Глава 2. Горечь свободы

Набравшись смелости, Лилит выпрямила спину и с вызовом посмотрела в небо. Кулаки её сжались, она закусила губу почти до крови, но в тот момент она выглядела непоколебимой. Казалось, что такой решимости не сможет противостоять даже Бог. — Бог, я зову тебя! Этот крик пронёсся по Эдему. Адам выбежал откуда-то из леса и устремился к жене. Но не успел он добежать до неё, как перед ними в вышине возник Бог. — Здравствуй, дочь моя! Почему ты позвала меня? Ком поступил к горлу Лилит, но воля помогла ей заговорить: — Я не хочу быть женой Адама! От этих слов замерли все животные, солнце скрылось за облаками, утих ветер, птицы прекратили свое пение. От противоестественной тишины у Лилит пробежали мурашки по коже. Адам вжался в землю, желая провалиться сквозь неё. Ему казалось, что всё это страшный сон. Он никогда не видел и не слышал, чтобы Бог кого-то наказывал, но на подкорке у него будто было выжжено огнём: «Не зли Его». — Лилит! Что ты делаешь? — сказал Адам, с трудом добежав до жены и взяв её за руку, которую она тут же отдернула. — Лилит, успокойся! — Я хочу перестать быть зависимой от Адама! — говорила Лилит, делая вид, что мужчины здесь нет. — Бог, прошу тебя, сделай так, чтобы мы перестали быть мужем и женой. Бог нахмурился — Лилит на секунду пожалела, что сказала все эти страшные слова. Она перестала стоять прямо. Сгорбившись и боясь посмотреть Богу в глаза, Лилит побледнела. Ещё больше побледнел Адам. –Ты же понимаешь, что я буду вынужден изгнать тебя из Эдема? –молвил Бог. — Я согласна на всё что угодно! Спина Лилит снова выпрямилась. — Ты не понимаешь, на какие страдания обрекаешь себя, — пытался её образумить Бог. — Подумай лучше. Ты действительно хочешь променять любящего мужа и Эдем на жизнь на земле? Там нет райских гущей, обилия еды, животных, которые во всем тебе послушны. — Я хочу сама решать, как мне жить, меня не пугают трудности! — кричала Лилит. Адам же в это время чувствовал, что забыл все слова на свете. Он хотел вмешаться, защитить жену, но не мог даже примерно придумать, что следует говорить. — Неужели ты готова оставить Адама одного? Ты не любишь его? — произнес Бог. Лилит посмотрела в сторону Адама и увидела перед собой не самоуверенного, наглого мужчину, каким она его привыкла считать, а печального, бледного, испуганного мужа, который не хотел такой участи для своей женщины. Лилит чуть не сказала тогда, что любит его, но гордость ей не позволила. — Я не… — Вдох и выдох. — Я… не… люблю Адама! Адам стал смертельно бледным и упал на колени. Лилит еле сдержалась, чтобы не подбежать к нему. — Чего же тебе не доставало? — тихо, почти не слышно сказал Адам. По щеке Лилит пробежала слеза. — Свободы, Адам. Мне не хватало свободы. — Где я не позволял тебе быть свободной? — Он поднялся. — Я лишь просил тебя следовать клятве, которую ты дала Богу. — И я её нарушаю, прося свободы. — Нет, Лилит! — Адам схватил её за плечи и начал трясти. — Ты не можешь! Не покидай меня! Скажи Ему, что отрекаешься от своих слов. — Я ни за что так не скажу… Всё это время Бог хмурился, но тут лицо его расслабилось. — Хорошо, Лилит, — начал он. — Ты больше не жена Адама, но я не изгоняю тебя, дав тебе шанс на исправление. Ты остаёшься в Эдеме, но больше не подчиняешься ни мне, ни Адаму. В то же мгновение с Лилит как будто бы спали цепи и кандалы. Тело стало легче, грудь задышала свободно, в ногах появилась прежде невиданная сила. Лилит смотрела на свои руки и думала: «Это мои руки, это моё тело!» Она будто стала более дерзкой, смелой, грубой, появилась жадность к самопознанию, желание самостоятельно строить свою жизнь, мечтать, достигать, преодолевать. Пока жена упивалась свободой, по щекам Адама бежали слезы, но жена этого не замечала, её ноги тут же помчались как можно дальше. Адам остался наедине с болью, разрывающей грудь. Из головы не уходило слово «одиночество». Он теперь ничей муж, ничья вторая половина, теперь он