34 глава. Что-то в кладовке

      — Эй, Адам!       Адам, зайдя в свой класс, напряг зрение и увидел, что ему со второй парты машет мальчишка с выбритыми звёздочками на тёмно-рыжих волосах.       — Е-е-е, Тревис, братан! — Адам, подражая старшеклассникам, подошёл к другу и шибанул ему «пять» с такой силой, что тот чуть со стула не свалился.       — Чё как? — Тревис пафосно распахнул мультитул, попавшийся ему в чупа-чупсе, и разлёгся на парте.       — Соседке подарили щенка и мне дали с ним поиграть. Она такая классная! Мэйси зовут.       — Я тоже просил собаку на Рождество, но папа говорит, что нам уже хватает суки в семье, — Тревис усмехнулся и пожал плечами. Обычно, как было и в случае Адама, и в случае ещё доброй четверти класса, из семьи со скандалом уходил отец, но у Тревиса это была мать, — поэтому я попросил электрогитару.       — А мне мини-квадрик подарят, — с переднего ряда к ребятам обернулся Харрис, — это типа компенсация, что у меня в марте сестра родится и на меня все забьют, — и родители Харриса, и он сам, отличались циничностью, и почему-то это очень нравилось девочкам, что делало его самым крутым пацаном в классе, — но компенсация так себе. Эта мелкая получит не только всё внимание, но и самый крутой в мире год рождения!       В этом январе наступал двухтысячный, и это был первый в истории раз, когда всех жителей штата Новый год интересовал намного больше Рождества. Все радовались и строили даже более грандиозные планы, чем обычно, а Адаму почему-то было очень страшно.       Дверь класса хлопнула и все затихли.       — Здравствуйте, ребята! Сегодня мы будем осваивать рисование в векторной графике, — мистер Мюррей глазами пересчитывал учеников. Что удивительно — все были на месте, — садитесь за компьютеры по двое, открывайте Paint it.       Тревис и Адам, конечно же, сели вместе, вот только если обычно они всегда дрались за мышку, сегодня Адам сдался без боя. Тревису нравилось рисовать компьютерные каракули, но за друга он беспокоился.       — А ты чего так нервничаешь? — спросил он, и Адам даже не стал отрицать, — Не кисни! Папа сказал, что отведёт нас с тобой в Плывисосиску в субботу! А потом мы сможем сколько захотим играть в сегу у нас дома!       Адама уже начало потряхивать, и не спасала даже мысль о заветной закусочной и том, что вечером ему снова дадут поиграть с Мейси.       — Нашей земле пойдёт третья тысяча!       — В смысле третья? — не понял Тревис, — вторая! Двухтысячный!       — Нет же! Ей будет ровно две тысячи лет и третья тысяча пойдёт!       — Ребята, не отвлекайтесь, — попросил мистер Мюррей, негромко постучав пальцем по столу, — через пять минут буду проверять, как вы справились.       В следующем году начиналось новое тысячелетие, и Адам по этому поводу нервничал больше, чем положено было десятилетнему мальчику. Такое значимое событие просто не могло оставить свой след на старушке-земле, и Адам уверен был, что ничего уже не будет как раньше, но и не успевал надышаться старой жизнью из-за нервов. Мистер Мюррей говорил, что случится большой компьютерный коллапс, какая-то сумасшедшая бабка из дома через дорогу орала про конец света, а сам Адам почему-то подозревал, что вероятнее всего случится нашествие разумных машин, пришельцев или чего-то такого. Машины точно были злыми и бездушными, и, что самое страшное, Тревис искренне смеялся над той самой серией VeggieTales, где робот генерировал случайные слова как ответ на шутку. Пришельцы только замутили что-то интересное, но пугающее, но никто, кроме самого Адама, не относился к ним положительно.       Тревис ничего не понял, но, кажется, посочувствовал, и как-то за то время, что Адам продолжал без слов объяснять, закончился урок.       — Адам, у тебя всё в порядке? — остановил его мистер Мюррей, когда тот выходил из класса. Что было уникальным случаем — последним.       С одной стороны, мистер Мюррей был просто учителем, который слышит очень, очень много детского бреда в день, и точно скажет, что опасения Адама тоже к нему относятся.       — Да, да… — растерялся мальчик, — вообще-то… Вообще-то нет, но беспокоиться не о чем!       С другой стороны, кто, как не странный учитель информатики в очках как у маньяка мог что-то знать об НЛО и катастрофе третьей тысячи?       — Просто… Я думаю… В смысле чувствую… В смысле боюсь… — Адам пытался подобрать такие слова, чтобы его не назвали глупым и наивным, но мистер Мюррей только понимающе кивал, — что уйдёт эпоха, и у меня больше не будет ничего, что я люблю: ни мультиков, ни хлопьев, ни классных игрушек, ни неприличной музыки, которую слушает старший кузен Тревиса… У меня ощущение, что какие-то… Инопланетяне всех подменят, когда наступит двухтысячный, — он смущённо почесал затылок, — Или… Что-то такое.       — От нас всегда ускользает какая-то эпоха, когды мы вырастаем, — учитель задумчиво покачал головой, — И до этого тебе ещё далеко, так что я понимаю, почему ты к этому не готов и переживаешь, — Адам вдруг посмотрел на рюкзак мистера Мюррея. На нём висел странный синий брелок из полупрозрачного пластика с красным крестом внутри, и отчего-то от взгляда на него мурашки по спине бежали, — но, уверяю тебя, нет никаких злых инопланетян. А если они и есть — их технологии точно не страшнее, скажем, аппарата МРТ, иначе бы нас уже давно захватили.       Мистер Мюррей заметил, видимо, зная об эффекте брелка.       — Адам, я думаю, тебе пора. Тебя ждут друзья, — он кивнул на выглядывающих из-за шкафчиков в коридоре Тревиса, Харриса и Венди, и убрал рюкзак под стол. Но общаться, почему-то, ни с кем не хотелось. Вдруг всех уже подменили? Особенно мистера Мюррея, который точно всё знал, а теперь его клон имитировал его поведение, но не располагал объективной информацией. Как компьютер, который пытается обратиться к пустой папке… Компьютер, точно!

