Часть 1

Море внутри Сейран было восемнадцать, но иногда ей казалось, что за последние месяцы она повзрослела на несколько лет вперёд. Стамбул ждал впереди — огромный, чужой, шумный. Машина мягко скользила по трассе, а за окном сменялись пейзажи, будто стирая Измир из её жизни. Она сидела, отвернувшись к окну, сжав пальцы на ремне безопасности. — Я понимаю, у тебя чувства, мам, — наконец произнесла Сейран, не глядя на Гюльчин. — Но ты не могла оставить меня в Измире, а самой уехать в Стамбул? Гюльчин на секунду напряглась, крепче сжав руль. — Нет, — коротко ответила она. — Потому что ты нуждаешься в контроле, Сейран. Сейран резко повернулась. — Я не ребёнок, мам. К чему бесконечный контроль? Я учусь, я самостоятельная, я— — Сейран, не спорь, — перебила Гюльчин, повысив голос. — Успокойся. Слова повисли в салоне тяжёлым грузом. Сейран отвернулась обратно к окну, чувствуя, как внутри поднимается знакомое жжение — смесь обиды и бессилия. Она знала: этот разговор ничего не изменит. Через час машина въехала в ворота особняка. Сейран медленно вышла, подняв голову. Дом был не просто большим — он был подавляющим. Каменные стены, высокие окна, идеальная симметрия. Здесь всё кричало о власти и деньгах. — Это… дом? — вырвалось у неё. — Да, — сухо ответила мать. — Привыкай. Гюльчин сразу же направилась внутрь, навстречу Орхану, словно забыв о существовании дочери. Сейран осталась одна во дворе, чувствуя себя лишней деталью в чужой жизни. — Заблудилась? Голос раздался неожиданно близко. Она обернулась. Перед ней стоял парень — высокий, уверенный, с ленивой усмешкой на губах. Взгляд тёмный, оценивающий, слишком прямой. В нём не было ни любопытства, ни тепла — только холодное превосходство. Двадцать один год, подумала Сейран. Или чуть больше. Такие мужчины всегда выглядели старше своих лет. Он медленно протянул руку. — Ну привет, сестрёнка. Ферит. Сейран посмотрела сначала на его руку, потом на лицо. Внутри всё мгновенно вспыхнуло раздражением. Она протянула руку неохотно, пожала её всего на секунду и тут же отдёрнула. Закатив глаза и цыкнув, она сказала: — Привет. Сейран. Никакая я тебе не сестрёнка. Улыбка Ферита стала шире, но глаза остались холодными. — Посмотрим, — лениво бросил он. — Теперь ты живёшь здесь. Сейран выпрямилась, глядя ему прямо в глаза. — Жить в одном доме — не значит быть семьёй. Ферит усмехнулся, чуть склонив голову. — Ты быстро учишься, — сказал он. — Но здесь правила не твои. Он развернулся и пошёл к дому, не оборачиваясь. Сейран осталась стоять, чувствуя, как в груди поднимается тревога. Она ещё не знала, что этот дом станет для неё испытанием. И что Ферит Корхан — человеком, который изменит её жизнь сильнее, чем весь Стамбул. Вечером «семья» решила поехать в ресторан. Сейран долго стояла перед зеркалом. В итоге она выбрала чёрное платье — длинное, в пол, закрытое, почти строгое. Не то, которое хотела видеть на ней мать. Гюльчин настаивала на коротком, светлом, «более подходящем для такого вечера», но Сейран была непреклонна. Она собрала волосы в необычную причёску — небрежно, но продуманно, словно между строгой сдержанностью и вызовом. Макияж — минимальный: ровная кожа, чуть подчёркнутые глаза, никакой яркости. Она не хотела сливаться. Она хотела быть собой. Когда Сейран спустилась по лестнице, разговоры внизу на секунду стихли. Орхан и Гюльчин уже стояли у выхода. Мать скользнула по дочери оценивающим взглядом — задержалась на платье, едва заметно поджала губы, но ничего не сказала. Ферит стоял чуть в стороне, опираясь плечом о перила. Он поднял голову, когда Сейран оказалась на последней ступени. Он дождался, пока родители выйдут вперёд, и только потом, лениво, почти насмешливо произнёс: — Милое платье, Сейро. Это прозвище резануло слух. Сейран остановилась. Медленно развернулась к нему, окинула холодным взглядом с головы до ног. На её губах появилась усмешка — спокойная, опасная. — Ферит, — сказала она тихо, но чётко, — закройся уже, ради бога. Мне тошно от тебя. В холле повисла тишина. Ферит на секунду замер, будто не ожидая такого прямого удара. Затем его губы растянулись в широкой улыбке — слишком спокойной, слишком уверенной. — Взаимно, — бросил он, выпрямляясь. — Значит, вечер будет интересным. Он прошёл мимо неё так близко, что Сейран почувствовала его запах — дорогой парфюм, сигареты и что-то резкое, тревожное. Она сжала пальцы, но не отступила. В ресторане было шумно и слишком ярко. Мягкий свет отражался в бокалах, приглушённые голоса сливались в одно ровное гудение. Сейран сидела рядом с Феритом — слишком близко, так, что чувствовала его присутствие кожей, даже когда не смотрела на него. Она держалась прямо, скрестив ноги, пальцы лежали на коленях спокойно, но внутри всё было напряжено. Ферит развалился на стуле рядом, одна рука небрежно лежала на спинке её кресла — не касаясь, но обозначая территорию. — Сейран, — начала Гюльчин, делая глоток вина, — тебе нравится Стамбул? — Я его ещё не знаю, — сдержанно ответила Сейран. — Пока что он слишком шумный. Ферит усмехнулся, не поворачивая головы. — Он всегда такой, — бросил он. — Особенно ночью. Гюльчин перевела взгляд на него, будто вспомнив что-то важное. — Кстати, Ферит, — сказала она мягче, — если ты сегодня поедешь по делам, возьми Сейран с собой. Сейран резко повернула голову. — Мам? Ферит наконец посмотрел на Гюльчин. В его взгляде мелькнуло удивление, быстро сменившееся ленивым интересом. — Зачем? — спросил он спокойно. — Ей нужно привыкать к городу, — пожала плечами Гюльчин. — И мне будет спокойнее, если она будет с тобой. Вы всё равно теперь… семья. Последнее слово повисло в воздухе. Ферит медленно перевёл взгляд на Сейран. Оценил её выражение лица — настороженное, недовольное, готовое к отказу. — У меня не самые скучные дела, — сказал он, будто предупреждая. — Я не просилась, — холодно ответила Сейран. Гюльчин нахмурилась. — Сейран. Ферит вдруг усмехнулся, отставляя бокал. — Ладно, — произнёс он. — Пусть едет. Сейран уставилась на него. — Что? — Сказал же, — лениво повторил он. — Поехали. Покажу тебе Стамбул. В его тоне было что-то, от чего внутри у неё неприятно сжалось. Через несколько минут они встали из-за стола. Сейран вышла первой, не оборачиваясь. Ферит шёл следом, молча, позволяя себе задержать взгляд на её спине, на плавном шаге, на том, как чёрное платье подчёркивало каждое движение. Он хмыкнул про себя и ускорил шаг. На парковке его чёрный BMW ждал, поблёскивая в свете фонарей. Сейран села на пассажирское сиденье, хлопнув дверью чуть громче, чем нужно. Ферит завёл двигатель, не говоря ни слова. Город быстро сменился тёмными улицами, потом — промзоной. Музыка в салоне стала громче, басы отдавались в груди. Сейран нахмурилась, оглядываясь по сторонам. Машина остановилась. Вокруг — люди, яркий свет фар, рёв моторов, запах бензина и дыма. Смех, крики, адреналин. Сейран вышла из машины и медленно огляделась. — И что это за место? — спросила она, повернувшись к Фериту. Он захлопнул дверь, обошёл капот и остановился напротив, скрестив руки. — Если ты не тупая, — сказал он спокойно, с кривой усмешкой, — то видишь. Сейран прищурилась, взгляд стал жёстким. — Вижу, — ответила она. — Нелегальные гонки. И, кажется, твои «дела» выглядят именно так. Ферит усмехнулся шире. — Добро пожаловать в мой вечер, Сейран. Ночь опустилась на Стамбул, превращая город в разноцветный калейдоскоп огней. Вилла с бассейном была переполнена людьми: смех, музыка, звон бокалов и запах алкоголя смешивались в одну плотную волну, от которой кружилась голова. Сейран стояла у края бассейна, держа в руках бокал, едва касаясь его губами. Она пила аккуратно, стараясь не терять контроль, но позволяла себе расслабиться. Её внимание привлекла девушка с яркой улыбкой и короткой стрижкой, которая, заметив её заинтересованный взгляд, подошла ближе. — Привет, я Суна, — сказала она энергично. — Новенькая? — Сейран, — кивнула та, слегка улыбаясь. — Да, переехала недавно. Они разговорились, смеялись, делились впечатлениями о городе. Сейран чувствовала себя немного свободнее, но всё равно настороженно, постоянно окидывая взглядом толпу. Ферит же развлекался по-своему. Он двигался среди гостей, легко флиртуя и целуясь с девушками, будто это был обычный вечер. Сейран наблюдала за этим с удивлением, почти шокирована: такое поведение было для неё чем-то чуждым, почти дикостью. Она чувствовала, как внутри всё сжимается — смесь раздражения и странного любопытства. И вдруг он подошёл к ней. Ферит, с усмешкой на губах, наклонился ближе. Его взгляд был острый, опасный, как будто он читает её мысли. — Что, мне и тебя также удовлетворить? — спросил он, голосом, который был одновременно игривым и вызывающим. Сейран отшатнулась, обернувшись к нему с возмущением. — Ты что, больной, или