Глава 1

      Предместья Артиса пылали. Сквозь распахнутые настежь окна было видно, как столбы густого черного дыма поднимались на многие метры и уносились к океану. Издалека слышались отголоски магических взрывов, Столица провинции Райс держалась из последних сил, но перед мощью имперской армии им было не устоять.       Небольшой кабинет выглядел плачевно, все шкафы были перевернуты, книги небрежными кучами навалены вдоль стен. Местами были сорваны обои и выломаны панели. За столом, заваленным бумагами, сидел сам императорское высочество.       — Долгое отсутствие войн сказалось на численности солдат, — тонкий изящный палец скользил по карте, испещренной отметками, — но вы все равно ввязались в это бесполезное восстание. Чем же вы думали, герцог Райс?       Ответом на вопрос был только прямой взгляд и угрюмое молчание. Пленник стоял на коленях, пачкая кровью из вновь открывшейся раны на бедре дорогущий ковер. Несколько ночей в клетке ему явно не пошли на пользу, но дух его был не сломлен.       — Молчите… — император неодобрительно покачал головой, отчего сережки в слегка заостренных ушах издали легкий звон. — Жаль… Хоть причина мне уже известна, слушать ваши оправдания было бы забавно.       — Эльфийское отродье! — Лицо герцога перекосило от бессильной злобы, он попытался дернуться вперед, но тут же получил сильнейший удар по спине от охраны и рухнул на пол. С громким карканьем в комнату влетел ворон. Сделав круг, он уселся на столик перед императором, безжалостно пачкая карту грязными лапами.       — Посмотрим, что тут у нас, — взгляд мужчины скользнул по тексту доставленного донесения. — Прекрасная новость, герцог, скоро вы встретитесь со своей семьей, точнее с тем, что от нее осталось. Уведите его.       Полный отчаянья вой заполнил комнату, мужчина пытался вырваться, но силы были явно неравны, точный удар в висок прервал сопротивление.

***

      Весть о том, что столица пала, разлетелась по особняку словно лесной пожар. То тут, то там слышались шепотки, о ужасах что творили солдаты. Слуги отчаянно боялись за свою жизнь, стараясь угодить императору, занявшему летнюю резиденцию.       Одну из гостиных спешно переоборудовали в зал для приемов, хотя по атмосфере, царившей в ней, это больше напоминало место казни последних из рода Райс.       Высокие двухстворчатые двери слегка скрипнули пропуская посетительницу.       — Катарина Райс рада приветствовать солнце империи.       Юная девушка с порога склонила голову, пальцы ее побелели, сжимая подол запачканной в пыли юбки.       — Подними голову.       Не смея ослушаться, девушка распрямилась, но смотреть вперед не решалась. Сейчас она здесь, в своем бывшем доме, не хозяйка, а всего лишь пленница, и жизнь ее висит буквально на волоске.       — Роза семьи Райс еще сильнее расцвела с нашей прошлой встречи. — Взгляд императора прошелся по фигуре Катарины. — Жаль, что куст оказался с гнильцой.       Девушка съежилась под его взглядом и с отчаяньем посмотрела на отца. Слёзы снова невольно подступили к глазам, за что же им это, братец, матушка — все мертвы, а скоро и она пойдет на плаху.       — Ваше императорское величество, сжальтесь, — мужчина упал на колени, протягивая руки к импровизированому трону, — моя дочь ни в чем не виновата, она не имела отношения к делам семьи.       — А, тут у вас прорезался голос, дорогой герцог, — император язвительно ухмыльнулся, — но закон един для всех. А впрочем, мы можем спросить ее мнение.       Резким движением мужчина поднялся и подошел к застывшей от страха Катарине. Из-за разницы в росте ему пришлось слегка наклониться, чтобы заглянуть в покрасневшие от слез глаза.       — Что скажешь, маленький воробушек?       Что она может сказать, она всего лишь песчинка перед его мощью, глупый ребенок, неспособный даже выторговать себе жизнь.       — Я… Я с честью приму любое ваше решение, мой император.       — Вот видишь, герцог, хоть у кого-то здесь еще осталась честь, — мужчина вернулся на кресло и, перекинув ногу на ногу, произнес: — Казнить.