***

      Адам не смог выстоять очередь в библиотеку или даже придумать, под каким предлогом ему мог понадобиться выход в интернет, но не жалел, что ушёл, потому что там всё равно наверняка были доступны полтора сайта о природе Йеллоустона и важности соблюдения ПДД. И очень кстати мама собралась в гости к дедушке, и не то, чтобы Адаму не искренне нравилось домашнее печенье и игра в монополию, но самый большой плюс был в том, что у его кузины Эми был компьютер с интернетом.       — Можно? Ну пожалуйста, я тебе жвачку дам!       — Так и быть, три запроса, — у Эми была широкая не только душа, но и всё остальное, из-за чего её дразнили в школе, а потому она вполне не против была дружить с младшим братом, — не больше, а то у меня карточка скоро кончится!       — Да, спасибо… Тебя там, кажется… Э-э-э… — Адам пытался выдумать повод выпроводить сестру из её же комнаты, — кто-то звал с кухни, кажется…       — Если ты будешь искать голых, я всё дедушке скажу! — Эми всё-таки нужно было показать, что она старшая, — Я умею смотреть историю просмотров, учти.       И очень кстати её и правда позвали, и Адам как ошпаренный защёлкал по значку интернета.       Никто не искал самые загадочные вещи в лоб, значит их прятали на самом видном месте.       «нашествие пришельцев 2000 год» — набрал Адам в строке поиска.       Эми очень кстати задерживалась. Но и загрузка следовала её примеру.       Наконец поисковик прогрузил список страниц. Оставалось два клика, и надо было выбирать с умом, куда нажать. Первая была ссылкой на какую-то массачусетскую библиотеку, вторая и третья — форумами с обсуждениями фильмов для нёрдов, а четвёртая — вообще была пустой.       Решив даже не листать дальше, Адам выбрал пустую. А вдруг?       Пустая страница была совершенно пустой, но на ней в левом верхнем углу самым простым шрифтом красным и синим цветом были написали какие-то случайные на вид цифры. Наверное, эти числа не могли быть ничем, кроме координат. Адам подсчитал количество символов — сходилось, если ноль — это вместо точки.       Оставался один клик. Очевидно, его надо было потратить на карты. И вбить туда что-то, наверное, было отдельным кликом, но он же делал что-то очень важное, поэтому не считается, да?       Скопировав цифры, Адам нажал на энтер и принялся ждать, с напряженным лицом откинувшись на спинку компьютерного кресла. Что бы там не выпало и куда бы оно не вело, нужно было всё срочно рассказать Тревису, и оставалось только надеяться, что это место было не слишком далеко, и им не придётся ждать до совершеннолетия, чтобы поехать в какой-нибудь Пакистан или в Сибирь.       Адам уже десять минут сидел, ожидая, когда прогрузятся карты. Потихоньку… По кусочку… По полосочке…       — Бинго!!! — Адам обрадованно замахал руками и крутанулся на стуле, когда увидел на приоткрывшейся карте… Их с Тревисом любимый продуктовый магазин, вход в который могли найти только самые смелые и внимательные. Карта грузилась, грузилась и грузилась, а Адам держал кулачки, уставившись в экран.       — Давай, давай, давай… — наконец-то точка проявилась, и это было где-то, судя по пустоте вокруг, в кукурузном поле, куда ему не разрешала ходить мама, потому что там ездит тяжёлая техника.       Надо срочно показать Тревису! Принт скрин, и…       — Эми!!! — позвал Адам для галочки, уже выбирая курсором принтер, — ты же не обидишься, если я потрачу последний лист распечатать?

