Глава двадцать четвёртая. «Волчица, что вновь одинока»

      Тириону напела на ушко птичка (суровая и ехидная такая, по имени Бронн, которую он отправил повыведать реакцию на свои донесения), что милая девушка-паж Аррен зашла к отцу, а свет в кабинете так и не был потушен, так что мужчина имел некоторую надежду застать эту дикую волчицу где-нибудь на выходе. Конечно, шанс был мал, однако кое-что хотелось узнать и проверить.       И девушка его не разочаровала: спустя полчаса ожидания дверь без скрипа открылась, и на пороге появилась Аррен с какими-то продолговатыми вещами, завёрнутыми в покрывало. Сперва карлик, с привычным расслабленным видом оскалившись, собирался начать с какой-то шутки про ночные поручения, но, приглядевшись, замер: на лице девушки — красные пятна, глаза влажные. - Как я понимаю, мой дорогой отец сделал какую-то огромную глупость, - медленно выступая из тени, тихо начал Тирион.       Девушка резко развернулась, лицо на какое-то короткое мгновение стало холодно-мрачным, но, заметив, кто с ней заговорил, она чуть расслабилась. «Странная реакция. Дикий зверь. Или будто боец на войне...» - пронеслась быстрая мысль в голове Беса. - Ума не приложу, как Вы можете иметь такой успех у женщин, имея такую дрянную привычку появляться из ниоткуда. - Вы удивитесь, моя милая сестрица, что делают отцовские деньги с женщинами менее принципиальными, чем Вы. Что он такого натворил? - Ничего. Я же женщина, забыли? Сама придумала, сама расстроилась, - ядовито фыркнула паж, тряхнув головой.       Тирион невольно подметил, что Ланн в более свободной, не скрывающей женственность фигуры одежде. И что за дурацкое упоминание её пола?.. Отец что... О. В разуме мелькнула догадка. Влюблённая в отца девушка, в данный момент акцентирующая внимание на собственной женственности. А старый лев — явно не в духе после его доклада. И судя по её реакции... - Вы имеете весьма удивительную способность всегда оказываться рядом с ним в моменты его слабости, - со вполне искренним сочувствием заметил Бес.       Аррен оторвалась от видов ночного города, видного за бойницей, и обернулась, со странным видом сощурившись. Некоторое время она пристально смотрела на собеседника. Юлить она не стала. - Да, вот только какой в этом смысл, если я ими даже воспользоваться не могу... Было б проще, если бы я была мужчиной, а он... - Отец был бы некрасивой старухой, - поморщился карлик, параллельно мысленно замечая, что первое его предположение было неверным: кажется, дело совсем не в реакции отца, как в тот раз, а в самой девушке... интересно, но не то, на что он рассчитывал.       Собеседница тем временем всё же слабо усмехнулась, хотя явно всё ещё была во власти мрачных размышлений. - Молодой волк и старуха-львица — омерзительно, - продолжал Полумуж, хотя в разуме были совсем иные мысли. - А вот юная волчица и старый лев... что-то балладное в этом есть.       