Глава 6.

             Как только дверь за Вэйцяном закрылась, с лица Наны сползло уверенное и решительное выражение. Она села на диван и горько заплакала. Жизнь сиротой закалила её, научила справляться с любыми трудностями, но ей даже в страшном сне не могло присниться, что её бросят ради мужчины. Если бы А-Вэй закрутил роман с партнёршей по дораме или любой другой девушкой, она бы пережила и вернула его, но противопоставить хоть что-то мужчине не могла. Нечем, вот и вся фишка. Так её ещё ни разу не унижали. Придётся строить жизнь заново без оглядки на того, кто уже давно стал любимым. Любимого она упустила, сама виновата. Заигралась в домашнюю пай-девочку и переборщила.       Она собрала вещи заранее, ещё вчера. Весь сегодняшний разговор строился на актёрской игре в обиженную девушку. Нана знала, что видео подлинные. Поняла, что проиграла, после первого выложенного. Надежда оставалась, крохотная, еле живая, но вчера кто-то прислал ей в личку с неизвестного номера то самое порно, что она сейчас показала. А-Вэй даже не отпирался и не пытался соврать. Он не чувствовал угрызений совести, потому что не любил её! Он, правда, ничего ей не обещал, но оскорблённое самолюбие требовало мести.       Зря она с ним переспала. Поддалась моменту, расслабилась. Зато поняла разницу между сексом, когда тебя тупо хотят, и любовью, когда ты хочешь и готов отдаться целиком. Огромная пропасть. В первом случае она лишь лежала и позволяла делать с собой всё, что угодно. Уступила напору и долгим уговорам, отдалась и вместо любви получила горячий секс и горькое разочарование. Поняла, что её всего лишь хотели трахнуть и всё. За неделю кувыркания в постели пришло осознание совершённой ошибки. Потом дорогой подарок, обещание вернуться, долгая переписка ни о чём, короткая отписка: «Прости, но нет, я не могу».       Во втором она наслаждалась каждой секундой близости. Видела в глазах отблески прежней любви, жаль, не поняла, что застала агонию. Раньше надо было отдаваться, а она всё не могла выбрать. Теперь ни с чем осталась.       Нана разблокировала телефон и по памяти набрала номер. Тянь Хэн, вот кто спасёт её. Долгие гудки, автоответчик. Она сбросила вызов и набрала ещё пару раз с тем же результатом. Звонить Цзюньцзе бесполезно. А-Вэй прав, он — несбыточная мечта. Влюблён не в неё и ничем не поможет. После выхода дорамы они получили официальное разрешение от правительства на подтверждение отношений и воспользовались им. Уже после, во время отпуска в одном из толерантных европейских государств заключили официальные браки. Никто из фанатов не подозревал, что две пары парней из «Яда» уже женаты. По возвращении им только обручальные кольца запретили носить или любые парные с легчайшим намёком на брак. Тоже официально.       Кроме того, у них сейчас новый гастрольный тур. Наверняка сидят в самолёте или отсыпаются после встречи с фанатами. Раз не ответил сопровождающий их Хэн, то и остальные не отзовутся. Может, так даже лучше. Незачем им знать подробности. Расскажет как-нибудь потом то, что посчитает нужным.       Ещё один номер. Здесь главное правильно разыграть, иначе её пошлют подальше. Прошли времена, когда компания парней прикрывала её от нахалов и оберегала. Жизнь развела их в разные стороны и оставила барахтаться в проблемах самостоятельно. Долгие гудки, соединение. Тихий и усталый голос. Надломленный, нагруженный собственными заботами.       — Ланлан, он меня бросил! — она зарыдала в трубку. Наполовину искренне, наполовину театрально, выдавливая дополнительные слёзы. — Прости, но мне больше не к кому обратиться за помощью. Понимаю, что наши дороги давно разошлись, вы стали недосягаемыми звёздами и никогда не вернётесь. Он приказал освободить дом, понимаешь? Привезёт сюда любовника! Ланлан, я звонила Хэну, он не отвечает! Прости, что перезвонила тебе!       — Ты сейчас в его доме? — уточнил Фань Сяолан.       — Да, у меня нет другого! — выпалила она и снова всхлипнула. — Куда я дену свои вещи? Их много!       — Собирайся, я скоро буду! — связь оборвалась.       