***

      — Чего? Медицинский центр? — Тревис расстроенно наморщил нос, нервно покручивая грипсу. Та была липкая от того, что велосипед весь год стоял на солнце, и противно покрыта песком, который никак не стряхивался, а на песке под ногами были кем-то начерчены какие-то странные кресты. Они с Адамом вообще часто гонялись тут на великах, представляя, что это кроссовые мотоциклы. Настолько часто, что никак не могли пропустить, как за полем успело появиться огромное белое здание странной округлой формы.       — Это точно здесь, я всё точно распечатал. Правда, на карте пусто было… — он прислонил ладонь козырьком ко лбу и огляделся. Тяжёлой техники не видно, все уже собирались домой на ужин, — но может просто не прогрузилось! И вообще, — он подъехал к другу вплотную и достал из кармана распечатку, — вот, смотри, тут дорога, по которой школьный автобус ездит, а тут наш магаз, а тут на углу…       Вдруг совсем рядом раздался звук мотоциклетного мотора и мимо них не слишком быстро проехала какая-то девушка в розово-зелёном шлеме.       — Лохушка!!! — выкрикнул вдруг Тревис и, не успел Адам заметить, кинул камень мотоциклистке вслед.       — Ты чего? А если попадёшь в неё, она разобьётся и твоему бате скажут?!       Тревис фыркнул и отмахнулся от друга.       — Нет, мне что, ещё порадоваться за неё? У неё есть, а у нас нет!       — Она взрослая! Какое нам дело до неё? Вырастем, пойдём летом подрабатывать и купим себе по байку.       Чем дольше Адам смотрел на белые стены здания напротив, которого там, казалось, никогда не было, тем меньше верил сам себе.       — Там за шлемом не видно. Ро-зо-вым… Фу-у-у! — Тревис продолжал разгонять тему, пристально наблюдая, как пытается разгоняться вдалеке девушка на байке, — ты видел, какая Нэнси за этот год здоровая вымахала? И этой вполне может быть лет двенадцать! Из здания доносилось какое-то странное низкое лязганье, обычно не свойственное больницам. Скорее заводу, или какой-нибудь стройке, но ясно было слышно, будто стучали изнутри по стенам.       — Это за тобой! — издевательски захохотал Адам, запрыгнул на велик и помчал по следу от колёс мотоцикла в сторону медицинского центра.       — Эй!!!       Ребята гнали так, будто это странное здание и правда могло исчезнуть, если неудачно одновременно моргнуть.       — Пошли посмотрим! — Адам тоже слез с велика и кивнул на больницу.       — Да чего там смотреть? Это точно тупо какая-то реклама! «Сделайте у нас вашим детям прививку от коклюша, иначе их украдут инопланетяне».       — Ты что, зассал?       — Я?!       Тревиса было очень легко взять на слабо и они подошли прямо к входной двери, оставив велосипеды у первой ступеньки. Дверь была стеклянной, и ребята бы в неё врезались, если бы не наклеенные на них красный и синий кружки и крестами противоположных цветов внутри. В больнице горел свет и ходили люди, все — персонал, судя по халатам.       — Никто не запрещает нам зайти внутрь, — Адам не знал, что конкретно они ищут, но был полон решимости, — Может у меня мама медсестра!       — Да ну, а если вопросы задавать начнут? Давай лучше в туалет попросимся.       — Тревис, блин, какой туалет, тут поле и никого народу!       — А мы приличные! — в грязной полосатой кофте, разодранной на локтях, при том, что ещё на той неделе она выглядела новой, Тревис выглядел как что-то, что прямо противоположно образу приличного мальчика.       — Ага, конечно!       Когда ребята, закончив переговариваться, снова посмотрели через стекло, они заметили, что все медсёстры и санитары неподвижно застыли и немигающим взглядом смотрят прямо на них.       Свет внутри как-то потускнел и принял какой-то странный зеленоватый оттенок, и в какой-то им в глаза ударило светом от мощного прожектора.             — А-а-а!!! — завопил Адам.       — Бежим!!! — его схватил за руку Тревис, они, путаясь в ногах, побежали вниз со ступенек и запрыгнули на велики.       — Налево! — крикнул Адам, сворачивая прямо в кукурузу. Оборачиваться было страшно, но луч света, кажется, следил за ними, и уже только на противоположном конце поля.       — Что это было?! — Тревис еле дышал, — Что… Что за хреновину ты нарыл?       Посмотрев назад, ребята увидели, что никакой хреновины на поле уже не было.