Аррен на секунду коротко покосилась на него, потом снова отвернулась. Всякая грусть медленно ушла с её лица, уступив место мрачной задумчивости. - Что за дурацкая привычка — львы, волки, розы... Словно попала в какое-то примитивное племя с поклонением тотемным животным. Меня окончательно утомила столица... - пробормотала себе под нос паж, после чего резко обернулась: раздражённая и от того по-своему неожиданно красивая. - Итак, а Вы тут что вынюхиваете? Хотите потешить Ваш ум очередной моей жалобой? Или мыслями любимого папеньки интересуетесь?       «Кажется, между ней и отцом произошло что-то очень серьёзное: вид у этой волчицы такой, словно ей всё тут осточертело до не могу», - подумал Тирион, стараясь как можно более мягко улыбаться. - Моя милая племянница, сестрица или будущая мачеха, я беспокоюсь. - За свою шкуру? - Не отрицаю, - разведя руками, отвечал невозмутимо Ланнистер. - Но и за ваши с нашим дорогим десницей тоже.       Ланн с кривой ухмылкой тихо хмыкнула. - Наверное, прямо есть не можете, как тревожитесь. - Ну-ну, - примирительно поднимая ладони, отвечал Тирион. - Не отыгрывайтесь на мне из-за папеньки: это покажет Вас как плохую мачеху.       Ранее это бы вызвало у девушки хотя бы тень улыбки, но сейчас она лишь поморщилась и отвернулась. - Я бы вмиг стала хорошей мачехой, если б сейчас у меня была возможность прогуляться по лесу... - Разве Вы недавно не были на охоте? - Да, но проветрить голову мне нужно сейчас. А учитывая обстановку... - О, - понимающе протянул Полумуж. - Что ж, всегда можно свистнуть, например, Бронна... ну, или кого-то из людей отца — и тогда тебе вполне могут принести какую-нибудь милую безделицу извне, чтобы утешить. Букет цветов, там, или... в твоём случае, какую-нибудь вырезку из убитого оленя.       Аррен сперва явно хотела съязвить, но — едва открыв рот — она вдруг замерла. Взгляд её на миг стал далёким и задумчивым, после чего после короткой заминки обратился на собеседника. И этот огонёк идеи и оценки тому не понравился. С таким же выражением на него смотрел отец, когда собирался скинуть на него какое-то неприятное задание, что в последнее время случалось всё чаще и чаще.       Однако привычного поручения за этим не последовало. Девушка, заглянув куда-то ему за спину, странно оскалилась. - Добрый вечер, дядя Гирн.       Тирион почти физически ощутил сверлящий затылок взгляд. Мужчина обернулся. Позади (как он так бесшумно подкрался?) над ним нависал суровый, мрачный человек в форме. - Лорд Тирион, - тихо протянул отцовский человек. - Гирн, - натянув на губы обаятельную улыбку, вернул приветствие карлик.       Тяжёлый взгляд гвардейца медленно скользнул с собеседника на девушку. - Всё в порядке? - Абсолютно, - улыбнувшись чуть искреннее и более тепло, сказала Аррен.       Полумуж понял, что ему пора покинуть башню. - Что ж, моя дорогая сестра по вере, вынужден Вас покинуть. - Доброй ночи, лорд Тирион, - попрощалась Ланн.       Ланнистер, вернув абсолютно неискреннюю улыбку, поспешил спуститься в тьму лестничного проёма, однако далеко не ушёл, остановившись после пары шагов и прислушавшись. - Моя леди, Вы в порядке? - раздался встревоженный голос Гирна. - Глаза красные. Это он Вас довёл до слёз? - Нет, дядя Гирн, не волнуйся. Просто резко накатило. Теперь я в норме.       «Значит, леди... И, значит, она дорога не только отцу, но и его людям... Что же ты за зверёк, милая?» - подумал, хмурясь, Тирион.

