Глава 10

ГЛАВА 10 -Пап, почему вы вернулись целыми? Словно вы неделю не были в плену, а просто… просто? Я не знаю, что было?  Мы сидим с папой за нашим большим столом. Стоят кружки с горячим какао, папа любит варить его для нас. Мама и Дамиано уехали, чтобы выбрать вещи еще ранним утром. Как оказалось, Дамиано такая же ранняя пташка, как и мама. Пока мы спали, они приготовили нам завтрак, оставили записку и уехали в магазин.  -Эти тела, отрубленные головы… что за спектакль? - я вскинула брови в вопросе, отпивая глоток, смотря отцу в глаза.  Он казался безэмоциональным. Отвел глаза в сторону, словно вспоминая что-то.  -Я расскажу об этом позже, Орешек, - папа погладил мою ладонь и тоже отпил глоток, собираясь встать с места. Я остановила его, взяв его руку.  -Скажи мне, всё очень серьезно?  Мне хватило этого кивка.  -Но теперь все в порядке, я найду выход, Из. Я не отдам тебя в обиду, - он тяжело сглотнул, обогнул стол и поцеловал меня в макушку.  -Это… касается меня? -Не думай об этом, хорошо?  Через час остальная часть нашей пополнившейся семьи вернулась с несколькими пакетами. Мы все это время сидели с папой перед телевизором, но не разговаривали. Я лежала на его груди, зная, что его что-то очень тревожит.  Дамиано все еще стеснялся, он прятался за спиной мамы. Мальчик всегда был либо за папой, либо за мамой. Я его немного пугала, кажется. У родителей отличалась энергетика от моей. Они были энергичными и веселыми, а я всегда была злой, как говорит Сара. Дети, вроде как, все чувствуют.  -Мне звонила Киара. Мы с ней мило побеседовали, - прямо с порога начала мама, снимая свою куртку, - Вы не представляете как мы смеялись с Дамиано в машине.  Киара и мама дружили? Впервые слышу, чтобы у них был милый разговор. Наверное, дело кровной связи.  -Алессио и Невио впервые в жизни отсидели сутки за решеткой! - я удивленно уставилась на нее, - И тому виной моя дочь. Моя дочь посадила в тюрьму двух самых неуправляемых братьев! - она смеялась и садилась на диван к Дамиано, притягивая его к себе.  Несколько дней назад я сказала полиции, что меня везут насильно и кажется, что у этих парней наркотики. Я думала, что Нино и Римо Фальконе освободят их и они спокойно уедут. Это ведь просто забава.  -Их отцам изрядно надоел их характер, они сами заперли сыновей. Остались на ночь, чтобы переговорить с Лукой и твоим отцом на следующий день. Уже без них. Массимо каким-то образом вышел и целую ночь пропадал в каком-то клубе.  Я ухмыльнулась услышанному, поцеловала маму и ушла в свою спальню.  Сегодня было вроде как собрание всех дочерей сестер. Сара срочно всех оповестила о том, что будет ждать на обед в нашем месте. Что мне надеть? Меня мало это волновало. Я надела то, что попалось первым под руку.  -О чем ты, Лилиана?! - послышалось с первого этажа. Мама обеспокоено кричала, - Как она себя чувствует?… Мне приехать?  Я вышла из спальни и медленно спустилась к ней. Кроме нее в гостиной никого не было, наши мальчики куда-то пропали.  Мама обескураженно опустила руку с телефоном.  -Сара… - она посмотрела на меня, - Максимуса Тревисана заставили изнасиловать бедную Сару. Она с мамой едет к врачу. К гинекологу, Иза.  Я села на диван, не в силах стоять на месте. Изнасиловать? Сара… ей ведь через пару месяцев выходить замуж. Все мы знали о том, какой была моя двоюродная сестра. Семьянин, она всегда хотела огромную семью, любимого мужа. А вдруг она забеременеет от человека, которого не любит?  