Четвёртый

Солнце ещё только собиралось выбраться из-за верхушек мрачных сосен, а я уже сидела в почти пустой столовой, торопливо запивая горячим чаем омлет из яиц гевейка. План был прост и гениален: встать раньше всех, позавтракать первой и раствориться в академии до того, как парни вообще подумают меня искать. Чтобы всё выглядело естественно. Не «Риа нас избегает», а «Риа просто очень ответственная и рано начала учебный день». Так даже звучало убедительнее в моей голове. Я уже почти чувствовала вкус маленькой, но важной победы, подходя к выходу из столовой. Ещё пара шагов — и я на свободе. Дверь передо мной распахнулась, впуская внутрь три высоких, слишком хорошо знакомых силуэта. — Доброе утро, Сокровище, — первым опомнился Норт, его фиолетовые глаза мгновенно нашли меня в полумраке слабо освещённой по утрам столовой. На его лице расцвела тёплая, обескураживающая улыбка. — Ты сегодня ранняя пташка. Как твой аппетит? Мой план разлетелся в прах с громким, незримым треском. Я застыла, словно пойманная на месте преступления. — Нормально, — пробормотала я, стараясь проскользнуть мимо них боком. — Я… на лекцию спешу. Первая пара у Кроули, он не любит опозданий. Я почти побежала по коридору, чувствуя на спине их взгляды. Они не шли за мной. Они просто стояли и смотрели, уверенные в том, что я никуда не денусь. Эта уверенность злила больше всего.

***

Лекции прошли в туманной дымке. Я механически записывала руны, но мысли вихрем крутились вокруг одного: куда спрятаться? Библиотека. Да, конечно. Горы фолиантов, полумрак тишины, сотни укромных уголков. Идеальное место.

***

Спустя час я уже пробиралась между высокими стеллажами в дальнем зале, посвящённом древним некротическим культам. Пахло пылью, пергаментом и покоем. Идеально. — Опа! Кого я вижу! Я вздрогнула, обернувшись. Из-за поворота появился Дан, держа в руках стопку потрёпанных томов. Его рыжие волосы были взъерошены, а на лице играла знакомая беззаботная улыбка. — Риа! Ищешь что-то конкретное или просто скрываешься от сурового мира? — он подмигнул. — Ищу… материал по энергетическим каналам умертвий, — быстро сообразила я. — В пятом ряду, слева, синий фолиант с серебряными застёжками, — не моргнув глазом, выдал он. — Там лучший трактат. А ещё здесь чертовски холодно и скучно. Не задерживайся слишком долго, а то заледенеешь. И… э-э-э… Норт тебя искал. Я проигнорировала последнюю фразу, поблагодарила за совет и, сделав вид, что пошла к пятому ряду, выскользнула из зала, как только Дан скрылся за стеллажами. Идеальное убежище пало — придётся спешно искать другое.

***

Склеп. Глубоко под землёй, в царстве вечного холода и тишины. Там точно никого не будет. Особенно в час, когда все нормальные некроманты либо на занятиях, либо на тренировках, либо учат материал, сидя в комнатах. Спуск по скользким каменным ступеням заставил меня содрогнуться. Влажный холод пробирался сквозь платье. В слабом свете магических бра виднелись ряды каменных плит и саркофагов. И… знакомый скрип железа. В дальнем углу, в луже тусклого света, стоял Эдвин. Перед ним на коленях застыл его орк-умертвие Культяпка. Воин что-то вправлял в громадную плечевую кость нежити, его движения были точными и сосредоточенными. Он услышал мои шаги и, не оборачиваясь, произнёс: — Здесь опасно, Риа. Духи не любят непрошеных гостей. — Я… я просто хотела посмотреть, — слабо солгала я. — Посмотрела, — он наконец обернулся. В его глазах не было ни удивления, ни укора. Только привычная суровая ясность. — Возвращайся наверх. И не заставляй себя искать. Лес сегодня неспокоен. Мне стало не по себе. Как будто он читал мои мысли. Я молча кивнула и почти бегом бросилась обратно к ступеням. Холод склепа теперь казался ничтожным по сравнению с ледяным чувством, что меня ведут по заранее расчерченному лабиринту.

