История 6. Мы нигде не перерождались, но всё равно любимы друг другом. Часть 3

      — И всё же. Что случилось у вас с Эйсом? — спустя неделю после того вечера в доме Вердейнов спросил Сабо, глядя на валяющуюся на поверх одеяла Лиа. Та выглядела донельзя правильно в его домашней футболке с забавной рожицей на груди.       — Если пообещаешь, что не сдашь меня, — ответила девушка и похлопала на место рядом с собой. Сабо послушно прилёг, и Лиа тут же положила голову ему на грудь, а обнажённую ногу закинула на бёдра.       — Это произошло два года назад, когда мы с ребятами только-только вернулись в Форкс, — начала она свой рассказ. — Эйс тогда ещё не обратился, но я сразу почувствовала в нём волка. Да и, если честно, он был до ужаса похож на своего отца, так что не узнать его я не могла.       — Ты знала Роджера? — удивился Сабо.       — Ага. Он очень хорошо общался с Шанксом, а я уже по инерции дружила с ним, — кивнула Лиа. — Роджер говорил, что если бы мы пили что-то помимо крови, то обязательно стали бы ему потрясающими собутыльниками.       Сабо засмеялся и крепче прижал к себе девушку, вдыхая потрясающий запах её волос. Он мало знал о Роджере, только то, что тот скончался незадолго до рождения Эйса. Гарп иногда рассказывал о старом друге и их соперничестве в молодости, но это происходило очень редко.       — Я расстроилась, когда узнала, что Роджер умер, — продолжила Лиа. — Человеческий век короток, и порой я об этом совершенно забываю. — Сабо так и подмывало спросить, а расстроится ли девушка, если он умрёт, но сдержал этот неуместный порыв. — Эйс очень похож на Роджера, особенно своей безрассудностью. Однажды она заведёт его в ту точку, из которой не выбраться. Вернее, выбраться, но исключительно на тот свет. Я хочу оградить его от этого.       Лианора говорила так, будто точно точно знала, о чём речь, и от этого у Сабо перехватило дыхание. Внутри всколыхнулся страх.       — Ты… видишь будущее? — спросил он.       — Что? Нет, — посмеялась девушка, и у Сабо прошли приятные мурашки по телу. — Просто Эйс слишком уж похож на Роджера. Да и… по нему сразу понятно, что он неугомонный, мстительный и нереальный тугодум. Уверена, что в одной из параллельных вселенных он годами не замечал, как сильно важен окружающим, а понял это только перед самой смертью, когда полторы тысячи человек вступили в войну только чтобы спасти его тупую задницу. — Что-то в тоне девушке подсказывало Сабо, что она сейчас совершенно не выдумывала. Она знала это наверняка. — Зная, что из него может вырасти и чем всё это обернётся, я ещё при нашей первой встрече рассказала ему о том, какие порядки заведены в тюрьмах и какое у него там будет погоняло. Почему-то Эйсу не понравилось быть «Конопатой крошкой» и подставлять свою задницу каждому желающему, и он накричал на меня и с тех пор не особо жалует.       — Что, думаешь его бы прям… Ну… — замялся Сабо, не зная, как реагировать на вероятность ареста (а судя по словам Лиа ранее, то и смерти) брата.       — Пустили бы по кругу? — не постеснялась в выражениях Лиа. Сабо кивнул. — Будь он таким, как два года назад, то определённо да. Стал бы грязной шлюшкой, отвечаю. А сейчас, — она довольно усмехнулась, — сейчас он сам кого хочет на колени поставит. Особенно после того, как прочёл «Сто язвительных ответов, чтобы одержать верх в любом споре». Так что не ссы, всё с Эйсом хорошо будет. Мы о нём позаботимся.       Сабо улыбнулся и крепче прижал к себе девушку. Ему нравилось это «мы» и нравилось, что с Эйсом всё будет хорошо.

***

      — Мне всё ещё не нравится, что ты водишься с ней, — заявил Портгас, когда Мерседес Лианоры остановился у дома Монки и Сабо вышел на улицу.       — Что ж, это уже не моя проблема, — простодушно заявил Сабо. — Между прочим, Лиа спасла нас. Меня — от машины. Тебя — от судьбы Конопатой крошки.       Лицо Эйса перекосило от шока, а потом он совсем уж по-звериному зарычал, глядя на вышедшую из машины довольную Лианору.       — Ты рассказала ему! — воскликнул Портгас.       — У меня нет секретов от своего парня, — развела руками девушка.       — Ну тогда всё, я запрещаю вам общаться! — Заявление вышло довольно слабым, особенно учитывая то, что Эйс не имел никакой власти, чтобы запрещать что-то Сабо и уж тем более Лиа.       Девушка вздохнула:       — Эйс, милый, ты как ни старайся, но в первоисточнике Белла выбрала Эдварда, а не Джейкоба.       — Это ты сейчас к чему? — не понял парень, подрастеряв весь боевой настрой.       — К тому, что тебе в любом случае ничего не светит. Ты — волк-одиночка, ауф, мазафака.