что? — сказала она, пытаясь сохранять спокойствие, но в голосе слышалась дрожь. Он пожал плечами, не отступая. — Тогда чего такая недовольная? — лениво усмехнулся он, скользнув взглядом по её лицу. — Ферит! Ушёл отсюда! — выкрикнула она, громко, чтобы привлечь внимание и показать, что она не сдаётся. На мгновение он замер, как будто удивлён её смелостью. Затем, с лёгкой усмешкой, шагнул назад, оставляя её на месте. Но взгляд, который он бросил через плечо, был полон обещания: вечер был далеко не закончен, и это противостояние только начиналось. Сейран сделала глубокий вдох, пытаясь вернуть себе контроль. В голове всё ещё гремела музыка, в ушах звенел смех, а перед глазами стояла непростая, живая фигура Ферита — человека, с которым ей предстоит иметь дело всю ночь. Музыка гремела громче, свет менялся, отражаясь в воде бассейна. Сейран пыталась расслабиться, но ощущение напряжения от присутствия Ферита не отпускало. Он стоял у края бассейна, с бокалом в руке, наблюдая за ней. Каждый его взгляд был предельно осознанным — как шахматист, который уже видит несколько ходов вперёд. Неожиданно он подошёл, почти тихо, так, что Сейран вздрогнула. — Ты слишком серьёзная, — сказал он, наклоняясь ближе, чтобы её слышать через музыку. — Расслабься хоть раз. — Я здесь не для того, чтобы “расслабляться” с тобой, — холодно ответила она, отводя взгляд. Он усмехнулся, как будто её сопротивление только подстёгивало интерес. — Серьёзно? — Ферит сделал шаг ближе. — Тогда давай сыграем в маленькую игру. — Какую? — спросила она, с трудом скрывая раздражение. — Я называю цифру от одного до десяти, — сказал он, поднимая бровь. — Ты называешь вторую. Кто проиграл — выполняет желание победителя. Сейран нахмурилась. — Ты больной? — Нет, — лениво ответил Ферит. — Просто хочу увидеть, как ты реагируешь. Она вздохнула, но согласилась, потому что внутренняя гордость не позволяла отступить. Они начали — цифра за цифрой, напряжение росло с каждым раундом. Каждый взгляд Ферита, каждая усмешка будто говорила: «Ты не уйдёшь, пока я не решу, что игра окончена». — Ты слишком медленная, — провоцировал он, когда Сейран на секунду задумалась. — Мне не нужна скорость, — резко ответила она. — А тебе не мешало бы немного уважать людей. Он рассмеялся, тихо, почти хищно. — Уважение? Оно скучное. Мне нравится видеть реакцию. Сейран почувствовала, как внутри поднимается раздражение и одновременно странное напряжение — смесь злости и притяжения. Он знал, что ей неприятно, и это его только забавляло. — Ферит! — наконец выкрикнула она, сжимая бокал так, что пальцы побелели. — Отстань! Он наклонился к ней ещё ближе, не трогая, но так, что она чувствовала его дыхание. — Не уходи так быстро, Сейран, — сказал он тихо. — Ты ещё не понимаешь, насколько весело может быть… проигрывать. После нескольких раундов игр и бокалов музыка у бассейна немного стихла, и внимание гостей постепенно переключилось на внешний двор. Несколько машин, ярко блестящих под светом прожекторов, уже стояли, готовые к ночной гонке. Ферит посмотрел на Сейран, усмехнувшись. Его взгляд говорил: «Ну что, готова?» Сейран, прищурившись, скрестила руки. — Я не участвую. — О, — лениво сказал он, — тогда почему все смотрят на тебя? И правда: люди начали обсуждать её тихо между собой. Её спокойная уверенность, чёрное платье и странный блеск в глазах сделали её центром внимания. — Давай устроим что-то интересное, — услышала она чей-то голос. — Пусть она гоняется с Феритом. — Да! — подхватили другие. — Посмотрим, кто сильнее! Ферит повернулся к Сейран и усмехнулся: — Ну что, решилось без меня? Сейран откашлялась, пытаясь вернуть контроль: — Это шутка? Я не умею в такие… игры. — Не важно, — сказал он, шагнув к своей машине. — Главное — что теперь все хотят видеть тебя на треке. Гости начали подбадривать её, хлопая и выкрикивая: — Давай, Сейран! — Ферит не уйдёт, если ты откажешься! Сейран тяжело вздохнула. Внутри поднимался жар — смесь злости, раздражения и неожиданного возбуждения. Она посмотрела на его машину, её идеальные линии и мощный звук двигателя. — Ладно, — сказала она наконец, решительно, — но только потому, что никто не отстанет! Ферит улыбнулся, почти злорадно, проводя рукой по капоту: — Вот так мне и нравится. Они сели в BMW. Ферит завёл мотор, и низкий рёв разлёгся по всей территории. Сейран держала руки на руле, сердце колотилось. Она понимала, что это не просто гонка — это игра, где ставка намного выше, чем просто скорость. — Итак, — сказал Ферит, глядя на неё через боковое зеркало, — кто проиграет, платит… чем? — Не важно, — отрезала она. — Просто едь аккуратно. Он рассмеялся тихо, почти хищно: — Аккуратно? Ты ещё не поняла, что аккуратно — это скучно. Они выехали на стартовую линию. Остальные гости выстроились вокруг, выкрикивая ставки и подбадривая участников. В воздухе стоял запах бензина, адреналин и ожидание. — Готова? — спросил Ферит, подмигнув. — Никогда не была готова к твоей безумной затее, — призналась Сейран. Ферит только улыбнулся. Стартовый сигнал прозвучал, и машины рванули с места, оставляя за собой рев моторов и разрывая ночную тишину. Сейран чувствовала, как сердце вырывается из груди, но вместе с этим пульс учащался от скорости и опасности. Ферит же ехал рядом, хищно улыбающийся, словно наслаждаясь каждым её движением на руле и каждой эмоцией, которая пробегала по её лицу. — Видишь? — крикнул он через шум мотора. — Весело уже! — Ещё не весело! — ответила она, сжимая руль, ощущая каждый поворот, каждый рывок. Ночной воздух свистел в ушах, смешиваясь с ревом моторов. Дорога перед ними была узкой и извилистой, огни города исчезали, оставляя только вспышки фар и неоновый свет вокруг. Сейран держала руки на руле, сердце колотилось так, что казалось, оно вот-вот вырвется из груди. Каждое движение Ферита рядом было рассчитано, хищно точное: он ехал почти на пределе, но умел контролировать скорость, оставляя ей шанс… но совсем небольшой. — Держись за руль крепче, — крикнул он через открытое окно, с усмешкой, которая одновременно раздражала и возбуждала. — Ты ещё не понимаешь, что такое настоящая гонка! Сейран сжала руль. Её взгляд был напряжённым, руки белели от усилия. Вдруг дорога резко свернула вправо, и она почувствовала, как колёса чуть не сорвались с мокрого асфальта. Инстинктивно нажала на газ и одновременно затормозила — на миллисекунду машина почти потеряла управление. — Чёрт! — выдохнула она, но не остановилась. Ферит ехал рядом, чуть впереди, но постоянно поглядывал на неё. Его взгляд говорил: «Ты не справишься… или справишься?» Сейран почувствовала всплеск адреналина — страх смешался с невероятным возбуждением. Она сосредоточилась, каждое движение рук, каждое касание педали было точным. Она шла на риск: короткий манёвр, почти касание бордюра, и машина вновь выровнялась. — Ты что, сумасшедшая? — крикнул Ферит, но в его голосе была лишь смесь удивления и восхищения. — Просто учусь у тебя, — ответила она, улыбаясь сквозь напряжение. Последние метры. Сейран чувствовала, как дыхание замирает, мышцы горят от усилия, но она не сдаётся. И когда финишная черта появилась перед глазами, она сделала невозможное — манёвр в последний момент, и BMW пересекла линию первой. Тишина. На долю секунды. Ферит замер, глядя на неё. Его глаза были широко открыты, губы чуть приоткрыты. — Ты… выиграла? — выдохнул он, не скрывая удивления. Сейран, слегка задыхаясь, улыбнулась. — Да. И если что, — добавила она с вызовом, — больше меня не недооценивай. Ферит хмыкнул, затем широко улыбнулся. В его взгляде мелькнула смесь уважения и хищного интереса. — Ладно, Сейран… признаю. Ты не просто выжила. Ты сильнее, чем я думал. — Он сделал шаг к ней, слегка наклонившись через капот. — И это… чертовски интригующе. Сейран сидела на капоте машины, переведя дыхание после адреналиновой гонки. Сердце ещё стучало так, что казалось, слышно его даже через гул ночного города. Она смотрела на ночной Стамбул, на огни, на тёмные улицы — ощущение победы ещё не покидало её. И вдруг он подошёл. Ферит, с той самой ленивой, хищной улыбкой, которая одновременно раздражала и притягивала, остановился прямо перед ней. — Ладно, — начал он, голос ровный, но в нём слышался насмешливый оттенок, — я проиграл. Загадaй желание… желательно интимное. Сейран замерла. Её взгляд мгновенно стал ледяным. Она встала с капота, пальцы сжали его куртку на мгновение, но не для ласки — для контроля. И одной резкой движением дала ему пощёчину. — Ты больной идиот, Ферит! — выкрикнула она, яростно, почти вслух глотая воздух. — Пошёл ты, блять! Ферит слегка отшатнулся, но усмешка не сошла с лица. Его глаза горели — смесь удивления, восхищения и явного интереса. — О, — сказал он, спокойно, как будто это была самая естественная реакция на всё, что он только что