***

Вены Некроса. Грохочущее сердце академии, где по каменным жилам струились потоки грубой магической энергии. Шум здесь стоял такой, что заглушал бы любые мысли. Идеальное место, чтобы исчезнуть. Я прокралась по узкому уступу над бурлящим потоком изумрудной энергии. Искры щипали кожу. И тут, в самом эпицентре хаоса, я увидела его. Норт. Он стоял на небольшой платформе посреди потока, его руки описывали в воздухе сложные узоры. Вокруг него клубилась тёмная аура, поглощающая всплески энергии. Он тренировался. Совершенствовал свои навыки обращения с огнём, которые появились у него после пробуждения в его крови Тёмного лорда. Он заметил меня мгновенно, как будто ждал. Магический поток утих, а вместе с ним и грохот. Воцарилась звенящая тишина. — Риа, — его голос прозвучал мягко, но отчётливо, преодолевая расстояние. — Я почти закончил. Подожди меня наверху, в моей комнате. Хорошо? Его тон не предлагал выбора. Это было не предложение, не просьба. Вопрос «Хорошо?» был риторическим. Это был, фактически, приказ. — Хорошо, — выдавила я, сделав своё лицо послушным и покорным полотном. Я видела, как в его глазах промелькнуло удовлетворение. Он повернулся, чтобы завершить ритуал, уверенный, что я сделаю именно так, как он сказал. И я побежала. Не к его комнате. Не в библиотеку. Не в склеп. Я бежала прочь от каменных стен, от магических светильников, от взглядов и уверенных в своей правоте улыбок. Я бежала в единственное место, где, как мне казалось, они не рискнут пойти за мной, или хотя бы не найдут сразу. В Мёртвый лес, опоясывающий Некрос плотной, мрачной стеной.