***

      От знакомства с Шанксом Сабо ожидал чего угодно, но только не громкого смеха, дружеского похлопывания по плечу и пожелания удачи справиться с «этим невозможным ребёнком». В тот момент парень думал только о двух вещах. Во-первых, его, кажется, приняли. А во-вторых, Шанкс был невероятно старым, если трёхсотлетняя Лианора была для него «ребёнком».       — Чем же она такая невозможная? — поинтересовался он, стоя чуть в сторонке рядом с мужчиной и наблюдая за тем, как Лиа и Ута собирали вещи для завтрашней игры в бейсбол с друзьями Шанкса.       — А она не рассказывала? — удивился он. Сабо покачал головой. — Ну, через год после своего обращения она совершенно случайно устроила революцию в родной стране и свергла тамошнего короля — и это было лет за пятьдесят до того, как до чего-то подобного додумались французы, заметь! А потом она так же случайно разрушила королевство Венера, соседствующее с Софией, где правили родственники её бывшего жениха-кронпринца.       Сабо моргнул, не веря своим ушам. Как можно было случайно устроить две революции и уничтожить две страны?       А Шанкс, довольно усмехнувшись, продолжил:       — А потом она заставила одну из двадцати самых аристократичных семей во всём мире признать себя их любимой родственницей, прогнула их вековую волю под свои взгляды и интересы и отжала ради них кусок чужой земли. А затем ещё и заключила мирный договор с их природными врагами — оборотнями.       Парень был удивлён, но, пожалуй, не слишком: подобное было очень даже в духе Лиа.

***

      Конечно же, Сабо не мог не поинтересоваться у Лиа, что это ещё за история с революцией, двадцатью самыми аристократичными семьями и откуда взялся захват чужих земель. Девушка даже не была удивлена подобному интересу: явно чего-то такого ожидала. Даже на Шанкса за длинный язык особо не ругалась, лишь крысой подзаборной обозвала — и всё. А учитывая, что это всё же была Лиа, то такое обзывательство было подобно наивысшему комплименту. Круче только услышать «псина сутулая» в свой адрес — что Эйс постоянно и делал.       — Ну, — вздохнула девушка, проводя пальцем по груди Сабо (они вновь валялись в её постели), история с революцией на самом деле довольно скучная. После обращения я какое-то время тусовалась на корабле Шанкса. И вот однажды мы просто вернулись в Европу, катались туда-сюда, он нехотя познакомил меня с дядюшкой и дедушкой, меня вроде как даже приняли в семью, но сказали пройти что-то типа теста и дали работёнку по успокоению парочки новообращённых, они в Восточной Европе промышляли. Ну мы с Бенном — мировой мужик, кстати — туда и отправились, и совершенно случайно меня по пути признала бывшая горничная, доложила братцу, тот примчался на мои поиски. Я сбежала, а потом всё немного закрутилось и завертелось, и я оказалась во дворце Софии с отрубленной головой кронпринца на руках.       Сабо моргнул. Он прямо физически почувствовал, как в смущённом «всё немного закрутилось и завертелось» скрывается целая история из невероятных совпадений и сюжетных поворотов, которые привели Лиа в финальную точку.       — И ты не расскажешь, что же именно там произошло, что привело тебя во дворец? — уточнил Сабо. Девушка неловко отвела взгляд.       — Ну… Оказалось, что теми вампирами, которых мне приказали убить, были бывшие слуги при дворе. Их обратили, и двое сбежали, а третий остался верен кронпринцу. Мы с Бенном отправились убить его, а он к тому моменту уже обратил кронпринца и моего старшего брата. Драка вышла… лютой, — она чуть запнулась, подбирая подходящее слово. — Разнесли весь дворец и главную площадь, потом ещё пытались подстроить всё под какой-нибудь взрыв. Нам ещё повезло, что люди тогда были пизда какие набожные, так что мы подкупили священников и заставили их пиздеть о том, что боженька лично покарал охуевших правителей. Сейчас такая херня не прокатила бы, пришлось бы свалить всё на газ или секс-ЛГБТ-инструкторов из НАТО.       — Что? — не понял Сабо.       — Этот мем ещё не появился на свет, всему своё время, — отмахнулась Лиа. — В общем. Суть в том, что в тот год вся эта ситуация была одним большим совпадением.       — А вторая революция в Венере?       — А там просто припёрся старший брат… — вздохнула девушка. — Наши с ним встречи всегда заканчиваются чем-то подобным. Поэтому лет сто назад я и сбежала на другой континент, прихватив Зрано с Дрейком.       Сабо задумчиво замычал. Этот старший братец, кем бы он ни был, был одержимым уродом. Парень понял это ещё когда Лиа рассказывала о нём в первый раз, но никак не ожидал, что тот тоже окажется вампиром. А это значило только одно: если он собирался быть с Лианорой всю оставшуюся жизнь (а он собирался), то ему придётся научиться противостоять её кровному врагу.       Что ж. Он был совсем не против.