Нана вытерла слёзы, потом вообще пошла и умылась. Переоделась и вытащила то, что полегче, в прихожую. За два года она обросла барахлом, но не хотела здесь ничего оставлять. Кто знает, вдруг этот Чжан Сон всё выкинет, чтобы А-Вэю ничто не напоминало о девушке?       Она в последний раз по хозяйски прошла по комнатам, проверила, закрыты ли краны с водой, выключен ли свет, газ на кухне? Привычно потеребила кулончик на шее, поднесла дракончика к губам, чмокнула и отпустила. Открыла в телефоне галерею и нашла в закрытой папке фотографию Тянь Хэна. Ласково провела пальцем по экрану и его лицу.       — Прости, Хэн, ты стал бы мне самым лучшим мужем, здесь я полностью согласна с А-Вэем, но почему-то не ответил. Первый раз в жизни я набрала сразу тебя и не дождалась помощи. Хочется верить, у тебя очень уважительная причина проигнорировать звонок. У меня нет времени ждать, нужно действовать быстро. Надеюсь, в будущем мы сможем остаться друзьями, когда я успокоюсь и всё тщательно обдумаю, а ты перебесишься.       К дому подъехала грузовая машина. Мигнула фарами, в дверь вошёл Фань Сяолан и обнял её. Пока она плакала, на этот раз по-настоящему, он дал задание грузчикам, и молчаливые парни быстро вынесли и погрузили все её узлы и коробки. Она проверила, чтобы ничего не забыли, выключила свет, закрыла дверь и бросила ключи на коврик.       Фань Сяолан привёз её в свою Шанхайскую квартиру. Никто не знал, что по работе он приезжал сюда довольно часто и оставался на несколько дней. Мог бы давно забрать от Вэйцяна девушку, но не забрал. Она сама не согласилась, когда они вернулись после первого тура в Шанхай и позвонили ей. Захотела остаться с Инь Вэйцяном, и парни приняли её выбор. Ему она о звонке не сказала.       Нана пересказала Фань Сяолану разговор. Пока говорила, заметила, что он какой-то странный.       — Ланлан? — она присела рядом и отвела в сторону его длинную чёлку. — Дорогой, я достала тебя своими проблемами и не заметила, что тебе плохо. Что случилось?       Теперь уже он плакал и рассказывал о последней выходке одной из фанаток, оказавшейся сасэном. Познакомился с ней, долго переписывался в привате. Она втёрлась в доверие и прикинулась по-настоящему влюблённой. Они встретились, погуляли, посидели в ресторане.       — Я её даже не целовал, понимаешь? Ничего не было! Но она явилась на встречу со скрытой камерой. Мне и в голову не пришло, что среди стразов на оправе очков один — миниатюрная камера. Она записала нашу встречу целиком и слила в интернет с припиской, что ходила на свидание. Кусками, слепила из них нечто невообразимое и заявила, что выходит за меня замуж! Я ей ничего не обещал! Она мне не понравилась в живую!       Сасэны постоянно доставали звёзд своими тупыми приколами и нападками. Каждая из безумных фанаток почему-то думала, что актёр или певец должен принадлежать только ей. Они не любили кумиров, а преследовали, превращали их жизнь в ад и считали, что имеют на это право.       Нана села к нему на колени, обняла и дала возможность выплеснуть эмоции. То, о чём она думала в данный момент, осталось невысказанным. Не время, хотя она видела, что безупречный для всех бывший айдол и кумир Фань Сяолан только что словил бумеранг. Хотелось бы позлорадствовать, но она так больше ни с кем не поступит. Если не он, то никто другой. Окружить заботой, утешить, поддержать. Хотя бы в благодарность за то, что он защищал её с четырнадцати лет и ушёл, когда подобрал замену. Её проблема, что не смогла оценить и удержать.       — Ты советовался с агентом, Ланлан? Есть идеи, как от неё отвязаться?       Вместо ответа Сяолан разбудил телефон и дал ей послушать записанный с личным менеджером разговор. Точнее, длинный монолог последнего. Агент предложил слить в сеть информацию о том, что Фань Сяолан уже давно состоит в отношениях с девушкой. Встреча с фанаткой стала лишь исполнением довольно агрессивного каприза, она очень настаивала. На самом деле айдол ничего не мог ей пообещать, поскольку давно помолвлен и готовиться к свадьбе. Тайно, чтобы как раз сасэны не сорвали церемонию. Главная проблема плана состояла в том, что у Фань Сяолана никогда не было любимой девушки, только короткие потрахушки с фанатками во время гастролей. Под соглашение о неразглашении.       — Милый, если моя кандидатура тебя устроит, то я согласна на подставу. — Нана вытерла слёзы с его лица и отбросила притворство. Честность, иначе ничего не получится. — Я не фанатка, а давняя подруга. Моя собственная жизнь сегодня разрушилась, я не связана ни с кем никакими обязательствами. Да, мы не любим друг друга, но чувства — тоже не проблема. Могу заключить с тобой договор или подписать брачный контракт, обговорив все условия совместной жизни вплоть до исполнения или отказа от супружеских обязанностей. У меня есть несколько просьб, и я прошу их выполнить. Самая главная: никто посторонний не должен узнать, что я — твоя жена. Нет, скажем парням и только им, попросим дальше никому не рассказывать.       — Ты выйдешь за меня после всего, что я сделал? — не поверил он. — Простишь?       Нана наклонилась и поцеловала его. Нежно, ласково.       — Давно простила, но не смогу забыть. Давай просто не будем вспоминать и начнём новую жизнь друзьями и соратниками, хорошо? Что бы ни случилось в будущем, я клянусь тебе в верности. Ни один мужчина не коснётся меня, только ты, поэтому мы избежим сексуальных скандалов.       — А как же фильмы?       — Напишу в контракте, что никаких поцелуев и постельных сцен. Или я не китайская актриса? Позволишь, тогда соглашусь, но только в рамках съёмок. Нет, и останусь одной из многих неприступных.       Фань Сяолан улыбнулся впервые за вечер.       — Сейчас позвоню агенту и скажу, что готов сделать ответный ход. Ты поедешь со мной в Пекин?       Она прикинула возможности. Идеальное решение.       — Да, так даже лучше. Заберу из академии документы и переведусь в Центральную, если возьмут.       Его нежная и немного ироничная улыбка подсказала ей, что перевод уже готов. Вот что значит быть айдолом: связи и народное обожание открывают любые двери и предоставляют невероятные возможности.       — Ланлан, я хочу сменить имя и фамилию! Пришло время забыть старое и взять новое.       Сяолан снова улыбнулся.       — При заключении брака смена происходит по упрощённой версии. Но ты же знаешь, что не можешь взять мою, в Китае так не принято. Или уже что-то придумала?       Нана прикусила губу. Идея пришла давно, но она её ни разу не озвучила.       — Я могу взять фамилию твоей матери. Правда, пока ты мне её не назвал, но я готова к открытиям. Думаю, ей понравится, что невестка хочет влиться в семью.       Сяолан хохотал до слёз, пришлось отпаивать его тёплой водой.       — Не уверен, что моя мать обрадуется, но мы её не спросим, а поставим перед свершившимся фактом. Её фамилия Ян.       Нана на секунду зависла. Как иронично, ведь Кай носит фамилию Инь. Теперь они станут противоположностями. Сморгнула замешательство и чётко произнесла:       — Ян Мэйфан. Мне нравится. А тебе?       — Я могу называть тебя Мэймэй?       — Да. Больше не хочу слышать свое старое имя!       Сяолан встал с кресла и смущённо улыбнулся.       — Мы внесём в наше устное соглашение пункт об интимных отношениях? Обещаю, я не пойду искать развлечения на стороне. Зачем, когда есть ты?       — Обговорим условия в спальне. — Нана направилась в нужную комнату. — Ты согласен выполнить мои просьбы?       — Да! — с жаром ответил он.       — Даже не спросишь, почему я о чём-то прошу, и не станешь возражать? — не поверила она.       — Считай это одним из моих свадебных подарков.       Нана глянула на него через плечо. Кажется, его дела намного хуже, чем он рассказал. Только совсем отчаявшийся согласится на рандомные уступки. Она же может загадать что угодно! Нет, конечно, не загадает.       — Ланлан, давай договоримся никогда не врать друг другу. Сейчас мне очень страшно, я боюсь разочаровать тебя. Скажи, что мне нужно сделать, чтобы ты остался доволен?       — Немножко помолчать. — Он поднял её на руки, внёс в спальню и положил на постель. — Но попозже, для начала я выслушаю, на что только что подписался.       — Ничего страшного, с чем нельзя справиться. — Она вдохнула, набирая в лёгкие воздух и собираясь с силами. — Я знаю, что ты можешь, но прошу тебя не преследовать А-Вэя и не мешать его карьере. Хочешь, не подписывай с ним контракт, пусть уходит в другое агентство, хотя он рассчитывал на «Обсэшн интертаймент».       — Странная просьба, я бы на твоём месте его утопил. — Он не выдержал её тяжёлого взгляда и опустил глаза. — Прости, я понимаю. Что с его парнем? Мне его недавно рекомендовали. Тоже оберегать?       — Нет, как раз его можно пинать и бить ногами. Нужно, если точнее. — Нана открыла телефон и показала ему присланное вчера утром порно. — Не замечаешь ничего странного?       — Постановка! — в момент определил Сяолан. — Этот парень несколько раз посмотрел прямо на камеру! Он знал, что ведётся съёмка!       — В отличие от А-Вэя, — добавила Нана. — И пришло оно только мне, больше никуда не слито. Согласись, кино прикольное, быстро бы стало сенсацией и сорвало миллионы просмотров. Его прислали с одноразового номера.       — Хотели, чтобы ты увидела…       — Да, Ланлан. И, понимаешь, я нигде и никак не связана с А-Вэем. Только двумя годами опекунства, но вела себя рядом с ним настолько безупречно, что даже у самых отмороженных и безумных не возникло мысли, что между нами что-то есть. Он никогда и никому не говорил, что у него есть девушка — я. Мы не встречались официально, нигде вместе не появлялись: приёмы, вечеринки, съёмки в рекламе. Каждый сам по себе. Уверена, большинство его знакомых не знают моего имени и не видели меня…       — А этот абонент знал и намеренно отправил в личку горячий компромат. Словно хотел показать, что тебе здесь не светит. — Сяолан просмотрел видео ещё раз. — Перешли мне, сохраню, уверен, что однажды оно понадобится. Ты думаешь, что это он? Партнёр по фильму?       — Уверена. Расчищает место для себя. — Нана открыла сохраненные вкладки. Официальная информация на Чжан Сона: родился, учился, снимался. Сяолан отправил кому-то сообщение и пока обсуждал с ней другие вопросы, получил информацию из неофициальных источников: от своих людей.       — Мэймэй, смотри! — он протянул руку, она села под неё как под крыло и заглянула в экран. Впрочем, Сяолан зачитывал вслух. — Роль в последней дораме под названием «Демон соблазна» он получил через постель с любовницей режиссёра с прежней работы. В основном снимался в низкопробных фильмах и дешёвых рекламах, больших и хороших работ нет.       Нана глянула на список и скривилась.       — За них тоже регулярно с кем-то спал?       — Уверен, что да. — Сяолан отложил телефон в сторону. — Придумал. Перекрою ему кислород полностью, пусть и дальше перебивается ерундой. Какие ещё пожелания, моя королева?       — Собираюсь включить в свой контракт с агентством пункт о нежелании играть вместе с А-Вэем. Не хочу его видеть!       Сяолан кивнул.       — Считай, уже сделано. — Он тронул качнувшегося в ухе дракончика. — Красивый. Подарок? От него?       Она замотала головой.       — Нет, от себя! Ходила с классом в кино, учитель пригнал на документальный фильм. На билетах были напечатаны купоны с беспроигрышной лотереей. Всем достались брелки, жвачки, пеналы и прочий хлам, а мне — призовой с комплектом от ювелирной фирмы-спонсора. Через неделю такой же выиграла девушка из выпускного класса. Нам вся школа чёрной завистью завидовала.       Про девушку Нана не соврала, они в одном классе потом учились, так что история вышла правдоподобная. Информацию можно проверить. Она хотела сохранить для себя хоть что-то и не вызвать при этом подозрения. Последняя ложь, больше она от Ланлана ничего не скроет.       — Выключи свет, — попросила она. — Я в душ. Глаза закрываются.       — Ещё выспишься, — пообещал он. — Самолёт частный, полетит, когда скажем. Утром я сбегаю по срочным делам, сам заберу в академии твои документы, закажу упаковку и доставку багажа, потом ненадолго в Пекин и после в свадебное путешествие.       Нана согласилась. Дождалась его из душа и позволила снять с себя кружевную ночную сорочку. Секс получился сладким, нежным и осторожным. Оба боялись не понравиться друг другу или сделать что-то не так. Она уснула в кольце его рук с мыслями, что однажды всё наладится. Осталось запастись терпением и дожить.

