Часть 11. Я с тобой

      Гермиона, накинув халат, открыла дверь и увидела Драко. Он был одет в прекрасную мантию из серой шерсти и держал в руках пакет с восхитительно пахнущей выпечкой.       — Я пришёл с подарками, — сказал он, его тон был пропитан юмором.       Гермиона закатила глаза и потянула его внутрь, захлопнув дверь и наложив чары. Он поднял бровь, глядя на неё, и она вздохнула.       — Ты в порядке? — спросил он мягко, явно обеспокоенный.       Гермиона кивнула, а затем снова вздохнула, когда увидела пакет из кондитерской, взяла его и отошла, пробормотав что-то о том, что пора заваривать чай.       Драко раскрыл объятия, и она обняла его, уткнувшись головой ему в грудь и делая глубокие вдохи, позволяя его успокаивающему запаху и теплу окутать себя.       — Квартира атакована совами, — сказала она в отчаянии. — Наш офис завален письмами.       Драко зарылся руками в её волосы и наклонился, чтобы поцеловать в макушку. — То же самое с моим офисом. Вся моя почта сначала проходит проверку, поэтому я отправил нескольких волшебников в твой офис, чтобы перехватить письма и отправить их в мой. Министр Шеклболт прислал аврора, чтобы тот разобрался, если в письмах будет что-то действительно неприятное.       Гермиона вздохнула и откинулась назад, глядя на него. — Если и есть, то, вероятно, для тебя. Она нахмурилась, поправляя его мантию, и отступила назад. — В конце концов, это ты предположительно накачал меня самым сильным любовным зельем в мире.       Драко ухмыльнулся. — Если бы они только знали, что мне на самом деле не нужно любовное зелье. Феромоны Вейлы намного сильнее.       Гермиона закатила глаза, а затем ухмыльнулась, прежде чем увидела, как его глаза потемнели от вожделения, когда он посмотрел на неё.       — Ты раздета, — сказал он с рычанием.       Гермиона подпрыгнула, а затем покраснела. — Я только что из ванны.       Внезапно он резко притянул её к себе и впился в губы страстным поцелуем. Его язык проник внутрь и осаждал её рот, распаляя желание. Она застонала и схватила его за мантию, когда поцелуй стал первобытным. Когда он распахнул её халат и обхватил грудь, она почувствовала, как всё её тело горит от страсти. Тяжело дыша, она вырвалась из поцелуя и прижалась к нему крепче.       Его губы двинулись вниз по линии челюсти, а затем к её ключицам. Он слегка покусывал кожу, а затем взял её сосок в рот, заставляя Гермиону издавать тихие стоны.       — Драко, — прошептала она с трудом.       Он закрыл глаза и застонал, прежде чем отступить назад и поправить её халат. — Пожалуйста, иди оденься, — сказал он довольно отчаянным тоном.       Она побежала одеваться, проходя мимо ухмыляющейся Джинни.       Когда она вернулась, на этот раз в джинсах и джемпере, то сильно удивилась, увидев Гарри, сидящего за её столом в мантии аврора, а рядом с ним Кэти Белл в мантии целительницы. Джинни сидела на коленях у Гарри, смеясь над тем, что говорила Кэти.       — Привет, Миона, — сказал Гарри с широкой улыбкой.       Гермиона села и взяла печенье, которое Драко протянул ей, слегка покраснев, его взгляд до сих пор был довольно страстным.       — Что, чёрт возьми, вы двое здесь делаете? — спросила Гермиона, с благодарной улыбкой принимая чашку чая, которую Драко протянул ей.       Кэти рассмеялась. — Я здесь по приказу самого министра, чтобы осмотреть тебя на предмет любых следов зелья или чар, которые могли бы объяснить твоё странное поведение прошлой ночью.       Гермиона закатила глаза, в то время как Джинни и Гарри посмеивались над ней. — О, ради всего святого, я в порядке. Ты действительно думаешь, что Джинни не подняла тревогу, если бы я была под воздействием любовного зелья? Она же встречается в аврором!       