Глава 12. Тени будущего

Совместная работа

      — Наруто, вниз! — Сакура, схватив Узумаки за куртку, утянула его за собой, и в то же мгновение над их головами со свистом рассек воздух кунай. С дерева взлетела птица. — Эй! — возмутился Наруто, пытаясь высвободиться. — Я бы и сам увернулся! — Увернулся бы, если б заметил, — сухо заметил Саске, уже укрывшийся за соседним деревом. Какаши стоял на поляне, держа в одной руке извечный томик «Приди-Приди-Рай», а в другой — уже следующий кунай. — Неплохая реакция, Сакура, — проговорил он, не сомневаясь, что до троицы дойдут его слова. — Наруто, ты слишком много шумишь. Я слышал тебя за сто шагов.       Солнце стояло высоко, просекая листву острыми лучами, и на траве дрожали пятна света и глубокие синие тени. Ветер, лёгкий и тёплый, шевелил кроны. Сакура прислушалась и оценила ситуацию. Выпустив куртку Наруто, она поняла: погода была на их стороне, шелест можно использовать как прикрытие, если ещё и с правильной стороны подобраться — вполне можно попробовать. Харуно перевела взгляд на Наруто, который уже собирался пойти вперёд, и на спрятавшегося в тени Саске. Оставалось надеяться, что они её послушают. — План такой, — прошептала Сакура, жестом собирая мальчишек за широким стволом старого дуба. В зелёных глазах горел азарт. — Я ухожу в тень. Вы — шум, отвлекающий манёвр, ложные атаки. Цель — заставить его стоять на месте и не смотреть по сторонам. — Легко! — Наруто уже создал трёх теневых клонов, которые выглядели даже воодушевлённее него, и бросились в разные стороны. — Главное — не мешай, — Саске сорвался с места, уходя вправо, его силуэт на миг мелькнул в полосе света и тут же растворился в густой тени деревьев. Сакура чуть задержалась. Надо всё сделать правильно: вдох и выдох. Дыхание — основа всего, если правильно дышишь, то, как ни странно, это уже половина успеха. Сделала шаг. Потом другой. Не к поляне — в сторону, вдоль невидимой границы между светом и тьмой. Она чувствовала, как чакра течёт по ногам ровно, спокойно, как привычный ток крови. Она не думала о каждом шаге — она просто была тенью, как много раз подряд на тренировке с кошками. Частью этого леса, этого ветра, этого дрожащего света. На поляне Наруто и его клоны атаковали с трёх сторон, Саске выскочил со спины, и Какаши, уклоняясь, неуловимо скользил между ними, отбивая удары. Он был быстр, но мальчишки не отступали. Сакура скользнула ближе. Ещё ближе. Тень от соседнего дерева легла на траву, и она двинулась по её краю, как по лезвию. В руке был кунай — холодная сталь, привычный вес. Она видела спину Какаши. Три шага. Два. Один. Она уже занесла руку, чтобы коснуться его плеча, победно коснуться, когда он вдруг, не оборачиваясь, перехватил её запястье, одновременно отпихнув настоящего Наруто и уклонившись от Саске, отправив того вслед за Узумаки. — Хорошо, — тихо сказал он. — Очень хорошо. Она замерла, чувствуя, как бешено колотится сердце. — Но всё-таки поймал. Он отпустил её руку и обернулся. В единственном видимом глазу мелькнуло что-то похожее на одобрение. — Ты стала незаметнее. Намного. Ни звука, ни лишнего жеста. Если бы ты выбрала момент, когда Наруто устроил бы взрыв покрупнее… — он развёл руками, — возможно, я бы и не услышал. — То есть, мы должны были шуметь больше? — Наруто вынырнул из кустов, весь в листьях и счастливый. — Мы должны были не давать ему сосредоточиться, — Саске подошёл к ним, поправляя сбившийся протектор. — Ты полез прямо в лоб, а надо было бить с трёх сторон одновременно. — Я и бил с трёх! — Клоны — это не три стороны, если они бегут по одной линии. — Ах так! — Прекратите, — Какаши поднял руку, и спор мгновенно утих. — Задание было не напасть на меня. Задание было коснуться меня. И вы почти этого добились. Он посмотрел на розоволосую девочку, которая стояла чуть в стороне, убирая кунай в сумку. Солнце пробилось сквозь листву и высветило её лицо. Сосредоточенное. Раньше такого не было, раньше Сакура была более легкомысленной и думающей о Саске. — Ты проделала большой путь, Сакура, — сказал он. — Не останавливайся. Она подняла на него глаза, выглядела удивлённой, приятно удивлённой. — Я стараюсь, — ответила она. Наруто тут же подскочил к ней, что-то радостно крича о том, что в следующий раз они точно его достанут. Саске отошёл к дереву, но краем глаза наблюдал за ними.       Ветер снова шевельнул листву, сгоняя облака к горизонту. Было жарко, но тут, в тени, вполне терпимо. И кажется, команда номер семь как раз начинала работать как полноценная команда. Какаши отвернулся и усмехнулся: «Кто бы мог подумать, что из этих троих что-то да получится».