***

      Следующий день для Арьи был весьма продуктивным. Днём пришлось побегать, но зато это должно было дать весьма привлекательные результаты. Сейчас девушка, проигнорировав ужин, валялась на чердаке башни десницы на двух поставленных рядом деревянных ящиках. Она, закрыв глаза, прокручивала сегодняшний разговор с пареньком с кухни.       Её мысль сойтись со слугами возраста, якобы того же, что и её альтер-эго пажа, в итоге сыграла ей на руку. Раскрутить на помощь парнишку было легко: спасибо карманным деньгам от папы Тайвина и её предварительной работе по внедрению. Стоило только, морщась и как можно беспечнее жуя яблоко, упомянуть, что "ему" дали задание выкинуть в лесу пару железок, а проходить бесконечные кордоны безумно лень, мальчик, который должен был поехать за припасами в деревню за крепостной стеной, вызвался помочь за пару звонких монет, даже не задавая вопросов, зачем их выкидывать именно в леске.       «Если он не сдержит обещания, пусть я и намекнула, что с него в случае чего спрошу... Что ж, будем надеяться, выбросит хотя бы в городе... главное, не в замке», - размышляла Арья. Потом обернулась на окно. Солнце клонилось к земле. «Он уже должен был выехать за ворота... Так... Теперь главное — не умереть в процессе случайно», - подумав так, Старк закрыла глаза и попыталась снова мысленно обратиться к Нимерии. Рискованно, однако другой возможности подготовить побег северянка не видела.       Дыхание становилось глубже и спокойнее, взгляд мутился... В какой-то момент Арья ощутила траву между пальцами, хвост... и резко распахнула веки уже в теле Нимерии.       Пару минут ушло на попытки свыкнуться с новыми ощущениями. Удивление было будто притуплено... в разуме бродили чужие, животные не-мысли. Зверь ощущал мир по-иному. Некоторое время девушка потратила на то, чтобы научиться формулировать для собеседницы свои желания. Старк не могла управлять движением Нимерии, по крайней мере, пока. Немного обезоруживало присутствие, даже главенство другого, нечеловеческого разума в своём же... Будто в голове звучит незнакомый голос, разговаривающий образами и картинками. Чуть свыкнувшись, нужно было сориентироваться. Как оказалось, умная волчица была недалеко. Смутно понимая звериным чутьём, в какой стороне город, Арья попыталась объяснить Нимерии, что нужно двинуться в ту сторону.       Через пень и колоду, с трудом, но лютоволк всё же понял, в чём дело, и двинулся в нужную сторону. Старк была готова стонать от восторга. Она чувствовала каждую клетку звериного тела, как в шерсти гуляет ветер от быстрого бега, как разлетается комьями земля из-под когтей. Чувства опьяняли и вызывали воспоминания о тех волчьих снах...       Минут тридцать спустя Нимерия вышла к крепостной стене и залегла в засаду. Как оказалось, как раз вовремя. Не прошло и двадцати минут, как за ворота выехала нужная повозка. Заметив знакомое одеяло в руках знакомого мальчишки, сидящего внутри, северянка с удовлетворением поняла, что тот её не обманул... Пока. Будем надеяться, ему дорога его жизнь, и он не заглянет внутрь свёртка. Далее оставалось только тихо следовать за ними и постараться остаться незамеченными.       Удивительно, но паренёк выполнил всё в точности. Отпросился у сопровождающих взрослых, оставил в кустах подальше от дороги свёрток и, даже и не думая попытаться открыть его, покинул место. Некоторое время Нимерия и Арья выжидали, прислушиваясь, однако никто не вернулся и за местом не следил. Девушка подумала, что надо бы поблагодарить мальчика и отдать ему какой-нибудь свой десерт. А Нимерия же тем временем осторожно вышла из своего укрытия, ухватила зубами узелок и направилась к месту своей лёжки. Старк старалась объяснить образными мыслями, что ношу нужно спрятать, пока они не встретятся. Кажется, ей это удалось. Подметив, где обитает волчья подруга, северянка попыталась выразить благодарность и попрощаться. От лютоволчицы полыхнуло какими-то положительными эмоциями, истолковать которые Арья более точно не могла.       Теперь нужно было вернуться в своё тело. Старк сосредоточилась на своих внутренних чувствах, потянулась к далёкому, почти неуловимому ощущению дерева ящика под спиной, тёплого солнца на лице...       Прийти в себя получилось легче, чем в прошлый раз, но чувство всё равно было не из приятных. Веки показались чрезвычайно тяжёлыми. Голова раскалывалась. «Да... Часто пользоваться таким — действительно опасно», - подумала Арья, с тихим стоном дотрагиваясь до виска. - Выглядишь побито, - раздался тихий мужской голос.       Девушка с трудом подняла голову. В дверях стоял мрачно-отстранённый Тайвин. - Всё в порядке? - замечая вялую реакцию, добавил он и, подойдя ближе, быстро дотронулся до чужого лба; прикосновение холодных жёстких подушечек пальцев показалось чрезвычайно кстати. - Жар?       Северянка покачала головой. - Просто сегодня плохо спала.       Ланнистер хмуро сощурил веки, оглядев собеседницу с ног до головы. - Давай вернёмся в кабинет.       Мужчина протянул руку, помогая слабой девушке подняться на ноги. - Стоит быть осторожнее со своим здоровьем, - едва слышно заметил десница.       Арья слабо усмехнулась. Волнуется. Однако... действительно, следует быть осторожнее. Привлекать лишний раз внимание... Девушка с трудом подняла глаза, встречаясь с мрачным и то ли встревоженным, то ли подозрительным взглядом ледяных серых глаз.