Джинни теперь плакала от смеха, а Кэти кивнула, посмеиваясь. — Я знаю, Миона. Джордж сказал то же самое, когда сегодня утром репортёры устроили ему засаду возле магазина.       Гермиона раздражённо хмыкнула, когда Драко спрятал ухмылку за чашкой чая. Кэти застонала, откусывая кусочек печенья.       — Божественные, не правда ли? — сказала Джинни, протягивая руку, чтобы взять ещё одно и накормить им Гарри, отчего Кэти слегка затошнило при взгляде на них.       — Лучше проверь на зелья их, — сказал Драко сердито, указывая на Джинни и Гарри, которые действительно вели себя как влюблённые придурки.       Кэти одарила его ухмылкой, а затем фыркнула от смеха, когда Джинни сердито посмотрела на неё. — Не мы попали на первую полосу газеты, ты, засранец!       Гарри ухмыльнулся и обнял Джинни, покачав головой. — В Министерстве сейчас настоящий бардак. Общественность требует, чтобы вас либо поместили в больницу «Святого Мунго» и осмотрели, либо заперли для вашей же безопасности. Кингсли собирается провести пресс-конференцию в полдень, чтобы заверить общественность, что с тобой всё в порядке — просто у тебя ужасный вкус на парней.       Гермиона сердито села. — Эй!       Драко, однако, с ухмылкой просто поднял свою чашку чая, что заставило Кэти снова захихикать. Она доела печенье и встала, доставая свою волшебную палочку из-под мантии.       — Верно. Иди сюда, Миона. Давай исключим любовные зелья и заклинания.       Гермиона встала, раздражённо пыхтя, пока Кэти произносила свои диагностические заклинания.       Кэти немного нахмурилась и недоверчиво покачала головой. — Твоя магия стала другой… более сильной.       Гермиона села и с любопытством посмотрела на неё. Кэти Белл была её целителем последние три года, поэтому, если она сказала, что её магия изменилась, значит так и есть.       — Это проблема? — спросила Гермиона.       Кэти пожала плечами. — Не для меня, нет. Возможно, тебе стоит следить за своими эмоциями. Случайные выбросы магии не редкость с таким высоким уровнем, как у тебя. У тебя был сильный магический потенциал, но теперь что-то вызвало его увеличение. Обычно это происходит у беременных ведьм.       Гарри сел, выглядя сердитым, но Кэти отмахнулась от него. — Успокойся. Она не беременна. У неё даже не овуляция.       Джинни сидела, широко раскрыв глаза. — Что же тогда могло вызвать такое увеличение магии?       Кэти сделала паузу, а затем снова села, её глаза расширились. — О, Мерлин. Она повернулась к Драко и прошептала: — Вейла! Ты её пара!       Гермиона побледнела, когда Джинни вскочила, схватив Гарри, который потянулся за своей палочкой. — Что ты с ней сделал? — закричал Гарри.       Гермиона махнула рукой, чтобы успокоить Гарри, и покачала головой. — Гарри, пораскинь мозгами. Если он моя пара, он не мог сделать мне ничего, на что я не давала согласия.       Кэти кивнула, её глаза всё ещё были широко раскрыты. — Это правда, — сказала она, взглянув на Джинни, которая выглядела немного раздражённой.       Гарри тяжело дышал, но постепенно успокаивался. Наконец он прошипел: — Кому-нибудь лучше начать говорить.       Кэти откинулась на спинку стула и смотрела шоу, пока Гермиона и Джинни объясняли ситуацию разъярённому Гарри. Драко молчал, нахмурившись, его глаза были устремлены на Гарри, словно ожидая, что он сделает что-то, что может навредить Гермионе. Когда история была закончена, Кэти вытерла глаза и увидела, что Гарри выглядел испуганным.       — Но он наблюдал, как тебя пытали. Он не может быть твоей парой, — сказал Гарри срывающимся голосом.       Кэти покачала головой и шмыгнула носом. — Это, должно быть, чуть не убило его, — сказала Кэти, и слезы потекли из её глаз.       Джинни кивнула, выглядя такой же расстроенной. — Так сказала Флер, но Гермиона волшебным образом связала ему руки, чтобы он не мог выдать себя.       Гарри посмотрел на Гермиону, его глаза расширились, а лицо ппобледнело. — Это… Гермиона, это ужасно.       Гермиона всплеснула руками, в её глазах заблестели слёзы. — Я знаю, но если бы я этого не сделала, он был бы убит!       Драко прочистил горло. — Это было ужасно, но я думаю, что Гермиона страдала больше. Если все согласны, я бы предпочел больше не говорить об этом. Я также должен попросить, ради безопасности Гермионы, чтобы ты не раскрывала, что мы связаны. Она может стать мишенью; моя семья очень богата, и её могут похитить, чтобы потребовать выкуп.       Джинни застонала от ужаса. — Потому что они будут знать, что нет ничего, чего вейла не сделала бы для своей пары.       Кэти кивнула. — Включая полное разорение их семейных хранилищ.       Гарри побледнел, а затем глубоко вздохнул. — Верно. Так что эта информация не должна выйти за пределы этой комнаты.       Гермиона подняла грустные глаза. — Кэти, пожалуйста, не принимай это на свой счёт, но, учитывая твою историю с Драко, ты можешь принести магическую клятву?       Кэти вытерла глаза и вздохнула, с неловкостью глядя на Драко. — Как твой целитель, я не могу разглашать информацию о тебе, но я не против также принести клятву, Миона.       Драко выглядел очень смущённым и подавленным. — Я никогда не хотел причинить тебе вред, — тихо сказал он, его тон был полон раскаяния. — Я был напуган и …       Кэти махнула рукой. — Учитывая то, что происходило с тобой, я могу позволить себе быть снисходительной, — тихо сказала она. — Я не могу представить себя на твоём месте в тот год. Ты, должно быть, был в ужасе. Я знаю, как много твоя мать значит для тебя, Драко. Кэти пожала плечами, её глаза были полны понимания. — И у тебя был пара, о которой нужно было беспокоиться. Она ещё и оказалась лучшей подругой мальчика, которого твой хозяин пытался убить. Я не говорю, что то, что ты сделал, было правильно, но, — она пожала плечами и посмотрела на Гермиону, которая улыбнулась ей.       — Спасибо тебе, Кэти, — искренне сказала Гермиона, благодарная за понимание.       Гарри встал и вышел, ему явно требовалось время, чтобы обдумать всё, что ему рассказали. Джинни улыбнулась и вышла следом за ним. Гермиона не беспокоилась о Гарри; Джинни успокоит его.       Когда магическая клятва была произнесена, Драко кивнул с облегчением. — Спасибо, — сказал он, вернувшись к своему обычному тону.       Кэти ободряюще кивнула ему, а затем вздохнула: — Вау. Какую кашу заварил «Пророк».       Гарри и Джинни вернулись мгновение спустя, и какое-то время они сидели в удивительно уютной тишине, погружённые в свои мысли.       Гермиона взяла Драко за руку, прежде чем снова повернуться к Гарри и нарушить молчание. — Так что же мы будем делать сейчас — кроме того, что я подам в суд на газету за клевету?       Драко фыркнул и сжал её руку. — Я думаю, что это лучше сделать мне. В конце концов, они утверждали, что я дал тебе любовное зелье, а не наоборот.       Гермиона бросила на него раздражённый взгляд. — Они утверждали, что я была достаточно глупа, чтобы не заметить любовное зелье.       Гарри запрокинул голову, смеясь, когда Джинни покачала головой, а Кэти от хихиканья чуть не упала со стула.       — О, Миона, — сказала Кэти, вытирая глаза, — Ты просто великолепна!