Сакура и Саске

      Полигон встретил её тишиной. Солнце уже клонилось к закату, и длинные тени тянулись от деревьев, ложась на траву густыми, синими полосами. Воздух был ещё тёплым, но ветер, пробегавший между стволов, приносил с собой прохладу и запах нагретой коры. Сакура не планировала сюда идти. Ноги сами принесли — после утренней тренировки, после обеда, после того, как Наруто умчался куда-то с чувством выполненного долга. Она просто шла и оказалась здесь. На поляне, у старого пня, который они использовали как мишень, стоял Саске. Он не заметил её сразу. Сосредоточенно держал руку ладонью вперёд, и на кончиках пальцев вспыхивали, потрескивая, тонкие нити молний. Чакра клубилась вокруг, видимая только на миг, когда свет застревал в её потоках, и рассеивалась, не удержанная формой. Сакура остановилась на краю поляны, не решаясь идти дальше. Он поднял голову. — Что ты здесь делаешь? — спросил он без удивления. Скорее — констатируя факт. — Шла мимо, — она сделала шаг вперёд. Потом другой. — Если мешаю, могу уйти. Саске посмотрел на неё. Долго. Потом перевёл взгляд обратно на свою руку. — Не мешаешь, — сказал он и снова сосредоточился на чакре. Сакура отошла к дереву на краю поляны, проверила пальцами поясную сумку — кунаи были на месте. Подтянулась на нижней ветке, потом на следующей, выбирая место повыше, откуда видно всю поляну. Отсюда Саске казался меньше, почти сливаясь на фоне тёмной зелени. Она достала кунай. Взвесила в руке. Прицелилась в пень, где обычно крепили мишени, но в этот раз мишеней не было, и она просто бросила металл в дерево, слушая, как звонко входит лезвие в кору. Второй кунай она метнула быстрее, почти не целясь, и он ударил в ствол рядом с первым. Третий — выбрав другую траекторию. И, не глядя, бросила четвёртый так, чтобы он пересёк путь третьему, сбивая его с оси. Кунай звякнули, столкнувшись в воздухе, и оба упали в траву. Она повторила. Потом ещё раз. Каждый раз — новая траектория, новый угол, новая попытка заставить сталь говорить с собой на языке, который она начинала понимать. Правда, приходилось спускаться и собирать кунаи. Во второй раз Сакура задержалась внизу чуть подольше, думая не привязать ли их к леске, но решила, что это нарушит чистоту тренировки.       Солнце опускалось ниже, тени становились длиннее, и воздух наполнился голубоватым сумраком. Ветер стих, и поляна замерла, слушая, как звенит металл о кору, как шуршит трава под упавшими кунаями, как дышит Саске внизу, пытаясь совладать с чакрой, которая никак не хотела течь так, как нужно ему, то есть идеально. Он выдохнул — резко, раздражённо. Сакура замерла на ветке, опуская руку с очередным кунаем. — Ты слишком сильно сжимаешь пальцы, — сказал он, не поднимая головы. — Что? — она не поняла. — Когда кидаешь. Ты сжимаешь кунай слишком сильно. Из-за этого траектория становится жёсткой, и ты не можешь ей управлять в полёте. Расслабь руку. Пусть он сам летит. Она смотрела на него сверху. Он стоял на поляне, опустив руки, и не оборачивался, но она чувствовала, что он знает — она смотрит. — Откуда ты… — начала она. — Заметил, — коротко ответил он. Она не знала, что сказать. Мысль о том, что он будучи поглощенный своей тренировкой ещё заметил и её косяк, заставила её замереть на мгновение. — Саске, — сказала она, голос её прозвучал выше, чем она хотела. — Почему ты тренируешь Чидори? — Сакура спустилась на нижею ветку. — У тебя же клановые техники с огнём связаны. Он поднял голову. В сумраке его глаза казались почти чёрными. Саске молчал. Ветер, вернувшийся откуда-то из глубины леса, шевельнул его волосы, и в их темноте