***

      В бейсбол Шанкс со своими друзьями, среди которых Сабо узнал Ясоппа, недавно обращённого в вампира отца Усоппа, играл в горах во время грозы, чтобы раскаты грома заглушали весь шум. Судил матч Дрейк, тем временем как Лиа и Сабо оставались в рядах зрителей. Девушка не особо была увлечена игрой, поскольку спорт в любом его проявлении был далёк от неё, а вот Сабо смотрел, раскрыв рот. Теперь-то он понимал, зачем им нужна была гроза.       — И ты можешь так же? — тихо спросил он, краем глаза глядя на девушку.       — Да, но смысла не вижу. Вся эта игра мускулами — не моё, — поморщилась она. — А вот Уте с Дрейком и Зрано нравится.       Внезапно Шанкс замер, оборачиваясь к кромке леса, и мяч оказался пропущен. Все тут же насторожились. В мгновение ока тринадцать вампиров превратились в опасных хищников, почуявших неладное. Сабо, единственный человек в их компании, растерялся, и Лиа закрыла его собой. Одно парень понял сразу же: к ним приблизился чужак, и, судя по всему, тоже вампир.       — Прошу прощения, не хотел напугать, — раздался мужской голос, и из-за дерева вышел молодой парень. Он был так же бледен, как и остальные вампиры, а его глаза горели двумя красными рубинами. Он поднял руки вверх, как бы показывая, что безоружен и не собирается нападать. — Я просто посыльный. Мне сказали передать письмо госпоже Лианоре.       Вперёд вышел Шанкс и протянул руку. Парень если и хотел возразить, то заткнулся под тяжёлым взглядом и молча отдал конверт, а затем, попрощавшись, поспешил уйти, да так быстро, что Сабо едва разглядел его силуэт. Только после этого Шанкс отдал послание Лианоре.       — Старомодненько. От кого это? — спросила она, разворачивая бумажку. Стоило ей прочесть первые строки, как она в мгновение ока замерла, становясь похожей на каменную статую.       — Лиа? — позвала Ута. Сабо, движимый любопытством, заглянул девушке через плечо.       «О, моя милая Лиа!       Мы не виделись уже более пятидесяти лет, и разлука была подобно муке. Я думал о тебе каждый день. Будь я человеком, меня бы уже давно преследовала бессонница. А что насчёт тебя? Ты ведь тоже тосковала по мне? Хотя можешь не отвечать: я знаю, что нет. Веселишься с этим человеком, улыбаешься ему так, как должна улыбаться только мне, любезничаешь с ним, обнимаешься. Это уже не просто интерес к закуске, верно? А ведь он твой певец. Сколько же в тебе силы воли, что ты до сих пор его не съела, моя милая Лиа?       Знаешь, я немного изучил этого твоего Сабо. Забавный человечек, но жалкий. Такой, как он, недостоин даже быть пылью на твоей обуви. Но раз он тебе так дорог, то предлагаю обмен: я не натравлю на него и его милую семейку оборотней армию новорождённых, а ты станешь моей — всё, как и положено.       Жду твоего решения, моя любовь».       Сабо глянул на Лианору, но на той лица не было. Письмо было написано так, будто его автором был безнадёжно влюблённый и тоскующий человек. Вот только было в этих строчках что-то пугающее, похожее на мерзкую одержимость.       Наконец, Лиа выдохнула, и голос её предательски дрогнул:       — Это Леонар.       Зрано и Дрейк, зарычав подобно диким зверям, мгновенно сорвались с места, преследуя незнакомца, который всего минуту назад ошивался поблизости. Ута вскрикнула, прижав руки ко рту. Шанкс нахмурился.       — Как он нас нашёл? — спросила Ута. Голос её был тихим, но все на огромном поле услышали его. Ответа не последовало, но Шанкс и Бенн — его близкий друг — переглянулись и кивнули друг другу.       — Кто такой Леонар? Что происходит? — не понял Сабо.       — Мой старший брат, — ответила Лиа, поджимая губы. По телу парня прошла дрожь. Прежде он не слышал его имени, но даже не знай он о его поступков, одной интонации девушки было достаточно, чтобы понять, какое одержимое существо прибыло в Форкс. — И, боюсь, из-за меня ты и твоя семья в опасности.       — Ну что ж, — вздохнул Шанкс, зачёсывая алые пряди назад. — Думаю, пазл наконец-то сложился.       — О чём ты? — не поняла Лиа. Шанкс вновь вздохнул — совсем уж человеческая привычка.       — Мы не просто так приехали сюда. Братец передал, что в районе Сиэтла начало появляться всё больше новообращённых, которые не умеют контролировать себя. Горосеи решили, что кто-то создаёт армию. И, кажется, мы теперь знаем кто и зачем. — Он ткнул в письмо, а Сабо вспомнил, что Гарп уже не единожды упоминал о странных пропажах в Сиэтле и панике, творившейся в полицейских участках.       Каким-то образом его романтическая новелла превратилась в… Сабо даже не знал, во что. Криминальный триллер? Мистический ужастик? Фильм про серийников? Во всяком случае, кто бы ни был автором его истории, массовые убийства и вампирские разборки в большой город было фиговой идеей.

***

      Приход Шанкса в дом Монки Эйс и Луффи явно представляли иначе. В их фантазиях это была бы вечеринка или ужин за большим столом, но на деле всё оказалось иначе. Он вошёл вместе с Лиа и Сабо, когда на часах ещё не было пяти вечера, и вид его был до ужаса хмурый — настолько, что даже улыбчивый Луффи понял, что что-то не так.       Хватило двадцати минут, чтобы объяснить происходящее. Гарп был в гневе, но ещё больше злился Эйс.       — Так и знал, что от тебя ничего хорошего не жди! — прошипел он, складывая руки на груди. — Только решил, что ты более-менее нормальная, а тут твой сумасшедший братик!       — Эй! Это не моя вина, что он ебанутый! — возразила девушка. Портгас в ответ поджал губы, а потом неожиданно потребовал:       — Тогда дай мне кровосмесительную клятву, что из-за твоих семейных разборок Сабо не пострадает!       Лианора вылупилась на него во все глаза, не веря собственным ушам. Сабо показалось, что он что-то попутал, но, судя по реакции окружающих, он всё верно услышал.       — Э-э-э… Боюсь, ты для этого должен быть мне братом. А мне, знаешь ли, и Леонара хватает. Я против инцеста.       Эйс растерялся:       — Чего? Не… Постой… — тут до него дошло. — Извращенка! Я про то, что ты типа должна порезать руку, потом я режу руку, и мы делаем клятву!       — Мне кажется, кровосмешение по-другому проявляется, — едва сдержал смех Шанкс.       — Думаешь?.. — моргнул Портгас, так и не поняв, в чём был весь замес.       — Да. Я тебе потом покажу на примере Таргариенов, — кивнула Лиа. — А, стоп… Ты ж книги не читаешь… И сериал ещё не вышел… Ёпрст, Эйс! Ну какого хрена ты такой тупой?       — Да ты охуела! — взорвался парень.