***

      Вскоре после этого все разошлись. Кэти должна была отчитаться перед министром, Драко направлялся в свой офис, Гарри пошёл с Джинни, чтобы убедиться, что в их офисе безопасно, прежде чем вернуться в Министерство и присоединиться к Кингсли на пресс-конференции.       Гермиона осталась сидеть за кухонным столом, её переполняли гнев и обида. Почему проклятый «Пророк» не может оставить её, чёрт возьми, в покое хоть раз?       Драко нежно поцеловал её перед уходом, убеждая взять выходной и ни о чем не беспокоиться. Он заверил её, что его адвокат начнёт дело о клевете против «Пророка». Это был хороший совет — взять выходной, но Гермиона не умела спокойно отдыхать и не знала чем заняться.       Через двадцать минут после того, как все ушли, она решила, что пойдёт на дурацкую пресс-конференцию в полдень. Она быстро отправила сову Кингсли и пошла одеваться. Она выбрала свое любимое платье глубокого изумрудно-зелёного цвета. У него были изящные рукава-фонарики, вырез в виде сердечка, и длина до колена. Оно плотно облегало её фигуру и подчеркивало линию талии. Она собрала волосы в пучок и нанесла свой магический макияж, подчеркнув глаза и губы.       Надев свои чёрные замшевые туфли-лодочки на четырехдюймовом каблуке, она схватила палочку и сумочку и аппарировала в главный вестибюль Министерства. Поскольку никто не ожидал её, кроме Кингсли, она быстро проскользнула сквозь толпу людей и добралась до лифта, прежде чем её кто-то заметил.       Гарри поднял глаза, когда она вошла в кабинет Кингсли, и застонал: — Я должен был знать, что ты не сможешь просто остаться дома и позволить нам разобраться с этим.       Гермиона сердито посмотрела на него и бросила свою сумочку. Она погладила брошь, которую теперь постоянно носила, куда бы ни пошла, — амулет, помогающий сдерживать её магию.       — Я думаю, что сказать им, чтобы они отвалили от нас, — это очень продуктивное использование моего времени, — отрезала Гермиона, садясь и поднимая бровь на министра, который ухмылялся ей. — Что?       Кингсли откинулся на спинку стула, скрестив руки. — Я давно не видел тебя такой взбешенной. Я радуюсь, что на этот раз твой гнев направлен не на меня.       Гарри хихикнул и встал. — Верно. Я ухожу проверять безопасность.       Гермиона смотрела на него, пока дверь не закрылась, затем наложила заклинание тишины и заперла дверь. Кингсли поднял бровь и усмехнулся. — Моя охрана терпеть не может, когда ты так делаешь.       Гермиона сверкнула ухмылкой. — Я знаю, именно поэтому я это делаю. Гарри рассказывал тебе о Драко? Я не могу представить, что он скрыл это от тебя.       Кингсли встал при этих словах, его лицо было немного серьёзным. — Я должен был знать, и я уверяю тебя, что информация не покинет этот кабинет. Ты согласна со всем этим, Гермиона?       Гермиона вздохнула и взяла паузу, чтобы собраться с мыслями. — До недавнего времени я всегда чувствовала, что чего-то не хватает. Теперь я знаю, что это было. Честно говоря, бедный Драко — вот, кто пострадал больше, чем я. Чары забвения подействовали только на меня.       Кингсли вздрогнул, а затем кивнул. — Ну, мы, конечно, не сообщим эту историю общественности. Я не собирался затрагивать ваши отношения с мистером Малфоем, но раз уж ты здесь, может сделаешь заявление?       Гермиона медленно кивнула, чувствуя, как у неё сжимается желудок, радуясь тому, что она не позавтракала. — Я могу сделать заявление, но я не собираюсь рассказывать им какую-то сентиментальную историю любви для печати.       Кингсли рассмеялся и покачал головой. — Что ты предлагаешь?       Гермиона подняла бровь. — Могу я, наконец, рассказать о Рите Скитер как о незарегистрированном анимаге? Это может сильно подпортить ей карьеру. Ведь её недавно назначили главным редактором.       Кингсли застонал и покачал головой. — Я бы предпочел, чтобы ты позволила нам использовать этот прекрасный шантаж для другого случая. Но если ты хочешь ей отомстить — действуй. Я не буду тебе мешать.       Гермиона на мгновение откинулась назад, задумавшись. — Я всегда могу отправить ей записку с напоминанием позже, я полагаю.       Кингсли с облегчением выдохнул и кивнул ей. — Что ж, у нас осталось десять минут. Я должен поговорить со своим секретарём. Ты пока обдумай, что хочешь сказать, и потом мы спустимся вниз вместе. Жаль, что мистера Малфоя здесь нет. Возможно, будет лучше выступить единым фронтом.       Гермиона подняла глаза и затем улыбнулась, её глаза вспыхнули. — Я могу это устроить.       Кингсли выглядел удивлённым. — Ты действительно можешь?       Гермиона кивнула и очень чётко сказала про себя: — Драко, ты нужен мне в Министерстве немедленно. Я решила выступить на пресс-конференции. Встретимся в кабинете Кингсли.