сказал. — Прямо и ясно. Мне нравится. Сейран, ощущая, как кровь всё ещё пульсирует в висках, отвернулась, пытаясь успокоиться. Но в глубине понимала, что Ферит добился своего: она не могла перестать замечать его, даже когда злится. — И ещё, — продолжил он, делая шаг ближе, не приближаясь слишком, — это только начало. Сейран сжала кулаки, но не отступила. Она выиграла гонку, она выдержала его провокацию — но игра между ними была ещё далеко не окончена. После долгой ночи и адреналиновой гонки они вернулись в особняк. Сейран была слегка пьяна, в глазах блеск, а движения — нескладные, словно каждая ступенька мраморной лестницы могла стать ловушкой. Каблуки стучали по холодному полу, эхом отдаваясь по пустым коридорам. — Блять, — пробурчал Ферит, едва заметно сжав плечи, — сними ты эту хуйню, стучащую. Сейран, посмеиваясь, повернулась к нему с лёгкой усмешкой: — Заткнись уже, щас сниму эту хуйню. Она бросила каблуки прямо в него — не с силой, но с точным намерением, чтобы слегка задеть. Ферит лениво наклонился, успев поймать один, и только усмехнулся. Сейран повернулась и, покачиваясь на ногах, направилась к своей комнате. Дверь мягко захлопнулась за ней. Она сняла верхнее платье, надела простую пижаму и, наконец, рухнула на кровать. В комнате было тихо, только лёгкий шум кондиционера напоминал о внешнем мире. Сейран быстро погрузилась в сон, тело дрожа от усталости, а мысли ещё пытались переварить всю ночь — гонку, провокации Ферита, адреналин и странное чувство, которое всё сильнее начало подниматься внутри неё. Сейран стояла перед зеркалом в коридоре, поправляя сумку через плечо. Юбка, рубашка, кроссовки — всё аккуратно и удобно, как для университета. Волосы были уложены так, чтобы не мешать, но при этом выглядели естественно. Она глубоко вздохнула, пытаясь собраться и настроиться на день. И вдруг, по лестнице спускался Ферит — собранный, с той самой хищной усмешкой на лице. Как только он её увидел, громко свистнул. — Иди нахуй со своим свистом, Ферит, — сразу цыкнула она, не теряя ни секунды. — Я отвезу тебя в универ, — лениво сказал он, не отводя взгляда. — Я сама дойду, — спокойно ответила она, делая шаг в сторону двери. — Я отвезу, — настоял он, слегка повысив голос. — Все, замолчи уже. Сейран вздохнула, но молча последовала за ним к машине. По дороге они молчали, каждый погружённый в свои мысли. Когда они подъехали к университету, Сейран резко открыла дверь и вышла, ударив ею слишком громко. Ферит резко опустил стекло, голос был полон раздражённой насмешки: — Ебашь по аккуратнее, эта дверь стоит больше, чем ты. Сейран цыкнула и подошла к своей знакомой, Наре, которая уже ждала её. Они приобнялись. — Это твой парень? — спросила Наре, с интересом взглянув на Ферита, стоящего у машины. Сейран медленно повернулась к нему, потом обратно к Наре, закатив глаза и цыкнув: — Нет, — сказала она, с улыбкой, полной вызова, — это типо мой сводный брат… ещё тот ублюдок. Наре приподняла бровь, явно удивлённая. — Ты что? Это же Ферит! По нему все девки академии текут! Сейран пожала плечами, не скрывая пренебрежения: — Не вижу в нём ничего интересного. Ферит усмехнулся, слыша это, его глаза загорелись: — Это пока так, Сейран, — сказал он тихо, почти шепотом, с лёгким хищным блеском. Сейран с огромными глазами резко повернулась на Ферита, а потом, с видимой раздражённостью, выдохнула: — А ва… как же ты заебал уже, заткнись! Наре тихо посмеялась, слегка прикрыв рот рукой. — Похоже, ты действительно его ненавидишь, — с улыбкой сказала она. Сейран перевела взгляд с Ферита на Наре, стиснув зубы, но не смогла скрыть, как её раздражение смешалось с какой-то внутренней нервозной энергией. — Он меня бесит, что бы его… — проворчала она, будто сама пыталась подобрать слова. — Но это не значит, что я буду вести себя как… как все остальные. Наре кивнула, понимая её: — Похоже, с ним совсем непросто, — сказала она, слегка улыбаясь. — Но, честно, интересно наблюдать за вами Сейран шла по коридору университета, плечи слегка сжаты, взгляд направлен вперёд. Голос Наре уже затих в ушах, мысли ещё бурлили после утренней перепалки с Феритом. Она пыталась сосредоточиться на занятиях, но чувствовала, как его присутствие будто невидимо тянет её внимание. И вдруг он появился. Ферит, как всегда, уверенный, с лёгкой ленивой усмешкой, стоял у входа в лекционный зал. Он прищурился, заметив её. — Ну что, Сейро, — начал он тихо, но достаточно громко, чтобы она слышала, — твой день начинается, а ты уже злишься на меня? Сейран остановилась, сжала кулаки, но ответила только цыкнув: — А ты что, каждый день будешь меня провоцировать? — Почему бы и нет? — пожал плечами Ферит, делая шаг к ней. — Мне кажется, это забавно… видеть, как ты пытаешься сохранять серьёзность. Сейран хотела пройти мимо, но он будто специально встал на её пути, оставив только узкий проход. — Ферит, — сказала она твёрдо, — отойди. Мне нужно идти на пару. — Или что? — усмехнулся он, подбирая шаг, чтобы идти рядом. — Что ты сделаешь, если я буду идти с тобой? Сейран замерла на мгновение, ощущая, как напряжение внутри растёт. Он был слишком близко, взгляд острый и вызывающий. — Я… просто игнорирую тебя, — пробормотала она, стараясь не показывать, что внутри начинает бить адреналин. Ферит тихо засмеялся, почти шепотом, наклоняясь ближе: — Игнорировать меня? Серьёзно? Это только раззадоривает. Он сделал ещё один шаг и мягко прижал её спиной к стене коридора, оставляя её почти без движения. Сердце Сейран застучало быстрее, взгляд метнулся к его лицу — хищный, уверенный, дерзкий. — Ферит… — выдохнула она, сжимающая кулаки, но не отступая. — Отойди! Он лишь слегка улыбнулся, глаза горели: — Или что, Сейро? Ты выиграла гонку вчера, но сегодняшняя игра только начинается. Сейран оттолкнула Ферита, глубоко вздохнула и направилась на пары, стараясь собраться. Войдя в аудиторию, она села с Наре на заднем ряду, стараясь держаться спокойно. Лекция шла своим чередом, но внимание Сейран отвлекло лёгкое вибрирование в сумке. Она достала телефон и увидела сообщение от Ферита. Сначала, расслабленно и с едва заметной сонливостью, она открыла чат. Там была фотография: его торс, накаченный пресс, мышцы, от которых трудно было отвести взгляд. Внутри Сейран что-то дрогнуло — она быстро проснулась, почувствовав, как кровь приливает к щекам. Она слегка прикусила губу и долго рассматривала изображение, ощущая странное возбуждение и смешанные эмоции. Наре, заметив это, тихо посмеялась, но без злобы, скорее поддразнивая: — Сейран, а говорила, что он не нравится. Сейран мгновенно дернулась, спрятала телефон в сумку и слегка покраснела: — А, ты это о чём? — прохладно ответила она, пытаясь скрыть, что именно заметила. Наре только кивнула и, всё ещё улыбаясь, произнесла: — Ладно, тебя понять можно. Сейран глубоко вздохнула, опустив взгляд на парту. В голове всё ещё крутилась фотография, а чувство возбуждения и противоречивого интереса к Фериту только усиливалось. Она понимала, что даже когда пытается держать дистанцию, он умеет находить способ завладеть её вниманием. После окончания всех пар Сейран, не имея выбора, села в машину Ферита. Она уперлась руками в колени и взглянула на него с явным раздражением, словно готовясь к словесной войне. — Ферит! — начала она резко, голос дрожал от смеси злости и возбуждения, — это сука что такое? Какого черта ты кидаешь мне такие фотки? Ты ебанулся? Ферит, не спеша, повернул к ней глаза, лениво оперся на руль и тихо усмехнулся: — Ебанулся? Может быть… Но смотри, Сейро, я просто хотел убедиться, что ты проснулась. Ты же сама знаешь — сонная ты совсем не та, что мне нравится. Сейран почувствовала, как тепло быстро растёт внутри, сердце стало биться сильнее. Его взгляд, медленный, уверенный, слегка вызывающий, не позволял отвести глаз. Она попыталась отвернуться, но едва сдерживалась от того, чтобы не смотреть на него снова. — Ты что, издеваешься? — прошептала она, сжимая ручку своей сумки. — Может быть, — тихо ответил Ферит, почти шепотом, — но мне интересно, как долго ты сможешь сопротивляться. Сейран сжимала ручку сумки, глаза сверкали от злости и раздражения. Она всё ещё пыталась справиться с тем, что Ферит делал её возбуждённой своими словами и взглядами. Он заметил её внутреннюю борьбу и, едва сдерживая усмешку, медленно положил руку под её юбку. — Ферит! — выдохнула она, едва успев отшатнуться. И тут он резко приблизился, глубоко поцеловав её. Сейран, стиснув зубы и почти вскакивая с сиденья, резко откинула его от себя. — Ты больной? — выдохнула она, глаза горели от ярости, — ты совсем, блять! Ферит лишь лениво откинулся на спинку сиденья, усмехаясь, словно это была игра, а не ситуация, где она могла действительно взорваться. — Ох, — сказал он тихо, с едва заметной насмешкой в голосе, — ты