***

      Храм Цзиньцы в провинции Шэньси ежегодно посещает несколько десятков миллионов туристов. Древний комплекс со множеством павильонов, храмов, мостов и башен, окружённых красивыми садами и древними деревьями. Множество искусственных источников и родников, знаменитая на весь мир «летящая» бронзовая статуя дракона, колонны с богатыми орнаментами, а также старинные кипарисы, которым более 3000 лет.       Фань Сяолан крепко держал Мэймэй за руку, в другой зажал два закрытых чехла со свадебной одеждой и успешно лавировал между туристами в толпе. За ними бежало несколько человек из личной команды Ланлана. Они спешили к одному из храмов, чтобы провести свадебную церемонию.       Формальность, поскольку вчера ровно в 10:58 их брак официально зарегистрировали в ЗАГСе Пекина. Богатые костюмы, традиционная прическа невесты. Нетрадиционные, но общепринятые обручальные кольца западного образца. Три поклона в конце. Девушка Нана с труднопроизносимым для китайцев настоящим европейским именем перестала существовать. Её место заняла Ян Мэйфан, она же госпожа Фань, супруга бывшего китайского айдола и любимца публики Фань Сяолана.       Сегодня они приехали в провинцию Шэньси, чтобы провести короткую церемонию в храме. Их уже ждали, один из небольших храмов временно закрыли для посещений. Девушки из стаффа быстро помогли Мэймэй облачиться в традиционное красное платье с богатой золотой вышивкой. Причёска, макияж. В соседней комнате переодевался Сяолан. Ровно в 10:58 началась церемония. Молитвы монахов, благословение, благовония, брачные клятвы. Красивые фотографии. Свидетели из команды бывшего айдола и монахи. Подписанное всеми присутствующими соглашение о неразглашении.       После снова простая и безликая одежда, панамки а-ля Челентано, большие солнцезащитные очки, скрывающие нижнюю часть лица маски-баффы из тончайшей ткани. Мэймэй взяла мужа за руку, переплела пальцы и указала на дорожку в сторону знаменитых источников.       — Погуляем, Ланлан? Я с детства мечтала здесь побывать, но у родителей не нашлось денег, чтобы заплатить даже за школьную экскурсию. Помню, я плакала несколько недель, пока остальные обменивались воспоминаниями о поездке и с восторгом рассматривали фотографии. Хочу увидеть дракона!       Сяолан понял стремление жены приехать именно сюда. Они бродили по комплексу целый день, без экскурсии, самостоятельно выбирая направление. Покупали еду и небольшие сувениры на память. Переночевали в отеле и утром улетели домой, к родителям Фань Сяолана. Их ждал трудный разговор, ведь сын приведёт в дом не невесту, а жену. Без шумной свадьбы и соблюдения традиций.       Он морально готовился к основной битве и не собирался проигрывать. Имя жены необходимо внести в семейный реестр, иначе все старания напрасны. Родители знают, что он — бывший айдол, должны понять его стремление к приватности. Может он хотя бы жениться не под прицелами телефонов и фотоаппаратов? Ему не нужна публичность и объявленная по национальному телевидению информация о брачной церемонии.       Во-первых, Мэймэй попросила не афишировать, во-вторых, его ж фанаты и сасэны достанут. В их глазах лучше оставаться свободным. И не важно, что теперь на всех мероприятия он попросит её стать «+1». Пусть придумывают версии, он же официально объявит, что его киностудия заключила с ней долгосрочный контракт, вот он и водит по приёмам красавицу и новую звезду. В-третьих, те же сасэны и фанаты превратят жизнь Мэймэй в сплошной кошмар, если узнают, что она его жена. Угрозы, преследования, подстроенные нападения с требованиями немедленно развестись, ведь по их мнению «она не достойна Ланлана»!       — О чём задумался? — Мэймэй отвернулась от живописного вида облаков в иллюминаторе и тронула его за руку.       — Готовлю речь для матери. — Она напряглась. Вроде внешне ничего не изменилось, он бы и не заметил, если бы не знал её много лет. — Не волнуйся, у меня есть парочка железных аргументов.       