Au-delà du sang

      После завершения дел на Гриммо и в «Граниане» Элизабет решила, что стоит познакомить Элайну с еще одной частью семьи. Те жили в глуши графства Кент, знаменитого множеством замков, садов и плантаций хмеля. Андромеда Тонкс.       Их дружба с Андромедой зародилась еще в детстве, что удивляло многих. Они часто бегали по старым садовым дорожкам в поместьях, прячась от строгих глаз взрослых и только подрастающих аристократов. Элизабет помнила, как Андромеда учила ее заклинаниям и делилась мечтами о жизни, свободной от правил «чистой крови». Андромеда стала мудрой наставницей девушки, от которой Элизабет взяла лучшее.        Хотя Андромеда была старше на пять лет, они нашли общие интересы и взгляды. Их связь не прервалась даже после того, как Андромеда сбежала с магглорожденным Тедом Тонксом и была вычеркнута из гобелена Блэков. Совиная почта помогала поддерживать тонкую нить общения.       Теперь, после визита к Вальбурге, Элизабет чувствовала острую потребность увидеть ту часть семьи Блэков, которая выбрала свет и выжила. И показать это Элайне.       Фило переместил их как можно ближе к дому, откуда троица дошла пешком.       Коттедж был окружен садом с небольшим прудом, заросшим камышом. Окна с мелкими стеклами, плющ, ползущий по стенам. Вокруг участка была установлена невидимая граница защитных чар, через которую могли беспрепятственно проходить только союзники. Добротно сделанные чары, которые, по словам Андромеды, спокойно могли защитить от Пожирателей.       Дверь открылась прежде, чем они успели постучать. На пороге стояла Андромеда.       Она обладала классической красотой семьи Блэк и очень походила на Беллатрису, но с более мягкими чертами. Ореховые глаза были шире и добрее, чем тяжелый, высокомерный взгляд Беллатрисы. Светло-каштановые волосы были собраны в небрежный узел, а умное, спокойное лицо украшали лучики морщинок у глаз, которые говорили скорее о частой улыбке, чем о постоянном гневе. Несмотря на доброту, в ее облике сохраняется некоторая властность и высокомерие, свойственные ее происхождению. - Элизабет! - Ее лицо озарилось искренней, теплой радостью. Они обнялись как сестры, долго и крепко, без лишних слов. Потом Андромеда опустилась перед Элайной. - А это, должно быть, та самая Лайни. Здравствуй, я Андромеда, очень рада тебя видеть.       Элайна не могла оторвать взгляда. Ее сердце как будто замерло. Эта женщина была одновременно знакомой и чужой. Казалось, она чувствует каждую эмоцию Элайны, не пугаясь и не осуждая. Вспомнив уроки бабушки, она сделала легкий реверанс и поздоровалась. - Я старая подруга твоей мамы и, как выяснилось, твоя троюродная тетя. Но давай без этих сложностей. Проходите скорее.        Дом Тонксов был идеально чистым, так как Андромеда была очень педантична и владела безупречной бытовой магией. Комнаты были светлыми и просторными, в углах стояли растения, что добавляло дому обжитой и «магловский» вид. На стене висела картина, явно маггловская, с изображением морского пейзажа и несколько движущихся фотографий. Дом был пропитан теплотой и спокойствием.        Фило и Андромеда, уже знакомые, поздоровались вежливым кивком. Эльф тут же начал обследовать защитные чары вокруг дома. Он пробежал по периметру, щуря глаза и проверяя надежность. Из-под фартука на мгновение показалась маленькая книжка с древними заклинаниями, которую он держал наготове на случай, если кто-то попытается нарушить чары. Элизабет и Андромеда переглянулись: домовой всегда казался второй немного строгим, но теперь она поняла, что это была его тихая, но верная забота.       Из соседней комнаты вышел Тед Тонкс. Полноватый светловолосый мужчина с заметным животиком. У него было открытое, доброе лицо, которое сразу внушало доверие. - Элизабет! Это действительно ты! - Он пожал ей руку, а потом, не смущаясь, обнял. - Прекрасно выглядишь. А это твое чудо? Привет, я Тед. - Привет, - сдержанно, но без страха ответила Элайна. Этот добродушный великан ее не пугал, а характером скорее напоминал дядю Юстаса.       Из второго этажа с грохотом слетела Нимфадора, чуть не споткнувшись. - Ой! Привет! - выпалила она, мгновенно вскакивая и отряхивая джинсы.       Ее волосы в этот момент ярко-фиолетово переливались, заметив удивление Элайны, она заговорщицки подмигнула. Десятилетняя Нимфадора сразу поняла, что девочка немного робеет, но искренне интересуется окружающим. - Это наша Нимфадора, - сказала Андромеда, и в ее голосе зазвучала волна нежности. - Но она пока предпочитает, чтобы ее звали просто Дора.       Дора, взяв Элайну под руку, повела ее на второй этаж, параллельно задевая безделушки на лестнице. Взрослые вскоре услышали смех девочки, поняв, что юная Тонкс решила показать свои метаморфозы.       