такая взрывная, Сейро. Мне нравится. Сейран глубоко вдохнула, пытаясь успокоить дыхание. Она чувствовала смесь злости, раздражения и неожиданного внутреннего волнения. Её тело всё ещё реагировало на его близость, несмотря на то, что разум кричал: «Отойди!» — Ферит… — сказала она тихо, но твёрдо, — я не играю в твои игры. Он слегка улыбнулся, как будто уважая её сопротивление, но глаза всё так же искрились провокацией. — Игра только начинается, — прошептал он, не двигаясь с места, наблюдая за её реакцией. Сейран вышла из машины Ферита, так сильно ударив дверью, что тот едва не подпрыгнул на сиденье. Не обращая на него больше внимания, она пошла пешком домой, пытаясь сориентироваться в незнакомом городе. Каждый шаг отдавался эхо по пустым улицам Стамбула, сердце ещё стучало от волнения и злости. Придя домой, она зашла в гостиную, где уже сидела мама. Гюльчин подняла взгляд с чашки чая и нахмурилась: — Почему вы приехали с такой разницей во времени? Сейран только пожала плечами, с лёгкой усмешкой, и, оглянувшись в сторону Ферита, который тихо стоял рядом, сказала с явной провокацией: — Пусть тебе твой «сынок новый» расскажет, мама. Мама удивлённо подняла бровь, а Ферит лениво усмехнулся, словно наслаждаясь моментом. Сейран же, чувствуя внутреннюю победу, только отвернулась и пошла в свою комнату, оставляя их наедине с недосказанностью и напряжением. ⸻ Вечером Ферит снова отправился на вечеринку — привычная тусовка с музыкой, светом и толпой людей. Сейран, посовещавшись с подругой, тоже решила поехать. Ей хотелось отвлечься после дня, полного провокаций и нервов. Когда они приехали, атмосфера уже кипела: громкая музыка, светомузыка, смех и крики в толпе. Сейран, сначала осторожно, начала потягивать напитки, а потом позволила себе расслабиться. Она пила больше обычного, чувствуя, как градус алкоголя расслабляет тело и отвлекает мысли. Ферит же, как всегда, был в своей стихии: уверенный, дерзкий, он смешивался с толпой девушек, сосался с каждой, кто подходил, легко и непринужденно, ощущая контроль и внимание вокруг. Его руки, взгляды и движения не оставляли сомнений — он был здесь хозяином происходящего. Сейран, наблюдая за этим, только качала головой, иногда смущённо улыбаясь. Она не вмешивалась, просто танцевала и пила в огромных количествах, стараясь держать себя в своих рамках. Алкоголь смешивался с музыкой, пульсировал в венах, и, несмотря на усталость, она чувствовала себя живой. Временами её взгляд пересекался с Феритом, и в этот момент внутри что-то поднималось: раздражение, зависть, возбуждение — всё одновременно. Он был её постоянным вызовом, даже когда она пыталась игнорировать его. Сейран сидела на капоте машины, слегка раскачиваясь, глаза полузакрыты, руки бессильно опирались на металл. Алкоголь уже чувствовался в каждом её движении — лёгкое головокружение, расслабление мышц, покалывание по всему телу. Ферит подошёл, не сказав ни слова. Его взгляд был острый, хищный, и, почти без промедления, он резко наклонился и глубоко поцеловал её. Сейран, под воздействием алкоголя и внезапного порыва эмоций, ответила без раздумий. Её руки обвились вокруг его шеи, тело почти автоматически подстроилось к нему. В этот момент казалось, что все мысли исчезли, осталась только реакция, только ощущение близости. Но через десять минут что-то щёлкнуло внутри неё. Реальность вернулась, алкоголь немного улёгся, а чувство контроля над собой стало важнее. Она резко откинула его от себя, встала с капота и шагнула прочь. — Всё, — прохрипела она, с трудом удерживая дыхание, — я ухожу. Ферит остался на месте, слегка удивлённый, но усмехнулся: в его глазах была смесь восхищения и тихой похвалы. Он понимал, что Сейран смогла удержать себя, но одновременно почувствовал, что игра между ними только усилилась. Когда Сейран наконец добралась до дома, она была так пьяна, что не могла идти сама — каждый шаг отдавался тяжёлой неуверенностью, и любое движение могло разбудить всех в доме. Ферит, заметив это, без лишних слов поднял её на руки. Она почти растворилась в его объятиях, руки цеплялись за его плечи и грудь, едва сдерживая смех и невнятные слова. — Ну… видно, что ты качаешься, конечно, — бормотала Сейран, слабо опираясь на его тело, — стероиды помогают, да? Ферит лишь лениво усмехнулся, будто это было самым естественным комплиментом, который он слышал за день. Его взгляд скользнул по её лицу, и он тихо сказал: — Ага… видно, что пьёшь ты слишком много, Сейро. Сейран лишь усмехнулась, слегка покачивая рукой по его накачанным рукам, изучая каждую мышцу как ребёнок, завороженный игрушкой: — Ну да… впечатляет… — её голос дрожал от алкоголя и возбуждения, слова сливались, а глаза блестели. Он осторожно открыл дверь её комнаты и мягко уложил её на кровать, наблюдая, как она с трудом устраивается на подушке. — Спи, — тихо сказал он, почти шепотом, — а утром обсудим, кто кого больше раздражает. Сейран лишь тихо засмеялась в полусне, поглаживая его руку, и закатилась на бок, полностью отдаваясь отдыху, но с внутренним ощущением, что эта ночь ещё долго будет жить в её голове. Утро встретило Сейран тупой болью в висках и сухостью во рту. Она медленно открыла глаза, щурясь от света, и несколько секунд просто лежала, пытаясь понять, где находится. Комната была её — значит, домой она всё-таки добралась. Воспоминания накрыли резко: вечеринка, алкоголь, капот машины… Ферит. Сейран зажмурилась и тихо выдохнула: — Чёрт… Она приподнялась на локтях, чувствуя, как всё тело ломит. В этот момент дверь тихо скрипнула. Сейран резко подняла голову. На пороге стоял Ферит. Спокойный, собранный, с чашкой кофе в руке, будто прошлой ночи вообще не существовало. — Доброе утро, — произнёс он ровно, разглядывая её. — Ты жива. Уже хорошо. — Ты что здесь делаешь? — хрипло спросила Сейран, натягивая одеяло повыше. — Живу тут, если ты забыла, — усмехнулся он и поставил чашку на тумбочку. — Воды принёс. И кофе. Хотя тебе сейчас лучше воды. Она посмотрела на чашку, потом снова на него — с раздражением, смешанным со стыдом. — Я ничего не помню, — резко сказала она. — И если ты сейчас начнёшь… — Спокойно, — перебил он, чуть приподняв руки. — Я ничего не делал. Ты была пьяная, а не без сознания. Я просто донёс тебя до комнаты. Всё. Сейран внимательно смотрела на него, пытаясь уловить ложь. Но его голос был неожиданно серьёзным. — И ты… — она замялась, — не воспользовался этим? Ферит усмехнулся, но уже без привычной насмешки: — Мне нравится, когда ты злишься и сопротивляешься. А не когда потом жалеешь. Эти слова ударили сильнее, чем она ожидала. Сейран отвела взгляд. — Уйди, — тихо сказала она. — Пожалуйста. Он несколько секунд молчал, потом кивнул. — Как скажешь, Сейро. Но от меня ты так просто не отмажешься. Ферит вышел, тихо прикрыв дверь. Сейран опустилась обратно на подушки, закрыв глаза. Сердце билось быстрее, чем должно было. Она злилась на него. Злилась на себя. И больше всего — на то, что его присутствие продолжало выбивать её из равновесия даже утром, когда всё должно было быть ясно и просто. Сейран спустилась на завтрак в пижаме — растрёпанная, сонная, с кружкой кофе в руках. Вид у неё был такой, будто ночь всё ещё не закончилась. Она молча села за стол, стараясь ни на кого особо не смотреть. За столом уже сидели мама, Орхан и Ферит. Последний, увидев её, на секунду задержал взгляд, но ничего не сказал. Гюльчин, как ни в чём не бывало, сделала глоток чая и вдруг спокойно начала: — Кстати, Сейран… ты вчера поздно вернулась. Мы с Орханом уже спали. Сейран кивнула, делая глоток кофе. — Я так понимаю, Ферит тебя привёз? — продолжила мама, будто между делом. — Вы, я смотрю, вообще много времени вместе проводите. Сейран резко закашлялась, подавившись кофе. — Кх… кх… что?! — она уставилась на мать широко раскрытыми глазами. Ферит не выдержал и тихо рассмеялся, прикрыв рот рукой, но тут же почувствовал лёгкую неловкость — взгляд Орхана был слишком внимательным. — Мам, — выдавила Сейран, прокашлявшись, — ты вообще о чём сейчас? Гюльчин удивлённо подняла брови: — Ну как о чём? Вы же молодые, учитесь в одном университете, живёте под одной крышей. Я просто сказала, что это… удобно. Ферит хмыкнул, отводя взгляд в сторону, но уголки губ всё ещё дрогнули от смеха. — Очень удобно, — буркнула Сейран, зло глянув на него. — Особенно для того, чтобы он меня бесил с утра пораньше. — Я, между прочим, молчу, — лениво ответил Ферит. — Это ты подавилась. Сейран пнула его ногой под столом. — Заткнись. Орхан прочистил горло, явно пытаясь разрядить обстановку, а Ферит наконец стал серьёзнее, впервые за утро почувствовав себя чуть не в своей тарелке. Сейран резко встала из-за стола, даже не доев. Отодвинула стул и, не глядя ни на кого, пошла к лестнице. — Я в универ, — бросила она сухо. — В пижаме? — лениво