Часть 8. Элемент спонтанного безумия

      Когда Феликс Миллстоун грезил революцией, он воображал ее себе как славную, преисполненную доблести битву. Однако сейчас он вспоминал Санжара, унылого чинушу и бюрократа, обставившего Коллегию на ее же поле, и не мог не восхищаться красотой игры. Это все влияние Макса с его учебниками. Как бы то ни было, Феликс был готов к мордобою не только в физическом, но и в интеллектуальном понимании. Сейчас он, потея под тяжестью контейнера, топал на съемки. Выступать предстояло в утреннем прямом эфире, - это пока в качестве пилотного выпуска, посмотреть, как аудитория воспримет. Для такого дела Алекс выделила юноше целую гору продуктов, - понятное дело, из запасов "Безнадежного", ибо продюсер мог пообещать разве что полуфабрикаты. Феликса сопровождали Элли и Ниока, обе отличные стрелки; им предстояло маячить в массовке в противоположных углах павильона, и капитан обещала им оторвать самые разные части тела, если Феликсу будет грозить опасность, а они прохлопают ушами.       Джонстон встретил их рассеянно; кажется, без волшебного экстатического аромата он не мог вспомнить в лицо даже Элли.       - А вы кто, простите? - сказал он при виде новоприбывших.       Феликс сгрузил контейнер на пол, вытер пот со лба и улыбнулся, как именинник:       - Алекс Хоторн, капитан "Безнадежного", - представился он.       - Как, это вы? А...       Феликс сунул продюсеру под нос удостоверение. Тот, скосив глаза, изучил карточку.       - Да, похоже на то, - озадаченно заключил он и кивнул в сторону Элли: - А это...       - А это моя младшая непохожая сестра близняшка! - радостно отрапортовал Феликс. – У нас в семье все Алексы Хоторны, традиция такая. Крошку Алекс в детстве похитили бродячие нейрохирурги, воспитали, как посчитали нужным, и с тех пор она изменилась до неузнаваемости. Никакого фамильного сходства! Но мы ее все равно любим.       - А-а... - протянул Джонстон, как будто что-то понял. - Хорошо, идите, готовьтесь, эфир через пятнадцать минут.       Троица рассредоточилась, каждый отправился изучать обстановку в свою сторону. Феликс немедленно угодил в объятия бодрой тетеньки, которая принялась его безжалостно пудрить, пока тот яростно отбрыкивался, ссылаясь на то, что он не метросексуал изнеженный, а героический космик, между прочим, капитан собственного корабля. Девушки изучили входы и выходы, ниши и закоулки, откуда могли производиться выстрелы, и заняли места в секторе массовки, в противоположных концах дальнего ряда, откуда обзор был получше. С этой скамьи они и наблюдали, как Феликс и его напарница-ведущая, блондинка с бесконечными ногами, осваиваются на площадке, изображающей кухню богатого византийского дома. Независимо друг от друга девушки подумали, что Феликс в своей потрепанной куртке и со скверно выбритой физиономией очень приятно разнообразит обстановку. Перед съемками он, к тому же, изъял у Элли бандану и повязал ее на свои непокорные вихры, отчего походил сейчас на бравого пирата.       За минуту до эфира Джонстон подскочил к Феликсу и зашептал:       - Чуть не забыл, парень. Когда вон там, - он указал пальцем на экран над режиссерским пультом, - появится надпись "Реклама", ты должен будешь сказать: "Покупайте "Драйв", и жизнь будет в кайф". Понял?       Улыбка Феликса застыла. Что-что, а делать подлянки "Просто космос" умел.       - Понял, - выдавил юноша. Произнести эти слова его не заставила бы и святая инквизиция.       - Вот и отлично! Десять секунд до эфира! Свет, камера! Поехали!       Нельзя сказать, что Феликс отнесся к сегодняшней своей миссии легкомысленно. Он заранее составил примерный текст и даже утвердил его у Макса, но выпад "Просто космоса" выбил его из колеи, и он понес полную отсебятину.       - Доброе утро, наши уважаемые зрители, - затараторила ведущая, ослепительно осклабившись в камеру, - сегодня мы начинаем нашу новую передачу "Нормальная еда", и у нас в гостях...       - Помолчи, женщина! - рявкнул Феликс: визгливый голосок ведущей мешал ему сосредоточиться. Блондинка икнула и растерянно умолкла. Джонстон из-за пульта показал Феликсу "зыка-зыка". - Я капитан Алекс Хоторн, и я бывал в таких местах, откуда не возвращаются, но вот я здесь, и я научу вас выживать.       