Дора то и дело меняла цвет волос, заставляя Элайну удивляться. «Смотри, сегодня я фиолетовая, а завтра зеленая!» - смеялась она, и каждый раз, когда волосы менялись, маленький медведь на полке тоже «подстраивался» под цвет. Элайна с восторгом пыталась повторить движения Доры, когда игрушки танцевали вместе с ней. Магия и смех сливались в одно, делая комнату живой.       За чаем с теплым яблочным пирогом разговор взрослых пошел неспешно, но глубоко. Элизабет, опустив формальности, описала визит на Гриммо-12: безумие Вальбурги, ужасающее состояние дома и эльфа, ворчащие портреты. - Я слышала слухи, что она совсем спятила, - тихо сказала Андромеда, лицо ее омрачилось. - Бедный Кикимер... Он всегда был предан Регулусу. - Он и к Элайне проникся. Она пообещала прислать ему новый костюм из Франции. - Зная ваших эльфов, это будет целый церемониальный мундир, -слабо улыбнулась Андромеда. Потом ее взгляд стал серьезным. - И Вальбурга… она признала ее? - Да. Со всей страстью обретенной реликвии. Она хочет, чтобы мы переехали в Британию. Я согласилась, так как уже планировала это. К осени. - Это мудро, - кивнула Андромеда. - Оставлять Элайну полностью в ее власти нельзя, но и полностью отрезать от наследия… это тоже часть ее семьи, хоть и опасная. Ты сможешь контролировать процесс.       Тед, слушавший молча, осторожно спросил: - А как… с безопасностью? Мир успокоился, но Крауч в Министерстве ведет себя так, будто война еще не кончилась. Любой намек на связь с возможными пожирателями… - У нас есть фонд, - спокойно ответила Элизабет. - И репутация Фоули как нейтральной семьи. Мы будем действовать через легальные, публичные каналы. Дом Блэков будет частным, семейным делом. Хотя газеты уже строят догадки. - После этих судов Пожиратели либо попрячутся по норам, либо только обозлятся - Андромеда устало накрыла лицо рукой. - Надеюсь, что министерским хватит ума сажать и тех, кто "был под империусом". - Газеты в любом случае будут строить догадки, - вернул тему Тед, вспоминая статьи об Андромеде. - Главное, чтобы у тебя и у малышки была нормальная жизнь. А это место, - он обвел рукой уютную кухню, - всегда открыто для вас. Без всяких семейных интриг и политики.       Это было именно то, что нужно было Элизабет услышать. Здесь, в этом коттедже, не было чистоты крови. Была семья, построенная на любви и выборе, пережившая войну и нашедшая свой покой.       После чая Андромеда повела Элизабет в сад, оставив Теда присматривать за девочками, так как Элайна непонятной смесью языков начала понемногу приводить Нимфадору в ступор. Дора, стараясь просто улыбаться и кивать на детский лепет, показывала Элайне свои маггловские и магические игрушки, поясняя их назначение. - Как вы? По-настоящему, - спросила Элизабет, когда они вышли к небольшому пруду. Андромеда задумалась, глядя на воду. - Живем - это самое главное. Прошло всего полгода с его падения... Как будто все мы задержали дыхание и боимся выдохнуть. Боимся, что этот кошмар вернется. У Теда способности к целительству, он теперь выращивает травы и на продажу и иногда лечит жителей. Тихий, скромный доход, но имущество Блэков покрывает необходимое.       Иногда они вместе собирали травы в саду, пели тихие песни для Доры или устраивали мини-конкурсы, кто лучше научит девочку новому заклинанию. Эти мелочи: смех, совместная работа, маленькие праздники - были для них настоящей магией, которая редко была в богатых залах Блэков. - А ты? - пристально посмотрела на нее Элизабет. - Я? - Андромеда улыбнулась и в этой улыбке была грусть, но не горечь. - У меня есть Тед и Дора, которая каждый день просыпается с другим цветом волос и заставляет нас смеяться. У меня есть этот дом и этот сад. У меня нет того статуса аристокраатки, зато нет и портретов, которые кричат на меня. Это справедливая сделка. После всего… после Беллатрисы, после матери… здесь я дышу.       Она помолчала, потом добавила: - Ты знаешь, что самое трудное было не осуждение со стороны семьи? От них я ничего не ждала. Самым трудным было внутреннее чувство… будто я украла это счастье. Пока другие гибли, я пряталась здесь, растила ребенка. Но потом я поняла: это и есть победа. То, за что они боролись. Чтобы такие, как я, как Тед, как Дора, могли просто жить. Так что да, мы живём. И радуемся каждому спокойному дню.       Элизабет, понимающая это чувство, лишь кивнула рассуждениям подруги. После беседы девушки вернулись в дом, где Андромеда предложила им переночевать.       Вечер прошел спокойно. Они устроились в гостевой комнате с мягкими одеялами и подушками, рядом тихо журчал фонтан во дворе. Элайна с Дорой устроились в одной комнате: девочки смеялись, рассказывали друг другу истории, а потом быстро заснули, уставшие, но счастливые.       Элизабет и Андромеда сидели на кухне с чашками травяного чая, обсуждая все, от семейных традиций до новых планов. Солнце уже скрылось за горизонтом, и дом наполнился мягким светом свечей и магическим теплом, которое исходило от камина.

