Глава 8: Собирается Шторм

Фонари раздвигали мрак между деревьев. Антон иногда испуганно смотрел вниз, слыша хруст снега, который ощущался будто хруст костей. Впереди группы Рома шёл первым, приклад прижат к плечу, взгляд уверенный, постоянно смотрел по сторонам и часто поглядывал на Полину, проверяя, всё ли с ней хорошо. Юра в середине следил за всеми, ракетница заряжена, держал Вику в поле зрения. Антон замыкал группу с топором, постоянно смотрел назад и на Катю. Никто не ронял ни слова, лишь обрывки ругани иногда мелькали между ними. Вдруг взвыл сильный ветер, фонари замигали, а масляная лампа потухла сразу, а вслед за ней и остальные фонари. — Да сука! — крикнул Рома так, что вороны улетели. Группа почувствовала некое напряжение — кто-то стоял где-то рядом. Все без слов поняли это и начали оглядываться, но Вика увидела первой. Между деревьев сидел пацан, не старше друзей. Он сидел, прижав колени к груди и закрыв голову капюшоном. — Бяша? Бяшка! Это я! — окликнул друга Рома и ринулся к нему, улыбаясь. Юра среагировал быстро и потянул Рому за капюшон так резко, что тот аж упал. — Не лезь, дурак. Бяша в больнице. Рома отчаянно посмотрел на Юру, потом перевёл взгляд на Бяшу, который повернулся — точнее, лишь его голова повернулась. Развернулась под невозможным для человека углом, больше чем на сто восемьдесят градусов. То, что прикинулось Бяшей, смотрело на всех, потом заулыбалось — слишком широко для человека, так что у Бяши бы рот порвался, если бы он так сделал. И ещё раз голова развернулась, но теперь она перевернулась вверх ногами в капюшоне. Рома не мог поверить такому. Он знал, что тот, кто стоит перед ним, не Бяша, но всё же не смог выстрелить в друга. Юра же просто навёлся и выстрелил в Бяшу. Красный сигнальный огонь окрасил белый снег, и то, что было Бяшей, завыло. Куртка превратилась в перья, а рот стал большим гнилым клювом. Эта сова взмыла в небо и потерялась между тёмных стволов деревьев. — Какого хуя ты не стрелял?! — заорал на Рому Юра. — Д-д-да попробуй сам в друга стрелять, нахуй! — Сука! Вы можете ебальники свои завалить?! Сейчас вообще не до этого, — перебил их обоих Антон. — Он прав, извини, — сказал Юра, протягивая руку Роме. — Проехали, — ответил Рома, поднимаясь, используя руку Юры. — Не расслабляемся. Тут мы не одни. — Жалкие л-л-людишки… вы пр-р-росто МЯСО! — оглушительный рык послышался из чащи. Вышло нечто с головой волка и зубами, вырастающими из щёк и шеи. Сразу завоняло гнилой плотью и сырым мясом, а также противным металлическим запахом крови. Юра с Ромой переглянулись, и, быстро перезарядив ракетницу, Юра выстрелил в волка, который уже бежал на добычу. Зверь завыл в агонии, тёплая, слишком густая кровь комками полилась на землю. Рома прицелился и выстрелил прямо в свет от ракеты, который светил, словно фонарь засунули прямо в желудок монстру. Дуплет откинул волка на спину, звук был такой громкий, что казалось, деревья сейчас вырвутся с корнями. Пока мальчики были заняты волком, кое-кто подкрался сзади к Вике. Это был другой зверь. Огромный, громоздкий медведь, одна из лап перекошена и непропорционально большая — она выглядела как булава вместо лапы. Вика закричала, держа в руках нож, подаренный Юрой, и упала на снег, скрутившись клубочком. Зверь замахнулся своей огромной лапой с одним большим когтем. Острый коготь, похожий больше на мандибулу гигантского насекомого, прошёлся по мягкой коже. Куртка порвалась, и пух посыпался вниз, уже окрашенный в алый. Тёплая кровь начала окроплять таёжный снег. Донёсся тихий стон Юры. Оттолкнув Вику, он сам попал под удар. Рыча в недовольстве, медведь замахнулся ещё раз, но в этот момент сталь вонзилась в толстый жир монстра. Лапа остановилась перед Юрой, который смог отползти. Зверь начал скалиться. Антон понял, что поспешил и ударил не в то место, и, вскинув топор, ударил ещё раз — выше, настолько, что чуть не выронил топор из рук. Но, к счастью, острое лезвие попало в шею чудовищу. Тот пошатнулся, но с размаху ударил Антона в голову, пока тот пытался достать топор. Глухой удар остудил Антона, и он упал на спину. В глазах потемнело, картинка делилась на три, а то и на четыре. Сквозь звон в ушах он услышал, как кто-то кричит его имя. — Вставай, Антон! Прошу, очнись! — кричала Катя, утопая в слезах. Он очнулся от этого крика. Звонкий голос Кати внезапно дал ему силу. Зверь бросился вниз на Антона