протянул Ферит ей вслед. — Отстань, — отрезала Сейран, не оборачиваясь. Она уже поднималась по лестнице, когда услышала шаги за спиной. Слишком близко. Слишком знакомо. Ферит догнал её у поворота коридора — там, где уже не было ни родителей, ни посторонних взглядов. — Эй, Сейро, — тихо сказал он. Она остановилась, сжала пальцы, но не повернулась. — Что тебе ещё? Ферит подошёл вплотную. Не касаясь. Но так близко, что она чувствовала тепло его дыхания у уха. — Ты так мило подавилась за завтраком, — прошептал он. — Я уж подумал… тебе понравилась ночь больше, чем ты хочешь признать. Сейран резко развернулась: — Ты совсем ахуел? Он усмехнулся — спокойно, уверенно. — Если бы да, ты бы не краснела сейчас. Она злилась. Очень. Но сердце предательски ускорилось. — Не выдумывай, — сказала она холодно. — И не лезь ко мне. Ферит наклонился чуть ближе, голос стал ниже: — Тогда перестань так реагировать. Потому что каждый раз, когда ты злишься… ты меня только заводишь. Сейран на секунду замерла, потом резко отступила назад. — Ты невозможен. — Зато честный, — ответил он, отстраняясь. — До встречи в универе. Она развернулась и ушла, не оглядываясь. Но уже на лестнице поняла — он добился своего. Сейран уже была на середине лестницы, когда резко остановилась и, не оборачиваясь, крикнула ему вслед: — Меня в универе не будет. Ферит замер на секунду. Потом медленно усмехнулся. — О как, — протянул он спокойно. — Прогул? Сейран обернулась, взгляд холодный, дерзкий: — А тебя это ебать не должно. — Ошибаешься, — ответил он, скрестив руки на груди. — Мне всегда интересно, где ты… когда тебя нет. Она фыркнула: — Мечтай. — Уже, — коротко бросил Ферит. Сейран отвернулась и пошла дальше, на этот раз не замедляя шаг. А Ферит остался стоять, глядя ей вслед — с той самой улыбкой, в которой смешались интерес, раздражение и предвкушение. Ферит всё-таки приехал в университет. Он вышел из машины, привычно оглядел двор и уже направлялся к корпусу, когда услышал знакомый голос. — Ферит. Он обернулся. Наре стояла у входа, с сумкой на плече и внимательным взглядом. — Где Сейран? — спросила она прямо, без лишних вступлений. Ферит на секунду задержался, потом лениво пожал плечами: — Похмелье. Дома отлеживается. Наре прищурилась. — Понятно… — протянула она. — Значит, вечеринка удалась. — Более чем, — усмехнулся Ферит, но в голосе мелькнула едва заметная серьёзность. Наре посмотрела на него пристально, будто пыталась что-то прочитать между строк. — Ты уверен, что с ней всё нормально? — Сейран? — он коротко усмехнулся. — Она всегда нормально. Даже когда не хочет. Наре хмыкнула, явно не до конца поверив: — Ладно. Передай ей, что я напишу позже. — Передам, — кивнул Ферит и уже хотел уйти, но добавил, не оборачиваясь: — Если она ответит. Сейран лежала на кровати, уткнувшись лицом в подушку. Голова гудела так, будто внутри кто-то методично бил молотком. Во рту было сухо, тело тяжёлое, а любое движение отзывалось неприятной волной. — Никогда больше… — пробормотала она, не открывая глаз. Она перевернулась на спину, уставившись в потолок. Тишина дома давила. Родители, скорее всего, уехали по делам. Слишком спокойно. Слишком пусто. И именно в этой тишине в голову полез он. Ферит. Его голос. Его усмешка. Его дурацкая уверенность, будто весь мир — его личная сцена. Сейран раздражённо зажмурилась. — Даже когда тебя нет, ты бесишь, — тихо сказала она в пустоту. Перед глазами всплывали обрывки: капот машины, музыка, его руки, его близость. Она резко села на кровати, схватившись за виски. — Чёрт… Её злило не то, что он позволял себе слишком многое. Её злило то, что часть её самой на это отзывалась. Сейран потянулась к телефону, потом тут же отдёрнула руку. «Не пиши. Не смотри. Не проверяй.» Телефон завибрировал на тумбочке, словно издеваясь. Сообщение. Она замерла. Несколько секунд просто смотрела на экран, будто он мог укусить. Ферит: Жива? Сейран усмехнулась — криво, устало. — Конечно, — пробормотала она. — К сожалению. Она набрала ответ… стерла. Набрала снова. Сейран: Не твое дело. Отправила и тут же бросила телефон обратно, как будто он был горячим. Сердце билось быстрее, чем нужно. Злость смешивалась с чем-то опасно похожим на ожидание. Она легла обратно, закрыла глаза и выдохнула. — Надо держаться подальше, — сказала она себе. — Ты знаешь, чем это заканчивается. Сейран лежала на кровати, уставившись в потолок, когда дверь тихо открылась. Ферит даже не потрудился постучать. Она медленно повернула голову. — Тебя стучаться не учили? Выйди. Он закрыл дверь за собой и прислонился к ней спиной, будто это была шутка. — Ну… а если не выйду? Сейран села, прищурившись. — Вышел нахуй отсюда. Ты контуженый или что? Ферит усмехнулся, но в глазах мелькнуло что-то резкое. — Значит, со всеми так разговариваешь? Или мне повезло? — Тебе слишком повезло, — холодно ответила она. — У тебя ровно пять секунд, пока я не начну орать. — А ты всегда орёшь, когда нервничаешь? — он сделал шаг вперёд. — Или только когда я рядом? — Я нервничаю, потому что ты нарушаешь границы, Ферит. — Какие именно? — он наклонил голову. — Эти? — взгляд скользнул по комнате. — Или те, которые ты сама стираешь, когда злишься? Сейран резко встала с кровати. — Ты бесишь меня. — Знаю, — спокойно ответил он. — И если бы это было всё, ты бы уже давно меня выгнала. Не словами. Между ними повисла тишина. Тяжёлая. Натянутая. — Зачем ты пришёл? — тише спросила она. Ферит выпрямился, на секунду потеряв свою насмешливость. — Потому что ты избегала меня весь день. — И это должно что-то значить? — Да, — он посмотрел прямо на неё. — Значит, что тебе не всё равно. Сейран сжала кулаки. — Уходи, пока я не пожалела, что ты вообще здесь стоял. Он задержался ещё на мгновение, будто хотел сказать что-то другое… но вместо этого усмехнулся. — Ладно. Но это не конец разговора. — Для меня — конец, — ответила она. Ферит открыл дверь. Вечером Сейран сидела в комнате, перебирая телефон без интереса, когда дверь без стука распахнулась. — На вилле у какого-то богача сегодня тусовка, — бросил Ферит, прислонившись к косяку. — Там будут все твои подруги. Она медленно подняла на него взгляд. — И ты мне это зачем говоришь? — Потому что ты потом скажешь, что я не позвал. Сейран хмыкнула, помолчала секунду и неожиданно встала. — Ладно. Я иду. Ферит приподнял бровь, явно не ожидая такого ответа. — Серьёзно? — А что, нельзя? Она прошла мимо него к шкафу. Через полчаса Сейран вышла в коротком платье — слишком коротком, чтобы быть случайностью. Каблуки делали походку резкой и уверенной. Ферит на секунду замолчал, задержав взгляд дольше, чем следовало. — Ты решила убить кого-то сегодня? — усмехнулся он. — Только если будут мешать, — спокойно ответила она. ⸻ Вилла была залита светом, музыка гремела, люди смеялись, будто у них не было ни прошлого, ни последствий. Сейран почти сразу нашла подруг, но взгляд всё равно снова и снова возвращался к Фериту. Он стоял у бара. А рядом с ним — девушка. Слишком близко. Слишком уверенно. Она касалась его руки, смеялась, наклонялась к нему, будто между ними уже что-то было. Сейран почувствовала, как внутри всё стягивается. Ферит не отталкивал её. Не отходил. Просто смотрел — лениво, с этой своей раздражающей полуулыбкой. — Отлично, — процедила Сейран себе под нос. Она выпила воды — холодной, трезвой — и направилась к нему. — Весело? — спросила она, вставая слишком близко. Ферит обернулся. — Ты же не пьёшь, — заметил он. — А мне и не нужно, — холодно ответила она, бросив взгляд на девушку рядом. — Я и так всё прекрасно вижу. Та фыркнула и ушла, бросив на Сейран недовольный взгляд. Ферит усмехнулся. — Ревнуешь? — Не льсти себе. — Тогда почему ты злишься? Сейран шагнула ближе. Между ними не осталось расстояния. — Потому что ты позволяешь слишком многое. — А ты слишком много себе позволяешь сейчас, — тихо сказал он. — Останови меня, — бросила она. Он смотрел на неё секунду. Две. А потом резко притянул к себе. Поцелуй был не мягким — жёстким, срывающим дыхание, будто они пытались доказать друг другу, кто первый сдастся. В этом не было алкоголя, не было случайности — только злость, ревность и то, что они слишком долго отрицали. Сейран первой отстранилась, тяжело дыша. — Ненавижу тебя, — прошептала она. Ферит усмехнулся, всё ещё слишком близко. — Лжёшь. Сейран вернулась к Наре и, опустившись на стул, машинально провела пальцами по губам, будто стирая следы поцелуя. На лице появилась лёгкая, довольная ухмылка — та самая, от которой Наре всё сразу поняла. — Сейран… — протянула она. — Это было очень мощно с вашей стороны. Правда. Вы выглядите как безумно красивая пара. Она наклонилась ближе и понизила голос: — Но тут есть папарацци. Сейран лишь отмахнулась. — Ой, да всё равно. Для мамы я ангел, — усмехнулась она. — Скажет, что