Эра Мудрецов и Бомбогенезис

       — Сомсноса? — задаётся вопросом Понгорма, сжав в руке вещь, которую он так усердно прятал, после того «счастливого» поражения: хотя они и проиграли Гибби, Понгорма очнулся в Загробном мире с той самой вещью, которую когда-то утратил давным-давно. — Фух, ну и сквозняк тут, не думаешь спуститься вниз? — Декрес, дружески пихнула локтем Понгорму. — Нет, пожалуй, нет… — Понгорма покачал головой, в душе немного омрачившись: он ошибся. — После прилёта на ранчо ты ни разу не спускался вниз даже пропустить стаканчик воды из кулера. Всё в порядке? — Нет, не пойми неправильно. Я просто задумался… — Понгорма не хотел спускаться вниз. Там была Сомсноса. Он всё ещё был не готов встретиться с ней один на один и поговорить о чём-либо в принципе. — О чём ты задумался? — Мы летим на дирижабль мудрецов. Немного волнительно, особенно если знать, что они обладают знанием о самом мощном и разрушительном жесте… — Откуда ты знаешь про этих мудрецов? — Эра мудрецов упоминалась в самой старой книге. –В книге? — Наверное, трудно это назвать книгой, это скорее памятник прошлого из разных обрывков страниц на древнем языке Земли. С тех времён, когда ещё не существовали Луна и Лунное королевство.       В огромной библиотеке, находившейся в распоряжении королевской семьи, были собраны разные книги. Самая старая из них, в которой как раз была описана «Эра мудрецов», была прямиком с Земли. По крайней мере она описывает ту самую «древнюю» Землю, когда Лунное королевство только зарождалось на Луне.       В той книге говорилось, что когда-то Земля была населена разумными существами. Исход из рисунков в книге, они вполне походили на нас.       Мудрецы создали телевизоры и другие вещи с экраном, чтобы вложить в них свои знания и передавать их другим. Это было вполне удобно: телевизоры с антеннами, компьютеры, стаканчики, дома и прочее. Всего было в огромном количестве…       И их становилось всё больше и больше. Мудрецы не могли остановить прогресс, они этого и не желали, они мчались вперёд и вперёд…       На Земле стало тесно, стало не хватать места и материалов, чтобы создавать ещё больше телевизоров, куда мудрецы пытались вложить свои новые знания. В конце концов, Земля была в упадке…       Честно говоря, я уже многое не помню: там было много подробностей. Но я более менее запомнил суть, основное из всей «истории».       Эра мудрецов ознаменовалась не только открытиями, но и появлением «Бомбо-генезиса»:       Когда мудрецы на всей Земле не поделили что-то между собой, они стали использовать друг против друга этот жест. Жест был настолько мощным, что изничтожал и ценные результаты прогресса. Вплоть до них самих…       Наверное с тех древних времён телевизоры стали отшельниками-мудрецами на Земле, которые изредка делятся своими знаниями. Но, скорее всего, это лишь малая часть того, что смогла вообще сохранится после всех событий… Это лишь останки от «Эры мудрецов», что осталась в них.       Все, кто подчинялся мудрецам и их знаниям, стали бежать от их даров, особенно от бомбо-генезиса. Древние жители выглядели иначе, чем жители нынешней Земли, но их лица, судя по бумажным остаткам напоминаний о том прошлом, изображали страх и отчаяние…        Они утратили веру в мудрецов и… Многие стали переселяться и осваивать Луну.       Постепенно про мудрецов забыли. А на Луне уже зарождалась лунная династия… Одним из Первых жителей или правителей правил и был «сильной рукой»… — Смею предположить, что там не пару страниц, а даже больше. Но и ты не такой уж и «книжный червь», чтобы усердно читать что-то подобное, тем более что и доступ был как ты сказал, только для королевских особ… — Да, в этом есть доля правды, но всё сложилось несколько иначе, чем ты предполагаешь. Эта самая старая книга описывала зарождение лунной династии на Луне. Её было необходимо читать ну или «проглядеть» для формальности, чтобы каждый будущий наследник Лунного трона знал своих предшественников, знал их историю, уважал предков. — Ещё одна формальность и традиция? — Можно сказать и так. — Но почему же ты знаком с её содержанием? — Как раз об этом: Гибби, будучи принцем должен был хотя бы проглядывать её пару раз в день. Но ребёнка трудно заставить что-то делать если он не заинтересован и не хочет этого делать. Но я, как рыцарь-телохранитель в его личном распоряжении, по его приказу должен был читать ему понемногу страниц в день: Он сказал, что он не хочет читать, но охотно будет слушать как читаю я. — Трудно представить тирана обычным ребёнком, который просит весьма обыденных вещей. Может еще просил тебя читать ему на ночь?       