***

      Драко промчался через атриум к кабинету министра, коротко кивнув секретарше, которая с лёгкой ухмылкой пригласила его войти. Он пришёл, чтобы помочь своей паре, которая выглядела божественно в зелёном платье и счастливо улыбалась ему.       — Ты когда-нибудь следуешь указаниям? Я думал, ты взяла выходной.       Министр Шеклболт рассмеялся позади него, и Драко обернулся, чтобы сердито посмотреть на мужчину. — Это была твоя идея выставить её напоказ?       Гермиона легонько ударила его по плечу. — Драко! Это была моя идея. Кингсли только упомянул, что лучше бы ты тоже был здесь, чтобы поддержать меня.       Драко вздохнул и притянул её к себе. — Тогда каков план?       Гермиона наклонилась к нему и ухмыльнулась. — Мы собираемся выступить единым фронтом. Кингсли сделает свое заявление, заверяя публику, что сегодня утром мой целитель осмотрел меня и подтвердил, что я нахожусь в здравом уме. Он заявит, что статья, которая была напечатана в «Пророке», не только не соответствует действительности, но и противоречит закону. Министерство собирается подать в суд на «Пророк» и взыскать с издания компенсацию не только за дополнительные часы работы сотрудников Министерства, но и за работу целителя, который провел обследование на дому.       Драко фыркнул. — Мой адвокат уже готовится заняться ими, — сказал он, нежно потирая большим пальцем её побелевшие костяшки.       Он почувствовал, как его пара задрожала от прикосновения, и постарался скрыть ухмылку. Ему нравилось, что всё, что ему нужно было сделать, чтобы возбудить её, — это прикоснуться к ней — это было опьяняюще. Он повернул голову, чтобы посмотреть на неё, и увидел, что её глаза потемнели от желания, и Драко почувствовал, как напряглось его тело. Ну, черт возьми, это имело и неприятные последствия.       Кингсли, очевидно почувствовав напряжение в комнате, прочистил горло. — Хорошо, давайте пойдём и дадим интервью. Драко, на твоём месте, я бы ответил на несколько вопросов, но не произносил длинную речь.       Гермиона улыбнулась своему партнёру. — Обычно Драко заставляет это делать меня.       Гарри вошел и ухмыльнулся. — Ну, Рита сидит в центре, окружённая своими репортёрами и выглядит слишком довольной, что устроила такой переполох.       Кингсли раздражённо застонал и поправил свою парадную мантию. — Ты разместил их в зале суда, как я просил?       — Да, но я думаю, Рита надеялась, что это будет снаружи, в атриуме. Гарри пожал плечами и повернулся к Гермионе. — Что мы собираемся с ней делать? На этот раз она действительно зашла слишком далеко, и если мне придётся ещё долго терпеть её самодовольство, я могу просто убить её.       Драко заговорил первым. — Я могу нейтрализовать Риту Скитер.       Гермиона толкнула его локтём. — О, нет, ты не понимаешь! Если кто-то и расскажет общественности, что главный редактор «Пророка» — незарегистрированный анимаг, то это буду я!       Драко посмотрел на неё в шоке. — Ты знала?       Гарри усмехнулся. — Знала? Конечно, она знала — она держала её в банке, как домашнего питомца.       Кингсли смотрел в потолок с выражением покорности на лице, напевая себе под нос, и Драко ухмыльнулся своей паре. — Как это коварно с твоей стороны. Должно быть, я забыл эту информацию, если ты вообще рассказывала мне её раньше.       