будто бы обломок от чего-то большего, и этим большим был для него брак. Адам не мог понять, что он сделал не так. Первый человек судорожно обдумывал каждый свой шаг и не мог найти ничего настолько ужасного, что могло бы сподвигнуть Лилит пойти на такой страшный поступок. Пойти против Бога! О таком даже думать страшно! И Адам даже не знал, что такое возможно. Бог сочувствующе смотрел на Свое творение. — Не бойся, Адам, я не оставлю Своего сына в одиночестве, — начал Господь. — У тебя появится новый друг, более верный, твоя плоть от плоти. — «Мне не нужен никто, кроме Лилит», — хотелось сказать Адаму. Он вытирал слезы, но они текли снова и снова. Бог исчез. Адам разрыдался, животные кинулись его успокаивать, но ему не было до них дела. — Лилит! Вернись! — разнесся по Эдему отчаянный крик. Тем временем Лилит резвилась на цветочном поле, кружилась в танце вместе с бабочками. После отказа от неё Бога ее душа переменилась, но этого Лилит ещё не могла до конца осознать. Она звала Люцифера, радостно выкрикивая его имя. — Я здесь! — раздался радостный голос в небе. — Люцифер! Я стала свободной! Ангел спустился на землю, с тревогой смотря на Лилит, чего та не ожидала. — Почему ты не рад? — немного поникла женщина. — Я рад за тебя, но странно, что Бог так легко позволил тебе отречься от Адама. Лилит погрузилась в думы. — Может, Бог не настолько жесток, чтобы жестоко карать за непослушание? — Я не знаю. Ты первая, кто Его ослушался, но средь ангелов принято считать, что он жестокий правитель, карающий за малейший промах, но добрый с теми, кто Ему послушен. — Мне кажется, ты тоже можешь попросить свободы. Если Он не покарал меня, то и не сделает того с тобой. Люцифер засмеялся. — Как же ты наивна. Таких, как я, целые Небеса, а вы с Адамом у него одни, он бы не стал уничтожать Свое любимое творение. — Но Он мог бы меня изгнать на землю, необязательно уничтожать меня. Тут уже задумался Люцифер. — Я всё равно считаю, что Бог не помилует меня так, как тебя. Лилит схватилась за голову: — Что же нам делать, Люцифер? Как обрести свободу? — Я не знаю выхода, но хочу верить, что это возможно. Лилит подбежала к Люциферу и крепко обняла его. Ей пришлось встать на колени, чтобы своим большим телом объять крохотное тело серафима. — Мы обязательно найдём выход. Обязательно… Обязательно… — самозабвенно повторяла Лилит. Люцифер не мог поверить, что он встретил того, кто говорит ему такое. Он вспоминал, как другие ангелы осуждали его или сторонились. Михаил и вовсе насмехался, говоря, что Люцифера давно пора изгнать из Рая: «Как лучший из серафимов опустился до такого уровня? Ты пал, Люцифер, хотя все ещё находишься на Небесах». Бог же предпочитал не говорить с ним, хотя Люцифер чувствовал, что тот следит за ним внимательнее, чем за остальными. Пока серафим думал об этом, Лилит поняла, что стоит перед ним обнажённой. Впервые она почувствовала стыд за это и принялась сжимать ноги и прятать грудь руками. Лилит не понимала, почему она должна прятать тело, но что-то подсказывало ей, что на него не следует никому смотреть. Люцифер сначала не понял, что произошло с Лилит, но когда осознал, то засмеялся и создал щелчком пальцев ей одежду — белую тогу, подобную той, что носил Бог и некоторые ангелы. — Спасибо, — сказала Лилит. — Я не знаю, почему от одежды на своём теле мне стало легче. — Теперь многое в тебе переменится. Не желая больше мучить душу Лилит, Люцифер попрощался с ней и улетел, обещая вернуться. Лилит продолжила изучать Эдем и нашла те места, которые до этого никогда не видела. Оказалось, что Эдем — это не только леса, поля и реки, но это ещё и степи, море, джунгли. Лилит дивилась, как же расширился её горизонт после отрешения от Адама. Мир — это не только ублажение мужа. Лилит уснула в степи, Адам — под тем деревом, где обычно он сближался с женой. Впервые они засыпали в одиночку. Ей снились бесконечные поля, водные просторы, небеса, в которых она летает