Глава 6

      Я ужасно не хотела садиться за написание отчёта по экономике. От нас требовали сначала сделать с десяток различных таблиц в экселе, а потом описать весь процесс нашей работы, прикрепив получившийся результаты. Ещё обиднее становилось от осознания, что таблицы были направлены на тренировку и закрепление у нас примерно одних и тех же навыков, то есть работу мы делали абсолютно бесполезную. — Зато потом сможем всё это проделывать за пару минут, — пыталась утешить меня Мэйи. Она уже сделала все задания своего варианта (у нас у каждого в группе был индивидуальный), и сейчас дописывала отчёт. Наши столы были расположены напротив и мы сидели спиной друг к другу. — Это же никогда нам не пригодится, — ныла я, занимаясь третий час переделываем первых таблиц. Чем дальше по заданию я продвигалась, тем больше ошибок на первых этапах видела, из-за чего постоянно возвращалась к началу. — У меня уже все мысли состоят из этих бесконечных чисел, запятых и процентов. — Подумай о том, каким элементарным заданием это будет нам казаться, когда мы приступим к изучению системы налогообложения.       Я взвыла и стукнулась лбом о тетрадь. Не сильно, конечно — я же хотела ходить потом как дура с шишкой прям по центру лба — но отчаяние испытывала всепоглощающее. — Ненавижу-у, — простонала я, растягивая минуту отдыха как можно дольше. — Может за энергетиками сходим, а? — спросила у подруги развернувшись. — Хоть прогуляемся. — У меня через сорок минут йога, — пробурчала Мэйи, упорно стуча по клавиатуре и никак не поддаваясь на мои провокации. — Мне надо успеть отправить отчёт до неё.       Честно, я пыталась запомнить расписание занятий подруги, но безуспешно — так много их было.       Однажды, ещё в прошлом году Мэйи приглашала меня на занятия по йоге. Она тогда сама стала вести группу начинающих в секции нашего универа и очень упорно зазывала меня туда. Когда, в конце концов, я сдалась и согласилась сходить, оказалось, что занятия в восемь утра в субботу, и после всех испытаний, что я прошла тогда — а иначе никак назвать те фигуры, что мы делали, было нельзя — ужасно болели мои никогда не тренированные мышцы. Следующие пару дней я ходила по лестнице как будто у меня какое-то нарушение двигательного аппарата. — Ну уж нет, — ответила я на следующее приглашение на занятие. — Теперь я хожу только на пивную йогу.       После этого подруга прекратила попытки затащить меня в какую-нибудь спортивную секцию. И не то, чтобы я не хотела быть такой же стройной и подтянутой как Мэйи (хотя я была склонна себя утешать тем, что это генетическое) — подруга в целом не обладала формами и, например, грудь у меня была больше, но на этом, пожалуй, плюсы заканчивались. А что касается уверенности в себе и принятию своего тела, так этим точно Мэйи обладала в большей степени, чем я.       В итоге за энергетиками и проветрить голову на улицу отправилась я одна, оставив подругу доделывать отчёт в комнате общежития. Ближе к вечеру уже становилось заметнее холоднее, но, выйдя из магазина, я решила ещё задержаться и сделать одно важное дело.       Набрав нужный номер, я в ожидании опустилась на пластиковое сиденье качелей. Ветер растрепал плохо затянутый пучок и волосы поприлепали на обветренные и намазанные гигиеничкой губы. Под вечер небо окончально затянуло тучами и олицетворяло собой состояние безнадежной апатии.       Я оттолкнулась ногами от земли, раскачиваясь, когда гудки прервались. — Привет, мам. — Джиён, родная моя девочка. Как же я соскучилась по тебе, — звучит в ответ высокий торопливый голос. Таким мама всегда говорит по телефону, с техникой она на вы и сильно переживает, хотя и старается мне этого не показывать. Знает, что я могу её пристыдить за страх перед технологиями. — Как ты там? Как учёба, как новые ребята? — Всё хорошо, — отвечаю я размеренно и ровно, потому что торопливость матери поднимает во мне тёмную волну недовольства, которую я пытаюсь не показывать родному человеку. Честно, рассказывать о своих неудачах не хочется — пойдут ненужные никому вопросы и переживания, а я буду только сильнее раздражаться. — У нас несколько новых предметов и преподавателей. Мы с Мэйи участвуем в большом конкурсе. — Ничего себе! — с восхищением восклицаем мама и я уже знаю, какой вопрос последует после. — А что за конкурс?       