От удивления Элли забыла бдить за обстановкой. Ситуация начала выходить из-под контроля. Феликс, управлявшийся по кухне едва ли хуже капитана, перехватил у ведущей всяческую инициативу и распоряжался, как у себя дома. В порыве вдохновения он был немного буен, и посуда летала по всей студии.       - Волосы, дамочка! Волосы надо убрать! – сурово выговаривал он партнерше. - На стейке псиды и так достаточно шерсти. Вы же не псида!       - Да, - кокетливо воскликнула блондинка, - но сучка еще та.       На экране, обращенном к сектору массовки, зажглась надпись «Смех». Публика подхалимски заржала. Феликс поручил ведущей отбивать мясо, но, посмотрев, как она тюкает молоточком, решительно отодвинул ее в сторону, достал из кармана кастет, носимый на добрую память о Затоне, и принялся навешивать люлей беззащитному стейку.       - Охренеть, - пробормотал Джонстон. – Это просто охренеть. Снимай! – прикрикнул он на оператора. – Что бы ни случилось! Выключишь камеру – и ты уволен!       - А теперь, - вещал Феликс, которого уже неудержимо несло, - нам понадобится ма-аленький, крошечный такой литр спектральной… - Он лихо опрокинул бутылку, а когда оторвался, в ней уже изрядно убыло. Довольно крякнув, Феликс обильно оросил мясо и поджег. Полыхнуло до потолка. Ведущая с визгом спряталась под стол. Массовка вопила и хохотала уже безо всяких указаний.       - Вот так, - перекрикивая толпу, продолжал Феликс, - я готовлю на Сцилле, там сплошные камни, никаких дров не найдешь. Плеснем еще…       Полыхнуло вторично. Растерявшая всякий лоск блондинка выбралась из-под стола и, стараясь улыбаться, сообщила:       - Кстати, спонсор сегодняшней передачи…       Феликса осенило.       - «Риццо»! – воскликнул он. – Замороженная пурпурика от «Риццо» ничем не уступает свежей, и сейчас мы ее используем…       - Как, - слабым голосом отозвалась ведущая, - вы купили нам пурпурики?       Феликс обиделся:       - Что значит – купил? Я похож на человека, который что-то покупает? Я её честно натырил!       Опасно размахивая ножом, он принялся рассказывать, где в этом сезоне лучше всего тырится пурпурика. Джонстон из-за пульта делал страшное лицо и угрожающе размахивал руками, но Феликсу это было до лампочки. Куда хуже, что в секторе массовки со стороны Ниоки появились трое мордоворотов и, подступив к режиссеру, принялись на него орать. Тот пытался их урезонить, но схлопотал по физиономии, и мордовороты уже собирались расправиться и с оператором, но с противоположной стороны, где сидела Элли, появились еще пятеро и бросились им препятствовать. Девушки переглянулись, жестами договорились, кому с какой стороны заходить, и стали пробираться к площадке, чтобы эвакуировать своего непутевого товарища. Один из мордоворотов выскочил на площадку, заслонив Феликса собой, и заорал в камеру:       - Прекратить съемку! "Просто космос"! Нарушение корпоративных правил!       - Протестую! – вклинился амбал из противоборствующей группировки. – Этот человек под защитой «Риццо»!       Первый схватил его за грудки. Завязалась потасовка. Феликс вскочил на стол.       - Ура! – завопил он. – Воруй! Убивай! Покупай «Драйв»! Пей спектральную! Попробовал лучшее –пробуй остальное! Во имя Закона и Порядка! – и, прежде чем девушки успели его схватить, он с ударом ноги влетел в самую гущу сражения.       - Камера, стоп!       Режиссер, поднявшись с пола и пряча в платок распухающий нос, смотрел на датапад, который сунул ему помощник. Графики были красноречивы.       - Кошмар, - прогундосил Джонстон. – Такого рейтинга мы уже не перебьем. Придется каждую передачу придумывать подобную дичь, чтобы не растерять аудиторию.       Помреж робко приблизился к груде тел на площадке. Кашлянул.       - Простите, капитан… Капитан?       Откуда-то из подножия груды раздалось невнятное бурчание.       - У меня есть ваша книга, капитан, - продолжал помреж. – Вы не подпишете?..       Снизу высунулась рука, вслепую начертала на шмуцтитуле размашистую закорючку и спряталась обратно.       Ниока неторопливо закурила.       - Знаешь что? – сказала она меланхолично.       - Ну? – отозвалась Элли.       - Я думаю, капитан нас убьет.       Элли оставалось только скорбно кивнуть.