Мэймэй его слова не успокоили. Она прикусила губу и молчала до посадки самолёта, невидяще глядя в иллюминатор и не замечая его нежных поглаживаний по руке. В итоге она сбросила оцепенение и натянула на лицо дежурную улыбку. Посмотрит по обстоятельствам. Актриса она или нет, неужели не сможет разыграть спектакль?       Господин Фань после стремительного взлёта карьеры сына-айдола с мировым именем с умом использовал его деньги и открыл собственный бизнес. Когда Сяолану исполнилось восемнадцать, и он получил контроль над заработанными деньгами, отец успел вернуть ему то, что занял, с процентами. Счета разделили окончательно, Фань-старший вёл дела так, что не нуждался в дополнительной финансовой поддержке. Его бизнес разросся, открылись филиалы в других городах и провинциях. Родители купили большой новый дом и мечтали о дне, когда сын познакомит их с достойной девушкой. Дальше помолвка, свадьба, дети, гармония и счастье.       По традиции они ждали приезда сына дома и готовились к встрече. Они никак не могли предположить, что он приедет не один, а с красивой девушкой. Таксист выгрузил багаж на тротуар и уехал, а Сяолан взял Мэймэй за руку, и они покатили чемоданы к двери. Традиционные поклоны, вежливые улыбки.       — Папа, мама, знакомьтесь, Ян Мэйфан, моя жена.       Она снова сложила руки в традиционный жест почтения и поклонилась. Тишина. Мэймэй не дождалась ответного жеста и выпрямилась, смело глянула на свёкра и свекровь. Рука Сяолана легла ей на талию, притягивая к себе, даря поддержку и защиту. Он чмокнул её в висок.       — Устала?       — Да, я бы хотела освежить лицо и руки. Что-то мне нехорошо после самолёта.       Родители Сяолана переглянулись. Мать вспомнила о гостеприимстве, всплеснула руками и засуетилась.       — Не переносишь самолёты, Мэйфан? Тебя не укачало?       Она опустила глаза.       — Нет, всё в порядке, госпожа Ян. Я раньше никогда не летала и немножко боялась. Ланлан сказал, что летать не страшно, но пустота под ногами напрягает…       Её пригласили в дом и провели в гостиную. Ян Юэхуа усадила её на диван напротив выхода на террасу, на ветерок и принесла холодной воды. Сяолан глубоко вдохнул и снова почтительно и смиренно поклонился родителям.       — Простите, что так неожиданно женился, вы должны были видеть слитые сасэнкой видео. Не так я мечтал представить вам Мэймэй, но мне не оставили выбора.       — Всё настолько плохо, сынок? — заволновалась мать. — Какие наглые люди! Ты уже давно не айдол, а уважаемый бизнесмен, а им всё неймётся. Никакой личной жизни!       — Ланлан настаивал на сохранении секретности отношений и никуда меня не приглашал открыто, — осторожно заметила Мэймэй. — Стоит ему выйти на улицу, и рядом обязательно появится тот, кто ткнёт в лицо телефоном, чтобы потом похвастаться пятисекундным видео ни о чём.       — Поэтому мы встречались тайно. Я прилетел в Шанхай по работе, сбрасывал Мэймэй сообщение и ждал в условленном месте.       После их подробно расспрашивали о том, как давно они знакомы, где познакомились, когда поняли, что влюблены? Мэймэй охотно отвечала, честно, скромно. Сяолан с гордостью смотрел на неё и держал за руку. На безымянных пальцах блестели обручальные кольца. Чтобы родители не сомневались в его выборе, он достал из чемодана распечатку с составленным несколько лет назад гороскопом. Тем, что сделали ещё её коллеги-официанты в кофейне.       Их совместимость оказалась довольно высокой. Астролог проверил её не только по восточному календарю, но и по западному, зодиакальному. Дракон-Водолей и Коза-Близнецы. В основном благоприятно. Мать удовлетворённо закивала головой и жестом попросила мужа выйти.       Скоро они вернулись и устроили для сына и невестки традиционную чайную церемонию. По окончании молодым вручили пухлый красный конверт с деньгами, а Мэймэй подарили дорогие золотые украшения. Она осторожно выдохнула и улыбнулась мужу. Её приняли в семью. После прогулки в саду и беседы о красоте цветов и пении птиц пришло время ответных подарков.       Выбором для родителей занимался Сяолан. Он лишь объяснил ей, что и для чего предназначено. Она знала, помнила уроки… Нет, она не хочет вспоминать.       