***

      В зале летней резиденции Райс было тихо, за окном хлестал дождь, гася костры и смывая кровь. На кушетке без сознания лежала девушка. А за столом с бокалом вина расположился император Лаэрн Харисс Алиранский. Мысли его кружили далеко от этого места и дня.       Уже несколько минут он слышал шорохи за дверью, скорее всего, это один из офицеров. Пора бы заканчивать на сегодня с приемами гостей.       — Не стой на пороге. Я уже давно знаю, что ты подошел. Голос императора звучал спокойно, но твердо. Корнелий один из старших офицеров вошел и склонился.       — Ваше…       — Тихо, — приветствие было прервано шипением, — говори тише, ты ее разбудишь. Офицер распрямился и пару раз удивленно моргнул.       — Она все еще тут?       — А где ей быть? — Император указал на стул рядом со столом. — Садись. Я не для того оставил ее в живых, чтобы сгноить в подвале.       Корнелий оставил явно риторический вопрос без ответа и молча протянул бумаги. Годы службы научили его, что чем меньше знаешь, тем лучше. У его императорского высочества уже явно составлен план, он же будет следовать приказам.       Тени от настольной лампы плясали по комнате, свет искрился в бокале недопитого вина. У края стопкой стояло несколько блюдечек, судя по остаткам крема на верхнем, это были любимые пирожные императора. Говорят, тот, кто любит сладкое, не может быть злым. Считал ли Корнелий императора злодеем? Нет, всё, что он делал, было на благо народа и с единственной целью — исполнить доверенный ему долг. И если тортики хоть немного могут облегчить жизнь его господину, он готов носить их ему бесконечно.       Усталость накатывала волнами, в прошлую ночь он тоже почти не спал, находясь в пути от столицы до поместья. Тихо тикали часы, показывая почти два часа ночи. За окном пролетела хищная птица, и от скрежета когтей по козырьку офицер непроизвольно дернул ухом.       — Спасибо за документы, Корнелий, ты, как всегда, отлично постарался. — Лаэрн сложил материалы обратно в конверт и встал из-за стола. — Это мне очень поможет.       — Рад служить, — офицер подскочил следом, слегка склоняясь.       — Я хочу, чтобы ты остался здесь приглядеть за пленницей. Сейчас уже поздно ее куда-то переносить. Я переговорю с ней завтра.       — Что ей сказать, когда проснется?       Корнелий тешил себя надеждой, что у юной герцогини не случится слёзной истерики, утешать дам он не умел.       — Правду. Для меня не имеет значения, какими словами ты это скажешь, важно лишь, чтобы она поняла. Она жива только благодаря моей милости, и если она хочет продолжать жить, ей лучше меня не разочаровывать.       Корнелий остался один, он передвинул одно из кресел так, чтобы видеть и вход, и кушетку. Тяжесть событий сегодняшнего дня понемногу уходила, очень хотелось спать, он прикрыл глаза, чтобы дать им хотя бы немного отдохнуть, минута текла за минутой, мозг анализировал произошедшее за последние несколько дней. Победа императора Лаэрна должна была серьезно перепугать оставшихся мятежников, если он правильно помнил, провинция Райс была последним крупным очагом.       До чутких ушей донесся еле уловимый скрип.       — Даже не пытайся, — девушка под его взглядом замерла, не успев донести ногу до пола, — я уже давно слышу, что ты не спишь.       — Я не пыталась бежать, господин, — Катарина Райс, кутаясь в одеяло, села ровно, смотря в пол, — прошу простить мне мою неучтивость, просто я не знала, как поступить.       — Вы слышали наш разговор?       Быстрый кивок.       — Я помню крик отца и кровь… — девушка передернула плечами. — Похоже, я потеряла сознание и пришла в себя уже когда вы прощались с его высочеством.       Корнелий был приятно удивлен: для девушки, потерявшей за несколько дней всю семью, статус и власть, она выглядела максимально спокойно. Возможно, это последствия шока, но пусть лучше сидит тихо, чем пытается устроить погром.       — Вы же понимаете, что вам оказана великая милость?       Она посмотрела прямо на него, привыкшее ко всему сердце сжалось от жалости. Ее глубокие, словно дымчатые топазы, глаза были абсолютно безжизненны. Искусанными губами она попыталась улыбнуться.       — Я буду рада служить императору до самой смерти.