листать книгу, мальчик закрыл её и уложил на колени.       — Шелли? — таким же удивлённым голосом выдаёт он.       Я поняла, что не могу долго стоять на ногах. Завалилась в кресло по соседству, не спуская взгляда с Эдгара.       — Что ты здесь делаешь?       — А ты?       Вопросом на вопрос. Я нахмурилась. Не хочется первой говорить, из-за чего меня засунули сюда.       — Меня обвинили в убийстве, — призналась я. — Это неправда. Я никого не трогала.       Эдгар изучал меня, словно пытался понять, действительно ли я смахиваю на убийцу. Разве я могу такой быть?!       — Для обвинений нужен повод, — твёрдо произнёс он. — Не думаю, что на этот случай их не было.       Я нахмурилась ещё сильнее, потрепала волосы. Никак не хочу с этим соглашаться.       — А ты? Ты почему здесь находишься?       Эдгар шумно вздохнул, взял книгу за край и отправил на полку неподалёку.       — Хотел учинить суицид. Мне... бес померещился.       Снова эти бесы. Ну почему, почему они существуют?! Хотя, кто мне сейчас поверит...       — Сказал, чтобы я тоже им стал, — продолжил Эдгар. — Ну и попробовал...       Далее он скучающим взглядом уставился в окно, подперев щёку кулаком.       — А ты веришь в бесов? — спросила я.       — Конечно, верю. Не зря же один из них ко мне явился.       Между нами застыла тишина. Я смотрела себе в колени, переваривала. Значит Эдгар, как и я, имел дело с бесами. Они довели его до суицида.       — Люди нас не поймут, — невесело хихикнула я, одаривая взглядом свои ноги.       — Не поймут. Никогда не поймут.