на миг блеснул закатный свет. — Чидори мощная техника, — сказал он наконец. — У меня она получается. Почему бы нет? Он не ответил на её вопрос. Или ответил, но не так, как она ожидала. Сакура смотрела на него, сидя на ветке, обхватив колени руками. Ей казалось, что она должна что-то сказать, что-то важное, но слова застревали в горле. — Твои кунаи, — нарушил тишину он. — Ты почти попала в ту точку на стволе, куда целилась. В следующий раз расслабь руку и дай им лететь самим. Она кивнула, хотя он уже отвернулся, снова поднимая ладонь, на кончиках пальцев вспыхнули синие нити. Сакура достала кунай, расслабила пальцы, метнула. Металл ушёл в дерево тихо, почти беззвучно, войдя ровно в ту точку, куда она смотрела.

Прогулка

      В торговых рядах было шумно и людно. Солнце светило ярко, и воздух над лавками дрожал, нагретый за день, но под навесами, где торговали тканями и безделушками, ещё держалась прохлада. Ино тащила Сакуру за руку, перескакивая с пятки на носок, заглядывая то в одну лавку, то в другую, и болтала без умолку. — …а Шикамару теперь такой важный, чунин как-никак! — Ино всплеснула руками, едва не задев прохожего. — Представляешь, ему уже поручают руководить миссиями! Нашими, правда, пока что простыми, но всё же! Он сам мне сказал, что будет составлять расписание для команд. Представляешь? Шикамару! — Серьёзно? — Сакура шла рядом, поглядывая по сторонам, и краем уха слушала подругу. — Это же… ответственность. — Вот и я о том же! — Ино остановилась у лавки с травами. — Асума-сенсей говорит, что он справится. Что у Шикамару голова работает быстрее, чем у любого чунина, которого он знает. И что это только начало. — Асума-сенсей, наверное, гордится, — сказала Сакура, заглядывая внутрь лавки, где на полках теснились баночки и флаконы. — Гордится, — Ино улыбнулась, но тут же посерьёзнела. — Мы с Чоджи стараемся не отставать. Тренировки теперь жёстче, Асума говорит, что мы должны быть командой, на которую можно положиться. А не просто… ну, знаешь. — Знаю, — тихо сказала Сакура, перебирая в уме их тренировки с Наруто, с Саске, с Какаши, который вечно опаздывает, но всегда оказывается там, где нужно.       Они зашли в лавку, где пахло деревом и чем-то сладким, и Ино сразу увлеклась разглядыванием заколок, а Сакура отошла к стеллажу с флаконами. Взгляд скользил по этикеткам, пальцы пробегали по стеклу, по деревянным крышкам, по гладким бокам керамических баночек. Она не знала, что ищет. Поэтому просто принюхивалась, оценивая по принципу «нравится — не нравится». — …и вообще, Асума сказал, что мы будем тренироваться на полигоне номер пять, там теперь всё переоборудовали, — Ино взяла с прилавка зеркальце, покрутила, поставила обратно. — Говорят, там будут готовить команды к миссиям А-ранга. Представляешь? Мы, может быть, через год уже… — Угу, — Сакура взяла с полки тёмно-зелёный флакон, открутила крышку, понюхала. Травяной, немного горьковатый, с ноткой хвои. Не то. — Ты вообще слушаешь? — Ино подошла ближе, заглядывая ей через плечо. — Слушаю, — Сакура поставила флакон обратно. — Ты говорила про полигон, про Асуму, про то, что вы будете сильной командой. — Ага, — Ино прищурилась, но, кажется, осталась довольна. — А ты что выбираешь? — Шампунь, — Сакура взяла следующий флакон. Этот был светлее, почти прозрачный, и запах от него заставил её вдохнуть глубже — это точно было оно. Она протянула флакон Ино. Та понюхала, чуть склонив голову. — Вкусно пахнет, — заключила подруга. — Подходит, — Сакура убрала флакон в корзинку, чувствуя, как губы сами складываются в улыбку. Ино прошлась по рядам, взяла с полки баночку с