1

50,2 Ира встает с весов сбивая цифры. Наступает еще раз. 50,2 Не может быть. 50,2 Может, стоит еще раз сходить в туалет? 50,2 Вчера она была в другой одежде, определенно… 50,2 Нет, нет, нет. Этого точно не может быть. 50,2 50,2 50,2 Ира судорожно ощупывает тело. Где-то здесь лишние триста грамм. Не говоря уже о еще десяти килограммах. О них можно подумать и позже, но эти трехсот вчера не было. Где они? В, итак, слишком толстых запястьях, или может на вываливающемся животе. На ляжках, определенно. Вчера они были меньше, Ира уверена. К глазам подступили предательские слезы. Вчерашний день можно вычеркивать. А еще сегодняшний она потратит, чтобы скинуть триста грамм. Если получится… Не стоит об этом думать. Сегодня получиться, она справиться. Можно сделать дополнительную тренировку, тогда выйдет как раз дефицит. Лучше подстраховаться. Если дефицит на триста грамм, плюс ежедневная норма на пятьсот, и это все вычесть из семисот… Около семидесяти калорий… Не густо, но сама виновата. Быстро вытерев слезы, девочка приступает к утренней зарядке. Это очень важно. Потом стакан воды. Следует поддерживать водный баланс в организме. Дальше йогурт, разумеется без сахара и с высоким содержанием белка. Он очень полезен. Ира грустным взглядом провожает пустую упаковку в мусорное ведро. Последняя еда на сегодня. Еда едой, но стоит поторопиться. Девушка идет в душ, а после наспех моет голову и открывает шкаф. Камилла предлагала сегодня одеться одинаково и снять танцевальный тренд. Ира не против, но все договорились надеть юбки. Сегодня она точно не сможет. Согласились Лера, Маша и Вика. Их пятеро, а для танца хватит и четверых. Камилл прости-прости Забыла, что запачкала юбку, нужно было с вечера постирать Еще раз прости Отправляя сообщения Ира достает любимые широкие джинсы. Нееет, ты единственная кто умеет танцевать Раз уж слиняла с должности танцора станешь лучшим в мире оператором! Быстро отвечает Камилла. Ира улыбается, одевая худи и прислушивается. Из кухни донесся звук льющейся воды — мама готовит завтрак. Девочка берет рюкзак, приготовленный с вечера и телефон, готовясь к выходу. — Доброе утро, мам, — Ира целует женщину в щеку. Та мило улыбается в ответ. — На тебя готовить? — Нет, спасибо. Я позавтракала. — Умница. Сегодня опять выйдешь пораньше? — уточняет женщина уже заливая сковородку маслом. — Да, хочу прогуляться, — кричит девочка с коридора. Мама, отвечает словами напутствия, но Ира уже вышла за дверь. Сегодня она вышла еще раньше, чем обычно, а значит можно действительно прогуляться до школы. Удлинить свой стандартный путь можно пройдя вместо дворов по скверу или вовсе свернув на набережную. На набережной утром довольно красиво, но, если идти первым маршрутом выходит почти на полторы тысячи шагов больше. Подумав несколько секунд Ира все же сворачивает в сквер. Погода создавала прекрасное настроение, а музыка его подпитывала. В такой атмосфере утренний инцидент почти вылетел из головы. Девушку даже не смущала контрольная по физике, которая должна быть на последнем уроке, что еще раз подтверждало, что ее настроение уже ничто не испортит. У ворот школы она встретила Леру. Ее стройные ноги подчеркивали черные колготки, и Ира даже в какой-то степени ей завидовала. Лера была ниже ее, и больше весила (это девочка узнала на плановом осмотре в школе), но все равно выглядела гораздо худее. Уже в классе они встретили Вику в такой же юбке. У той была и вовсе модельная фигуры, тут и говорить не о чем. Подруги болтали до звонка, а после начался урок. Маша с Камиллой опоздали и ворвались в класс спустя пятнадцать минут. Учитель лишь недовольно вздохнула, но ничего не сказал. Урок продолжился. Камилла подсела к Ире, а Маша к Вике. Вторые болтали, а Камилла усердно повторяла формулы по физике. Она нервничала перед каждой работой. Предмет шел туго, но девочка хотела хорошие оценки в аттестат. — Полночи учила, — шепотом призналась Камилла. Ира лишь ободряюще улыбнулась и взяла подругу за руку изредка поглаживая, это ее успокаивало. Все следующий уроки прошли примерно также, пока не настал злосчастный шестой час. Последний урок и по совместительству физика. В класс вошел как всегда веселый учитель, тянувший с раздачей условия. Камилла нервно елозила на стуле, чем наводила панику на всех вокруг. Ира редко нервничала из-за оценок — она училась довольно неплохо — но сейчас живот свело. То ли действительно от стресса, то ли от желания перекусить. Наконец листочки опустились на парты. Камилла облегченно вздохнула, читая условия. — Я решала вчера похожее, — тихо пробубнила она как будто сама себе. Ира улыбнулась и начала решать. Было не очень просто, но девочка справилась. Последняя задача была дописана за пару секунд до звонка, а