ГЛАВА 11 - Продолжаем знакомиться

Промышленный склад, окраина Каракуры Ночь Пол был испещрён трещинами и старыми направляющими рельсами. Потолок — высокий, с металлическими балками и остатками крановых механизмов. Идеальное место для ловушек. — …мне это не нравится, — пробормотала Рангику, медленно продвигаясь вперёд. Тень под её ногами шевельнулась. В следующий миг из темноты вырвались тонкие, почти невидимые нити, обвившие её ноги и талию. — Чёрт—! Она успела лишь вскрикнуть, прежде чем её рвануло вверх. Тело ударилось о балки, дыхание выбило из лёгких. Внизу из пола с сухим скрежетом начали подниматься копья из тени. — Рангику! — Изуру дёрнулся вперёд. — Не двигайся, — раздался спокойный, почти насмешливый голос. Нахождение источника звука Кира не выявил. — Dämon Kraft. Из тени за спиной Рангику вынырнула огромная фиолетовая рука, сомкнув пальцы, готовясь раздавить её, словно игрушку. — Ты слишком расслаблена, — сказал Угаки. — Красота мешает выживать. Рангику стиснула зубы и резко активировала Хайнеко. — Не учи меня, как падать, — выдохнула она. Лезвие рассыпалось в пепел, перерезая нити, и она рухнула вниз — прямо в ловушку. Копья вырвались из пола. Металл звякнул. — Подними голову, Рангику. Вабиске Киры ударил первым, утяжеляя копья в момент касания, заставляя их вонзиться в пол под собственным весом. Изуру стоял между ней и ловушкой, лицо — напряжённое, но спокойное. — Извини, что опоздал, — тихо сказал он. — О, я всё равно упала бы красиво, — хмыкнула она, поднимаясь. В этот момент свет вспыхнул. Сотни маленьких существ-глаз раскрылись по стенам, полу, потолку. Их зрачки засияли, отбрасывая искажённые, живые тени. — Wächter. Тени ожили. Клинки, цепи, копья — всё это выросло из темноты, обрушившись на лейтенантов с разных сторон. — Он управляет пространством, — быстро сказал Изуру. — Не только атаки. Он нас ведёт. — Значит, надо выбить дирижёра, — раздался новый голос. С потолка, проламывая бетон, рухнула фигура с косой. — Хисаги?! — Простите, что без стука. Казешини развернулась, цепляясь за балки. Хисаги приземлился рядом с Кирой и Рангику, мгновенно оценив ситуацию. — Он читает наши движения через глаза. Значит… — …нужно лишить его обзора, — закончил Кира. Угаки усмехнулся. — Попробуйте. Карты легли на коврик одна за другой. — Lebender Draht. Из теней вырвались ленты, мгновенно опутавшие Хисаги, стягивая руки и шею. — Хисаги! — Рангику рванулась вперёд, но тень под её ногами снова ожила. Потолок рухнул. Балка с грохотом перегородила путь, отрезая Кире и Рангику возможность подойти. — Разделение, — спокойно констатировал Угаки. — Первый принцип охоты. Хисаги рванулся, но ленты сжались сильнее. Коса звякнула, цепь натянулась. — Не дёргайся, — спокойно сказал Кира, шагнув вперёд, несмотря на обломки. — Он этого ждёт. Он швырнул Вабиске. Клинок прошёл по лентам, удваивая их вес. Те рухнули вниз, вонзившись в пол, как свинцовые канаты. Хисаги вырвался. — Спасибо. — Не за что. В этот момент тени собрались воедино. Из них поднялась истинная форма Гезелля — огромный безглазый торс, руки которого заканчивались клинками и молотами из тьмы. Склад застонал. — Теперь по-настоящему, — сказал Угаки, и в его голосе впервые прозвучало удовлетворение. Лейтенанты встали рядом. Рангику вытерла кровь с губ и ухмыльнулась. — Ну что, мальчики… — сказала она. — Давайте не умрём здесь. Мне завтра ещё на службу. Тени двинулись вперёд. И на этот