девушка просто слишком на меня похожа. — Ну смотри сама, — Наре улыбнулась, явно наслаждаясь происходящим. В этот момент за спиной Сейран раздался знакомый голос. — Не хочешь повторить? Ферит стоял слишком близко, с этой своей ленивой улыбкой, будто знал ответ заранее. Сейран рассмеялась — звонко, слегка неустойчиво, и, повернувшись к нему, сказала уже заметно пьяным тоном: — Я сейчас вернусь. Наре только ухмыльнулась, даже не пытаясь её остановить. Через пару минут Сейран и Ферит исчезли за углом виллы — туда, где музыка становилась глуше, а свет мягче. Время там словно растянулось: смех, шёпот, дыхание слишком близко. Они не спешили возвращаться, будто весь остальной мир на этот вечер перестал существовать. Ферит был слишком близко. Его дыхание — у самого уха, руки — нетерпеливые, уверенные, будто он уже всё решил за них двоих. Когда его пальцы скользнули ниже, под край юбки, Сейран вздрогнула и резко перехватила его запястья. — Ферит, хватит, — голос сорвался, но взгляд был твёрдым. — Это всё ошибка. Хватит. Он замер. На секунду показалось, что он что-то скажет — резко, упрямо, как всегда. Но Сейран уже отступила на шаг, словно возвращая себе пространство и дыхание. — Не сейчас. И не так, — добавила она тише. Она развернулась и ушла, не оглядываясь. Музыка снова накрыла её с головой, свет резал глаза, лица сливались в одно. Сейран села за барную стойку, схватила первый стакан текилы и выпила залпом. Почти сразу — второй. Горло обожгло, но внутри стало пусто и гулко. Она смотрела перед собой, пытаясь стереть из головы тепло его рук и тот импульс, который едва не сломал её. Сейран выдохнула, медленно, глубоко. Это должно было закончиться здесь. Хотя сердце упрямо билось, будто было с этим не согласно. Сейран была совершенно пьяная. Смешав слишком много алкоголя, она еле держалась на ногах, шаталась, и каждый шаг давался ей с трудом. Музыка и смех на вилле казались далекими, как будто сквозь густой туман. Наре заметила это и подошла к Фериту, слегка нахмурившись. — Ферит… — она замялась, пытаясь подобрать слова. — Там твоя… сестра… ну, Сейран. Она очень пьяная. Говорить не может, а пить еще пытается. Забери её как-нибудь. Ферит посмотрел на Сейран, которая пыталась удержать равновесие, и без лишних слов подошёл. — Всё, домой, — сказал он спокойно и уверенно, подхватывая её на руки. Сейран едва смогла что-то промычать, но это звучало скорее как бормотание, чем слова. Дорога до виллы прошла в тишине. Ферит держал её крепко, чтобы она не шаталась, а Сейран постепенно замедляла дыхание, теряя сознание от алкоголя и усталости. Когда они наконец вернулись, вилла была тихой — все уже спали. Ферит осторожно занёс Сейран в её комнату, положил на кровать, аккуратно укрыл, и она тут же заснула, мягко и беспомощно, словно ребёнок. Утро в особняке было тихим. Свет мягко проникал через большие окна, отбрасывая полосы на кухонный пол — и Сейран шла по ним в коротких шортах и топе, едва скрывающем силуэт. Каждое её движение было лёгким, игривым, будто специально рассчитанным, чтобы привлечь внимание. Ферит стоял у плиты, жаря что-то на сковороде, и вдруг заметил её. — Доброе утро, — сказал он, не оборачиваясь, но голос был мягким, с лёгкой усмешкой. — Ты в этом наряде пытаешься меня убить? Сейран подошла ближе, расставив руки на столе, чуть наклонившись. — Может, — ответила она, тихо, дерзко. — Или просто проверяю, кто сильнее: я или твоя выдержка. Ферит наконец повернулся, поднял бровь и усмехнулся. — Ты всерьёз думаешь, что у меня есть хоть малейший шанс? — Попробуй доказать, — сказала она, шагнув ещё ближе. Он покачал головой, будто устал сдаваться, но взгляд выдал всё: игра начинается. — Ладно, — сказал Ферит, подойдя на шаг ближе. — Но если я проиграю… тебе придётся что-то сделать. Сейран улыбнулась, глаза блестят от азарта. — А если проиграю я? — спросила она, слегка наклонившись к нему, чтобы их носы почти соприкоснулись. — Тогда… — он сделал паузу, и его голос стал тихим, с вызовом, — ты меня удивишь. Они стояли рядом, улыбаясь и флиртуя, пока завтрак оставался почти забытым. Каждый взгляд, каждый лёгкий жест были как маленькое сражение, наполненное напряжением и химией. Сейран вышла из комнаты в идеально белом костюме. Он сидел спокойно, как всегда, но в воздухе висело ожидание — тихая, почти неуловимая химия между ними. В этот момент приехала мама Сейран, а вместе с ней отец Ферита. Мама Сейран с лёгкой строгостью сказала: — Сейран, помой машину, пожалуйста. Сейран кивнула и вышла во двор. Вода брызгала, струи стекали по кузову, а она с каждой минутой всё больше наслаждалась процессом — и предвкушением того, что скоро Ферит выйдет. Как только он появился, она специально направила струю воды на себя, полностью моча костюм. Белая ткань прилипла к коже, очерчивая каждую линию. Ферит заметил это мгновенно, его голос прозвучал тихо, но с явной угрозой: — Я на твоем месте лучше бы был по спокойнее… я быстро возбуждаюсь. Сейран лишь усмехнулась, убрала струю воды и пошла переодеваться, наслаждаясь тем, что вызвала у него реакцию. Когда она вернулась в белом костюме, теперь уже сухом и аккуратно выглаженном, мама Сейран объявила: — Сегодня вечером мы всей семьей идем на ужин. Сейран кивнула, держа лёгкую улыбку на губах, пока Ферит молча наблюдал за ней — между ними висела напряжённая, играющая химия, будто обещание, что вечер ещё только начинается. Вечером вся семья поехала на ужин. Но к середине вечера Сейран почувствовала себя плохо — легкая тошнота и слабость. Мама Сейран заметила это и тихо попросила Ферита: — Отвези её домой, пожалуйста. Сейран кивнула и направилась в гостиную, опустившись на диван. Свет лампы падал мягко, отражаясь в её глазах, делая их темными и загадочными. Через пару минут появился Ферит. — Как ты? — спросил он, садясь рядом. — Неплохо… если бы не это, — она провела рукой по волосам, слегка улыбнувшись. Между ними завязался тихий, игривый флирт — короткие взгляды, едва заметные касания рук, лёгкие улыбки. Сейран чувствовала, как внутри всё раскаляется от этой близости. Не выдержав, она села на его колени. Сердце забилось быстрее. Их губы встретились в поцелуе — жёстком, уверенном, трезвом. Ферит осторожно трогал её спину, Сейран прижалась к нему, положив голову на плечо, и они потерялись друг для друга, забыв о мире вокруг. Но в этот момент в доме раздался звук открывающейся двери — родители приехали неожиданно. Сейран резко слезла с Ферита, села в кресло, стараясь выглядеть спокойно и непринужденно. Она заметила, что весь пиджак Ферита был испачкан тональным кремом — отпечатки её кожи, где они только что целовались, остались на его плече и спине. Сердце немного замерло, но внешне она лишь глубоко вздохнула, пытаясь скрыть улыбку. Кухня была залита мягким утренним светом. Сейран, в простой пижаме, с растрёпанными волосами, молча прошла к столу. Налила себе воды, сделала несколько глотков и только тогда заметила взгляд Ферита. Он не спешил отводить глаза. Медленно сделал глоток кофе, ухмыльнулся. — Знаешь… — протянул он лениво, — когда ты так выходишь, без всей своей брони, ты выглядишь так, будто сама хочешь, чтобы я не сдерживался. Сейран замерла. Медленно поставила стакан на стол. — Ты всё выдумываешь, — холодно ответила она. — Я просто вышла попить воды. Не строй из этого свой грязный фильм. Ферит усмехнулся шире, откинулся на спинку стула. — Да брось. Я слишком хорошо знаю женщин. Он окинул её оценивающим взглядом, не скрывая привычной пошлости. — Ты сидишь напротив меня, в пижаме, без макияжа… и думаешь, я не вижу, как ты на меня смотришь? — Я не смотрю на тебя так, как ты привык, — резко сказала Сейран. — И не равняй меня со своими… ночными развлечениями. Он усмехнулся, но в глазах мелькнуло что-то острое. — О, поверь, — усмехнулся он, — я знаю разницу. Сделал паузу. — Те женщины никогда не говорят «нет» так, как ты. И никогда не притворяются, что им всё равно. Сейран поднялась из-за стола. — Это ошибка, Ферит. Всё, что между нами — ошибка. Ты путаешь мою усталость с желанием. Он тоже встал. Медленно, почти лениво, но расстояние между ними сократилось. — А ты путаешь мою откровенность с жестокостью, — тихо сказал он. — Я никогда не притворялся святым. Я изменщик. Мне всегда было мало. И ты это знала. Он наклонился чуть ближе, не касаясь. — Но именно поэтому ты злишься. Потому что боишься, что я прав… и что тебе не всё равно. Сейран сжала кулаки. — Мне всё равно, — сказала она, но голос дрогнул. — Ты просто человек, который путает любовь с похотью. Ферит усмехнулся, шагнул назад, снова взял чашку. — Может быть. Он сделал глоток. — Но не делай вид, что между нами ничего нет. Даже ты в это не веришь. Сейран резко отодвинула стул и встала, собираясь выйти из кухни. Но она не успела сделать и