***

      Было решено следующее: всю семью Монки перевезут в особняк Вердейнов для защиты. О переезде в другой город или даже страну не могло быть и речи: здесь оставалась резервация, и Леонар в приступе гнева вполне мог захотеть уничтожить её.       Поначалу Эйс сопротивлялся идее кратковременного переезда, но мощный удар Кулаком Любви от Гарпа заставил его передумать.       Их разместили в одной комнате на втором этаже — всех, кроме Сабо, его поселили у Лиа. Девушка поднялась к нему спустя несколько часов и легла рядом. Сабо тут же обнял её и прижал к себе. Она, как и обычно, была холодной.       — Зрано и Дрейк только вернулись. Они отследили, куда сбежал тот посыльный. Ночью мы разберёмся с Леонаром и его армией раз и навсегда. Он не причинит вреда ни тебе, ни твоей семье.       — А если это ловушка? — Сабо не был идиотом и, в отличие от Эйса, не собирался бросаться в бой, когда знал, что будет лишь обузой — Зрано и Дрейк уже успели доходчиво ему это объяснить.       — Именно поэтому с вами останутся Ута, Снейк и Ру, — кивнула девушка, а затем прикрыла глаза. — Ты такой тёплый. Я так… люблю тебя.       У Сабо чуть сердце не остановилось. До этого они ни разу не признавались в своих чувствах. Говорили, что нравятся друг другу, проводили вместе время, целовались и даже спали, но никогда не говорили о любви.       — Я тоже тебя люблю, — шепнул он. Губы мазнули ему по шее, и по телу пробежала толпа мурашек.       — Ах! Львица влюбилась в барашка, — притворно охнула Лианора.       — Глупый барашек, — пожал плечами Сабо. Девушка в его руках на секунду застыла как каменное изваяние, а потом мелко задрожала от едва сдерживаемого смеха:       — А львица — просто мазохистка, — заявила она и расхохоталась. Сабо причину такой реакции не понял, но улыбнулся и крепче прижал девушку к себе.       И тут он вспомнил кое-что важное:       — Почему Леонар назвал меня твоим «певцом»? Что это значит?       — Фу! Не произноси это проклятое имя в нашей постели! — скривилась Лиа, но, поняв, что Сабо серьёзно, вздохнула совсем как Шанкс — видимо, его привычка перешла к ней за столько лет — и объяснила: — Каждый человек пахнет по-разному. Но иногда происходит такое, что для определённого вампира определённый человек пахнет совсем уж по-особенному. Вкусно. Маняще. Просто неповторимо. — Она поглубже втянула воздух и чуть ли не замурлыкала.       — Получается, в тот день в классе биологии… — понял парень, припоминая их разговор на поляне.       — Да, — согласилась она. — Я почувствовала твой запах и мне как крышу снесло. Я с трудом досидела до конца урока, но все мои мысли были о том, как сильно мне хотелось вцепиться тебе в шею и выпить всё до последней капли. Всё же певцы — очень редкое явление, а я не то, чтобы дала ёбу, чтоб морить себя диетой из крови животных. — Сабо сглотнул, но не от страха, а от представшей перед мысленным взором картины. И, чёрт возьми, она была до умопомрачения горяча. Лиа хихикнула: — Считай, что ты — мой личный сорт героина.       — Я бы не сопротивлялся. Ни тогда, ни сейчас, — признался он ей на ухо, ощущая себя полнейшим глупцом. Девушка застонала, её руки скользнули по его крепкой груди. — Но сейчас ты держишь себя в руках.       — Немного привыкла, — угукнула она. — Хотя после таких твоих заявлений… Знаешь ли, я умею сосать не только кровь, — заговорщически прошептала она. Сабо почувствовал, что краснеет. Ох, если бы только дом не был полон вампиров и оборотней!..