Ян Юэхуа благосклонно приняла большую корзину новой линии уходовой косметики от известного бренда и несколько флаконов духов — новинок года. Фань Лантао с гордостью застегнул на руке новенькие золотые часы Ролекс и доверчиво поделился с невесткой печалью, что прежние нечаянно утопил в реке во время рыбалки с друзьями. Нанятые водолазы их так и не нашли.       Во время беседы Сяолан извинился и отвлёкся на звонок.       — Его агент, — пояснила Мэймэй. — На сегодня запланировано обновление в блоге Ланлана и на личных страницах в соцсетях. Выложат фотографию наших колец с официальным заявлением о помолвке. Мы не можем сказать, что женаты, пусть думают, что он наполовину свободен. Пост позволит ему носить на пальце кольцо и считаться занятым.       — А ты? — спросил Фань Лантао. — Когда представят тебя?       Она принялась объяснять им тонкости личной жизни медийных личностей и закончила тем, что навсегда останется в тени звёздного мужа.       — Иначе в будущем наши дети тоже подвергнутся преследованиям. Мы с Ланланом хотим, чтобы они спокойно ходили по улицам и учились в школе. Кто такая госпожа Ян Мэйфан? Всего лишь одна из актрис киностудии «Обсэшн интертаймент». Фанаты могут даже приписать мне роман с главой концерна. Ну и что? Дальше. Подумаешь, меня заметили рядом с его матерью, мимо прошла, по своим делам спешила. Не мне разбираться с этим вопросом, а юристам.       Мэймэй и Ланлан провели в родительском доме неделю. Они выдержали всплеск активности фанатов после выхода поста. Сяолан лично выложил в интернет фотографию колец в коробочке и написал, что очень счастлив со своей настоящей невестой и любимой девушкой, а сасэнка может отправляться в ад. Чуть позже он выложил второй пост с кадрами официального обеда с родителями и чайной церемонии. Только стол, посуда, цветы. Родители одобрили выбор сына. Репосты везде, куда можно. Киностудия подхватила эстафету, а на Сяолана обрушился шквал поздравлений. Имя невесты он не раскрыл.       Мэймэй вместе со свекровью посетила местный храм. Как она и говорила, на скромную девушку рядом с матерью бывшего айдола никто не обратил внимания. В другой день они походили по магазинам, сошлись во вкусе на некоторые предметы интерьера и декора и вернулись домой с большим количеством покупок. Сяолан уныло вздохнул и переглянулся с отцом. Спелись.

***

      Самым сложным в устранении информационной проблемы оставался разговор с друзьями. Фань Сяолан не хотел рисковать, поэтому сначала решил побеседовать с Тянь Хэном. Знал, что остальные спокойно выслушают и согласятся хранить тайну. Много лет отчаянно влюблённого в Мэймэй Бай Хэна тихий разговор по душам не устроит.       — Я поеду с тобой, — она успела разобрать чемодан, а теперь заново открыла гардеробную и принялась перебирать вешалки с одеждой. — Если вы встретитесь наедине, то Хэн сорвётся, и разговор закончится мордобоем. При мне он более сдержанный. Я смогу его успокоить. Помнишь, что нужно говорить, а о чём промолчать? Доверься мне.       Они прилетели из Пекина обратно в Шанхай и назначили встречу в квартире Фань Сяолана. В назначенный час Тянь Хэн позвонил в дверь.       — Нана! — они обнялись на пороге, ведь не виделись больше года. — Какая ты стала красавица!       — Меня зовут Ян Мэйфан, Хэн. Я сменила имя! Нана умерла.       Он отстранился и взял её за руки, чтобы получше рассмотреть. Нащупал кольцо на пальце и поднял к лицу, удивлённо разглядывая. То самое, шикарное, что выкладывал в соцсетях три недели назад Сяолан, объявляя о помолвке официально. Он побледнел и повернулся к нему, понимая. Мэймэй вновь обняла его, не давая сорваться на друга и начать размахивать кулаками.       — Что это значит, Сяолан?       Она заметила, что он слишком бледный, и потащила в гостиную присесть.       — Хэн! Ты болен? Ранен? Тебе плохо? Что?       Он до боли сжал её руку с кольцом.       — Сначала ты. Это то, о чём я подумал?       Мэймэй и не думала отпираться или врать ему. Храбро посмотрела в затуманенные горечью поражения глаза.       — Да, я вышла замуж за Сяолана, Хэн. Потому что больше не за кого. Вэйцян меня бросил и велел убираться из его дома.       — Почему не за меня, а за Сяо? — прошептал Хэн, на глаза навернулись слёзы. — В отличие от него я тебя люблю. Или тебе не нужна моя любовь? Почему всегда не я, а кто-то другой?       — Хэн, всё не так! Я позвонила тебе первому! — Мэймэй достала телефон и открыла журнал звонков. Нашла тот самый и показала ему. — Смотри, я звонила и звонила, время уходило, а ты не взял трубку! Тогда я набрала Ланлана.       Тянь Хэн поднял на друга белое от гнева лицо. Он не замечал бегущих слез, смаргивал их, а они всё лились и лились, скатывались по щекам.       — Как ты мог так обойтись со мной, Сяо? Разве у вас возникла острая необходимость в свадьбе? Ты мог забрать её оттуда, оставить переждать у себя в квартире, спрятать ото всех на день, неделю, месяц, год! Я бы приехал и всё уладил!       — Но ты не приехал! — Сяолан тоже кричал. — И не перезвонил. Ни сразу, ни после, ни на следующий день, ни через день. Ты не видел, как она плакала! Если бы увидел, то повёл бы её в храм прямо ночью! Но тебя не оказалось рядом, Хэн! Где ты шлялся со своей любовью, раз не ответил на звонок той, кто просил у тебя помощи? Она звонила тебе среди ночи не просто так! Почему не перезвонил?       Тянь Хэн ткнул пальцем в её телефон. Она снова разблокировала его и отдала ему. Он глянул на дату, вернул, расстегнул и снял рубашку. Смял дорогую тонкую ткань пальцами.       — Прямо во время звонка я лежал на операционном столе, а потом ещё неделю в реанимации и палате интенсивной терапии. После концерта одна из сасэнов бросилась на меня с ножом. Охрана не успела отреагировать. Нападение удалось скрыть, а парни пообещали не рассказывать: не хотели вас пугать. — Он повернулся вокруг своей оси, показывая, но они и так увидели. Торс плотно опоясывали бинты. Как только он остался без рубашки, специфический запах больницы перебил аромат мужского парфюма. Хэн с сожалением посмотрел на Мэймэй. — Любимая, прости, что я умирал, когда ты нуждалась в помощи. Если бы мог, то встал бы с операционного стола и пришёл. Но мне вернули телефон только на прошлой неделе, я ещё не всё звонки и сообщения успел просмотреть. И приехал сюда из больницы, сбежал, ведь меня до сих пор не выписали, если что.       — Хэн!!! — она бросилась ему на шею и не позволила оттолкнуть, хотя он пытался. — Хэн! Прости, что я не дождалась! Я не знала!       Мэймэй взяла у него из рук рубашку и помогла надеть. Подвела безвольного и поникшего к креслу и усадила. Села на пол и обняла за колени, уткнулась в них головой. Её плечи тряслись от плача.       — Я так виновата перед тобой, Хэн. Прости, пожалуйста, прости!       — Что мы можем сделать теперь? — в соседнее кресло сел Сяолан. — Нана, нет, Мэймэй просила не трогать Инь Вэйцяна, но не церемониться с его парнем. Хэн, я навсегда отказываю обоим в контрактах с киностудией. Чёрный список.       — Хорошо, я тоже откажу, — согласился Тянь Хэн. Глянул на друга, и Сяолан замолчал на полуслове. — Простите, сегодня я не могу ни о чём думать. Давайте, решим все технические вопросы в другой раз. Когда меня выпишут, пока что я не в состоянии...       Он встал и тяжело направился к выходу. Остановился на полдороги, оглянулся. Чистая боль на лице. Они убили его морально.       — Скажи, Фань Сяолан, что плохого я сделал тебе в жизни? Ты давно отнял у меня всё, что только можно, и даже больше! Теперь ты пришёл и забрал и её! За что? Запомни, я тебя никогда не прощу! — он поднял полные боли глаза на Мэйфан. Она вздрогнула под его обвиняющим взглядом и виновато опустила голову. — И тебя, Мэймэй! Не в этот раз! С сегодняшнего для вы для меня не существуете! Оба!       Тянь Хэн дошёл до двери, открыл её, вышел и не оглянулся. Он не помнил того, как добрался обратно до больничной палаты. В квартире Фань Сяолана Мэймэй несколько секунд потрясённо смотрела ему вслед на распахнутую и не закрытую дверь, потом закрыла глаза и упала на ковёр. Очнулась она уже в больнице.