своими кривыми зубами. Благодаря тому, что Антон пришёл в сознание, он среагировал и смог удержать пасть голодного монстра от своей головы. Медведь кусал воздух, пытаясь дотянуться до белокурой головки. Антон чувствовал, что силы его на пределе, и он скоро не сможет его удерживать. — Тоха! Подними голову! — крикнул ему Рома. Антон, опершись на лопатки, оттолкнул зверя вверх ногами, и прозвучал ещё один выстрел. Холодная густая смесь пала на лицо Антону, следом пала туша медведя на снег. Антон поспешил вытереть весь гной снегом со своего тела. — Тоха, живой? — спросил Юра. — Да, только голова кружится. — Отлично, двумя меньше, народ! — крикнул Юра, повернувшись к девочкам. Антон увидел огромный порез во всю спину у Юры. — Юра! Ты… у т-тебя… — сказал Антон, показывая на спину Юры. — Пустяки, просто царапка, — Хаха, — ответил Юра, пытаясь скрыть боль, чтобы не н нагонять страх на товарищей. Вика хотела осмотреть рану Юры, но звуки взмахов огромных крыльев её остановили. Раненая сова решила закончить дело. Хоть и рана начала затягиваться, кожа всё такая же мягкая, но попасть будет сложно. Зверь кружил и маневрировал между веток в темноте, отчего попасть в неё было невозможно. Юра, сообразив, использовал ракетницу по назначению и выстрелил в воздух. Тёмное небо окрасилось в красный, и ракета начала медленно падать. Время было ограничено, и нужно было действовать быстро. Не помедлив ни секунды, Рома начал целиться. Юра предупредил его, чтобы целился лучше и пусть промедлит, чем поспешит. Услышав совет, юный охотник на сов выстрелил, подобрав нужный момент, и сова упала вниз, словно Икар. Чудовище немного повыло, перед тем как выпустить свой последний вздох. Звери были мертвы, но что-то не давало покоя героям. — Наивная девочка… — А? Кто это сказал? — испугалась Катя. Некий голос, слегка деформированный, как у зверей, шептал ей на ухо изо мрака. — Ты думаешь, он тебя любит? Хи-хи. Не думала, куда это он так часто уходил гулять после школы? В лес он ходил. Со мной. — К-к-то ты? — Тошенька называет меня А-ли-са. — Антон, кто это? — И ты тоже… — сказал Антон разочарованно. — И ты променял меня на эту? Не забывай, как мы радовались, гуляли по лесу, — сказала Алиса. — Закрой рот, ты мне никто, — Антон начал стискивать зубы от гнева. — Заклой лот, ты мне никто, эуэ, — Алиса начала провоцировать Антона, коверкала его голос. — Какой же ты всё-таки… цепляться за человеческие цацки… учиться, гнуть спину, потом работать и умереть, запертым в каменных джунглях? — Я человек. — Человек он… Да ты просто кусок плоти, который ничего не сможет сделать. — Ничего не могу сделать? А кто это там лежит на снегу? — ответил Антон, показывая пальцем назад. Это явно разозлило Алису, и она сменила свой облик. Из красивой девочки в милом платье и в маске лисы, которая пахла как фейерверки и мандарины, она превратилась в жуткое создание с шипами, торчащими по всему телу. Запах сменился на грязную шерсть и гнилое мясо. Вместо того чтобы напасть сразу, как все звери, она просто скрылась в тени, мелькала из-за деревьев. Она сначала порезала лицо Кате — не сильно, но так, чтобы спровоцировать Антона на гнев, и ей это удалось. Он начал бегать за каждой тенью, совсем позабыв о рациональности. И, поймав на ошибке Антона, она набросилась на него сверху, вгрызаясь своей острой мордочкой в ключицу. Рома захотел повторить то же, что и сделал с медведем, но выдал свои планы криком, и Алиса успела скрыться между деревьев, а Рома чуть не убил друга. — Извини, Тоха. — Ничего, добейте её. Плутовка решила избавиться от помехи, устранив Рому, но тот среагировать толком не успел, как на него полетела лиса. Юра выстрелил ракетницей в монстра, но та успела уклониться и опять смешалась в тьме ночной. — Сука! Последнюю отстрелял! Юра помог Роме подняться, как ему тут же крикнули: — Сзади! Это была Алиса, которая смогла укусить его за руку, обезоружив. Тот скривил лицо, но тут же глаза налились гневом. Он кое-как успокоился, чтобы не попасть, как Антон. Тонкие ножки побежали, хрустя снегом, и в острое лезвие воткнулось, протыкая куртку. Это была Полина, которая воткнула нож Ромы в бок Алисе. Та даже не покачнулась, просто вытащила нож и чуть было не напала на Полину, которая укрыла лицо руками, вся в слезах. Однако Алиса упала на землю с простреленным брюхом. Она упала на землю, скаля зубы на Рому. — Человеческие