птицей, Адаму — поцелуи с женой и её нежные руки. В восходом солнца они встали одновременно. Оба пошли к реке, одновременно умылись, взглянули на небо, потянулись и отправились бродить по Эдему. Адама встречали животные, Лилит — они сторонились. Адам начал день с езды на могучем коне, Лилит пошла собирать землянику. Пока Адам ехал, он увидел радугу, но разделить этот момент он мог разве что с конём, который послушно вез его на спине. Лилит встретила олененка. Умилившись, она хотела позвать Адама, но потом пришло горькое осознание. Олененок испугался её и убежал к матери. Оленица поспешила прочь. Лилит пыталась подпевать птицам, но они замолкали, слыша её. Когда она шла по цветочному полю, цветы посмели не поклониться ей. Лилит вырвала их с корнем, бросила на землю и растоптала. — Как же ты мне надоел, Эдем! Те же цветы мгновенно выросли на том же месте. Цокнув языком, Лилит пошла дальше. Адам тем временем сидел под своим любимым деревом и смотрел задумчиво в небо. Он думал, стоит ли найти Лилит и помириться или лучше не общаться с той, которую отверг сам Бог. Но она же его жена… Они созданы друг для друга… Как он может не пойти за ней? Адам сорвался с места и помчался, он не знал, куда следует идти, он просто бежал, надеясь, что шестое чувство приведет его к Лилит. Он потратил на поиски два часа, но он этого даже не осознавал: для того, кто любим Богом, времени не существует. Для Лилит же время существовало, и этот день длился для неё мучительно долго. Она думала о том, что была бы рада, если бы Адам нашёл её, ей так не хватало общения. Лилит звала Люцифера, но он не отзывался. Адам искал жену до ночи, но так и не встретился с ней. Он просил животных ему помочь — те отказывались помогать в поисках брошенной Богом женщины. Адам звал самого Бога, но Тот молчал. Выбившись из сил, Адам уснул у неизвестной ему реки. Когда он уснул, Люцифер все же спустился к Лилит. Её радости не было предела. Он обнял её не только руками, но и крыльями. — Как живётся тебе на свободе? — спросил Люцифер. — Я не знаю… — Лилит перебирала пальцами. — Я была изначально рада ей, но она не приносит мне счастья. Я не узнаю саму себя. Я стала другой… Я начала испытывать одиночество, злость. Этот день тянулся безумно долго, ничего меня не радует и не восхищает. Хочется какой-то деятельности, а не пустого наслаждения. — Ты прямо как я, Лилит. Люцифер смотрел на неё с нежностью. Увидев, как Люцифер был прекрасен тогда, Лилит мгновенно перестала жалеть, что ослушалась Бога. Адам снова стал казаться ей никем по сравнению с прекрасным серафимом. Лилит почувствовала, что её восприятие Люцифера изменилось. Если раньше её интересовала только его божественная красота, то теперь стала интересовать и телесность. Лилит хотелось соприкоснуться с ним губами, спуститься ниже к шее, снять эту белоснежную одежду. Вот бы их пальцы сплелись, вот бы почувствовать его дыхание на своей коже, ощутить его тепло. «Люцифер сложен так же по-мужски, как Адам?» Лилит не могла сопротивляться этим мыслям, в эту же секунду её лицо было прямо напротив его лица. Люцифер смотрел на неё непонимающе, а она — на него с желанием. Первая женщина поцеловала серафима. До этого она уже много раз целовала Адама, но этот поцелуй не был похож на все предыдущие. Он был полностью её желанием. Не ради кого-то, а ради самой себя. С Адамом её пульс так не учащался, дыхание так не сбивалось, с ним всё было так блаженно, она полностью растворялась в нем, позволяя делать с собой все что угодно. Адам вызывал спокойное удовольствие, без тумана в голове. Люцифер вызвал страсть. Люцифер не до конца понимал, что происходит, но поцелуи точно приносили удовольствие. Однако его ощущения и ощущения Лилит различались. Ангелов не интересует телесность. Если у Лилит помутился рассудок, то Люцифер мыслил здраво. Его мысли были о собственной дерзости. Как это богохульно — целовать ту, что предназначена другому самим Всевышним.