***

      К драке готовились… Если честно, то практически и не готовились. Вся команда Шанкса, кроме недавно обращённого Ясоппа, умела противостоять армиям новорождённых вампиров — они занимались этим десятилетиями. У Лиа опыт тоже был огромным: как-никак провела на службе у Горосеев целый век. Зрано и Дрейк, обученные ещё в армии в бытность людьми, неплохо дрались. Самыми неподготовленными оказались Ута и оборотни в лице Эйса, Гарпа и присоединившегося Трафальгара Ло.       Наблюдая за тем, как за час до выхода и битвы Лиа поучительным даёт всем четверым инструкции (Эйс в этот момент забавно кривился), Сабо не мог не спросить у ошивающегося поблизости Бенна:       — Шанкс сказал, что вас прислали Горосеи. И Лиа их как-то упоминала. Кто это такие?       — Интересно, да? — понятливо усмехнулся мужчина. Сабо согласно угукнул. — Ну, так как рано или поздно ты точно станешь одним из нас, — он кивнул в сторону Лианоры, как бы намекая, что с ней иных вариантов развития, как, например, сохранение своей человеческой сущности, даже не предвидится, — то тебе будет полезно знать, кто же такая эта твоя зазноба.       — Я всё слышу! — раздался окрик Лиа. Она повернула к ним голову, но в её взгляде не было ни капли злости.       — Ну так заткни уши, — посоветовал ей Бенн, а после вновь обратился к Сабо. — Так вот, эта твоя зазноба — далеко не последний вампир. — А затем, вздохнув (явно подхватил столь человеческую привычку у Шанкса), пояснил: — Есть древняя легенда о том, как появились вампиры. Якобы когда-то давно существовал дьявол, самый первый вампир, и который веками обращал людей, тщательно выбирая достойнейших из достойнейших. Так он избрал восемнадцать человек, сделав их подобными себе, а сам стал девятнадцатым. Их прозвали Тенрьюбито. Некоторые при жизни были одиноки и создали свои семьи вампиров, что-то типа кланов как у Шанкса и Лиа. У других уже была родня, и Тенрьюбито попросту обращали их — так, например, произошло с Шанксом. Его отец был избран, когда Шанксу был всего год, вампиром он стал в двадцать пять. — Сабо глянул на веселящегося у камина мужчину, которому доставляло особое удовольствие смотреть на то, как Лиа помыкала Эйсом. Если так подумать, то Шанкс действительно выглядел на эти самые двадцать пять. — Не могу, правда, сказать, что прям все девятнадцать семей такие благородные и здравомыслящие, какими должны были бы быть. Уродцы есть и среди них, и их, к сожалению, большинство. — Сабо кивнул. Он на примере своей семьи знал, какими мерзкими становятся люди, когда у них появляется власть. А Бенн продолжил: — Среди всех этих девятнадцати семей особенно выделяются пять. Их называют Горосеями — хотя Лиа почему-то зовёт их Вольтури с АлиЭкспресса — и они управляют всей вампирской общиной. Именно они разработали многочисленные правила, законы и нормы, которым мы подчиняемся.       — А какое наказание за нарушение? — заинтересовался Сабо. Что можно отнять у неуязвимого существа, живущего веками? Деньги? Дом? Еду?       — Смерть. Отец Шанкса и дед Лиа является главой карательного отряда, называемого Божьими Рыцарями. Именно там Лиа прослужила сто лет. Божьи Рыцари состоят исключительно из членов семей Тенрьюбито, и постороннему туда попасть очень уж тяжело.       — Но вы попали, — подметил парень.       — Не совсем, — качнул головой Бенн. — Мы не входим в число Божьих Рыцарей, хотя Шанкс когда-то был помощником командира. Мы, скорее, свободная группа, которая просто перемещается по миру и живёт свою жизнь, изредка помогая Горосеям за какую-нибудь небольшую награду или ради какой-то выгоды, личной и не очень. Сейчас вот, например, наша выгода — это освобождение Лиа от её брата. — Мужчина невесело усмехнулся. — Он триста лет отравлял ей жизнь, пора бы его прикончить.       Сабо в ответ промолчал.       — Кстати, — внезапно ехидным тоном заговорил Бенн, и вся напряжённая атмосфера между ними пропала, будто её никогда и не было. — Однажды один Тенрьюбито захотел жениться на нашей Лиа. Так она обвела его вокруг пальца, отобрала все земли, а в конце повела под суд, где его казнили. Так что у нас теперь не девятнадцать благородных семей, а восемнадцать.

***

      Как и ожидалось, Леонар решил устроить ловушку: пока остальные ушли в Сиэтл, несколько новорождённых проникли на территорию дома Вердейнов и встретили сопротивление в лице трёх вампиров и трёх волков. Луффи тоже рвался в бой, желая помочь, брату дедушке и другу, но был остановлен Сабо: им там не место — не до тех пор, пока Луффи не обернётся волком, а Сабо — вампиром.       Через минут двадцать все крики и шум стихли, а затем дверь в гараж, где скрывались братья, отворилась. На пороге оказалась Ута, а позади неё… Шанкс. Вернее, кто-то, кто выглядел как Шанкс, но с длинными волосами и пронзительно-ледяным взглядом. Впрочем, Луффи это не остановило, и он бросился к незнакомцу в объятия. Тот, брезгливо поморщившись, отпихнул от себя парня.       — Чудесно, — пробормотал мужчина, и его голос сочился сарказмом. — Сперва люди, теперь оборотни. Что дальше?       — Не ворчи, — хихикнула Ута. — Это Шэмрок, он старший брат Шанкса и наш дядя. А это Луффи, он внук Гарпа, и Сабо, он…       — Парень Лианоры, я в курсе, — цокнул мужчина, и взгляд его стал ещё холоднее. Он оценивал Сабо, и ему явно не нравилось то, что он видел. — Зная Лиа, могло бы быть и хуже. Ты же не рэпер, я надеюсь?       — Нет? — удивился Сабо. — И приятно познакомиться.       Ответом ему была тишина. Шэмроку явно не было приятно.