раз бой шёл на грани поражения. Склад был старым — бетон, металл, ржавые фермы под потолком, ряды контейнеров и погрузочных рамп. Запах масла, пыли и застоявшегося воздуха смешивался с чуждой реацу, от которой стены будто холодели. Свет был плохой. Лампы под потолком мигали, и каждая вспышка отбрасывала слишком длинные тени. — Мне это не нравится, — пробормотала Рангику, сжимая хаори. — Тут слишком… тесно. — Именно этого он и добивается, — тихо сказал Кира, глядя по сторонам. Хисаги молчал. Его взгляд скользил по полу, по колоннам, по потолку — он уже чувствовал, что пространство здесь не пустое. И тогда раздался голос. — Willkommen. Свет резко усилился. Сотни маленьких глаз раскрылись одновременно — на стенах, на полу, на балках под потолком. Они смотрели. Моргали. Улыбались ртами, где не должно быть ртов. Угаки вышел из тени, поправляя очки. — Трое лейтенантов, — сказал он почти вежливо. — Прекрасный расклад. Начало ловушки — Не нравится мне этот тип, — хмыкнула Рангику и шагнула вперёд. — Давайте быстро… Пол под ней вспыхнул светом. — Рангику! — крикнул Хисаги. Слишком поздно. Из тени под ногами вырвались ленты, обвили её лодыжки, дёрнули вверх. Рангику ударилась спиной о контейнер, воздух выбило из лёгких. — Чёрт…! — Lebender Draht, — спокойно произнёс Угаки, выкладывая карту на коврик. Кира рванулся вперёд. — Вабиске! Клинок опустился, разрезая ленты, но в тот же миг свет изменился — тени перестроились. Из пола выросли копья. — Прыгай! — крикнул Хисаги. Рангику сорвалась вниз, но одно из копий задело плечо, оставив рваную рану. Она зашипела, перекатилась и встала, тяжело дыша. — Они не просто атакуют… — сказала она. — Они нас ведут. Давление усиливается Глаза Гезелля начали собираться, свет становился плотнее, почти осязаемым. Тени под ногами шинигами дрожали, меняя форму. — Wächter, — произнёс Угаки. Свет ударил сверху. Тени под ногами Киры ожили — из них вырвались руки, схватили его за ноги, за плащ. — Чёрт… вес… — он попытался ударить, но новые тени тут же выросли рядом. Хисаги активировал шикай, коса рассекла воздух, уничтожая несколько глаз сразу, но их было слишком много. — Он читает наши движения, — понял он. — Мы реагируем — и этим только хуже делаем. — Значит, надо давить! — выкрикнула Рангику и рванулась вперёд. Она не заметила, как тень под потолком утолщилась. Почти поражение Карта легла на коврик. — Dämon Kraft. Из тени вырвалась гигантская рука, фиолетовая, плотная, сжалась вокруг Рангику и с силой вдавила её в стену. Бетон треснул. — Рангику!! — закричал Кира. Он рванулся, но свет ударил ему в лицо, и из тени под ногами выросли новые копья. Хисаги встал между ними, отбивая удары, но потолок загрохотал. — Плохая идея стоять здесь, — спокойно заметил Угаки. Плиты начали падать. Кира оказался прижат к полу обломками. Хисаги едва успел вытащить его, но сам получил удар — тень рассекла ему бок, и кровь потекла по хаори. Рангику всё ещё была зажата рукой. Она уже почти не сопротивлялась. — Ну же… — прохрипела она. — Только не так… Угаки смотрел на них сверху, не приближаясь. — Вы сражаетесь храбро, — сказал он. — Но это пространство уже не ваше. Глаза Гезелля сомкнулись, свет стал ослепляющим, тени — плотными, как сталь. Трое лейтенантов оказались разделены, загнаны, изранены. Ещё шаг — и бой был бы закончен. Промышленная зона Каракуры Крыши, резервуары и пустые цеха Ночь сгущалась, дождь усиливался. Вода стекала