кремом, покрутила в руках, поставила обратно. — Ты же знаешь, — сказала она, не оборачиваясь, — шиноби не должны пользоваться духами. И всякими отдушками. Это может выдать на задании. Сакура фыркнула. — Ино, я не собираюсь наносить на себя перед миссией. Это просто шампунь. Для обычных дней. Для того, чтобы пахло приятно, когда ты просто идёшь по улице. — Ну да, — скептически ответила блондинка. — Не переживай, я буду пользоваться обычным перед миссиями, — Сакура отмахнулась. — Я же не дурочка. Ино хмыкнула, но спорить не стала. Она взяла с прилавка заколку, примерила к волосам, посмотрелась в маленькое зеркальце. — Как тебе? — спросила она. — Красиво, — честно сказала Сакура, глядя, как свет падает на светлые волосы подруги, как заколка блестит в прядях. — Тебе идёт. — Возьму, — Ино решительно кивнула и направилась к прилавку. Сакура последовала за ней.       Они шли по улице, Ино снова болтала о чём-то своём, а Сакура слушала, правда пытаясь, отмечая, что вроде не так уж и сложно вникать в девчачьи разговоры и пытаться хотя бы изредка вот так расслабиться и просто погулять с кем-то по Конохе. И возможно, даже хорошо, что она решила наладить дружбу с Яманака, та привносила в жизнь нормальности. Ино обернулась, заметив, что она задумалась, и рассмеялась. — Ты опять в облаках витаешь? — Немного, — призналась Сакура, улыбнувшись в ответ. — Ну давай, рассказывай, — Ино подхватила её под руку. — Что у вас там в команде происходит? — Много чего, — Сакура пошла рядом, чувствуя что-то странное, чего не было раньше. — Расскажу. По дороге.       Они шли по улице, и ветер трепал их волосы, и тени от домов ложились на дорогу, и вечер обещал быть долгим.

Тень

      Сакура выбежала из дома. Сегодня она позволила себе роскошь поспать чуть подольше, поэтому сейчас собиралась в спешке. Она должна была встретиться с Какаши. Нет, не для тренировки — тот последнее время посвящал Саске. Он, конечно, тренировал и Наруто с Сакурой, но у Харуно закрадывались подозрения, что всё-таки большую часть времени он уделял Учихе. — Сакура, — в дверях розоволосая столкнулась с Мебуки. — Ты куда так несёшься? Ты хотя бы позавтракала? Женщина уже привыкла к тому, что дочь постоянно приходит поздно и обычно является в не лучшем виде: потрёпанной и уставшей. Поэтому она не удивилась, когда Сакура в очередной раз выскакивает из дома, лишь хотела убедиться, что та не забывает есть. — Конечно, — девочка чуть не возмутилась. — Я всегда ем, мам. Сегодня у меня тренировка с сенсеем. — Сакура обогнула женщину. — Не переживай, вернусь пораньше. — И двинулась дальше. — Очень на это надеюсь. Помни, что у тебя и домашние дела есть. Сакура на это лишь махнула рукой, принимая во внимание, и убежала. Мебуки покачала головой. Когда-то и она была такой, и теперь она прекрасно понимала, каково это — когда твои дети растут.       Солнце светило ярко. В Конохе вообще почти всегда было солнце — особенности климата. Но и засушливости не было, дожди выпадали исправно, не допуская засухи. И Сакура отмечала, что её в принципе устраивает такой порядок вещей.       