работа сдана вовремя. Камилла словно светилась. — Все, с меня хватит этой чертовой физики на ближайшую неделю! — Как скажешь, Камилла, — отшутился учитель, выходя из класса. Девушка покраснела, не ожидая, что сказала так громко. Ира похлопала ее по плечу. Хорошо, что Камилла быстро отходит от смущения. — Пошлите снимать! — втиснулся между ними Лера, призывая обратить на себя внимание. Группа школьниц быстро похватала рюкзаки и направилась к главному входу. Выйдя за пределы школы, они направились в одно, довольно красивое место. Это укромный уголок в глубине сквера, который облюбовали подростки, ведь сюда редко забредает кто-то кроме них. Вика беспокоилась, что место будет занято, поэтому по пути они придумывали другие точки, куда можно было пойти. Им повезло — место оказалось свободным. Расстелив плед, предусмотрительно взятый из дома, подруги включили видео обсуждая танец. Камилла и Маша начали учить его еще вчера. Лера и Вика, даже не разу не видели его. Сначала продвигались быстро, но в середине был довольно сложный элемент. Пришлось подключить Иру, что бы она объяснила, как его делать. Ближе к четырем Ире позвонила мама — узнать все ли у нее хорошо. Девочка успокоила ее, обещая вернуться домой к семи и перекусить в пекарне. При мысли о пекарне ее передернуло. Живот уже довольно долго неприятно сводило спазмами, но по опыту она знала, что осталось потерпеть несколько часов и ощущение голода пройдет. К половине пятого все хорошо выучили танец и наконец то начали снимать. Камилла еще раз попыталась утащить Иру к ним. Она стояла бы в центре как основная фигура, а остальные по сторонам. Ире действительно хотелось так сделать, но определенно не сегодня. Да и по отношению к остальным это было бы некрасиво. Вслух они соглашались с предложением Камиллы, но по взглядам было понятно, что никому эта идея особо не нравится. Съемки все же начались. Ко всеобщему удивлению понадобилось всего три дубля, и еще парочку на съёмки с других ракурсов. Вышло весьма неплохо. — Отлично поработали! Как насчет пиццы? Я угощаю, — предложила обрадованная Камилла. При упоминании еды, голод переставший беспокоить Иру вернулся. Еще не хватало сорваться. — Прости, мне уже пора домой, — быстро придумала оправдание девочка. Помимо Иры отказалась еще и Вика. У нее тоже были дела дома. Камилла поканючила, но сдалась. Компания разделилась. Девочки остались вдвоем. Ира проводила Вику до дома. Они обнялись на прощание, и уже Ира шла к себе. Погода оставалась прекрасной. Ей оставалось доделать уроки, тренировку, если останется время можно будет отдохнуть — выучить новый танец или просто посмотреть сериал. Вечер обещал быть прекрасным, но Иру кутала апатия или скорее тоска. Исключая утренний инцидент день прошел замечательно. Хорошие оценки, отличная прогулка, идеальное питание весь день. Девушка не понимала, что не так. Конечности будто в раз потяжелели, и она ели дошла до подъезда. Проскользнула мысль сегодня доехать на лифте, но Ира быстро ее отогнала. Лестницы — часть ежедневных тренировок. На седьмом этаже потемнело в глазах. Обычно такое проходит быстро, но сейчас затянулось почти на минуты. Ничего, никто от такого еще не умирал. Ира все же дошла до своего девятого этажа. Открыла дверь трясущейся рукой. Ничего, такое тоже бывает. Как только дверь отворилась с кухни донесся запах блинчиков. В глазах снова потемнело. Нельзя. — Ирочка, ты? — добродушно позвала мама. — Да, — коротко ответила девочка, — переоденусь и приду. Ира довольно быстро переоделась и вошла на кухню. Мама жарила блины. Красивые и ароматные. — Как дела, милая? — Отлично, сегодня с девочками снимали танец, — Ира рассказывала маме все о своих друзьях и хобби, почти ничего не скрывая. — И как получилось? — заинтересовалась женщина. — Мне кажется неплохо. — Покажешь? — Если хочешь, но я только снимала, — девочка сама не заметила, что в голосе сквозила грусть. — Почему? — забеспокоилась мать, — знаю, мое мнение вряд ли тебя переубедит, но ты очень красиво танцуешь. — Не волнуйся, — успокоилась ее Ира, — просто у меня не было подходящей одежды. В следующий раз обязательно буду участвовать. Еще некоторое время они поболтали о мелочах. Когда темы для обсуждений иссякли женщина спросила: — Кушать будешь? Ира сглотнула. Она обожала блинчики. Вот только одна загвоздка — восемьдесят шесть калорий. Из-за этой цифры девочку накрыл очередной приступ тошноты. — Нет, спасибо. Мы с Камиллой поели пиццы. — Ты уверена? — Да. — Но они же такие вкусные, — продолжила подначивать женщина. Ире и самой хотелось. До чертиков хотелось. Только вот вопрос. Красивые ноги, с которым можно будет одевать юбки для танцев или же гребаные блинчики. Ответ очевиден. Только вот живот не переставало сводить