по металлу, собираясь в лужи, наполняя воздух влажной тяжестью. Разделение — Разошлись, — коротко бросил Иккаку. — Не мешайся, Юмичика. — Будто я собирался, — отозвался тот, уже отступая назад, когда почувствовал другое духовное давление. Воздух стал горячее. ИККАКУ МАДАРАМЭ vs ХО И БАНА Дождь мог начаться с минуты на минуту. Для обычного боя это было бы фоном. Для Хо и Бана — оружием. Иккаку почувствовал это слишком поздно. — Гюл. — Гюнтер. Щелчок пробок прозвучал почти насмешкой. Вода ожила. Она поднялась, закрутилась спиралями и сомкнулась в два массивных тела. Внутри — медленно раскрывающиеся, стебельчатые глаза, следящие за каждым движением шинигами. — Чёрт… — ухмыльнулся Иккаку, перехватывая копьё. — Вот это масштаб. Он рванул первым — как всегда. Без раздумий, без плана, полагаясь на скорость и удар. Его копьё рассекло водяную массу, вспоров её надвое, разметав брызги во все стороны. И тут же вода сомкнулась обратно. — А? — Иккаку не успел договорить, когда вторая масса ударила сбоку. Удар был тяжёлым, как таран. Его отбросило через полплощадки, он врезался спиной в резервуар, металл заскрипел. Едва успел поставить копьё, чтобы не получить второй удар в грудь. Вода обвилась вокруг ног. Потом — вокруг талии. Потом — выше. — Тц… — он рванулся, мышцы вздулись, но давление только усилилось. Хо и Бан стояли спокойно, бок о бок, будто дирижировали оркестром. — Мы не спешим, — сказал Хо. — Вода терпелива, — добавил Бан. Гюл и Гюнтер слились. Теперь это было не два тела, а одно — огромное, плотное, тяжёлое. Оно поднялось над Иккаку, словно прозрачный колокол, и обрушилось, полностью заключая его внутрь. Холод ударил сразу. Давление — следом. Воздух вышибло из лёгких. Вода лезла в рот, в нос, в уши. Она проникала внутрь, тянула вниз, будто пыталась разорвать тело изнутри. Иккаку зарычал, упёрся ногами в бетон, провернул копьё, создавая вихрь. — ХАААА!!! Вода разлетелась на мгновение — и тут же вернулась, ещё плотнее, ещё тяжелее. Иккаку почувствовал, как начинает темнеть в глазах. Он понял: это не бой на силу. Это бой на выживание. И если он не найдёт способ разделить их, всё закончится здесь. ЮМИЧИКА АЯСЭГАВА vs ЙОШИНО СОМЫ Внутри цеха воздух был другим. Горячим. Дрожащим. Металл стен уже начал менять цвет. Йошино стояла спокойно, почти нежно сжимая браслет и коготь. Её духовная сила была странной — мягкой, светлой, но в ней ощущалась глубина, словно под поверхностью скрывалось пламя, готовое вырваться. — Ты красив, — сказала она негромко. — Это будет больно. Юмичика приподнял бровь, скрывая напряжение за ленивой улыбкой. — Знаешь, обычно я слышу это перед свиданием. Она ударила когтем о браслет. Искра. Огонь. Гёте вырвался наружу — существо из магмы и пламени, без ног, парящее над полом. Жар ударил волной, заставив Юмичику отступить. Первый поток пламени прошёл по цеху, расплавляя балки. Юмичика увернулся, но край атаки обжёг плечо. Запах горелой ткани смешался с раскалённым воздухом. Йошино двигалась изящно, почти танцуя. Каждый её шаг сопровождался ударом — кулак, колено, пламя. Она была быстрой. Слишком быстрой для человека. Юмичика парировал, отступал, искал ритм. — Ты не сражаешься, — сказала она, нанося очередной удар. — Ты любуешься. Он скривился. — А ты слишком серьёзна для девушки с огнём вместо сердца. Гёте расщепился. Части его тела выстрелили, как снаряды. Юмичика разрубил один, второй, третий — но четвёртый взорвался