***

      Приход вампиров и оборотней Сабо услышал издалека: Лиа и Эйс слишком уж громко ругались, пока Шанкс и Ута смеялись над ними. От звука родных голосов внутри расплылось спокойствие. Раз все такие весёлые, то битва окончилась победой.       Луффи, Сабо, Шэмрок, Ута, Снейк и Ру высыпали на улицу. Заметив их, Лиа вскрикнула и спряталась за спину Шанкса.       — Это так ты рада меня видеть? — хмыкнул Шэмрок, скрещивая руки на груди.       — Рада! — раздался голос девушки из-за спины мужчины. — Просто Сабо не должен видеть меня такой грязной.       — Я думал, он любит твою грязь, — хмыкнул Эйс, показательно зажимая нос.       — У нас всё сложно. Он любит, когда сперва я чистая.       Шанкс засмеялся, Шэмрок закатил глаза. Портгас, в свою очередь, поднял брови, сперва не поняв, что девушка имела ввиду, а потом резко покраснел и отскочил в сторону.       — Извращенка! — закричал он, тыча в девушку пальцем.       — Всё хорошо, Лиа, меня не волнует, грязная ты или чистая. Главное, что ты в порядке, — улыбнулся Сабо, подходя к Шанксу и раскидывая руки в стороны. Девушка слегка выглянула из-за спины мужчины, а потом весьма смело шагнула к нему, буквально вплывая в его объятия и ластясь о плечо. Она была испачкана копотью, пеплом, кровью и грязью, но даже так оставалась самой прекрасной женщиной на свете.

***

      — Твой дядя меня ненавидит, — заметил Сабо.       — Нет, он просто не считает тебя за… как бы помягче выразиться?.. — задумалась Лиа. — За кого-то большего, чем муравей под ногами.       — Ну спасибо.       — Пути дядюшки неисповедимы, — развела руками девушка.       Они вновь были на залитой солнцем поляне посреди леса. Лиа купалась в лучах солнца, и те отражались от её кожи тысячью бриллиантов.       С того дня, когда Леонар и его армия новорождённых вампиров были уничтожены, прошло несколько недель. На помощь к Шанксу и Вердейнам явился Шэмрок в компании нескольких вампиров, называющих себя Божьими Рыцарями. Сабо бы посмеялся с этого названия, но Ута предупредила, что это был древний орден, берущий своё начало минимум в девятом веке, и Шэмрок может очень разозлиться, если говорить о нём с таким пренебрежением.       Сабо упал на мягкую траву рядом с Лиа. Весна брала своё, погода становилась всё теплее и даже дожди выпадали немного реже. Хмурый и пасмурный Форкс становился чуточку ярче.       Холодная рука девушки коснулась его собственной, и Сабо подумал о том, что мог бы провести так целую вечность.

***

      Утро вторника встретило Сабо конвертом с письмом от родной семьи. Посланию он совершенно не обрадовался: в эпоху существования электронных писем его родня активно делала вид, что живёт как аристократия из начала двадцатого века. Правда, с их позиционированием никак не вязались телефоны, которые они обновляли каждые полгода, но это, как говорил брат Сабо, Стерри, лирика. Сам Сабо считал это очередным проявлением лицемерия.       Новости родня прислала не самые приятные: они возвращаются в Форкс, но не потому, что соскучились по старшему отпрыску (ха-ха, конечно же нет!), а потому, что глава семейства, Аутлук Третий, очень хотел показать семейству Нантуканетт свои родные владения, доставшиеся ему от отца. Сабо настойчиво попросили (хотя по интонации это был скорее приказ) присутствовать на званом ужине и ни за что не позорить семью. Откровенно говоря, парень искренне не понимал, зачем ему там быть, если собственные родители его не очень жаловали, но Лиа, узнав о вечере, вдохновилась мыслью познакомиться с его роднёй.       — Ты знаешь Шанкса и Шэмрока, а я твоих — нет! Несправедливо!       — Ты знаешь мою семью — это Эйс, Луффи, Драгон и Гарп, — не согласился Сабо.       — Да, но издеваться над Эйсом уже не так весело: он дочитал «Сто язвительных ответов, чтобы одержать верх в любом споре» и теперь даже может мне ответить! Я хочу новых жертв!       Сабо не сдержался и громко рассмеялся, а потом крепко, но нежно поцеловал девушку. И как он только мог засомневаться в ней и в её намерениях? С чего вообще он решил, что она и вправду искренне захочет общаться с теми, кто отравлял ему жизнь?       Лиа была восхитительной. Сабо чувствовал, что влюбился ещё сильнее.