Максимус. Нет-нет, он совсем не такой человек. Я знаю его, потому что мы с ним хорошо знакомы. Ладно, то что пять лет назад мы оба были зависимы от сигарет и множество раз на мероприятиях прятались за углом, чтобы покурить и всех обсудить - нормальное начало дружбы? До этих пор мы временами общались и даже по переписке. В моей жизни мало людей, в ком я уверена, но Максимус входит в это число и он не изнасиловал бы никого.  Стоп. Мама сказала заставили? Его заставили это сделать? Мне нужно увидеть Сару или Максимуса. Я уверена, что им обоим тяжело и они оба мне важны.  Я набираю номер Максимуса не потому что он мне дорог больше, а потому что Саре сейчас точно не до меня. Она ведь у врача. А что сейчас с моим другом? -Макс? - прошептала я, когда взяли трубку, - можно я приеду, Максимус? Я слышала, как он тяжело вздохнул. Было слышно как едут машины и сигналят. Он явно не там, где должен быть.  -Да, Иза.  Он отправил мне свою геолокацию и это место было относительно недалеко от нашего дома. По дороге я купила пачку сигарет и зажигалку.  -Я брала их в руки в последний раз, когда мы с тобой отвлеклись настолько, что окурок прожег мой палец, - сказала я ему, когда мы сели прямо на бетонный пол у закрытого помещения. Это была какая-то парковка с гаражами. Мои ноги свободно свисали со второго этажа этого здания.  -Пять лет назад. Тебе было восемнадцать, не так ли? Мне было столько же, сколько тебе сейчас. Это ведь я научил тебя курить, - он достал из пачки одну из них, - надеюсь, ты не предала меня и не разделяла курение с кем-то еще.  Мы устало посмеялись. Нас нельзя было назвать хорошими друзьями. Мы ничего не знали друг о друге, не разделяли наши проблемы. Просто оказывались рядом в нужное время.  -Я знаю, что тебе так же тяжело, Макс. Я знаю, что ты не насильник и не способен на это.  Резкая смена темы заставила его вернуть хмурое выражение лица -Ты видела видео? -Что? Нет!  -И ты все равно считаешь, что я не мог изнасиловать Сару Кансио? Я думаю, ты слишком надеешься на меня.  Я озадачено посмотрела на него, не зная что сказать.  -Я мог сделать что угодно, вскрыть свою голову, убить себя. В конце концов выбор был. И я все равно как жалкий придурок сделал то, чего они от меня хотели.  Парень кинул остатки сигарет в сторону. Его не волновал холод, он смотрел на небо и о чем-то думал.  -Но ты не хотел. Это не называется изнасилованием. Максимус, тебе пришлось. И выхода не было! Ты не должен убивать себя этими мыслями. Ты должен убить всех, кто заставит вас пройти через это.  Мы взяли вторую сигарету, затем третью, четвертую… Тема разговора менялась с каждой сигаретой. Я хотела отвлечь его, потому что в ближайшее время его разговоры со всеми будут только об одном. Сара отправила в наш общий чат сообщение о том, что хочет нас у себя дома. Вернее, она спрашивала, можем ли мы приехать. Разве она может спрашивать?  Я попрощалась с Максимумом, после чего поехала в дом тети Лилианы. У ворот уже стояла машина Марселлы и Греты. Грета наша еще одна сестра, которую подарил нам Амо. Я была благодарна за то, что она есть у нас.  Как только я зашла в дом, я услышала всхлипы. Затем тетю, которая была одета в пальто. Она обняла меня.  -Сара сказала, что вам нужно многое обсудить, - она слабо улыбнулась, - пытается делать вид, словно ничего не случилось. Иза, я не знаю… вдруг мы ее сломали?  Поток ее беспокойства лег мне на плечо и мне стало тяжело. Я обняла свою тетю, сказав что мы позаботимся о ней.  Когда я прошла в зал к девочкам, они все были в слезах и смотрели на меня. Я упала в их объятия и тоже села на диван. На столе лежали салфетки, а рядом урна, которая уже была полна этих салфеток.  -Твоя очередь, Из, - всхлипывая сказала Сара. Ее голова лежала на плече Греты, а голова Марселлы на бедрах Сары, - просто расскажи всё, что тебя беспокоит.  Они занимались этим все время, пока меня не было и до сих пор рыдали. Мои девочки, они любили друг друга поддерживать. Марселла была самой старшей из нас и действительно была нашей Старшей сестрой. Я же была самой младшей. Наша разница в возрасте восемь лет. Но я почти никогда не чувствовала себя младшей. И раскрывалась гораздо меньше своих сестер. Я села рядом с Гретой, что она тоже положила свою голову куда-нибудь на меня и вздохнула.  Хорошо, - начала я, - не знаю, что вы на это скажете… Я глянула на девочек, которые смотрели перед собой -Вы уверены, что я не перетягиваю одеяло на себя? Сара? Я даже не поинтересовалась тобой.  Сестра отрицательно покачала головой, прося меня рассказать о своей истории.  То, что меня беспокоит? О, я думаю, у меня будет много слов.  -Я целовала двух братьев Фальконе и промежуток между ними был два часа.  Голова рядом со мной поднялась, а девочки резко втянули воздух. Грета начала смеяться, а две другие удивленно на меня смотрели.  -Я лежала под Невио Фальконе и просила его трахнуть меня.  Казалось, смех Греты становился громче. Она знала об этом, я рассказала ей не всю историю, но она это понимала.  -Угнала его машину, в его отеле меня звали Миссис Фальконе и все мои вещи находятся у него. А также я посадила за решетку их обоих и они сидели там сутки.  Сара посмеялась над этим, как и Марси. Я была рада тому, что моя жизнь их позабавила.  -Кто целуется лучше? - с ухмылкой спросила Марселла. Она хотела убить каждого из них, моя кузина напоминала мне своего брата Амо, их темперамент был чем-то схож. У нее есть сын, которому всего год. Ее муж Мэддокс безумно любил и ее, и их сына, вероятно сейчас он был с малышом.  Я не покраснела от ее вопроса, но мой уголок губ приподнялся в жадном жесте.  -Думаю, мне нужно вспомнить.  Девочки рассмеялись. Но я не шутила.  А могу ли я приручить двух сумасшедших братьев?  Только чтобы вонзить им нож в сердце, когда они этого не будут ждать.  Девочки быстро уснули после того, как мы закончили с историями с грязным бельем. Грета устроилась на моих коленях. Я смотрела в потолок, с балкона падал лунный свет. У меня не получилось уснуть той ночью, я смотрела по сторонам, пока не проснулись девочки и взошло солнце.  -Думаю, пришло время рассказать, - начал наш Капо.  Все началось с того, что когда я пришла домой, папа попросил меня через час собраться. Это было странно, мы никуда не спешили. Затем мама сказала, что останется с Дамиано. На мое «всё в порядке, вы езжайте, а мы останемся с Дамиано», мама отреагировала отрицательно. Папа сказал, что я обязательно должна поехать с ним. Хорошо, теперь мы сидели в особняке дяди Луки и тети Арии. После нас с папой приехали Амо и Грета. Затем Марселла и Мэддокс. Тетя Лилиана с мужем и тремя детьми. После - пара Тревисан с сыном Примо. Меня удивило то, что самыми последними приехали мама с Дамиано со словами «Я не могла это пропустить». Она невозмутима. Казалось, вся наша семья была собрана. Два брата, три сестры и их дети. Кроме двух членов нашей огромной семьи. Сара и Максимус. Я подумала, что они не хотят забирать внимание на себя, пока дверь не открылась и они не зашли. Вдвоем. Что происходит? -Все хотят знать, что случилось за неделю нашего отсутствия, - дядя и папа переглянулись. Старший из братьев положил руки на стол и оглянул каждого.  Я поймала обеспокоенный взгляд папы, когда мы пересеклись, он спрятал глаза под своей ладонью и тяжело вздохнул. Он был очень встревожен.  -Я расскажу вам все, не утаив ни одной детали.  