рядом. Его отбросило, он врезался в колонну, дыхание сбилось. Йошино шагнула ближе. Пламя сжималось, образуя кольцо. Жар был таким, что кожа начинала гореть даже без прямого контакта. Юмичика почувствовал это: она давит непрерывно. Не даёт передышки. Не даёт пространства. — Ты проигрываешь, — сказала она спокойно. Он поднялся, тяжело дыша, чувствуя, как силы уходят. Если она слилась бы с Гёте — он знал это инстинктивно — бой был бы окончен. И всё же он выпрямился, поправил прядь волос и усмехнулся. — Как грубо… — прошептал он. — Я даже не успел показать свою лучшую сторону. Но в глубине души Юмичика понимал: ещё немного — и этот огонь сожжёт его дотла. РУКИЯ КУЧИКИ vs МАБАШИ и куклы РИТЦ Окраина Каракуры была странно тихой. Слишком тихой. Рукия почувствовала это ещё до того, как увидела противника — лёгкое искажение духовных частиц, будто кто-то постоянно двигался под поверхностью. Земля под ногами казалась живой, напряжённой, словно дышала. — Выходи, — холодно произнесла она, вытаскивая занпакто. — Я знаю, что ты здесь. Смех прозвучал сбоку. — Ой, а ты наблюдательная, — раздался высокий, неприятный голос. Мабаши появился резко — словно вынырнул из тени. Его движения были резкими, экономными, без лишних жестов. Он смотрел на Рукию с интересом, почти любопытством, словно изучал добычу. — Ты не капитан, — заметил он. — Но в тебе… холод. Мне нравится. Он бросился вперёд. Рукия едва успела отскочить — его удар прошёл там, где секунду назад была её грудь. Воздух рассёкся, будто клинком. Он был быстр. Слишком быстр для обычного человека. — Сокацуй! — она выстрелила кидо почти в упор. Мабаши исчез. Огненный снаряд врезался в стену, взорвав бетон. В ту же секунду Рукия почувствовала удар в бок — жёсткий, выбивающий дыхание. Она отлетела, перекатилась, поднялась на колено. — Медленно, — насмешливо сказал он. — Очень медленно. Она резко развернулась, активируя шикай. — Танцуй, Содэ но Шираюки. Холод разлился вокруг, покрывая землю инеем. Температура упала мгновенно. Лёд потянулся по трещинам, замедляя движение духовных частиц. И тут земля взорвалась. Из-под асфальта вырвалось нечто маленькое, почти милое — цветок, похожий на мышь, с огромными глазами. — Вверх! — пропищала Ритц. Она рванула под углом, пробивая лёд, бетон, воздух — слишком быстрая, чтобы её отследить. Рукия развернулась, но было поздно. Ритц вошла в неё. Холод внутри сменился чужим присутствием. Рукия почувствовала, как что-то скользнуло по нервам, будто тысячи игл одновременно. Её тело дёрнулось, занпакто дрогнул в руке. — Ах… — выдохнула она, стиснув зубы. Мир потемнел по краям. — Держись, держись, — шептала Ритц изнутри. — Я еду вверх… влево… теперь глубже… Рукия упала на одно колено. Её руки дрожали. Зрение плыло. Она чувствовала, как теряет контроль — пальцы не слушались, дыхание сбивалось. В груди начало прорастать что-то холодное, чужое. Мабаши подошёл ближе, спокойно. — Красиво, правда? — сказал он. — В Обществе душ это работает ещё лучше. Но и здесь… вполне достаточно. Рукия стиснула зубы до боли. Я — Кучики. Я — не марионетка. Она резко вонзила занпакто в землю. — Цукиширо… — прошептала она, концентрируя холод внутрь. Температура её тела упала резко, почти смертельно. Лёд побежал по венам, замедляя всё — дыхание, сердцебиение, нервные импульсы. Ритц взвизгнула. — Холодно! ХОЛОДНО! Вниз! Вниз! Контроль ослаб. Рукия закричала и рванулась, отталкивая чужое