***

      Встреча с родственниками, конечно же, проходила в дорогущем ресторане Сиэтла, бронивать столик в котором необходимо за несколько месяцев. Массовые пропажи прекратились, город потихоньку начал успокаиваться, и отец Сабо, который, кажется, даже не смотрел недавние криминальные сводки и не знал о местных маньяках и бандах, пригласил сюда чету Нантуканетт. Та состояла из трёх человек: главы семейства Галса, его жены Миронии и их дочери Сари.       Начало вечера проходило просто отвратительно. Вернее, отвратительно для Сабо и прекрасно для всех остальных. От лицемерных улыбок и наигранных комплиментов тошнило, но приходилось натягивать на лицо улыбку и ковыряться в тарелке. Обычный зверский аппетит, когда парень мог съесть аж несколько тарелок лапши за раз, пропадал от вида очередного шедевра высокой кухни, который выглядел смехотворно мелко на фоне огромной тарелки.       — Ах! Ваша Сари такая красавица! Небось отбоя от женихов нет! — всё вещала Дидит, мать Сабо. И именно в этот момент парень понял, почему его семье было так важно похвастаться своими землями и продемонстрировать влияние. А ещё он понял, почему, несмотря на годы отвратительных взаимоотношений, они настояли на его приходе сюда. Сабо и Стерри были выставлены перед семьёй Нантуканетт как товар: кто больше понравится Сари и её родителям, того и выдадут ей для замужества.       От подобной перспективы затошнило. Захотелось прямо сейчас встать из-за стола и сбежать, но парень не мог: он обещал Лиа. А та запаздывала.       — Так значит, за вашими землями здесь присматривает старший сын, — произнёс Галс, заинтересованно глядя на Сабо.       — Все земли давно стали муниципальной собственностью, — отбил он. Мужчина в ответ рассмеялся:       — Все мы знаем, что это всего лишь формальности. Достаточно просто иметь деньги и политическое влияние, и даже целая страна станет твоей, — заявил он, и парень едва сдержался, чтобы не закатить глаза. — Если вы поженитесь, то, боюсь, жизнь в столь унылом штате может плохо сказаться на коже нашей дочери. Сари, дорогая, а ты что скажешь? Хотела бы остаться тут или предпочла бы вернуться в Европу?       Сабо аж перекорёжило. Эти люди не то, чтобы не скрывали своего отношения к их семье, но и выставляли его напоказ. В высшем обществе ценилось умение скрывать истинные мотивы и желания за маской доброжелательности и понимания, но семья Нантуканетт считала себя (и, по правде говоря, таковой и являлась) настолько выше остальных, что даже не стеснялась столь неинтеллигентно себя вести.       — Ох, папенька, сперва я бы хотела присмотреться к городу… — засмущалась Сари, бросая на Сабо игривый взгляд. Стерри рядом зло стиснул вилку в руке.       — Мне лестны ваши слова, но, боюсь, у меня уже есть невеста, — откинулся на стуле Сабо, ехидно наблюдая за тем, как лица родителей вытянулись от удивления, а Сари чуть не выронила нож. — И я очень, очень сильно люблю её.       — Сабо, — предостерегающим тоном начал отец — таким, после которого в детстве парня ждала бы порка. Которой, к слову, он никогда не боялся.       — Отец, — ответил Сабо, всем своим видом показывая, как ему плевать на чужие угрозы. Возможно, в этом поведении было слишком много бунтарства и юношеского максимализма, но парню ужасно нравился произведённый эффект.