Я не планирую углубляться в рассказ о технических особенностях конкурса, задание и наши планы на проект — мама в любом случае не поймёт. Она вроде с наивной искренностью интересуется моими успехами, но ни выбор специальности, ни мой прогресс и развитие ей никогда не понять и не оценить. Она слишком, невероятно далека от моего мира. Между нами целый пласт цифровой эпохи, разрыв поколений. — Какие молодцы! — хвалит она, когда я вкратце объясняю смысл конкурса и правила участия. — Уверена, мои девочки займут первое место. — Спасибо, мам, — поблагодарила я, хотя чувство уверенности в успехе постоянно совершало попытки бегства. — Расскажи, как у вас с папой дела?       Дальше я прослушала невероятно подробное описание сельских занятий. Когда я говорю, что у родителей свой бизнес, поддерживающий экологические инициативы, я, естественно, не рассказываю, чем именно они занимаются. Потому что деревенское садоводство звучит не так круто, как семейный бизнес, так что выбор определённо падает в сторону второго. Главное, я же не вру. Немного приукрашиваю факты, немного утаиваю, сглаживаю углы. Не всем нужно знать, что продажи груш, которые родители выращивают уже третий десяток, только падают с каждым годом. Пережив несколько экономических кризисов и оставшись на плаву, наши сады убивает стагнация. Мир капитализма и глобализации очень жесток к местным производителям, которые в стоимости продукта не могут соперничать с импортными товарами, ввозимыми огромными корпорациями.       На следующий день ближе к вечеру, мы собираемся в библиотеке — приглашение я высылаю в общий чат, который Мэйи собрала для нашей команды. Я тщательно выбирала место для первого нашего общегруппового собрания — было целых два варианта, которые могли бы стать нейтральной зоной для всех и одновременно не представлять из себя точку общественного питания. В конце концов, стратегической точкой сбора была назначена двухэтажная библиотека в корпусе биотеха, где в нижней части был организован коворкинг и стояли длинные столы как раз для совместной подготовки. Огромное светлое помещение с сотнями книжных стеллажей, помогающих разграничивать пространство вокруг столов, панорамными окнами, открывающими вид на кампус со стороны баскетбольных полей и окружающего корпуса заказника, простирающегося сколько мог охватить взгляд.       Мы собрались вчетвером — Я, Мэйи, Тэён и Ынхо. Чон Ханну мы не брали в команду сначала по причине отсутствия желания у всех присутствующих, а потом уже просто потому что они с Тэёном расстались. У двойняшек Мо была другая команда и на прошлом занятии они работали с нами только потому что их сокомандников не были. Отчёт по брейншторму, кстати, я всем прислала, чтобы не было никаких обид, всё-таки работали все в той или иной степени. — Окей, мы должны разработать проект, отражающий наши навыки в информационной безопасности в полной степени, — начала собрание я. Нам бы определиться с темой проектной работы прямо сегодня, потому что сроки подачи всех заявок и прохождение этапов были чётко расписаны, а значит, двигаться надо было в темпе. — Предлагаю найти все уязвимые места и расписать, как их могли бы использовать злоумышленники. — Давайте что-нибудь сломаем, — кровожадно предложил Тэён, раскачивающийся на стуле и умудряющийся крутить в пальцах ручку. Он явно только недавно встал из кровати, потому что на правой стороне лица ещё не прошли розовые следы от подушки. — Тебе лишь бы сломать, — закатила глаза Мэйи. Сегодня она завязала высокий конский хвост, что придавало её образу строгости. — Почему нет. Это продемонстрирует наши навыки. — Использовать Red Team как ключевую идею проекта? — я оглядела всех присутствующих. — Звучит интересно. — Отлично, да здравствует команда победителей! — Тэён протянул всем руку для “пять”, но никто не отреагировал и он сам хлопнул в ладони. — С чего начнём? — И что же вы собрались ломать? Думаете это реально так просто, — впервые за всё время подал холодный голос Ынхо. — Да что мы вообще можем сделать против защещённой со всех сторон банковской системы? — Ты мозг нашей команды, ты и придумай, — в шутку предложил Тэён, за что получил пинок от Мэйи за столом.       Над нами повисла тишина. Давило ощущение, что Ынхо сейчас отодвинет стул, проезжаясь ножками по полу, встанет и больше никогда с нами не заговорит. Паника заплескалась на языке, рассорить всех на первом же собрании мне очень не хотелось. — Давайте не перегибать палку, — подруга взяла на себя инициативу дипломата, и я бросила ей благодарный взгляд. — Мы все в одной лодке, победа необходима каждому. И у каждого есть причина, почему он находится здесь с нами. Не забывайте об этом.       