Часть 3, в которой Заноза хвастается своим сокровищем

Коа успел только мельком рассмотреть нечто, издалека напоминающее компас, когда во входную дверь требовательно постучали. Он успел закончить вовремя. Полностью пропуская болтовню Занозы мимо ушей, Коа уложил тело пикси в маленький прямоугольный гроб, выложенный изнутри гофрированной зелёной бумагой — словно жутковатый подарок упаковал, но всё исключительно по традициям. Затем одной рукой сгрёб мелкую гоблинку за шкирку, сунул в свободный гроб и накрыл крышкой, предусмотрительно оставив щель, но для надежности придавив другим гробом, потяжелее. — И чтобы ни звука, — вполголоса сообщил он в щель. В ответ раздалось только мрачное сопение. Похоже, затихнуть по необходимости Заноза всё же умела. Подхватив гроб с телом пикси — никаких следов посмертных манипуляций, идеально чистая работа — Коа поспешил навстречу безутешному рою. Когда он вернулся, в кабинете по-прежнему стояла звенящая тишина. Он даже перепроверил, действительно ли оставил Занозе доступ воздуха, как будто сейчас это ещё могло что-то изменить. Затем снял верхний гроб, приподнял крышку… — …а они меня не видели, потому что я отлично умею прятаться, а они глупые дураки! — затараторила Заноза, явно продолжая с того же момента, на котором замолчала полчаса назад. — Так что я отсиделась в этой дырке, а когда они ушли — побежала дальше и..! — Стоп, — скомандовал Коа. Он опёрся о край секционного стола и скрестил руки на груди, со стороны наблюдая за Занозой. Надо было с ней что-то делать. Самое простое решение заткнуть малявку раз и навсегда настойчиво стучалось в мозг, разгоняло по венам кровь, отдавалось дрожью в пальцах — и оставалось совершенно невозможным для Коа. Работа с уже готовым материалом — сколько угодно, хладнокровно создавать трупы своими руками — увольте. — Давай ещё раз проясним с самого начала, — спокойно проговорил он, не обращая внимания на возмущение Занозы, которой не дали закончить свой рассказ. — Тебя преследует городская стража, потому что у тебя есть та блестящая штука. И теперь ты шантажом пытаешься выпросить у меня помощь. Какую? — Помоги мне покинуть город, — быстро проговорила Заноза. — Так, чтобы меня не поймали. Такой здоровяк, как ты, наверняка меня может просто в кармане вынести! Никто ничего не заподозрит, потому что они все… Дураки глупые. Это Коа уже усвоил из долгого рассказа. С карманом Заноза, конечно, преувеличивала, но в рабочий саквояж Коа наверняка бы поместилась. И по размышлении это даже казалось ему не самым худшим вариантом — выставить её прочь, чтобы не лезла в его дела, и навсегда выкинуть из головы это нелепое утро. Осталось лишь прояснить кое-какие детали, чтобы оценить степень риска. — И последнее, — попросил Коа, — что за блестящая штука и почему за тобой гонятся? — Потому что раньше эта штука была не моя, а теперь моя! — радостно осклабилась Заноза, с любовью глядя на золотистый компас в своей руке. — И это не штука, это Указатель! Она приведёт меня к сокровищам ящеролюдов! Они пока что не мои, а станут тоже мои! — Ясно, — подытожил Коа. Он слышал об Указателе — а кто не слышал! Искусный магомеханизм действительно указывал дорогу к легендарному сокровищу, но хранился в надёжном и хорошо охраняемом месте, потому что все, кто пытался найти это сокровище, заканчивали обычно плохо. Настолько плохо, что с их телами даже Коа бы вряд ли смог поработать. Чем скорее эта штука вместе со своей новой обладательницей окажется как можно дальше от его дома, тем будет лучше для всех. Спрашивать у Занозы, в курсе ли она этих незначительных подробностей из истории Указателя, Коа не видел никакого интереса. — Хорошо, — вместо этого ответил он. — Когда стемнеет, посажу тебя в сумку и вынесу за городские ворота. Дальше делай, что хочешь, но, если попытаешься вернуться и шантажировать меня во второй раз — разговор будет другим. — Гоблины честные ребята! — Заноза согнула пальцы в кулак, оставив торчать мизинец, изобразив, видимо, какой-то гоблинский жест. — Услуга с тебя — услуга с меня! Всё по договору. У Коа было своё мнение на этот счёт, но он решил промолчать. Заноза помялась с ноги на ногу и невинно поинтересовалась: — А поесть у тебя есть? До ночи долго сидеть, а есть очень хочется. — Разве это не вторая услуга? — уточнил Коа. — Это гос-те-при-имство! — старательно выговорила Заноза. — Я знаю, у людей так называется! Коа не удержал лёгкого смешка. У него не было ничего, кроме бутербродов с грустничным джемом, но уж этого точно было не жаль — да и сколько сможет съесть эта мелочь? Он почти согласился, однако его порыв гос-те-при-имства был грубо прерван крохотным мышеворобьиным грифончиком, с противным писком ворвавшимся в кабинет сквозь приоткрытую дверь. Уронив записку на стол рядом с Коа, посыльный так же стремительно умчался прочь.