присутствие. Цветок вырвался из её груди, упал на землю, судорожно дёргаясь. Она упала рядом, тяжело дыша, чувствуя, как мир возвращается фрагментами. Мабаши нахмурился. — Интересно… — пробормотал он. — Ты сильнее, чем выглядишь. Он шагнул вперёд. И Рукия поняла — ещё один такой приём, ещё одна ошибка — и она не выдержит. Холод больше не спасёт. Скорость — не на её стороне. И в этот момент она ясно осознала: шинигами начинают проигрывать эту ночь. --- Ночь над Каракурой была тяжёлой и напряжённой. По улицам бродили тени, и Рукия только что едва справилась с Мабаши. Юка стояла на крыше полуразрушенного склада, её глаза блестели в лунном свете. Она подняла руку, закрыла глаза и слегка улыбнулась. — Хм… давайте посмотрим, где мои друзья застряли, — пробормотала она с лёгкой насмешкой. — Не то чтобы я их подслушивала, просто интересно, кто ещё жив и дышит. Её реацу начала тихо пульсировать, словно живое существо. Юка медленно провела рукой по воздуху, словно рисуя круг вокруг города. Лёд, огонь, ветер, вода — каждый элемент откликнулся на её зов. — Отлично, посмотрим, кто в каком положении… — продолжала она, улыбаясь самой себе, — и кто нуждается в… мягкой помощи. С её пальцев вырвались четыре силуэта, полупрозрачные, излучающие спокойную энергию: ледяная тень, огненный силуэт, водяная фигура и воздушный вихрь. Они были похожи на мини-двойников, точные копии Юки, но каждый олицетворял стихию. — Так, не паникуем, — сказала она вслух своим стихиям. — Идём аккуратно, немного разведаем… и, по возможности, не испугаем жителей. Двойники рассыпались по городу: ледяная фигура направилась к окраинам, где виднелась фигура Мабаши, огненная — к Юмичике и Йошино, водяная — к Хо и Бан, воздушная — к Ренджи, чтобы проверить состояние их боя. Юки наблюдала, её взгляд скользил по улицам, крышам, подворотням. Она почувствовала каждую энергию, даже слабые мерцания — Рукия в ловушках, Юмичка пытается удержать Йошино, Хицугая сражается с Когой, Иккаку увяз с Хо и Бан. — Отлично, мои маленькие друзья… — пробормотала она с улыбкой. — Пожалуй, чуть-чуть ускорим их работу. Она легким движением руки послала двойникам сигналы координации: замедлить части атак врагов, дать шинигами небольшую передышку, обезопасить окружающих. Каждый элемент действовал автономно, но подчинялся её общей тактике, позволяя команде выиграть хоть мгновение, чтобы перестроить оборону. — А теперь, — Юка слегка усмехнулась, — посмотрим, смогут ли мои друзья дотянуться до конца ночи. Даже находясь на расстоянии, она чувствовала: её вмешательство не заменяет бойцов, но делает его более управляемым. Множество сиротливых реацу, которые дрожали от страха или усталости, теперь стабилизировались, словно невидимые руки успокаивали их и направляли. И в то же мгновение, когда двойники вступили в действие, Юки прошептала с лёгким юмором, едва слышно: — А то я не хочу, чтобы все подумали, будто я слишком скучаю по битве… хотя, признаюсь, любопытно, кто же дольше всех продержится. Лёд и огонь, вода и ветер — все движения были точны, почти как танец. Каракура, окутанная ночной темнотой, теперь выглядела не как поле боя, а как шахматная доска, где Юка смотрела на фигуры и слегка переставляла их. И хотя бой шинигами с «связанными» ещё не закончился, на горизонте уже появился мгновенный перелом: команда получила возможность передохнуть, переформироваться и подготовиться к второму кругу битвы, благодаря