***

      Вечер был подпорчен, и теперь в отвратительном настроении был не Сабо — он-то только начал веселиться — а все остальные. Диалог у Аутлука с Гилсом не клеился, Дидит и Мирония предпочитали отмалчиваться, Сари выглядела оскорблённой, а Стерри пытался хоть как-то разбавить гнетущую атмосферу разговорами о школе и недавней экскурсии в Ватикан на частном самолёте.       И тут на плечо Сабо опустилась женская рука, а щеки коснулись холодные губы.       — Всем кискам пис, всем пискам кис. Соррямба за опоздание, но, как учил Наруто, герой всегда опаздывает. И плевать, что главный герой сегодня не я, — весело защебетала Лианора. Развеселившийся Сабо тут же встал и пододвинул ей стул, который стащил у соседнего стола. — Итак, мальчики, девочки, дамы и джентльмены, как ваше ничего?       — Отец, мать, это моя невеста Лианора Вердейн, — представил её парень, наблюдая за тем, как нижнее веко матери начинает дёргаться, а вена на лбу отца вздулась. — Я решил, что раз уж сегодня семейная встреча, то будет правильно позвать мою будущую жену. — Кажется, Лиа от этих слов чуть ли не замурчала. Она в принципе от проявлений любви Сабо «превращалась в лужицу» (её же цитата), а подобные моменты её полностью добивали.       — Неправильно решил, — прошипел отец, опуская кулак на стол. — Кем бы ни была эта твоя девица, я требую, чтобы она удалилась отсюда по-хорошему.       — Ой! Угрозы! Так здорово! — приободрилась Лиа, ставя локти на стол и опираясь головой о руки. — Мне так давно не угрожали люди! — И в этом был двойной подтекст, который понял исключительно Сабо. Он ладонью коснулся плеча девушки, и та послала ему нежную улыбку. — Кстати! Я тут чутка подслушала ваш разговор. Так значит, вы прилетели из Европы? — Она обернулась к семье Нантуканетт. — А если не секрет, из какой страны? Я в своё время всю Европу объездила! В таких злачных и не очень местах была, что жизни не хватит обо всём рассказать!       Её энтузиазм, однако, никто не поддержал. Галс подозвал официанта и принялся яростно требовать у него что-то, Дидит и Мирония растерянно переглядывались, Сари сидела поджав губы от злости, Аутлук тяжело дышал, пытаясь пережить вспышку гнева, вызванную таким унижением, а Стерри с момента прихода Лиа не проронил ни слова: настолько он был поражён её вампирской красотой.       — Милая, боюсь, нам тут не очень-то и рады, — заметил Сабо. — Может, пойдём отсюда?       — И пропустим всё веселье? — захлопала ресницами девушка, и в её алых глазах заплясали черти. Не успел парень спросить, что же задумала его возлюбленная, как к ним подошла охрана в сопровождении того официанта, с которым ранее разговаривал Галс, и менеджера. Девушка как ни в чём не бывало помахала им рукой.       — Просим прощения, но вы слишком шумите и доставляете нашим гостям неудобства, — произнёс менеджер, обращаясь к… нет, не к Лиа, а к семье Сабо. — Мы вынуждены попросить вас удалиться.       — Что? — прохрипел Аутлук, совершенно не ожидавший такого поворота событий. — Это вот эта девка припёрлась за чужой стол! Она доставляет нам неудобства! — Мужчина аж растерял всю свою напыщенность, позволяя грубые выражения.       — Как так?! — ахнула от неожиданности Лиа и театрально вытерла несуществующую слезу. — Я, значит, организовала всё так, чтобы вас пустили сюда вне очереди, хотя бронировать здесь столик надо минимум за два месяца, уговорила своего жениха прийти на встречу, сама красиво принарядилась, подготовила несколько настольных игр для того, чтобы мы могли получше узнать друг друга и сблизиться, а вы вот так себя ведёте? Да уж, нынешняя аристократия совсем потеряла лицо! Дедушка будет в печали, если узнает!       — Мисс… — растерянно пробормотал менеджер, которого одно лишь упоминание дедушки Лианоры заставило побледнеть ещё сильнее. — Прошу, мы сейчас прогоним этих людей, и вы с вашим молодым человеком сможете сполна насладиться вечером.       — Кто хозяин этого заведения? Я не позволю, чтобы в моём городе ко мне и моим гостям так относились! — зашипел Аутлук.       — Я, — ответила Лиа, сладко улыбаясь. — И раз уж на то пошло, то этот город уже мой. Вернее, моей семьи. Хотя все мы знаем, что это всего лишь формальности. Достаточно просто иметь деньги и политическое влияние, и даже целая страна станет твоей, — процитировала она Гилса. Сабо, как и все остальные, удивлённо воззрился на девушку. — О, точно! Боюсь, мой жених не совсем верно меня представил. Меня зовут Лианора Вердейн, но это, скажем так, по матушке. По батюшке я Лианора Фигарленд.       Если даже Сабо почувствовал, как у него земля уходит из-под ног, то что же ощутили Аутлук и семья Нантуканетт? Имя Фигарлендов знали все. Они происходили из древнего аристократического рода и столетиями приумножали свой капитал, что делало их одними из богатейших людей в мире наравне с Донкихотами, Росвардами, Манмайерами, Шепердами и Риносифу.       Сабо не сдержал смешок. Его отец точно никогда не забудет этот позор. А ещё, кажется, все потомственные представители богатейших семей в мире были вампирами.

***

      Выпускной подобрался совсем уж незаметно. Со всей этой вампирской и оборотневой интригами Сабо совершенно позабыл о грядущем торжестве. Конечно, выпуск касался исключительно двенадцатых классов, но всей школе было дозволено танцевать и веселиться в этот день. Толпе неугомонных подростков дали ещё один легальный повод устроить дискотеку, и никто не собирался упускать его.       Сабо, конечно же, пошёл с Лианорой, пригласив её по всем канонам и даже отпросив её у Шанкса с Шэмроком. Первый посмотрел на него как на идиота, мол, моя дочурка достаточно взрослая, чтобы выбирать себе мужчину для сопровождения, а вот второй явно остался доволен и даже стал чуть мягче относиться к Сабо.       В спортзале во всю гремела музыка, толпа школьников неумело топталась на танцполе, некоторые парочки обнимались в фотозонах, какие-то десятиклассники разливали всем желающим пунш в красные пластиковые стаканчики. И во всей этой разношёрстной толпе Лианора сияла ещё ярче, чем прежде. Она была прекрасна в серебряном приталенном платье с длинными серьгами из натуральных камней, которые блестели в свете ламп.       — Ты так красива, — прошептал ей Сабо на самое ухо, а затем поцеловал в обнажённую шею. Девушка хихикнула.       — Стараюсь соответствовать своему просто невозможному парню, — заявила она, а после потащила его наружу, подальше от громкой музыки и духоты актового зала. — Разве не чудесный вечер? Я так рада, что встретила тебя. За эти триста лет я наконец-то чувствую себя такой… полноценной. Ощущаю себя так правильно.       — А я рад, что встретил тебя, — улыбнулся парень и нежно поцеловал её, после чего приподнял за талию и закружил в объятиях. — И я тоже ощущаю, себя невероятно правильно и полноценно. Думаю, именно это и называют судьбой.       Внезапно Лиа хихикнула. Не игриво, а так, будто подумала о чём-то невероятно весёлом и хорошим.       — Знаешь, что я тебе скажу? — спросила она.       — Что? — заинтересовался он.       — Если Вселенная бесконечна действительно       Значит, есть куча копий нашей планеты:       Где-то щас происходят те же события,       Копия меня пишет копию песни этой.       Если Вселенная бесконечна и вправду,       То прямо следует из этого факта,       Что ты точно так же ждёшь, когда я вернусь обратно       Где-то там, в глуби далёких галактик.       То есть, не ты, конечно, а твоя копия,       И не меня, а мою копию, конечно,       Если, конечно, всё это — не утопия       И Вселенная действительно бесконечна.