Глава 23

Ноа ​замолчала, ​а ​затем ​сочувственно ​похлопала ​её ​по ​плечу. ​ ​— ​Бедняжка, ​бедняжка... ​ ​Гризельда ​прищурила ​глаза. ​ ​— ​Я ​не ​знаю, ​о ​чём ​ты ​говоришь, ​но ​мне ​кажется, ​что ​ты ​меня ​оскорбляешь... ​ ​Ноа ​отвернулась. ​ ​— ​Что? ​Я? ​Пфф, ​о ​чём ​ты ​говоришь? ​ ​Он ​махнул ​рукой, ​отмахиваясь, ​и ​сменил ​тему. ​ ​— ​Ну? ​У ​тебя ​есть ​причина, ​по ​которой ​я ​должен ​уйти? ​ ​— ​Я ​не ​знаю, ​как ​тебе ​это ​доказать, ​но ​я ​относительно ​уверена, ​что ​они ​дадут ​тебе ​хотя ​бы ​что-то, ​что ​может ​тебе ​пригодиться, ​— ​объяснила ​Гризельда. ​Если ​она ​не ​сможет ​убедить ​Ноа ​присоединиться ​к ​Ватикану, ​то ​хотя ​бы ​будет ​полезно ​произвести ​хорошее ​первое ​впечатление. ​ ​Она ​была ​уверена, ​что ​Ватикан ​будет ​рад ​поддерживать ​хорошие ​отношения ​с ​человеком, ​который ​в ​наше ​время ​может ​стать ​святым, ​даже ​если ​Ноа ​был ​довольно... ​вульгарным? ​ ​Ноа ​на ​несколько ​секунд ​прищурился, ​задумавшись, ​а ​затем ​сдался. ​ ​— ​Ладно. ​Но ​если ​я ​не ​получу ​ничего, ​что ​хочу, ​я ​хочу ​от ​тебя ​5000 ​долларов ​наличными. ​ ​Гризельда ​замерла. ​Это ​были ​все ​её ​сбережения... ​Она ​покачала ​головой, ​отгоняя ​такие ​мысли. ​Колебания ​означали ​поражение. ​Церковь ​не ​могла ​не ​дать ​Ноа ​ничего ​за ​убийство ​Бродячего ​Дьявола, ​так ​что ​её ​деньги ​были ​в ​безопасности. ​ ​Она ​кивнула ​в ​знак ​согласия. ​ ​— ​Я ​тоже ​иду? ​— ​спросила ​Лавиния. ​ ​Ноа ​недоверчиво ​посмотрел ​на ​Лавинию, ​как ​будто ​он ​не ​расслышал. ​ ​— ​Конечно. ​Зачем ​мне ​ехать ​так ​далеко ​и ​даже ​убивать ​эту ​ведьму, ​если ​я ​собирался ​бросить ​тебя? ​Это ​было ​бы ​пустой ​тратой ​моей ​искренности. ​ ​Возможно, ​она ​чувствовала ​себя ​немного ​обделённой. ​ ​Лавиния ​вздохнула ​с ​облегчением. ​ ​— ​Ведьма? ​— ​встряла ​Гризельда. ​ ​— ​Хм? ​А, ​не ​так ​давно ​в ​мою ​хижину ​пришла ​ведьма, ​чтобы ​похитить ​Лавинию, ​и ​я ​убил ​её, ​— ​кратко ​объяснил ​Ноа. ​ ​Гризельда ​почувствовала, ​что ​это ​было ​слишком ​кратко. ​Ноа ​пожал ​плечами, ​он ​не ​против ​поделиться, ​но ​должен ​был ​учитывать ​точку ​зрения ​Лавинии, ​ведь ​ведьма ​охотилась ​за ​ней, ​а ​не ​за ​ним. ​ ​К ​несчастью ​для ​Гризельды, ​Лавиния, ​похоже, ​не ​хотела ​ей ​рассказывать, ​то ​ли ​из ​соображений ​безопасности, ​то ​ли ​из ​ревности ​— ​только ​она ​одна ​знала. ​ ​Единственная ​группа ​магов, ​которых ​Лавиния ​могла ​назвать ​с ​ходу ​и ​которые ​назывались ​ведьмами, ​— ​это ​четверо ​лучших ​магов ​из ​Магов ​Страны ​Оз, ​которые ​откололись ​от ​организации ​магов ​Грауцауберер. ​К ​сожалению, ​это ​было ​всё, ​что ​она ​знала. ​Может ​быть, ​она ​сможет ​найти ​время, ​чтобы ​посмотреть, ​когда ​в ​следующий ​раз ​будет ​в ​Ватикане. ​ ​Но ​читая... ​ ​— ​Так ​ты ​согласна? ​ ​Ноа ​медленно ​кивнула, ​Гризельда ​улыбнулась ​в ​ответ. ​ ​— ​Хорошо. ​ ​— ​Тогда ​я ​пойду ​спать, ​— ​сказала ​Ноа, ​медленно ​закрывая ​дверь. ​ ​Гризельда ​слегка ​поклонилась. ​ ​— ​Спокойной ​ночи. ​ ​— ​Спокойной ​ночи! ​— ​повторила ​Лавиния. ​ ​— ​Да, ​да, ​спокойной ​ночи. ​ ​*************** ​ ​Как ​обычно, ​Лавиния ​проснулась ​относительно ​рано ​и, ​глядя ​в ​окно, ​увидела, ​что ​погода ​резко ​улучшилась: ​небо ​было ​голубым, ​и ​лучи ​солнца ​пробивались ​через ​окна. ​ ​Что, ​погода ​что, ​биполярная ​или ​что? ​ ​Она ​огляделась ​в ​поисках ​Гризельды, ​которая ​уступила ​ей ​свою ​кровать, ​сказав, ​что ​во ​время ​миссий ​привыкла ​спать ​сидя. ​ ​Через ​что ​она ​только ​прошла? ​ ​Комната ​была ​пуста, ​Гризельды ​нигде ​не ​было ​видно. ​ ​Она ​потерла ​глаза, ​убедившись, ​что ​видит ​правильно. ​ ​Она ​уже ​ушла? ​ ​Она ​быстро ​встала ​с ​кровати ​и ​пошла ​в ​комнату ​Ноа, ​надеясь, ​что ​он ​ещё ​там. ​Хотя ​Ноа ​вчера ​сказал ​ей, ​что ​не ​бросит ​её, ​травма ​от ​того, ​что ​её ​выгнали ​из ​дома ​родственников, ​ещё ​была ​свежа ​в ​её ​памяти. ​ ​Может, ​она ​даже ​сможет ​посмотреть, ​как ​он ​спит. ​ ​Открыв ​дверь ​Ноа ​как ​можно ​тише, ​она ​наткнулась ​на ​Гризельду, ​наблюдавшую ​за ​спящим ​Ноа. ​ ​...Она ​что, ​сумасшедшая? ​ ​Гризельда ​резко ​обернулась, ​почувствовав, ​что ​Лавиния ​бесшумно ​вошла ​в ​комнату. ​ ​Они ​обменялись ​взглядами, ​стараясь ​не ​разбудить ​Ноа. ​ ​— ​Мразь, ​— ​Лавиния ​посмотрела ​на ​неё ​свысока. ​ ​ ​— ​Это ​недоразумение! ​— ​лицо ​Гризельды ​померкло. ​Она ​зашла ​сюда, ​чтобы ​посмотреть, ​не ​проснулся ​ли ​он, ​но ​нечаянно ​задержалась, ​наблюдая ​за ​спящим ​Ноа. ​ ​— ​Ты ​уверена? ​— ​Лавиния ​подняла ​бровь, ​скептически ​глядя ​на ​Гризельду. ​ ​— ​Ну... ​— ​Гризельда ​выглядела ​виноватой. ​Но ​как ​это ​могла ​быть ​её ​вина? ​Это ​было ​как ​предложить ​воду ​умирающему ​от ​жажды. ​Для ​девушки, ​вступающей ​в ​половое ​созревание, ​было ​бы ​более ​необычно ​не ​заглянуть ​на ​него. ​ ​Но ​поскольку ​её ​поймали, ​она ​оказалась ​в ​морально ​невыгодном ​положении. ​Однако ​она ​поняла ​кое-что. ​ ​Подождите. ​Почему ​Лавиния ​пыталась ​войти ​в ​эту ​комнату ​тихо, ​если ​не ​хотела ​разбудить ​Ноа? ​ ​— ​Тогда ​зачем ​ты ​вошла ​тихо? ​ ​Это ​заставило ​Лавинию ​замяться. ​ ​— ​... ​ ​Теперь ​Гризельда ​могла ​с ​презрением ​посмотреть ​на ​неё, ​а ​затем ​странно ​посмотреть ​на ​Ноа. ​Какой ​грешный ​человек... ​ ​Ноа ​бы ​возразил, ​если ​бы ​мог. ​Как ​он ​мог ​кого-то ​соблазнить? ​Он ​даже ​не ​проснулся!