цацки, да? Шлюха, ха-ха! — сказал Рома. Он подошёл ближе и нацелился ей в голову в упор. — Рома! Стой! — Только не говори, что тебе её жалко. — Да, Тоша, не надо, я всё поняла, давай просто убежим в лес, как я тебе обещала, играть между деревьями, плясать в ночи, забыть про всё. Ну же, Тоша, только пожалуйста, пожалуйста, не оставляй меня. — Я тебе уже говорил. Я человек и останусь им навсегда. Ром, заканчивай. Ему не пришлось повторять дважды. Не дав ни слова Алисе, тот разнёс ей голову дробью. Тёмно-красный цветок раскрылся, словно алая роза, и окропил снег. Антон поник, вспоминая все моменты с Алисой, но тут же переменился, когда увидел Катю. Он бросился к ней и принялся успокаивать, говоря, что всё закончилось. Рома же кинулся к Полине — та была невредима. Рома защищал её как мог, сам при этом пострадав больше всех. — Дурак, Рома! Зачем так страдать ради меня? Ты же и умереть мог! — Не плачь. Не люблю видеть тебя в слезах. Главное — ты жива, и всё позади. Как вдруг все услышали, точнее — перестали слышать. Звук флейты. Он играл весь бой, его никто не замечал, будто бы просто фоновый звук. И тут из дерева, словно слившись с ним, вышел он. Рогатый, огромный, костлявый, с запахом еловых веток и крови. В руках у него была бедренная кость с вырезами для игры. — Это он! — завопила Катя, показывая на него пальцем. — Он меня украл в гараж. Антон нахмурился, но по совету Юры остался хладнокровным. — Мои куколки сломались. Значит, вы ими станьте. Ешьте или будете съеденными! — крикнул козёл, указывая пальцем на трупы зверей. Никто даже не взглянул на трупы. Никто не собирался сдаваться, когда цель почти перед ними. Он зарычал и побежал на Антона, сбив за секунду с ног Юру, который попытался прыгнуть на него с ножом. С размаху Антон ударил топором, но тот лишь прошёл в сантиметрах от уклонившегося козла. — Я сам хозяин леса, и ты, жалкий мальчишка, много на себя берёшь! Он поднял Антона за шею, но тот смог топором отрубить ему руку. Не дрогнув, словно не чувствуя боли, хозяин замахнулся на Антона и порезал ему куртку в сантиметре от жизненно важных органов. Рома не мог подняться от ран, но изо всех сил пытался защитить друга, а Юра валялся контуженным. Антон унял страх. Дрожь не прошла, но он начал действовать рационально — всё-таки одной лапы у него нет. Отскочив от ещё одного удара козла, он ударил в его живот. Топор вылез с трудом, разорвав рану ещё сильнее, и были видны кишки твари. Тот явно замешкался, но не стал отступать. Через боль Юра поднялся и побежал к хозяину, ударив его в шею, прыгнув со спины. Тот попытался достать Юру, хлопая по спине, будто по комару. Увидев возможность, Антон ударил в ту же рану козла и вырвал ещё больше кусков кишок. Юра также начал бить его в шею ножом. — Пацаны! В сторону! — крикнул Рома. Они прыгнули в разные стороны, и горячая дробь разошлась по меховой спине под вой в свете полной луны. Он упал на колени и начал ползти куда-то, но Антон, забрав топор, начал двигаться за ним. Окинув его морду лишь раз, он замахнулся, и лезвие со свистом упало вниз. С хрустом ломая череп Хозяину Леса, отчего тот тут же упал, стукаясь рогами о промёрзшую почву. — Вот и всё. Мы победили, — сказал Антон и рухнул на землю, измотанный, как и остальные. Спустя пару дней в участке — Так, ребята… ну вы, конечно… милицию позвать не могли? Вы же всё ещё дети! — сказал Тихонов, опрашивая всю группу в своём кабинете, покуривая сигарету. — Так а чё не так-то? Мы их всех кокнули, все живы, хоть и с травмами, но живы, и посёлок спасли, — ответил Рома. — Ох, ну и месиво там в лесу было… Эти твари… Жуткое зрелище. Значит так, дети. Всем говорите, что накрыли контору маньяков. Не надо пугать людей всякими зверями. Я всё видел, я верю вам, но люди — они не поверят. Им лишь бы всех обвинить в чём угодно. Вас по телеку покажут, и полстраны увидит, какие вы всё-таки герои, — сказал лейтенант, хлопая по плечу Антона. — А, и как же можно было забыть про награду… Он выложил конверт на стол со словами: — Это вам всем. Денег было много, и, поделив их поровну, они вышли на улицу. — Неужели этот кошмар закончился? — спросила Полина. — Да! И всё благодаря нам! — крикнул Рома, обнимая с одной стороны Полину, а с другой — Антона. — Команда Вольтрона! — В Вольтроне их пятеро было, — сказал Юра. — Ну значит, мы Вольтрон с запасом. Все облегчённо вздохнули и ушли гулять по посёлку до самого рассвета.