Понгорма замолк, отведя взгляд куда-то под ноги. — Извини, у меня не было в мыслях насмехаться над кем-то. — Всё в порядке. Просто тогда он казался мне обычным ребенком, а потом он превратился в тирана… Мне до сих пор кажется, что в этом есть часть моей вины, что он всё равно стал жестоким. Может тогда я еще мог повлиять на него? Честно говоря, до сих пор трудно представить, что это всё одна и та же личность, а мне довелось его видеть и в момент грусти и в моменты полной уязвимости… — Если мы встретимся с воскрешённым Гибби, ты всё ещё будешь способен дать ему отпор как и в тот раз на Луне? — Думаю да. Останки Гиббьюлуса — это не сам Гибби и я это понимаю. Это всё чёрная магия культиста Оодезира: он вложил дух мщения и ненависти в разложившуюся плоть и теперь эта «марионетка» хочет навредить всем жителям Земли… — Я говорю не о том… Сможешь ли ты вынести вид той самой «марионетки», которая когда-то было кем-то живым? Мне кажется тебе жаль, что Гибби не дали упокоиться и используют как мощный инструмент для своих безумных и низменных целей. Даже несмотря на всю тиранию Гибби ты не хочешь причинять ему зла после его смерти… — Я бы хотел прекратить его страдания, уничтожив его воскресшие останки… Нельзя тревожить то, что уже мертво… Я хочу всё это прекратить! — А когда всё прекратится, что ты будешь делать? — Продолжу свою службу на Блерола, всё как и до того… А ты? — Ну, наверное, сначала надо победить Гибби. И тогда мне станет ясно, что дальше… — Ты сомневаешься, что получится его одолеть? — Мне кажется, если Гибби исчезнет, я не буду знать, что делать дальше. Ты ведь служил ему и тоже задавался вопросом, что с тобой будет на Луне, если Гибби исчезнет или его убьют? — Ну скорее всего меня бы посадили в темницу. Ну а так… После исчезновения Гибби я наконец обрёл свободу выбора чем заняться. Я долгое время был в чужом подчинении исходя из традиций и образа жизни на Луне. А теперь я могу выбирать кому служить и когда служить… — Изначально твоё предназначение было определено, но ты всё равно нашёл что-то другое… — Декрес, почему у тебя появились сомнения? — Мне кажется это бессмысленным для меня: Гибби не будет, моё предназначение выполнено. Я вернусь к своим недоученным братьям, которые так же имели эту цель. А что потом? Нас готовили к борьбе с Гибби. А когда даже его останков не будет, то и не будет смысла воообще в нашем существовании. — Это имеет смысл для других: они чем-то живут, придумывают для себя цель: Дедусмульн и исследования древних артефактов. Сомсноса и ранчо… Для них это важно, они живут этим… Я живу тем, чтобы сохранять порядок и защищать граждан Нового Мулдула, может и ты откроешь то-то для себя… Просто нужно время… — Я не исследователь, который готов посвящать всего себя на поиски и изучения чего-то, что уже давно стало останками прошлого. Ты знаешь, я живу настоящим. Я не могу придумать что-то новое и внести это в мир. Извлекать выгоду для себя и других постоянно, всё время заниматься управлением, расчётами, вести кого-то к прогрессу. Я не думаю о будущем, точнее я не могу диктовать или вообще предвидеть будущее, строить и создавать это будущее… Не могу и быть на постоянной защите кого-то. Охранять установленные нормы, пытаться сохранить порядок весь остаток жизни…       Я ощущаю, что мой потенциал огромен, но ему отведено слишком короткое время. Страшно осознавать, что всё это направлено лишь на то, чтобы достичь действительно грандиозной цели, но это лишь произойдёт один раз и больше никогда!       