шага. Ферит вскочил со своего места и резко схватил её за локоть, дёрнув к себе. — Куда ты собралась? — грубо бросил он. Сейран вздрогнула. — Отпусти меня! — она попыталась вырваться. Он притянул её ближе, слишком близко, так что ей пришлось поднять на него взгляд. — Что, задело? — усмехнулся он холодно. — Не нравится слышать правду? — Ты переходишь все границы! — голос Сейран дрожал от злости. — Ты не имеешь права так со мной обращаться! Ферит сжал её локоть сильнее, в глазах — раздражение и привычная жестокость. — А какие у меня вообще права, Сейран? — резко сказал он. — Ты сама постоянно крутишься рядом, смотришь на меня, а потом включаешь святую! Она резко дёрнулась, наконец вырвав руку. — Не смей сравнивать меня с теми женщинами, с которыми ты спишь! — выпалила она. — Я не одна из них! Он засмеялся — коротко, зло. — Да? — усмешка была обидной. — А в чём разница? Сделал шаг к ней. — Они хотя бы честные. А ты строишь из себя жертву, хотя сама давно в этом болоте. Глаза Сейран наполнились слезами, но она не позволила им упасть. — Ты отвратителен, — тихо сказала она. — Ты изменяешь, унижаешь, хватаешь людей, а потом удивляешься, почему тебя никто не любит. Эти слова задели его сильнее, чем он ожидал. Лицо Ферита потемнело. — Любовь? — холодно повторил он. — Не смеши меня. Ты сама не знаешь, чего хочешь. — Я точно знаю одно, — твёрдо сказала Сейран. — Я не хочу быть рядом с таким человеком, как ты. Она обошла его и быстрым шагом вышла из кухни. Ферит остался стоять на месте, с сжатыми кулаками и злостью, которая смешивалась с чем-то гораздо более опасным — осознанием, что он её действительно ранил. Вилла Николь сияла огнями, музыка била в грудь, алкоголь лился рекой. Сейран приехала поздно — в чёрном, с холодным лицом и пустым взглядом. Рядом почти сразу появилась Наре, лениво осматривая толпу. — Ну что, — усмехнулась она, — сегодня без скандалов? Сейран только фыркнула и взяла бокал. Ферита она увидела почти сразу. Он стоял у бассейна рядом с Николь — вызывающе близко, демонстративно. И, будто специально, повёл себя так, чтобы это было невозможно не заметить. Он смеялся громче обычного, обнимал Николь за талию, плеснул на неё алкоголь, и та визгливо засмеялась. А потом он наклонился и долго, показательно целовал её, не скрываясь, не отводя взгляда — будто проверяя, смотрит ли Сейран. Она смотрела. Наре ухмыльнулась, бросив взгляд то на Ферита, то на Сейран. — Он всегда так, да? — с насмешкой сказала она. — Любит, чтобы больно было всем. Сейран ничего не ответила. Просто сделала большой глоток. Через несколько минут к ней подошёл какой-то парень — самоуверенный, пьяный, с наглой улыбкой. — Ты выглядишь так, будто тебе срочно нужен ещё один бокал, — сказал он. — Тогда бери два, — бросила Сейран. Музыка стала громче. Он наклонился ближе, и Сейран позволила. Она не думала, не анализировала — просто назло. Его руки были лишними, слишком смелыми, но она не остановила его. Где-то рядом Наре наблюдала за этим с тем же понимающим выражением — как за войной без победителей. Ферит, конечно, увидел. Его улыбка стала жёстче, поцелуи с Николь — грубее, будто он доказывал что-то самому себе. Парень вскоре потерял интерес, ушёл к другим девушкам, даже не оглянувшись. Сейран осталась одна — с бокалом в руке, шумом в голове и пустотой внутри. Она пила ещё и ещё, не чувствуя вкуса, не замечая времени. Где-то через музыку и смех сталкивались взгляды — коротко, больно, с ненавистью и упрямством. Сейран смотрела, не отводя глаз, когда Ферит, наклонившись к Николь, усмехнулся и бросил: — Николь, я сейчас возьму презерватив — и пойдём. Это ударило сильнее пощёчины. Сейран резко выдохнула, опрокинула в себя текилу, следом — виски. Горло обожгло, но внутри было холодно. — Нет… — тихо, почти себе сказала она и сжала бокал. — Я не хочу, чтобы это было. Повернулась к Наре: — Я сейчас. Наре даже не попыталась её остановить — лишь развернулась и с интересной ухмылкой стала наблюдать, как за плохим сериалом, который слишком хорошо знаешь. Сейран быстрым шагом догнала Ферита, схватила его за руку и резко развернула к себе. — Ты не будешь с ней трахаться, Ферит! Он приподнял бровь, усмехнулся — нагло, почти лениво. — С чего бы? — холодно. — Ты мне запретишь? Наклонился ближе и прошипел: — Я трахал и трахаю всё живое. Это не новость. Сейран сжала челюсти. — Сегодня — нет. И прежде чем он успел что-то сказать, она резко притянула его к себе и поцеловала — не нежно, не красиво, а отчаянно, зло, как вызов. Ферит замер на долю секунды. А потом ответил. Поцелуй был жёстким, почти грубым — как будто он злился не меньше неё. Его рука сжалась у неё на талии, не притягивая ближе, а удерживая, будто он сам не понимал, оттолкнуть её или углубить этот момент. Он резко оторвался, лоб ко лбу, дыхание тяжёлое. — Ты играешь с огнём, Сейран, — прошептал он. — А потом снова скажешь, что это моя вина. — Нет, — так же тихо ответила она. — Сегодня я хотя бы честна. Он посмотрел на неё — долго, жёстко, с той самой смесью желания, злости и упрямства, которая всегда между ними вспыхивала. Где-то рядом Николь замерла, Наре улыбалась шире. Ферит резко отстранился, будто обжёгся. Его лицо стало жёстким, закрытым. Он вытащил из кармана презерватив и холодно бросил: — Я к Николь. Твои поцелуйчики не сработают. С усмешкой добавил: — Завтра ты всё равно скажешь, что это была фигня. Он развернулся, обнял Николь за талию и увёл её прочь, даже не оглянувшись. Сейран осталась стоять на месте пару секунд, а потом с силой опустилась рядом с Наре. Руки дрожали. — Я убью его. Наре спокойно выдохнула, не сводя с неё глаз. — Сейран, выдохни. Всё нормально будет. — Мне нужно выпить. Я не могу. Сейран уверенной походкой подошла к барной стойке. В этот момент к ней приблизился мужчина, излучавший некую загадочную атмосферу — он был слегка сомнительным, но в то же время притягательным, словно магнит. Его глаза горели приглушённым огнём, а улыбка играла на устах, вызывая у неё смешанные чувства. Не выдержав напряжения, Сейран медленно и уверенно плюхнулась на него, закинув ноги по обе стороны его бедер. Его руки сразу же нашли её ягодицы, крепко обнимая и слегка сжимая, словно стараясь почувствовать каждую грань её тела. Между ними возникла густая атмосфера страсти. Они начали страстно целоваться. Поцелуй длился слишком долго, словно время остановилось вокруг них. Их губы двигались синхронно, язык ласкал и исследовал, соединяя их воедино. Мир вокруг перестал существовать, остались только они двое, погрузившиеся в этот момент. Сейран оторвалась от его губ на короткий миг, чтобы услышать, что он говорит. Его голос был низким и уверенным, с лёгкой ноткой хитрости. — Давай я тебя угощу таблеткой? — произнёс он с лёгкой улыбкой, которая обещала ей нечто новое и неизведанное. Она нахмурилась и покачала головой: — Какой? Нет, не надо. Он приблизился ближе, удерживая её взгляд, и сказал чуть тише, стараясь убедить: — Не нервничай, это экстази, просто добавит нам больше ощущений. Пауза словно повисла в воздухе. В его глазах светилась искра обещаний, а в её сердце смешивались любопытство и тревога. В самый напряжённый момент, когда воздух был наполнен электричеством и неясными обещаниями, к ним подошёл Ферит. Его шаги были твёрдыми и решительными, взгляд — холодным и беспощадным. Он схватил Сейран за руку и буквально сорвал её с парня, отстраняя от этой опасной игры. — Свою маму угости, ублюдок, — произнёс он с презрением, сжимая зубы. — Ферит, пусти! — вскрикнула Сейран, пытаясь вырваться, но его хватка была слишком крепкой. — Дура! Он тебе наркоту предлагает! — почти кричал Ферит, стараясь ей донести серьёзность ситуации. — А тебе-то что?? — с вызовом ответил парень. Ферит не дал продолжить разговор. — Мы уходим, Сейран, — твёрдо сказал он и потянул её за собой прочь от барной стойки, от опасности, которая могла разрушить всё. Сейран, всё ещё в замешательстве, но ощущая надёжность рядом, позволила ему вести себя прочь, оставляя позади мгновение, наполненное искушением и угрозой. Сейран, вернувшись в особняк, ни на кого не глядя поднялась по лестнице. Шаги были неуверенными — алкоголь всё ещё шумел в голове, но она держалась прямо, словно из упрямства. Ни слова, ни взгляда в сторону. Дверь комнаты тихо закрылась за её спиной, и почти сразу она провалилась в тяжёлый, беспокойный сон. Утром Сейран проснулась с тупой болью в висках. Она медленно села на кровати, выдохнула и переоделась в простую пижаму — спокойную, неброскую, будто нарочно лишённую эмоций. Умывшись холодной водой, она спустилась вниз. На кухне, как и ожидалось, был Ферит. Он сидел за столом, держа в руках чашку кофе, и смотрел куда-то в сторону окна. Услышав шаги, он поднял глаза. Сейран даже не поздоровалась. Она молча взяла стакан, налила