спазмами. — Нет, — резче чем хотелось бы отвечает Ира, — я в комнату. Зайдя в свою комнату, девочка закрыла дверь и облокотившись на нее сползла вниз. Живот болел, все тело ломило. Настроение от разговора с мамой ненадолго поднялось, но уже вернулось на прежнюю отметку. Она заплакала, сама не зная почему. Теперь еще и голова разболится. Ира открывает окно и включает тренировку на ютубе. Сегодня будет чуть тяжелее чем обычно, но она сама виновата. Девочка проматывает вступление — «Добро пожаловать на канал, обязательно подпишись. Не ленись, но и не переусердствуй — чувствуй своей тело!» — и начинает. Слезу до сих пор текут по щекам, но Ира не прекращает делать берпи, наклоны, скручивания и все остальное. Обычно после тренировки приходят облегчение. Мышцы приятно тянет, а голод наконец то уходит. Но ничего не происходит. Тело все также неприятно ноет, живот болит, слезы кататься по щекам. Сама виновата. Но физически все еще не так плохо, как морально. Внутри пусто и одиноко. Ей станет хорошо, как только она похудеет, и сейчас девочка плачет судорожно, сжимая подушку, что бы мама не услышала, вместо того, чтобы доделать тренировку. Не глупо ли? Глупо, но Ира продолжает плакать не в силах встать с кровати. Раздается легкий стук в дверь и через пару секунд дверь открывается. — Я оставила пару блинчиков на кухне, если ты передумаешь. Дверь закрылась и по звуку шагов Ира поняла, что мама вернулас в свою комнату. Девочка задумалась. Если сейчас доделать тренировку, а потом еще одну дополнительную, то можно будет съесть блинчик. Разумеется, не один, но скажем четверть или даже половину… Нет, нет, нет, точно нет. Сейчас следует доделать упражнения, а третью тренировку за день хотя бы в качестве наказания. Ира доделала упражнения и даже села заниматься. У девочки заболела голова и она пошла на кухню попить воды, по пути обратив внимание на то что мама уже легла спать. Зайдя на кухню, она слегка впала в ступор. «Парочкой блинчиков» оказалась огромная стопка блинов с разными вкусами. В животе неприятно заурчало. Ира залпом выпила стакан воды. Не будет она есть. Если она хочет такие же ноги как у Леры и фигуру как у Вики не будет. Живот опять издал жалкий звук. А все потому что тело ее безвольно и слабо, но сама Ира не такая. Она пересилит себя и похудеет. Девочка вернулась в комнату. Села за стол — заниматься. Голова все так же болела. Все мысли были направлены только на тарелку на кухне. Она прикинула глазами. Около семисот калорий в лучшем случае. Семисот! И то она скорее всего ошиблась. В одной гребаной сгущенке больше сахара чем она должна есть за месяц. Из текста параграфа мозг выделял слова связные только с едой. Поняв что сегодня уже вряд ли что-то получиться отрешать девочка сдалась. Ира переоделась в пижаму, расправила кровать и легла. Ира попыталась уснуть, но это оказалось сложнее чем она думала. Есть уже действительно не хотелось, по крайней мере физически. Но мозг продолжал подкидывать картинки с едой и в какой-то момент девочке показалось, что она даже чувствует ее аромат. Перед сном всегда необходимо подвести итоги дня, подумать о том, что ты сегодня сделал, как изменился. Все, о чем могла думать Ира —сладкие блины на кухне. Концентрация абсолютно пропала. Девочка не заметила, как откинула одеяло и села. Семьсот калорий. К черту. Может даже тысяча. Плевать. Блины с шоколадом сгущенкой и фруктами на ночь… Все равно. Правда, что ли? Нет. Ира сама не заметила, как оказалась на кухне. Когда первый блинчик коснулся языка по телу разлилась приятная дрожь. Тело получило то чего хотела весь день и теперь пожинает плоды. Девочка ела, даже когда почувствовала, что не голодна. Сладкого хотелось еще и еще. Она уже не могла себе отказать. Живот округлился, от количество съеденного, но тарелка все еще была полной. В скором времени она опустела. Семьсот, тысяча, две тысячи… Ира заплакала, уткнувшись в руки. Опять, снова. И ведь это не последний раз. Конечно, утром она встанет и скажет, что сегодня все будет по-другому. Но по-другому не будет. 50,2.. Завтра эта цифра станет недосягаемой мечтой, и девочку охватила новая волна плача. Наверное, можно принять какое-нибудь слабительное, или хотя бы… Нет уж. Еще проблем с психикой не хватало. Она не будет выблевывать еду просто потому что не смогла сдержаться. Еще не хватало РПП в список ее проблем. Живот неприятно ноет от количества съеденного. А сладкого до сих пор хочется. Ира отерла слезы и встала. Плакать бессмысленно. Сейчас она пойдет и сделает кардио. Очень много кардио. Разумеется, нельзя заниматься сразу после еды. Но если все калории успеют отложиться в жир, до того, как она сожжет их… Девочка пошла в комнату. Сегодня она вряд ли успеет поспать. Ей нужно заниматься.