Наверное, это вся суть любого «героя»?!.. Понгорма, ты был «героем арены», был одним из «героев», свергнувших тирана… Не знаю, мне нужен совет или напутствие… Другие не смогут мне помочь, не думаю, что им близко то, что мы с тобой обсуждаем… — Просто «быть героем» — это то, что никогда не было мне нужно. Но у меня не было какого-то другого варианта прожить свою жизнь, пока не был свергнут Гибби. Честно говоря «не быть героем» для меня стало чем-то и правда ценным. — Почему же? — Я понимаю, что ты сейчас сомневаешься и колеблешься по поводу предстоящего и потому не хочу говорить того, что хотел на это ответить… — У меня нет других вариантов. Так что… Говори! — Рано или поздно всё забывается и обесценивается. «Герой» прекрасно понимает, что когда-нибудь наступает момент, когда его «жертва или поступок» уходят в безвестность. Это неизбежно. Но сама суть «Героя» в том, что он был в нужное время, чтобы осуществить то, что было необходимо и нужно… — Забавно, тот, кто горит ярче всех, живёт меньше всех… — Ты боишься смерти в этой битве? — Не знаю. Мне нечего терять: у меня лишь чужие воспоминания о союзниках и друзьях когда-то моего отца, у меня нет ничего своего. Мои братья — это лишь очередные проекты, просто не реализованные до конца. Мне некого защищать, как тебе… — Жители Нового Мулдула? — Я не только о них, ты знаешь… — Декрес позволяет себе слабо усмехнуться, глядя на то, как у Понгормы на секунду снова дыбом встала шерсть. — У меня нет какого-либо полезного занятия, как у Сомсносы. И у меня нет хобби и интереса, как у Дедусмульн. Страшно, что будет больно, когда разом сойдёт вся плоть с костей… Но если у меня и правда не получится после этого вернуться в Загробный мир… Что ж, никто от этого ничего не потеряет…       Появляюсь из ниоткуда, полная уверенности, что всё должно получиться и произойти. Созываю тех, кто когда-то был другом или союзником моего отца. У меня ведь на самом деле вообще не было жизни! Мы, наверное, в этом похожи с тобой, Понгорма. Только у тебя всё же появилась возможность что-то осмыслить, что-то обрести…       Знаешь, если бы не Сомсноса, то, наверное, твоя жизнь не сложилась бы так, как сейчас. Ты ведь принял решение ещё тогда, когда её впервые увидел?!       Я до сих пор задаюсь вопросом: «Кто я?». Я даже задала этот вопрос тому, кто меня создал, — Большому Уэйну. Он сказал мне, что я найду ответ на свой вопрос во время своей миссии…       Меня часто гложет воспоминание Уэйна о том, как была уничтожена Луна: Он задумался о том, что тоже самое когда-то случится и с Землёй. И у него был страх и волнение за эту планету, только потому, что он достаточно прожил на ней со своим отцом, потом прожил на ней вместе с Сомсносой и Дедусмульн. У всех есть какая-то связь, привязанность хотя бы к чему-то. Даже Дедусмульн нового поколения привязан к артефактам, которые скрыты в недрах этого мира…       Я жалею о том, что я есть…       Взгляд Декрес наконец пытается встретиться взглядом с Понгормой, но шлем гладиатора защищает от всего, даже от зрительного контакта. Всё что могла созерцать Декрес в ответ, — это холодный и безучастный металлический отблеск доспеха. — У меня был период, когда я так же думал про себя, но… Тебе и правда просто нужно время, Декрес: Может не во время миссии а после, а может гораздо позже, но… Тебе и правда станет ясно «для чего» стоит «остаться»… — Понгорма верил в то, что говорил, потому что судил по себе и своему опыту. Но в отношении Декрес он уже не знал что сказать: он уже сказал правду о судьбе и смысле «героев», а говорить что-то приободряющее казалось отчаянной ложью, чтобы не испортить их предстоящую последнюю попытку противостоять Гибби.       И сейчас, сжимая в руке спрятанный джорт, Понгорма стал понимать, что каждый из них в команде просто хочет защитить свой интерес, каким бы глупым и странным он бы ни был. Они объединены мыслью об устранении того, кто угрожает конкретно их благу: они вместе, но разъединены. И Понгорма прекрасно понимает, что до судьбы другого, помимо самих себя каждому из них на самом деле всё равно, либо не имеет первостепенного значения. И самое ироничное и горькое здесь то, что до судьбы Декрес абсолютно никому из них нет дела, даже ему самому. «Герой"-инструмент, «Избранный», чтобы победить злодея… Кем ещё является Декрес для них сейчас?       С Уэйном всё было иначе, ведь он чего-то хотел и для себя, как и другие, у него не было чувства долга, он объединил своих друзей, потому что он этого хотел и остальные тоже. Просто так совпало. Не было пророчеств и предназначений…       Понгорма и сам думал когда-то, присоединившись к ним тогда против Гибби, что его также рассматривают как дополнительную силу, чтобы противостоять правителю Луны. Но отношение Сомсносы заставило почувствовать себя кем-то ещё, помимо «временного союзника»… — Пора подготовить корабль к стыковке с дирижаблем… — устремив взгляд в пустоту тёмного неба, где стали виднеться очертания крупного дирижабля, почти что беззвучным голосом отозвалась Декрес.