воды и сделала несколько глотков, словно его присутствие было для неё лишь фоном. — Ты хотя бы понимаешь, в каком виде вернулась ночью? — спокойно, но напряжённо произнёс Ферит. Она поставила стакан на стол чуть резче, чем собиралась, и наконец посмотрела на него. — А ты понимаешь, что мне всё равно? — её голос был тихим, но холодным. — Я не просила тебя следить за мной. Ферит нахмурился, сжал чашку в руке. — Я не слежу. Я переживаю, — ответил он, делая ударение на последнем слове. Сейран усмехнулась — коротко, без радости. — Поздно переживать, Ферит. Ты выбрал молчать, когда нужно было говорить. Она развернулась, собираясь уйти, но он резко встал, стул скрипнул по полу. — Ты снова убегаешь, — сказал он ей вслед. — Всегда так. Сейран остановилась у подножия лестницы, не оборачиваясь. — Нет, — тихо ответила она. — В этот раз я просто иду дальше. Без тебя. Сейран вышла из дома, и её шаги ещё долго эхом отдавались в тишине особняка. Орхан стоял у окна, провожая её взглядом, когда рядом остановилась мать Сейран. — Ты тоже это видишь, да? — осторожно начала она, скрестив руки на груди. — Между ними что-то происходит. Орхан вздохнул, не отрывая взгляда от двора. — Вижу, — кивнул он. — Но это не то, о чём ты думаешь. Она повернулась к нему, внимательно всматриваясь в лицо. — Тогда объясни мне, почему они даже смотреть друг на друга спокойно не могут. Ни крика, ни ссор, а напряжение — будто воздух режет. Орхан усмехнулся, но в этой улыбке не было веселья. — Это всё из-за ситуации в доме. Сводные брат и сестра, одна крыша, прошлое, которое тянется за ними, — он сделал паузу. — Они просто не справляются. — Думаешь, только поэтому? — мать Сейран нахмурилась. — Сейран не такая. Если ей плохо, она либо плачет, либо закрывается. А сейчас она… злая. Раненая. — Ферит тоже не подарок, — ответил Орхан, пожав плечами. — Он всегда так реагирует, когда чувствует ответственность. Давит, вместо того чтобы говорить. Женщина тихо усмехнулась. — Странная у них «братско-сестринская» динамика, — сказала она задумчиво. — Иногда мне кажется, будто они слишком близки… эмоционально. Орхан резко повернулся к ней. — Нет, — уверенно, почти слишком быстро произнёс он. — Даже не думай в эту сторону.  Она посмотрела на него долгим взглядом, будто хотела сказать что-то ещё, но передумала. — Надеюсь, ты прав, Орхан, — тихо сказала она. — Потому что если нет… это будет катастрофа. Он кивнул, снова отвернувшись к окну. — Они просто дети, — сказал он скорее себе, чем ей. — И у детей бывают ошибки. Вечером город жил другим ритмом. Заброшенная промзона наполнилась рёвом моторов, резким запахом бензина и криками зрителей. Нелегальные гонки начинались — без правил, без права на ошибку. Ферит стоял у своей машины, напряжённый и собранный. Его соперником был «важный тип» — человек с деньгами, связями и слишком самоуверенной ухмылкой. Проиграть ему значило не просто задеть самолюбие. Сейран появилась рядом неожиданно. В свете фар её лицо казалось спокойным, почти холодным. — На втором повороте не входи резко, — сказала она тихо, наклонившись ближе, чтобы её слышал только он. — Он всегда режет траекторию. Обойди шире и дожми на выходе. Ферит посмотрел на неё — коротко, внимательно. — Ты уверена? — Абсолютно, — ответила она и выпрямилась. — Если доверяешь себе — доверяй и мне. Он ничего не сказал, лишь кивнул и сел в машину. Старт. Машины сорвались с места, толпа взревела. Сейран отошла к зрителям, скрестив руки, и следила за трассой. Ферит ехал жёстко, но точно — на втором повороте сделал именно так, как она сказала. Его машина вырвалась вперёд, оставив соперника позади на долю секунды. Но когда он, пролетая очередной круг, на мгновение бросил взгляд в сторону толпы, сердце неприятно дёрнулось. Сейран стояла не одна. Вокруг неё крутились парни — громкие, самоуверенные. Она смеялась слишком демонстративно, позволяла им подходить ближе, касаться её за талию, наклоняться к её уху. Всё это выглядело нарочито, словно спектакль, поставленный для одного зрителя. Ферит сжал руль сильнее. — Чёрт… — процедил он сквозь зубы. Ревность вспыхнула резкой волной, мешая сосредоточиться. Он понимал — она делает это специально. Мозолит глаза. Мстит. Проверяет. Сейран же время от времени поднимала взгляд на трассу, ловя момент, когда его машина проносилась мимо. Их взгляды сталкивались на секунду — и в её глазах не было ни раскаяния, ни тепла. Только вызов. Ферит пересёк финиш первым. Толпа взорвалась криками, кто-то хлопал его по спине, кто-то тянул ему бутылку, выкрикивали его имя. Он улыбался, принимал поздравления, но взгляд всё время искал только одну фигуру. Сейран подошла последней. Без слов. Она лишь легко похлопала его по плечу — коротко, почти равнодушно. — Поздравляю, — бросила тихо. И ушла. Ферит даже не сразу понял, что она исчезла. Музыка гремела, смех, адреналин всё ещё пульсировал в крови. Но внезапно всё это стало фоном. Он оглянулся — её нигде не было. Через несколько минут он заметил её у своей машины. Сейран сидела на капоте, поджав ноги, запрокинув голову к небу. Ночные огни отражались в её глазах, ветер слегка шевелил волосы. Она выглядела отстранённой, будто гонки, люди и весь этот шум остались где-то в другой реальности. Ферит подошёл медленно. Он долго молчал, просто смотрел на неё — на спокойное лицо, на то, как она дышит, как будто ничего не чувствует. — Ты специально ушла, — наконец сказал он. Сейран не повернулась. — А ты специально победил, — ответила она. Он усмехнулся, но в этой улыбке не было веселья. Ферит шагнул ближе, положил руки по обе стороны от неё, наклонился. Их взгляды встретились — напряжённые, слишком близкие. И в следующий миг он поцеловал её. Резко. Глубоко. Как будто всё, что копилось между ними, вырвалось наружу. Сейран сначала замерла, а потом ответила. Пальцы сжали его куртку, дыхание сбилось. Они медленно опустились на капот, металл был холодным, но между ними — слишком горячо. Ферит потянулся к завязкам её рубашки, торопливо, словно боялся передумать. И тут Сейран остановила его. Она положила ладонь на его грудь. — Нет… — прошептала, глядя прямо в глаза. — Нет, Ферит. Не сейчас. Сейчас не время. Он замер. Несколько секунд смотрел на неё, тяжело дыша, потом медленно отстранился. — Тогда когда? — тихо спросил он. Сейран соскользнула с капота, поправила рубашку. — Когда мы перестанем убегать друг от друга, — сказала она. — И от самих себя. Сейран уехала домой на такси. Дорога прошла в тишине — только городские огни мелькали за окном. Дома она переоделась, легла в кровать и долго не могла уснуть. В телефоне — его фотография. Она смотрела на экран, будто пытаясь понять, где именно всё пошло не так… или наоборот — слишком правильно. В какой-то момент глаза всё же закрылись. Утро было тихим. Сейран спустилась вниз, не задумываясь — в лифчике и шортах, сонная, растрёпанная, слишком настоящая для этого дома. Она налила себе воды и уже собиралась уйти, когда почувствовала движение за спиной. Ферит. Он остановился, увидев её, будто мир на секунду перестал существовать. А потом резко подошёл, взял её за талию и прижал к стене. Не больно — уверенно. — Я больше не убегаю, — сказал он тихо, глядя ей прямо в глаза. Сейран затаила дыхание, ладони легли ему на грудь. — Ферит… а если увидят? — прошептала она. Он усмехнулся, не отводя взгляда. — Ну и? Ответом стал её поцелуй — глубокий, осознанный, без игры. На этот раз без злости, без вызова. Просто они. Сейран отстранилась первой, лоб к лбу, дыхание всё ещё сбито. — На большее не рассчитывай, — тихо сказала она. — Пока нет. Ферит медленно кивнул. — Мне и этого достаточно, — ответил он. Сейран уехала к морю внезапно — словно ей нужен был воздух, пространство, тишина. День прошёл в долгих прогулках вдоль берега, солёный ветер путался в волосах, мысли то успокаивались, то снова возвращались к нему. К вечеру небо окрасилось в мягкие оттенки заката, а море стало почти чёрным, зеркальным. Она сидела на песке, обняв колени, когда услышала шаги. Ферит. Она не обернулась сразу. Сердце выдало его раньше слов. — Ты всё-таки приехал, — тихо сказала она. Он сел рядом. Между ними было расстояние, но напряжение — такое, будто они снова слишком близко. Они долго говорили. Без споров, без упрёков. О страхах. О том, как больно было молчать. О том, что убегать больше не получается. Ферит замолчал первым. Посмотрел на неё — долго, внимательно, будто запоминал. А потом резко наклонился и поцеловал. Глубоко. Без сомнений. Этот поцелуй не был вызовом — он был решением. Сейран ответила, и мир словно качнулся. Они упали на тёплый песок, смех смешался с дыханием, ночь накрыла их, скрывая от всего остального. Одежда, слова, время — всё перестало иметь значение. Остались только они. Море. И ночь, которая длилась слишком быстро.