мудрости, внимательности и скрытой силе Юка. Двойники вступают в бой Ночь над Каракурой становилась всё напряжённее. Связанные не давали команде шинигами ни минуты покоя: кто-то увязал в рукопашной, кто-то едва увернулся от атак кукл, а кто-то рисковал попасть под поток смертельных снарядов. Юка стояла на крыше, тихо наблюдая за сценой. Она сделала шаг вперёд, и четыре её стихийных двойника начали действовать более агрессивно. Ледяной двойник скользнул между деревьями, создавая ледяные стены и преграды, чтобы замедлить наступление Го Коги и его металлической куклы Дарк. С каждым движением льда металлические сферы отскакивали и теряли скорость, лишаясь точности. Огненный двойник взмыл в небо, направляясь к Юмичике и Йошино. Он создавал яркие вспышки и столбы огня, отвлекая Йошино, заставляя её куклу Гёте менять траекторию атак и давать Юмичке шанс для ответного удара. Юка, наблюдая за этим, тихо пробормотала: — Ну что ж, давай, Йошино, попробуй не сгореть полностью… шучу, конечно. Водяной двойник устремился к Иккаку, блокируя и рассеивая мощные струи Гюля и Гюнтера — кукол Хо и Бана. Вода, казалось, сама понимала тактику Иккаку: направляя потоки туда, где он мог эффективно атаковать, но при этом не рисковать. Воздушный двойник закружился над куклой Угаку в форме глаз, создавая лёгкие воздушные вихри, которые рассеивали пространство для обозрения. Это давало команде драгоценные секунды, чтобы перестроиться и нанести удары. Юка улыбалась, наблюдая, как её элементы координируют команду: — Не переживайте, я здесь как шеф-инструктор… с лёгкой моральной поддержкой. Её юмор и спокойствие, даже издалека, как будто поднимали боевой дух команды, заставляя каждого шинигами чувствовать уверенность, что они не одни. Вдруг двойник льда заметил движение в тени — несколько металлических сфер Дарк одновременно направились к Ренджи. Юки быстро отдала сигнал: — Лёд, теперь! Ледяная стена мгновенно выросла, сферы отскочили, часть полетела в пустоту, а часть столкнулась друг с другом и потеряла контроль. Ренджи успел нанести ответный удар. Огненный и водный двойники одновременно сработали в тандеме: огненные вспышки отвлекали внимание Йошино, а воздушный вихрь поднимал в воздух лёгкий пар, чтобы они зацепили куклу Гёте. Йошино пыталась отразить оба направления атаки, и в этот момент Юмичка смог нанести решающий удар. — Вот так, — тихо хмыкнула Юка, — почти как в тренировке. Только без штрафных очков. Тем временем водяной двойник аккуратно направлял Иккаку, чтобы он смог атаковать Хо и Бана с безопасного расстояния, обходя ловушки кукл. Даже когда Гюль пытался окружить его водяными потоками, поток, управляемый двойником, разрывал ловушки и позволял Иккаку безопасно приблизиться. Всё это происходило как слаженный танец: атака, защита, отвлечение, контратака. Команда шинигами начала чувствовать, что бой теперь не так хаотичен: они могли действовать более уверенно, принимать решения и спасать друг друга. Юка наблюдала за этим издалека, слегка улыбаясь, и едва слышно пробормотала: — Ну что ж, мои маленькие творения, похоже, что вы справляетесь. Она понимала: она не раскрывает все свои силы, но с помощью этих двойников-стихий команда получает возможность выжить и не дать связанным полностью подавить их. Юка знала, что это только первый шаг, и впереди ещё много сложных моментов, но сейчас — контроль, порядок и лёгкий юмор, который она умела привносить даже в бой.