***

      Утро наступило тихо. Солнечные лучи мягко пробивались сквозь плющ на окнах, освещая гостиную и сад. Из детской доносились тихие голоса и смех. Элайна и Дора уже были в процессе утренних игр: Дора показывала, как с помощью небольших заклинаний можно превратить игрушки в «танцующие», а Элайна, с восторгом наблюдая, пыталась повторить движения.       Элизабет, проснувшись позже всех, тихо подошла к кухне. Там были Андромеда и Тед: Андромеда ставила на стол свежий хлеб, завтрак и ароматный чай, а Тед аккуратно поливал растения на подоконнике, улыбаясь при виде первой утренней суеты.       Они сели вместе, обсуждая простые вещи: что растет в саду, как эльфы помогают семье Фоули и небольшие магические трюки Доры. Тед время от времени шутил, подбадривал девочек, а Элизабет слушала, улыбающаяся и ощущая, как груз забот и тревог постепенно снимается.       Здесь, в этом коттедже, среди магии, смеха и тепла, они могли начать новую главу, где прошлое оставалось позади, а будущее стало открытым, безопасным и радостным. Элайна и Дора, увлеченные своими играми, время от времени выглядывали в кухню, спрашивая, можно ли попробовать приготовленные Фило десерты. Их смех переплетался с разговорами взрослых. Дом был наполнен простым, но настоящим счастьем.

***

      Вечером, перед отъездом, девочки были неразлучны. Дора, демонстрируя свои метаморфозы, на секунду сделала нос точной копией утки, чем вызвала у всех взрыв смеха. Они обменялись «дарами»: Элайна подарила Доре ракушки из Канн, а Дора вручила ей старательно украшенную игрушку. - Мы будем ждать вашего приезда, - серьезно сказала Дора. - Когда вы переедете, я уже буду учиться в школе. Так что приезжайте на каникулах.       Тонксы проводили Фоули к границе чар, где прощание было кратким, но полным нежности. Фило даже позволил себе отпустить шутку о расстановке книг в библиотеке Андромеды.

***

      На обратном пути в Лондон Элайна была задумчива. - Мама, а Дора… она очень волшебная? У нее волосы менялись. - Она метаморфомаг - это особый и редкий дар. Ее отец очень хороший и он любит Андромеду и Дору. Это самое важное в семье. Не кровь, а любовь и верность.       Элайна кивнула, усваивая этот урок, столь же важный, как и те, что она получила в Гриммо-12 и Фонде.       Для Элизабет этот визит стал подтверждением правильности выбора. Она увидела, что наследие Блэков могло выродиться в безумие, как у Вальбурги, могло извратиться в жестокость, как у Беллатрисы, но могло и преобразиться в эту тихую, прочную силу в Андромеде. Это давало надежду. Если ее дочь будет знать все грани своей крови: и мрачную и светлую, то у нее будет выбор. И Элизабет сделает все, чтобы у Элайны были все инструменты, чтобы выбрать правильно.       Война закончилась не только падением Темного Лорда. Для таких, как Тонксы, она закончилась лишь тогда, когда они смогли выдохнуть и позволить себе быть просто семьей. И в этом был самый важный, самый хрупкий и самый ценный мир.