***

      Адам уже получил выговор от мамы за грязные кроссовки, поел макароны и готовился спать.       «Куда могло деться целое огромное здание? — думал Адам, пытаясь переварить случившееся за сегодня, — и откуда оно могло появиться? Я точно не спал, Тревис точно был со мной и точно видел, — над его кроватью вместе с плакатом Истории игрушек и Скуби-ду теперь была приклеена уже успевшая помяться чёрно-белая карта с ярким красным крестом, обозначающим медицинский центр, — и что там были за странные кресты на песке, их явно не та девочка с мотиком нарисовала, — он взял фонарик и принялся от скуки светить в потолок, свободной рукой показывая смешные жесты, — и как вот так просто я нашёл те координаты? И почему они оказали недалеко от дома? И почему именно я? Больше похоже на то, что мне кто-то это нарочно подкидывает, но я понимаю, где искать дальше, — фонарик внезапно погас и Адам остался в темноте. Батарейки сели, — вот бы мне хоть кто-то дал знак!       Не успел Адам подумать, как в кладовке что-то грохнулось. Он испугался и вскочил на ноги.       — Кто здесь?! — спросил он, и хотел было включить свет, как вдруг из-под двери показалось холодное зеленоватое свечение.       — Адам… Адам… — доносилось из кладовки. Свет то гас, то становился ярче, то перебивался лунным из окна.       Адам стоял и не мог даже пошевелиться, но ясно понимал, что нашёл, что искал. Или, скорее, оно нашло его, и теперь было не довольно, что он обо всём догадался.       — Адам, тебя к телефону! — позвала мама.       — Бегу!!! — Адам даже рад был, что появился предлог больше не пялиться на страшную дверь, рванулся в коридор и на лету подхватил у мамы трубку, — Алло?       В коридоре было светло, тепло и ничего не стучало.       — Адам, это я! — по ту сторону телефонной линии страшно шуршало, но, если постараться, можно было различить голос Тревиса.       — Ты видел новую серию охотников за привидениями?       Тревис молчал и всхлипывал. Адама начало колоть откровенно пугающим ощущением, что, что бы не случилось сейчас у Тревиса — всё было ещё намного, намного хуже.       — Какие охотники? — плакал Тревис. Адам едва держал трубку и в ужасе пялился в стенку, — У меня больше телека нет! — он будто это уже слышал, — И ничего нет! И Плывисосиски в субботу не будет, — или вовсе переживал сам, — Я тебе от бабушки звоню, у нас дом сгорел!