И все слушали. В полной тишине. Было слышно только наше дыхание. Всё внимание только на нашего Капо.  Лука.  Я был ранен. Моя машина, в которой мы с Маттео ехали по дороге а Нью-Джерси была окружена десяткой других. Мы были окружены в гребаном лесу. Они отслеживали нас целый час, стреляли в бронированную машину сотней пуль. Мы уже давно сошли с пути. Я не знал, кто они. Ни Наряд, ни Каморра, ни Братва, ни Триада не обладали привычкой ездить на бордовых машинах с матовым покрытием одной марки. Это всё было каким-то цирком. Чтобы за одной машиной гоняться всей кучей? Трусливые подонки. Мы бы никогда не попались, если бы мы ожидали этого. Если бы их число не превышало нас в пять раз. Маттео тоже был ранен. Но никто из нас не был при смерти. Моя пуля в плече, а пуля Маттео в левом предплечье. Их пули стреляли так, будто пытались просто нас догнать, а не причинить урон. Когда им всё-таки удалось, мы поняли, что им не нужна наша смерть. У них было какое-то послание? Я до сих пор не понимал. Пусть их намного больше, мы все равно выходили с пушками, целясь в их головы.  -Лука и Маттео Витиелло! - с радостным криком вышел молодой парень, раскинув руки, будто он собирался обнять каждого из нас. Будто мы были родственниками. Мой прицел был на его шее.  -Кто вы, блять, такие?! - я толкнул парня в плечо, сам не обращая на боль, которую испытывал сотню раз.  -Мы Тень, друг мой, - он поклонился, за ним и двадцать его дружков повторили жест. Наши головы с Маттео прокрутились на все триста шестьдесят градусов, - мы хотим присоединиться к вашей четверке. Вы самые известные в темном мире.  Под «четверкой» он, вероятно, имел в виду Фамилью, Наряд, Каморру и Триаду.  -Я хотел бы представиться для начала. Рейнор Айронс, - он протянул мне руку. Я с отвращением посмотрел на нее. Но это не изменило его настроя. И всё же, я опустил ружье.  -Мы просто хотели познакомиться, - он показал нам все свои тридцать два зуба. Ну нахрен. Мне не нужно никакое знакомство. Я просто убью каждого из них и поеду домой, как и планировал. Как только эта мысль появилась в моей голове, я погрузился в темноту.  Нас ударили в затылок, как маленьких доверчивых мальчиков и куда-то увезли. У меня не находилось никакого оправдания моему идиотизму. Я был настолько зол, что агрессия заполнила мою голову. Он текла по моим венам. Затуманила глаза. Я давно не чувствовал чистую потребность убивать.  -Я, черт возьми, убью тебя, сукин сын! - как только я открыл глаза, я увидел перед собой странную картину. Напротив меня сидел Маттео. На руках были кандалы, все его тело в цепях. Левее от него сидел Нино Фальконе, правее - Джованни Ареско. А левее от меня - Данте Кавалларо, правее - Римо Фальконе. Мы сидели так, что каждый Капо сидел напротив своего Консильери. И все были в одном положении. Сидели на заднице, скованные железом.  Моя злость нарастала в геометрической прогрессии. Я не пытался освободиться и брыкаться, как вел себя сейчас Римо. И Джованни. Словно они думали, что могли освободиться. Фальконе продолжал орать.  -У меня, блять, голова сейчас взорвется! - крикнул ему Кавалларо. Он сидел довольно спокойно.  -Закрой свой гребаный рот, дыра Фальконе! - последовал за ним мой крик. Голова действительно разрывалась. Что они вкололи? Я не чувствовал такой боли в голове еще никогда в жизни. Но меня это мало волновало. Меня перевязали? Пулю вытащили и перевязали мое плечо. Рана совсем не болела. Кому это было нужно? Я видел, что у каждого было что-то забинтовано. Мы все сидели без верха.  -Если вы хотите отсиживаться здесь под поводком этого щенка, это, нахрен, не моя проблема! - он тяжело дышал. Только у него была кровь на бинтах. -Твои чертовы швы разошлись из-за того, что ты не можешь заткнуться, - хладнокровным голосом сказал ему Нино. И только тогда Римо сел ровно.  В этом подвале был огромный экран. И во всех четырех углах наверху стояли колонки. Как только я их заметил, мои уши заполнил этот противный голос.  -Доброе утро, друзья мои, - сейчас он был менее дружелюбен. Голос был намного грубее, - простите, что я вас задерживаю. Давайте проведем статистику. Данте и Джованни сидят здесь уже четыре дня, потому что поймать их мне было намного легче. И вашу территорию, моя дорогой Капо Наряда, я знаю чуть получше. Лука и Маттео, вы тут три дня.  А Римо и Нино, вы тут всего сутки. Но чтобы вы не почувствовали никакой разницы, все крепко спали, пока мы не собрали всех, мы разбудили вас одновременно. Когда все наконец в сборе.  Данте что-то прорычал. Он словно поставил нас на пьедестал по уровням, кого поймать легче. И я не собирался быть не втором месте. Если я не собирался умирать от собственного гнева, мне было легче думать о том, что Каморра просто не слишком волновала их и они решили оставить их последними.  -Давайте не будем заставлять Наряд ждать еще дольше. Но я дам вам недолго поболтать.  Мы ждали продолжения, но его не последовало. Неужели мы действительно ждали чего-то от него?!  -Рейнор Айронс… - ухмыльнулся напротив меня Джованни Ареско.  -Что ты о нем знаешь? - посмотрел на него Нино через моего брата. Маттео сидел между ними и мотал головой на каждого.  -Абсолютно ни хрена, - выплюнул он. Я посмотрел на всех. Никто из нас не знал ничего о нем.  «Поболтать»? Все здесь сидели в гробовой тишине. Я знал, что это из-за того, что ебанная жидкость, которую нам ввели блокировала нашу голову и она болела, словно горела заживо. Я жадно проглотил слюну, мое горло засохло. Но убейте меня, если я попытаюсь попросить воды. Я сидел, смотря в одну точку.  Три дня. Раньше этого было достаточно, если Капо исчез, чтобы на «трон» сел следующий.  Как себя чувствует моя семья? Я старался об этом не думать. Сейчас я нахожусь на фазе выживания.  Прошло несколько часов. Римо начал  орать во все горло.  -Не будь гребанной киской и заткни свой рот. Если это способ лишить нас всех слуха, легче будет отрезать наши уши, - отрезал Маттео, выглядя усталым. Пошло шипение. Мы начали оглядываться. Сверху были отверстия, словно канализация. Оттуда пошел газ. Как только он добрался до нас, мы все начали засыпать.  -Лука! - я услышал голос Маттео. Когда я поднял веки, я увидел, что все уже были в сознании. Смотрели на меня. Я сузил глаза, оглянув каждого. Наконец они отстали, когда ярким светом включился экран. Фотография. Пять обезглавленных тел. Вторая фотография - два обезглавленных тела. Следующая фотография - четыре обезглавленных тела. Они все были изуродованы. Но было понятно. На каждой из них были мы.  -Доброе утро, друзья мои. Пятый день для Кавалларо и Ареско, четвертый для Витиелло, второй для Фальконе, - сказал противный голос Рейнора, словно мы сами не могли сложить цифры, - как вы могли понять, на фотографиях подстроены ваши смерти.  Этот подонок продумал все до деталей. Он планировал это все.  -У меня ушло много времени на то, чтобы повторить ваши красивые лица. И уйму денег. Надеюсь, ваши подчиненные в это поверили, и это стоило моих усилий.  Снова молчание. Из стены левее от меня вдруг открылся квадрат. Там лежала тарелка с приборами. Чертов стейк, словно из ресторана. И стакан воды.  Отрежьте мне пальцы, если я съем это. Человек может прожить без еды месяц. Для меня это всего лишь третий день.  -Доброе утро друзья мои!  Проснувшись от газа, я посмотрел на всех. Все тарелки были на местах и никто не притронулся. Я знал, что так и будет. Мы все были верны своим принципам.  -С этого дня начнется самое интересное. Вы уже достаточно спокойны. Газ проник в ваш организм крепко. Вы больше не хотите, извините, больше у вас нет сил, чтобы убить меня, плеваться или еще что-нибудь, что мне не очень нравится.  Голос перестал звучать в колонках. Я слышал как кто-то за стенами идет сюда. Открывается огромная дверь, которую я не замечал. И зашел этот щенок. -Сегодня мы начнем с Наряда.  Все еле смотрели на него от усталости и того, что было в наших легких. Даже Римо смотрел на него из-под век. Его идеально выглаженный костюм резал мои глаза.  -Прошу внимание на экран, - он указал на него ладонью, - прости, Данте, но мне придется.  Фотографии убитых тел. Очень много фотографий.  -Все это уже никого не удивляет, - со скукой посмотрел на нас он, - вот посмотрите, например здесь - тело сына нынешнего мэра Чикаго, вот тут жена мэра, а здесь несколько чиновников.  Он тыкал на экран с тем же выражением лица.  -Все это прошлый век! Я не могу… как это сказать, чтобы было понятно на вашем языке… Я не могу этим «манипулировать» и «шантажировать»! Вам просто будет плевать, если эти фотографии будут в сети. А что насчет…  На фотографии какая-то девушка целует в щеку парня. И что это?  -Этого? Но именно сейчас Данте начал брыкаться и пытаться освободиться. Фотографии становились изощреннее. Она уже целовала его в губы. Вот тут фотографии как он ее обнимает.  -Ты, блять, не хочешь оставлять эти фотографии моей дочери на этом экране!  Экран погас.  -Я знаю, что ты в шоке от того, что твоя дочь любит своего телохранителя, который на десять лет старше нее. И еще больше в шоке от того, что это взаимно! Это так мило, - посмотрел на него Рейнор.  Данте успокоился, но всего на треть, когда фотографии исчезли.  -Они все еще во Франции. Я надеялся на то, что ты поблагодаришь за то, что я присмотрел за ними. И я их не трогал! Анна и Сантино, о нет-нет, Санни! Так Анна звала своего любимого. Я слышал собственными ушами. У них все хорошо.  В этой комнате вдруг стало темно на несколько секунд. Когда свет появился, парня уже не было.   И опять этот газ.  -Доброе утро, друзья мои! Рейнор стоял посреди комнаты, пока мы смотрели на него с бездыханными глазами. В квадрате каждый день менялась еда.  -Сегодня совмещенный день. Для Фамильи и Каморры. У меня много снимков, но эти особенно интересны! Я знаю, что вы торопитесь, поэтому покажу только их.  Мне уже было плевать на то, что будет на этом телевизоре. Просто дайте нормально поспать. Такое чувство, будто, я скоро выключусь.  -Начнем с Луки, потому что из четверки, к сожалению, будешь оторван только ты. Остальные трое, подождите, вы на самый подарочек.  На экране появились фотографии Валерио. Мой сын. Мой. Чертов. Сын. Лежал на земле и его трясло. Почему трясло? Потому что Валерио-блять-Витиелло, нюхал наркоту. Везде были разбросаны мешки с порошком.  Мы перевозили и тороговали наркотиками, но нашим принципом было никогда не пробовать это и не зависеть от них. Если кто-то из солдат хоть грамм попробует, мы убиваем его. Фамилья чиста от этой херни.  Но мой сын торчал. На фотографиях у него была ломка. Я был зол. Чертовски зол. Но промолчал.  -Хорошо. Нино, ты уже понял по какой схеме идут эти снимки? Маттео.  Я знал, что он спрашивает не Нино, а меня. Он смотрел на меня голодной улыбкой. Конечно, все поняли. На этих  фотографиях были наши дети. У всех было их по несколько. Но только у меня - одна Изабелла.  -Моя дочь не сделала ничего такого, чтобы попасть под твой объектив, маленький паршивец.  Иза - человек, в ком я уверен на все сто. Она хоть и отличалась своим характером, но интересовалась шахматами! Разве шахматистка может сделать что-то? Оу. Наверное… кажется, да. На экране фотографии, как Изабелла целует Алессио Фальконе. Алессио, мать его, Фальконе, целует мою дочь и держит ее руку.  -Почему твой гребаный сын целует мою дочь, Фальконе?! - я смотрел на Нино. Она, блять, не могла делать это сама. -Я ведь сам позвонил тебе, попросил позаботиться о том, чтобы с ней ничего не случилось! - я бы никогда так не сделал, если бы не моя дочь. Она так хотела туда на турнир и я не мог ей отказать.  -Вот как ты отплатил мне? Заставил своего сына поиграть с невинным сердцем моей дочки?! Теперь я уже пытался разорвать эти цепи, потому что моему гневу надо было наружу.  -Посмотри на телек, Витиелло, - услышал я голос Римо. Но еще три секунды пытался прожечь дыру в щеке Нино.  О-хре-неть.  Я точно вижу это?  Изабелла лежит в красной Ferrari, а над ней Невио Фальконе. Она скрестила свои ноги на его талии.  -Разница между снимками три часа, - сказал парень.   Я тяжело дышал. Что мне сказать? Я хотел заплакать от смеха.  -Убери, - просто сказал Лука. Его глаза смотрели на меня. И урод его послушал. Экран снова погас. Нет, я не разочарован. Иза… Изабелла сама мне расскажет.  -Я убью Невио Фальконе и вышвырну туда, где будет лежать труп Алессио Фальконе! - заорал я во все горло тогда, когда газ начал снова заполнять комнату.  -Доброе утро, друзья мои! Я проснулся самым последним. Был истощен в два раза сильнее, чем вчера. Был в полусмерти от чего-то.  -Сегодня ваш последний день пребывания. Я просто хочу вам сказать кое-что.  На экране фотографии Данте и его жены Валентины, как они смеются. Дальше его дети. Фотография как они на море. Фотографии не кончались и Данте становился все моложе. Тут он держит младенца, очень похожего на Леонаса, видимо это и был он. Дальше фото Римо. Луки. Там была фотография как Ария готовила. Это было через стекло, но все равно так близко. Он был очень близко к нашим семьям и давно. Как мы могли не замечать его? -Мой отец начал это. Он следил за каждым вашим шагом. Поэтому мы называем себя Тенью. Каждый из моего клана наблюдает за вашей семьей сейчас. Прямо как тень. Тихо и незаметно. Хотите знать, что они делают? На экране фото как Ария рыдает, а Джианна на четвереньках, держится за сердце. Ее лицо выражало скорбь. Это ударило меня в сердце. Моя милая Джианна… -А хотите мы позвоним им? Он достал из кармана телефон и набрал номер. Губки шли недолго.  -Где мой муж?! - только услышал голос своей жены я и мое сознание выключилось.  Мне нельзя. Но я отключился.  Словно через секунду я почувствовал холод. Лука будил меня. Мы были… хрен знает где! Везде снег. Снег соединялся с небом. На этом всё. На дороге стояли три машины. Первая уже уехала. Как я понял, это был Кавалларо. Потому что Фальконе только садились в свою. У меня было дохрена сил. Словно что-то вкололи. Словно я не сидел в плену неделю.  Я подбежал к водительскому сиденью и схватил мужчину за футболку. Мне было плевать, Римо это или Нино, потому что оба должны меня услышать. Это оказался Нино.  -Я убью твоего сына, Фальконе. Передай ему.  Он отшвырнул мою руку и ничего не ответил. Это был его косяк. Я просил его проследить за моей дочерью. Я никогда никого не просил. Но в этот раз я сделал это и ошибся.  -Маттео, черт возьми! Нам нужно домой.  Изабелла всё расскажет. Расскажет…