***

Воздух под кронами сосен был ледяным и густым, как суп. Сумерки сгущались, превращая знакомые тропинки в лабиринт пугающих теней. Я шла, не разбирая дороги, глубже и глубже, просто чтобы увеличить расстояние между собой и академией. Усталость и озноб давили на плечи, но страх перед иглой гнал вперёд. Тишину нарушил хруст веток. Не одиночный. Множественный. Сухой, частый, как будто ломают старые кости. Я обернулась. Из-за деревьев, в полутьме, замигали точки кроваво-красного света. Сначала одна пара. Потом другая. Третья. Их становилось больше. Они приближались, выходя на лунную полянку. Гоблины. Вернее, то, что от них осталось. Их кожа была синевато-серой, обтягивающей кости, движения — рывками, неестественно резкими. Но самыми ужасными были глаза — не тусклые огоньки послушной нежити, а полные немой, дикой ярости алые угли. Изменённая нежить. Я не стала думать. Не стала оценивать силы. Инстинкт, отточенный на полигоне Эдвином, кричал одно: БЕГИ! Я рванула с места, сбивая ни в чем не повинный низкорослый куст. За спиной раздался скрежет и тяжёлое, хриплое дыхание. Они были быстрее, чем обычные зомби. Я слышала, как их когтистые лапы рвут мох и хвою позади. Паника сдавила горло. Я вылетела на другую поляну и врезалась во что-то твёрдое и незыблемое, как скала. Отшатнувшись, я подняла голову. Передо мной, закутанный в чёрный плащ, который, казалось, впитывал самый свет, стоял лорд Гаэр-аш. Его лицо, бледное и бесстрастное, как маска, было повёрнуто ко мне. В глазах, холодных и проницательных, как зимнее небо, не было ни тени удивления. — Адептка Каро, — его голос был тихим, но резал тишину, как лезвие. — Объясни своё присутствие здесь после отбоя. Мёртвый лес ночью — не место для прогулок неопытных второкурсниц. Я открыла рот, чтобы что-то выдумать, но в этот момент из чащи на поляну вывалилась та самая стая. Красные глаза ярко вспыхнули в темноте, увидев добычу. Они издавали низкое, пугающее урчание, и приготовились к прыжку. Лорд Гаэр-аш даже голову не повернул. Он лишь слегка приподнял руку, пальцы сложились в элегантный, небрежный жест. И что-то прошептал. Не громко. Не угрожающе. С абсолютной, не терпящей возражений властью. И всё. Красный свет в глазницах гоблинов погас, будто выдутый ветром. Они замерли на месте, а потом, как подкошенные, рухнули на землю грудой безвредных костей и плоти. Тишина вернулась, теперь уже абсолютная, давящая. Ректор медленно опустил руку и снова посмотрел на меня. Его взгляд теперь был тяжёлым, оценивающим. — Ты бежишь, Риаллин, — констатировал он. Не вопрос. Констатация. — От чего? Что-то во мне надломилось. Может, от усталости. Может, от только что пережитого ужаса. Может, от этой ледяной, безжалостной проницательности. — От них, — выдохнула я, и голос мой предательски задрожал. — От… от лечения. Я не хочу… Я не могу… чтобы они меня снова держали и… — Я не смогла договорить. Слёзы, которых я так стыдилась, подступили к глазам. Гаэр-аш молча смотрел на меня. Казалось, целую вечность. Потом он коротко, без всякого выражения, кивнул. — Глупость, — произнёс он. Но не с презрением. С констатацией ещё одного неоспоримого факта, вроде «вода мокрая» или «ночь тёмная». — Страх — роскошь для сильных. Для слабых — смертный приговор. Твоя боязнь заставила тебя выбрать между иглой некроманта-целителя и клыками одичавшей нежити. Ты сделала идиотский выбор. Он шагнул ко мне. Я невольно отпрянула, но он лишь положил ладонь мне на голову. Прикосновение было неожиданно… не холодным. Тяжёлым, как свинец. И в нём не было ни капли утешения, какое всегда было в объятиях Норта. — Лечение необходимо, — сказал он с той же металлической интонацией. — Болезнь ослабляет. Слабость ведёт к гибели. В этом лесу. В этой академии. В этой жизни. Твой страх — ещё одна болезнь. Но лечить её будешь потом. Сейчас — лечи тело. Он убрал руку и повернулся. — Идём. Это не было предложением. Это был приказ самой академии, облечённый в плоть и кровь. И я пошла. Не потому что сдалась. А потому что поняла: Гаэр-аш только что показал мне разницу между «неприятно» и «смертельно». И заставил выбрать. Он вёл меня обратно к стенам Некроса прямым, знакомым мне путём. Мы не обменялись больше ни словом. Он привёл меня прямо к двери комнаты Норта в мужском общежитии, постучал костяшками пальцев и, не дожидаясь ответа, открыл её. В комнате были все трое. Норт, Эдвин, Дан. Их лица отражали смесь беспокойства, облегчения и начинающегося раздражения. Увидев ректора, они замерли. — Ваша адептка, — произнёс Гаэр-аш, слегка подтолкнув меня вперёд. Его взгляд скользнул по Норту. — Завершите лечение. А потом займитесь её головой. В ней завелись опасные глупости. Он развернулся и ушёл, не закрывая за собой дверь, оставив меня стоять посреди комнаты под тяжёлыми взглядами трёх человек, которые, как я теперь понимала, были не просто моими друзьями или женихом. Они были стенами моей новой реальности. И сегодня я в очередной раз больно об них ударилась. — Риа, Скоровище моё, — первым опомнился Норт, подошёл и обнял меня. — Где ты была? Мы тебя потеряли. Я же просил тебя идти в мою комнату, почему ты не пошла? Хлюпнула носом, но ничего не ответила, и в глаза никого из ребят не смотрела, ковыряя носком пол. — Риаллин, серьезно, ты ещё присвистывать начни, — засмеялся Дан. — Просто тебя все видели, но никто не знал, куда ты ушла, — серьёзно сказал Эдвин. — И мы с ног сбились тебя искать. Едва заметно кивнула, никак не комментируя услышанное. Норт глубоко вздохнул, потрепав меня по плечу. — Дан, встань у двери, — распорядился он. — Риа, ложись на колени Эдвина. Дан подпёр дверь спиной. Эдвин молча взял меня за руку, подвёл к кровати, сел, широко расставив колени, и выжидающе посмотрел на меня. Я больше не сопротивлялась. Молча легла на колени Эдвина животом вниз. Внутри меня что-то сломалось и перегорело: все мои попытки избежать неизбежного с треском провалились. Бежать — бесполезно, прятаться — бесполезно. Всё бессмысленно, я беспомощна перед ними троими. Внезапно я поняла, что Эдвин ведёт себя иначе, чем обычно. Не было стальных объятий, не было надавливаний на поясницу, ломающих все мысли о побеге. Были только лёгкие утешающие поглаживания по спине. Я подняла голову на Дана. В его глазах плескалось сочувствие. Видимо, парни поняли, что я сломалась. Подошёл Норт, задрал подол моей юбки, немного спустил бельё, обработал кожу и воткнул шприц. Я не пискнула и не шелохнулась — мне было всё равно. Возможно, ректор наложил на меня стазис или проклятие «Холод» — я не знала. Но эмоций в данный момент я не испытывала вообще. Бельё и юбка вернулись на место, Эдвин поднял меня и поставил на ноги. — Риа, ты как? — раздался голос Норта. Я молча направилась к выходу. Говорить что-либо не хотелось. Дан отшатнулся от двери и распахнул объятия — видимо, для уже ставших привычными обнимашек после укола. Увернулась из его рук, покинула комнату Норта и направилась к себе. Меня никто не догонял.