Пролог. { За порогом тишины }

***Автобус трясся на каждой кочке, будто собирался развалиться, но дорога тянулась всё дальше и дальше, уводя от города, от шумных улиц, от привычной жизни. За окном мелькали голые деревья, покрытие снегом ёлки, редкие ограды, низкое серое небо. Всё вокруг казалось потускневшим, словно из старой фотографии, забытой в ящике стола. Рита сидела, прижимая руки к груди, будто пыталась удержать тепло внутри. Её пальцы то и дело касались тонкой цепочки под свитером холодного металла кулона, который она забрала с собой, хотя никто не должен был знать. Кулон казался тяжёлым, как будто внутри него хранится нечто чужое и древнее. Иногда она была уверена, что он нагревается сам по себе. Но сейчас… сейчас он был просто холодным. Её волнистые волосы аккуратно лежали на её хрупких плечах, она была словно кукла из магазина что обрела жизнь, а в серых как небо глазах была видна тревога. Рядом сидела Саша, её локоть едва касался Ритиного. На вид уверенная и спокойная, она держала подбородок чуть выше, чем нужно, словно напоминая себе, что бояться - значит проиграть. Но Рита знала: если она опустит взгляд, то заметит, как дрожат пальцы подруги. Дрожат почти незаметно, но дрожат. Её темно рыжое каре которое напоминала цвет деревьев во время осени, небрежно выглядивало из под чёрной шапки. Саша всю дорогу молчала, хотя обычно она болтала без остановки даже когда не надо. Но сегодня автобус был слишком тихим. В нём, кроме них, ехало всего трое человек. Старик в ушанке, женщина с сумкой и мужчина, который всё время смотрел в окно, даже не моргая. Даже водитель не включал радио. И это было странно. Радио обычно звучало повсюду, в киосках, в домах, в старых «Волгах». Но тут тишина была плотной, вязкой, как густой туман, который уже несколько километров стелился по обочинам. - Ещё долго? - наконец тихо спросила Саша. Её голос прозвучал слишком громко в этой тишине. Старик слегка повернул голову, но тут же отвернулся. - Почти, - ответила Рита, хотя сама не знала. Её мама сказала, что ехать всего два часа. Но, казалось, прошло уже гораздо больше. Саша фыркнула. - Ладно. Главное, что мы вместе, - она попыталась улыбнуться, но улыбка получилась кривой. - Если твоя бабка ведьма, то, может, и нам что-нибудь наговорит. Или накаркает. - Рита посмотрела на неё укоризненно. Саша вздохнула. -Ладно, молчу. Просто… странно всё это...- Странно. Да. Это слово подходило ко всему, что происходило в последние недели. Сначала резкие ссоры родителей, которые Рита слышала ночами. Потом тревога, которая поселилась в ней сама собой. Тени, которые будто бы двигались в тёмных углах комнаты. Шёпоты, которые не давали заснуть. Она убеждала себя, что это просто стресс. Но однажды, когда она проснулась глубокой ночью, открыла глаза и увидела… силуэт. Чёрный, высокий, стоящий в углу комнаты. Тогда она закричала. Отец прибежал первым и сказал, что это просто платяной шкаф и игра света от фар машин что проезжали под окном. Но Рита знала, силуэт исчез слишком быстро, как только она моргнула. И с тех пор ей стало труднее спать ночью. Мама сказала, что ей нужен отдых. Спокойная обстановка. Тишина деревни. И Серафима её собственная мать, о которой она не хотела говорить. Рита не знала, почему бабушка Серафима всегда была чем-то вроде тёмной тени в их семье. Имя, которое произносили редко. Но когда оно всё-таки звучало в доме становилось холоднее. Она не спрашивала. Просто согласилась. Потому что… иногда ей казалось, что тьма в городе стала слишком близкой. Саша поехала сама. Никто её не заставлял. Никто и не удерживал. «Хоть немного побуду там, где меня не игнорируют», сказала она утром. Смешливо, будто шутит. Но Рита знала, что в её словах нет ни грамма шутки. Автобус замедлился. Дорога стала узкой, словно вела в другое, отдельное от мира место. Туман густел. Белый, плотный, он порой скрывал всё за окном. Рита почувствовала неприятный холод на шее, будто кто-то стоит за спиной и тихо дышит. Она обернулась. Никого. Саша тоже оглянулась. - Тебе показалось? - - Наверное… - Но уверенности не было. Наконец автобус остановился. Двери открылись со скрипом. Воздух снаружи был влажным и пах чем-то сырым, старым как старый потолок, который промокает во время дождя. - Это наша остоновка? - спросила Саша, поднимая сумку. - Да… - Рита вышла первой, ступив на холодную землю которую укутал снег, словно хотел спрятать её ото всех. Они оказались на небольшой остановке — деревянный столб с облупившимся расписанием, покосившаяся скамейка, и дорога, уходящая куда-то в белое марево. Автобус сразу же уехал, словно спешил отсюда выбраться. И когда его задние огни исчезли, вокруг воцарилась тишина. Настоящая. Глухая. Будто деревня сама задержала дыхание, наблюдая за ними. Саша обернулась. - И где тут люди? Или в этой дыре все прячутся по домам? - Рита хотела сказать, что просто рано, но не успела. Туман медленно расступился, и впереди показалась просёлочная дорога. А возле неё силуэт старой и высокой женщины, стоящей неподвижно, словно ждущей их. На ней был длинный тёмный плащ, а в руках плетёная корзина. Саша вздрогнула. - Это что, твоя бабка? - Рита кивнула, чувствуя, как внутри что-то холодеет. Серафима не подходила ближе. Она стояла в нескольких метрах, будто прислушиваясь к чему-то, что не слышали другие. Когда Рита с Сашей подошли, Серафима наконец подняла голову. Её глаза показались почти светлыми в тумане. - Пришли, - сказала она тихо, так, будто говорила не им, а самому туману. - Ну что ж… время есть. Пока что. Она повернулась и пошла по дороге, не оборачиваясь. Девочки тревожно переглянулись. - Что значит «пока что»? - прошептала Саша. Рита не знала. Но сердце пропустило удар. Они последовали за старухой. Туман закрыл дорогу позади них, будто отрезая путь назад. И деревня встретила их тишиной, которая была слишком живой, чтобы казаться просто тишиной.