Девочка пришла на полигон, но там было пусто. Она обыскала всё, побывала у памятника, но там лишь тишина и бесчисленные имена, высеченные в камне. Сакура вернулась к оживлённым улочкам. Это было странным — она договорилась с Какаши, но не о тренировке. Харуно соврала Мебуки, или, как она предпочитала говорить, «недосказала истину». Ведь Сакура действительно должна была встретиться с сенсеем: она попросила того достать листочки для определения стихии чакры, и Какаши обещал, что сделает это. А теперь его нигде нет. Сакура нахмурилась. Либо они с Саске где-то далеко-далеко тренируют несчастное Чидори, либо… Девочка мотнула головой. — Всё с ним в порядке, — проговорила она самой себе тихо. «Может быть, он дома». Сакура знала, где находилась квартира Какаши, но она ни разу там не была. «Попытка не пытка. Стоит проверить». И с этими мыслями она направилась вперёд сквозь толпу. У перекрёстка она увидела знакомую фигуру, но облегчения это не принесло — даже наоборот. — Саске? — удивилась Сакура. — Ты чего тут? Я думала, вы с Какаши-сенсеем тренируетесь. Учиха взглянул на розоволосую. — Он не пришёл, — ответил коротко. — Я с самого утра его жду, а его нет. А тебе он зачем? Они пошли вместе. — Он должен был мне кое-что передать, — Сакура не вдавалась в подробности, а Саске не стал расспрашивать.       Шли они быстро и молча. Сакура поглядывала на Учиху, а тот позволял себя рассматривать. Пусть и выглядел весьма раздражённым, но не из-за неё, а из-за того, что Какаши забил на их тренировку. Они подошли к дому — самому обычному, ничем не примечательному. Саске шёл впереди. «Наверняка тут не в первый раз», — подумалось Сакуре, и она проследовала за ним. Гам улицы стих. Подъезд встретил ребят прохладой и тишиной. Сакура на мгновение помедлила. Вот оно! Тревога, не дающая ей покоя, мысль, что что-то не так, здесь, в тишине, словно сложилась недостающая деталь. Она наконец поняла то, что упускала: чёрные плащи, красные облака, Итачи Учиха. Саске уже поднялся по лестнице. Сакура не замечая ступеней — за ним. А что, если это тот самый момент? Как она вообще могла расслабиться и забыть про это? Харуно резко захотелось схватить Саске за руку, развернуть, сказать что-нибудь и увести отсюда прочь, чтобы он не увидел, не узнал. Но было поздно — он уже толкал дверь в квартиру. Та оказалась не запертой.       Внутри их встретила странная картина: Какаши лежал на кровати без сознания, казалось, что он спит. У двери стояла Куренай, чуть дальше — Асума и Гай, около кровати Какаши. Было ясно, что детей здесь никто не ожидал и их приход был не вовремя. В комнате стояла та самая тишина. Разговор, который был прерван их появлением, повис в воздухе. Все смотрели на вошедших, в частности — на Учиху. — Что здесь происходит? — спросил Саске. Сакура видела, как он напрягся: плечи расправились, спина выпрямилась. — Ничего особенного, — заговорил Гай, голос звучал уверенно и спокойно. Сакура бы сказала, что чересчур контрастирующим с ситуацией. В коридоре послышались торопливые шаги. Не входя в комнату, в дверном проёме возник какой-то шиноби. Он не видел Саске и Сакуру. — Это правда? — голос его звучал натянуто и испуганно. Гай цыкнул и попытался перебить, но шиноби уже заговорил: — Учиха Итачи пришёл за Наруто Узумаки? — он закончил и, сделав шаг в комнату, распахнул дверь шире. Шиноби замер, увидев Саске. Тишина стала вязкой и тяжёлой, как воздух перед грозой, когда нечем дышать. Сакура почувствовала это буквально физически. Воздух в комнате стал плотным, и она видела, как Саске застыл, как его лицо — ещё секунду назад напряжённое, но живое — стало пустым. А потом он рванул с места. Мимо неё, мимо Куренай, которая попыталась его перехватить, но не успела. Плечом Саске чуть не задел Сакуру, но она увернулась. Внутри бешено заколотилось сердце, однако по телу разливалось то самое ужасное ощущение, когда она понимала, что всё идёт не так, как надо. Что она расслабилась. Что позволила себе думать, что всё хорошо. «Блядь». Мысль пришла и ушла, оставив после себя только пустоту. «Ну понеслась». Она нервно облизнула пересохшие губы, закусила нижнюю, до