Гермиона покраснела, вспомнив сексуальное напряжение, которое обычно сопровождало их «разговоры».       Гарри застонал. — О, не смотри так на неё!       Драко проигнорировал его и осыпал её лицо поцелуями, когда Гермиона захихикала и оттолкнула его от себя. — Я проделала дырки в крышке банки, — сказала она, защищаясь, когда увидела недовольный взгляд Кингсли.       Драко разразился смехом, когда Гарри вздрогнул, а Кингсли тяжело вздохнул. — Я этого не слышу, — сказал министр, махнув им рукой. — Пожалуйста, смените тему, чтобы я мог заявить о своем неведении, если это когда-нибудь всплывет.       Гарри хмыкнул, а затем посмотрел на Драко с любопытством на лице. — Как она уговорила тебя на это шоу?       Гермиона уставилась на него, когда Драко ухмыльнулся и самодовольно сказал: — Она мило попросила. Сколько человек в зале суда? Какая охрана?       Гарри вздохнул, вытирая рукой лицо. — Около трёхсот обеспокоенных ведьм и волшебников готовы услышать, как наш дорогой министр заверяет их, что Гермиона Грейнджер в безопасности и на неё не воздействовали с помощью чар или любовного зелья.       — Гермиона ударила его. — Гарри!       Кингсли усмехнулся и пошёл вперёд. — Никаких палочек?       Гарри пожал ему руку. — Они сдали их перед входом в зал суда. У меня десять авроров, расставленных по залу, и несколько под прикрытием, сидящих вместе с остальной публикой.       Драко раздражённо фыркнул, когда Гермиона вздохнула, глядя на волшебников. — Если вы думаете, что я сдам свою палочку…       Гарри рассмеялся. — Спрячь её в волосах, как ты обычно делаешь. Я не настолько глуп, чтобы попытаться забрать твою палочку. Ты войдёшь в зал вместе с нашим министром.       Кингсли вздохнул, а затем пожал плечами. — Драко, ты не возражаешь?       Драко вздохнул, прекрасно понимая, о чём спрашивает министр, и неохотно передал свою палочку Гарри, который с ухмылкой взял её и засунул в карман. — Я обещаю сразу вернуть её обратно, если будет нужно, хорёк. Он подмигнул и усмехнулся детскому прозвищу и, возможно, даже немного позлорадствовал, нащупав палочку Драко у себя в кармане.       Драко сердито посмотрел на него и прижал Гермиону ближе к себе. — Если мне она понадобится, я сначала заколдую тебя, Поттер. К счастью, мне не нужна палочка, чтобы защитить Гермиону от опасности. От его взгляда Гарри слегка вздрогнул, и потом кивнул ему с пониманием, промелькнувшим между ними, которого раньше никогда не было.       Гермиона застонала от этих двоих и хлопнула в ладоши, чтобы они перестали так смотреть друг на друга. — Ладно, соревнования по писанию могут подождать. Кингсли, мы можем опоздать, — сказала она, поворачиваясь, чтобы посмотреть на министра, которого явно забавляли два молодых волшебника в его кабинете.       Министр кивнул и вышел вместе с Гермионой. За ними последовал Гарри, который пытался дразнить Драко, похлопывая себя по карману, где лежала палочка Малфоя.       Гермиона быстро подошла и поцеловала Драко, чтобы отвлечь его. — Спасибо тебе, — искренне сказала она.       Драко ущипнул себя за переносицу. — Ты действительно не могла просто остаться дома и почитать?       Гермиона фыркнула. — Вряд ли. Затем она схватила его за руку и вытащила из кабинета. — Перестань быть ребенком. Давай выставим их всех дураками.