Глава 1: Конец надежды

Церемония должна была стать венцом его амбиций. Регулус Корнеас стоял у алтаря, окутанный абсолютной тишиной. Перед ним, понурив голову, стояла Эмилия. В её глазах застыла глубокая печаль, а пальцы мелко дрожали, пока она смотрела в никуда, осознавая своё бессилие в этой пустой и холодной церкви. Здесь не было ни гостей, ни слуг. Только холодные стены и безмолвие, которое Регулус ценил превыше всего. Грохот раздался внезапно. Тяжелые дубовые двери, сорванные с петель невероятной силой, превратились в тучу острых щепок. Вместе с пылью и светом в проем ворвались двое. — Эмилия! — выкрикнул Субару, чье лицо было искажено решимостью. Рядом с ним стоял Рейнхард Ван Астрея. Обломки двери на огромной скорости влетели в церковь и разбились об Архиепископа Жадности. Регулус не шевельнулся. Он не обернулся, не поднял рук и даже не вздрогнул. Обломки просто рассыпались в пыль при контакте с его спиной. На белом костюме не осталось ни вмятины, ни единого следа. Святой Меча здесь. Какая досада, — промелькнуло в голове у Регулуса. Он не чувствовал страха, лишь легкое раздражение, какое вызывает пятно грязи на идеально чистой обуви. — С этим баловнем судьбы придется повозиться чуть дольше, чем я планировал. Регулус медленно повернулся к незваным гостям. Его платиновые волосы идеально легли на плечи. На лице не было и тени ярости — только вежливая, пустая маска. — О, какие гости, — произнес он тихим, ровным голосом. — Вы пришли на мою помолвку? Субару, несмотря на дрожащие колени и ледяной пот, криво усмехнулся и сплюнул на пол. — Ага, конечно! — выкрикнул он, вытирая нос рукавом. — Прямо с корабля на бал, Регулус. Извини, что без подарка, но мы решили, что лучшим презентом будет твоя физиономия, впечатанная в этот алтарь. Регулус не ответил. Вместо лишних слов он просто сделал шаг назад, вплотную к Эмилии. Он встал перед ней спиной, словно закрывая свою собственность от посторонних глаз. На его губах появилась едва заметная, почти мягкая улыбка. — Как утомительно, — выдохнул он. Регулус просто поднял правую руку и лениво махнул ладонью из стороны в сторону, словно отгонял назойливое насекомое. Мир за его рукой просто перестал существовать. Воздух, застывший в момент взмаха, превратился в серию невидимых лезвий, уходящих за горизонт. Стены церкви за спинами Субару и Рейнхарда мгновенно превратились в пыль. Раздался оглушительный грохот — невидимая коса Жадности прошла сквозь город, разрезая здания, мосты и каналы, словно они были сделаны из мокрой бумаги. Удар не остановился на городских стенах. Сметающий всё на своём пути импульс достиг горной гряды на самом горизонте. Раздался глухой, утробный звук рвущегося камня. В самом центре массивной горы образовалась идеальная, ровная дыра, сквозь которую теперь пробивались яркие лучи заходящего солнца, заливая руины Пристеллы кроваво-оранжевым светом. Субару не успел даже закричать. В тот момент, когда Рейнхард рванулся вперед, подхватывая его за шиворот, невидимый фронт атаки уже прошел через него. Рейнхард успел вытащить его из зоны прямого уничтожения, но было поздно. Субару рухнул на то, что осталось от пола, захлебываясь в хрипе. Его ног больше не было — они остались лежать там, где он стоял секунду назад, аккуратным срезанные выше колен. Кровь мгновенно залила обломки. — Субару! — Эмилия упала на колени, закрывая рот руками. Из её глаз хлынули слезы. Она смотрела на то, как её друг корчится в агонии на фоне разрезанной горы, сквозь которую издевательски сияло солнце. Рейнхард осознал всё мгновенно. Этот Регулус не был тем безумцем, которого описывал Нацуки Субару. Божественная защита уклонения и защиты от снарядов кричали об опасности так громко, как никогда раньше. Святой Меча не стал ждать. Его тело превратилось в чистую вспышку света. Используя божественную защиту скорости, он за долю секунды преодолел расстояние, оказавшись за спиной Архиепископа. Но в тот момент, когда нога Рейнхарда уже должна была коснуться платиновых волос, Регулус Корнеас медленно поворачивал голову. Его взгляд встретился со взглядом Рейнхарда. На лице Архиепископа не было удивления. Только скука. — Слишком медленно, — сорвалось с его губ. Регулус сложил пальцы правой руки, имитируя дуло пистолета. — Пиу, — небрежно произнес он. Невидимый снаряд прошил тело Рейнхарда. Его отшвырнуло назад, и он мертвым грузом впечатался в стену. В центре его груди зияла идеальная дыра. Регулус не спеша подошел к телу. Воздух вокруг Рейнхарда раскалился. Божественная защита воскрешения вспыхнула алым пламенем феникса, с каждым разом разгораясь всё яростнее. — Пиу. Пиу. Пиу. Регулус методично «расстреливал» Святого Меча. Огонь феникса бушевал, мир отчаянно пытался спасти своего героя, но пули Регулуса были сильнее законов жизни. Наконец, когда пламя в очередной раз взметнулось до потолка, Регулус перестал стрелять. Как только Рейнхард открыл глаза и сделал судорожный вдох, Архиепископ молниеносно вцепился ему в горло. Его пальцы, находясь вне времени, сжали шею рыцаря мертвой хваткой. Рейнхард попытался схватить его за руку, но его пальцы просто соскальзывали с Регулуса, не в силах причинить ему вреда. Архиепископ Жадности поднял Святого Меча над землёй. — Чёрт, какой же ты проблемный, — пробормотал Регулус, и в его глазах впервые промелькнула тень досады. — Я даже не знаю, как тебя убить насовсем. Твой мир слишком навязчив. Регулус посмотрел вверх, сквозь дыру в крыше церкви, прямо в темнеющее небо. — Но если ты не можешь умереть здесь, значит, тебе здесь не место. С этими словами Регулус с силой, отрицающей всякую логику и сопротивление воздуха, швырнул Рейнхарда вертикально вверх. Тело Святого Меча превратилось в белую точку, которая за доли секунды преодолела облака и исчезла в стратосфере. Рейнхард улетал в космос по бесконечной инерции, лишенный опоры и возможности вернуться. Он медленно перевел взгляд на Субару. Тот лежал, задыхаясь, глядя в небо, где только что исчезла их последняя надежда. Архиепископ Жадности вытянул руку в сторону Нацуки, прищурился и зловеще улыбнулся. — Ба-бах. Голова Субару лопнула. Тишина восстановилась. — Теперь, когда нам больше не мешают эти ничтожества, — спокойно сказал Регулус, — мы можем продолжить. Тишина — это ведь так прекрасно, не правда ли? Он замолчал, медленно поднял руку и аккуратным жестом поправил свою прическу. Взгляд Архиепископа Жадности на мгновение стал задумчивым. Он снова посмотрел в ту точку неба, куда отправил рыцаря. Скорее всего, он вернется через пару лет, — промелькнуло в его голове. — И страшно представить, насколько он станет сильнее за это время, преодолевая саму пустоту. Чёрт... какой же он всё-таки проблемный тип. Регулус тряхнул головой, отгоняя мысли о будущем. В этот момент пространство рядом с ним начало искажаться, словно сама реальность подстраивалась под чье-то присутствие. Из чистого ниоткуда возникла фигура девушки в полупрозрачном одеянии. Пандора. Ведьма Тщеславия стояла посреди руин с таким видом, будто мир вокруг не был только что превращен в кладбище. — Прекрасная работа, Регулус, — пропела она своим мелодичным, неземным голосом. — Твоя победа над баловнем этого мира была... впечатляющей. Регулус даже не вздрогнул. Он лишь слегка склонил голову, признавая её присутствие. — Я сделал то, что должен был, Пандора. Весь этот шум затянулся, — он указал рукой на Эмилию, которая все еще билась в истерике у окровавленных останков Субару. — Раз уж ты здесь, избавь меня от этой головной боли. В честь этой победы над рыцарем, которая отняла у меня слишком много времени. Пандора чуть наклонила голову, и её улыбка стала едва заметно шире, скрывая бездонное безразличие. — Какая любопытная просьба... Ты хочешь изменить то, что уже свершилось? Что ж, я не в силах отказать тебе в такой маленькой прихоти, Архиепископ. — Эта женщина слишком громко страдает по мусору, который этого не заслуживает, — Регулус кивнул в сторону Эмилии. — Это зрелище портит момент. Сотри его из её памяти. Перепиши её реальность так, чтобы она видела во мне не врага, а того, кем я являюсь — её единственной и законной любовью. Сделай её моей идеальной невестой, Пандора. Чистой от этой грязи прошлого. Пандора посмотрела на Эмилию с почти материнской нежностью. — Да будет так, — прошептала Ведьма. — В конце концов, в этом мире никогда не существовало человека по имени Нацуки Субару. И Эмилия всегда знала лишь твою любовь, Регулус. Мир вокруг Эмилии на мгновение подернулся дымкой. Её крик внезапно оборвался. Слезы замерли на щеках, а взгляд стал пустым и чистым, как только что выпавший снег. Она медленно подняла голову и посмотрела на Регулуса. В её глазах больше не было ни капли страха или ненависти — только бездонная, кроткая нежность, обращенная к нему одному. Регулус удовлетворенно выдохнул. Напряжение, копившееся во время схватки с Рейнхардом, наконец покинуло его плечи. — Ну что ж... — Регулус лениво потянулся и окончательно расслабился. — Можно и отдохнуть. Пошли, Эмилия. Он мягко взял её за руку, и Эмилия, покорно улыбнувшись, последовала за ним сквозь руины церкви, не оглядываясь на кровавое пятно, которое когда-то было человеком. Мир продолжал существовать. Солнце светило сквозь пробитую гору, освещая мертвый город, в котором наконец воцарилась тишина.