Пока у меня самой в голове была только идея траектории, по которой можно было бы двигаться, но до чёткого плана было ещё очень далеко. Свои предложения я и высказала: — Надо искать уязвимости, большое количество составляющих. Где тонко там и рвётся. — Согласна, — поддержала меня Мэйи. — Любая передача информации между банками это большие риски, а значит шансы для нас. — Ребят, давайте чуть реалистичнее, — подключился уже более серьёзный Тэён. — Получить внутренние данные шифровок мы вряд ли сможем, тем более быстро. Банки не хранят у себя данные карт и счетов без шифрования, а получить доступ к внутренним протоколам за короткий срок и с такой маленькой командой мы не сможем. — Я и не предлагаю взламывать датацентры, — возмущенно ответила я. — Если у нас нет возможности получить доступ к внутренним хранилищам, то что на счёт запросов? Их не надо будет взламывать, если мы сможем подделать. — Ребят, вас никого не напрягает идея что-то подделывать? — спросила Мэйи. — Я не уверена, что это хорошая идея для проекта. — Мы же не по настоящему что-то взломаем, — начала объяснять своё видение я. — Раз самая подходящая секция конференции для нас — это кибербезопасность, а наш наставник буквально специализируется на информационной безопасности банков, то логично, если мы возьмём смежную тему. Мы можем показать все уязвимости в этой области, а главное предложить свои рекомендации. Нашу работу будут отсматривать представители спонсоров, а если мы выделимся в лучшую сторону, то обязательно возьмут на стажировки или даже захотят выкупить нашу работу, — вдохновлённо рассуждала я. — Это прекрасный шанс показать себя и проверить свои силы. В конце концов, это будет неплохая строчка в резюме.       Мэйи задумывалась, глухо стуча блестящими ноготочками по розовому чехлу планшета, кажется понимая, к чему я клоню. — Имеешь в виду запросы на переводы? — я киваю в ответ. — Это действительно имеет смысл. Мы не будем ломать замок, мы сделаем дубликат ключа.       Я улыбнулась. Хорошо, что хоть подруга на моей стороне. — Теоретически, мы можем проделать это со SWIFT, — задумчиво произнес Ынхо. Мне вспомнилось его прошлое рассуждение над предложением Ханны. Он, наверное, тоже это обдумывал. — Система передаёт инструкции, их можно подделать. — Подделать инструкции легче, чем вычислять криптографические алгоритмы хэширования, — Тэён перестал крутить ручку между пальцами и принялся елозить ей по столу. Я же начинала подозревать у него СДВГ. — Я понятия не имею, как это делается, — раздражённо бросает Ынхо. — Ты тоже у нас не великий хакер. — Да брось, научимся.       Волна неприязни, пошедшая от Ынхо в сторону Тэёна ощущалась кожей. Я снова испугалась, что парни сейчас разругаются и мы больше не сможем вместе работать. — Так, хорошо, — перетянула всё внимание на себя. — Теперь у нас хотя бы есть идеи, в какую сторону двигаться. Давайте разделим зоны ответственности, чтобы не буксовать в технической части. Для решения организационных момент предлагаю собираться каждый день. — Да ну блин, — протянул Тэён. Мэйи шикнула в его сторону. — Каждый день, — повторяю я. — И не надо смотреть на меня как на врага народа. Это необходимо, чтобы мы все двигались в одну сторону и решали одну проблему пусть и в разных её аспектах. Давайте смотреть реалистичнее, будем собираться реже — не успеем к сроку, а у нас и так мало времени на подготовку проекта, оформление и его презентацию. — Поддерживаю Джиён, — Мэйи дублирует основные организационные моменты в общий чат. — Все свободны в это же время? — У меня тренировки, — ехидничает Тэён. — Но сейчас то ты здесь, — в тон ему отвечаю я. — Ты и так три раза в неделю тренируешься до пар.       Парень удивлённо поднял брови, прося пояснение моей осведомленности. А вот это пусть останется без ответа, ему не обязательно знать, откуда я в курсе подробностей его расписания.       Вечером мне пришёл ответ от профессора по поводу отчёта по брейншторму. Он принимал его без правок и уточнений, хотя я очень беспокоилась по поводу того, что возникнут вопросы.       Он писал: “Кан Джиён, добрый вечер. Отчёт принимаю, отличная работа. На занятии вы показали себя способным лидером и организатором. Буду рад видеть результаты ваших дальнейших работ”.       Когда мне пришло уведомление о новом письме, я застыла с зубной щёткой во рту. В уголке губ стекала пена, но всё, о чём я могла думать, так это о том, что мне безумно нравится это чувство. Чувство, что тебя наконец заметили, что тебя оценили. Что надо стараться усерднее, работать больше, надо действительно сделать всё от меня зависящее, чтобы никто не смог затмить мои успехи.       Из крана бежала вода, щека была нелепо оттопырена, рот некрасиво открыт, но я, стоя в нелепой выцветшей пижаме, ощущала, как волна за волной по моему телу прокатывается жар решимости. Как пламя вдохновения начинает разгораться ещё сильнее и им я готова зажечь всех вокруг.       И спалить до тла.