боли, до металлического привкуса. Пальцы сжались в кулак, и ногти впились в ладонь, оставляя полумесяцы, которые она почувствует только потом. Не сейчас. — А я за этим, — сказала она, не узнавая собственного голоса. Спокойно. Слишком спокойно. Её взгляд скользнул по комнате, упал на тумбочку у кровати Какаши. Листочки для проверки стихии лежали там, прижатые маленькой стопкой книг. Она быстро взяла несколько, не считая, не глядя — лишь бы взять. Лишь бы уйти. И в этот момент глаза зацепились за рамки. Две фоторамки, стоящие рядом, как будто специально, чтобы тот, кто смотрит, видел их вместе. На одной — они. Команда номер семь. Наруто, косящийся на Саске, Саске с вечным выражением «отстаньте от меня», и Сакура — ещё та, настоящая, — и Какаши, примирительно опустивший на макушки мальчишек свои руки. И Сакура готова поклясться — улыбающийся под маской. А рядом — вторая, от которой в сердце защемило, словно от тысячи вонзившихся игл. Позы были до боли знакомы, и эти руки сенсея на макушках парней… Точно так же на второй фотографии делал Четвёртый — Минато. Посередине улыбающаяся Рин, а по бокам недовольные Обито и Какаши. Сакура вышла на улицу. Она чувствовала, как в голове звенит пустота, а руки начинали подрагивать.       По небу лениво ползли облака, солнце стояло в зените, и тени почти исчезли. Мир жил, солнце светило и грело, но Сакуре было холодно. Она честно пыталась собрать мысли, но они расползались и вязли. Сакура только что наблюдала крах всего, что она выстраивала за эти дни. Идиотские дни спокойствия, идиотские дни, когда она, как последняя дура, понадеялась, что всё будет нормально, и которые так сильно хотела продлить хотя бы ещё чуть-чуть. Дрожь усилилась. Пов Сакура       «Нет-нет-нет» — пронеслось в мыслях, единственное, что зацепилось. Я поняла, что не дышу. Задержала дыхание наверное с того момента, когда выскочила на улицу. Медленно делаю глубокий вдох, потом выдох. Заставляю сделать шаг, пусть ноги словно приросли к земле. «Я не виновата» — первый небольшой шажок. «Я не могла на это повлиять» — второй шаг. «Я делаю только то, на что могу повлиять» — третий, более уверенный. Дыхание — сосредоточиться на дыхании. «Это бы всё равно случилось. Я тут не при чём, и вообще я молодец, я держусь уже почти два месяца». Не глядя по сторонам, я зашагала подальше от дома Какаши. Не важно куда, лишь бы уйти. «Меня это не касается. Ни Итачи, ни проблемы Саске, ни Какаши». Но противное чувство, что как раз-таки касается, разъедало изнутри. Что теперь делать? Я оставалась одна. Сенсей не очнётся до самого прихода Цунаде, Саске — туда же, а времени пройдёт много. Не сидеть же мне дома и на улицу носа не совать. Тут до меня дошло: я что-то держу в руке. Ну конечно, листочки для проверки на склонность к стихии чакры. — Что я буду делать? — повторила вслух и усмехнулась. «То же, что и всегда — идти дальше». Конец пов Сакура       Девочка остановилась. Казалось, она не замечала никого вокруг. Ветер, налетевший внезапно, затрепал распущенные розовые волосы. Сакура взяла один листок, она в панике смахнула не глядя, и теперь у неё таких листочков целых пять, остальные убрала в карман жилетки. Сакура помнила, что в оригинале у Харуно была то ли вода, то ли земля. Там точно не говорилось. «Ну, если листочек намокнет — вполне неплохо. Водные техники, наверняка что-то интересное можно разучить… или даже придумать». Последняя мысль мелькнула быстро. Куда ей, попаданке, выдумывать собственные техники? Глупости. Сначала бы выучить уже имеющиеся. Вложила чакру в руку:«была не была». Листок смялся, резко, с характерным звуком…