***

      Отлежавшись пару часов, Арья почувствовала себя чуть лучше. В кабинете было тихо, но, выйдя из своей каморки, девушка встретилась взглядом с работавшим за столом Тайвином. - Как ты? - Получше. - Что ты натворила, чтобы довести себя до такого состояния? - Просто перегрелась. Не обращайте внимания... теперь уже лучше.       Он только кивнул и вернулся к своему занятию. Старк, оглянувшись, с тихим стоном потянулась, подмечая, что даже удостоилась взгляда (пусть и недолгого) её старика, после чего в гораздо более приподнятом настроении неспешно направилась к своей парте. - Как дела с расследованием? - Есть продвижения, - отвечал уклончиво мужчина.       Арья издала тихое «Угу». Интересно, что там произошло? Наверняка что-то связанное с покойничком. Или с Севером... Иначе старик бы сказал. Надо было вчера допросить Тириона... но она была не в том состоянии, чтобы думать стратегически. - Завтра вечером я буду ждать тебя в кабинете, - вдруг вырвал её совершенно серьёзный голос, - надеюсь, у тебя не было никаких "планов"?       Старк быстро обернулась на него. Хмурый мужчина оторвался от своих дел и смотрел прямо на неё суровым, ледяным взглядом. Кажется, что-то серьёзное. - Я что-то натворила? - неуверенно протянула девушка.       Тайвин покачал головой. - Нет. Но нам нужно будет поговорить.       Уклончиво. Странно. Чего это он? Северянка, подозрительно щурясь, разглядывала такое знакомое лицо напротив. «Он хочет снова говорить о моём отъезде, - поняла она. - Конечно. Пекло, позвал бы замуж — я бы поехала. На пару дней. Но ты ведь на такое не пойдёшь...» Вслух же Арья тихо бросила: - Ладно.

***

      Весь следующий день Арья пребывала в мрачном расположении духа. Впрочем, как и Тайвин. Их хмурая парочка, ввиду произошедших недавно событий, мало кого удивляла (хоть где-то от Джоффри была польза), однако явно привлекала внимание. Конечно, никто не думал приближаться, но юную леди Севера, которая и так была как на иголках, бесили подобные взгляды. Ещё и старик явно размышлял над тем, как исполнить своё обещание об отсылке её в кандалах на Утёс Кастерли... Хоть одна радость: успела передать всё, что удерживало её здесь (кроме самого старого льва, конечно), Нимерии. Девушка пыталась аккуратно выяснить, собирается ли кто-то из Ланнистеров или людей десницы в ближайшее время покидать столицу, но на этом поприще не преуспела.       Вечером Тайвин встретил её, как ни странно, не в официальной одежде, а в полурасстёгнутой свободной рубахе. Конечно, стоящей, наверное, как породистая рабочая лошадь, но тем не менее. Заметив вошедшую, он оторвался от перестановки кубков, невозмутимо-спокойно кивнул на стул напротив: - А, Арья. Проходи.       Старк чуть нахмурилась. Странное начало. Он редко называл её по имени. Но, тем не менее, оставалось только сесть напротив, словно провинившейся ученице перед наставником. - И зачем это? - спросила с подозрением она, кивнув на кувшин с явно не водой внутри. - Будем учиться с тобой пить, - ответил, не моргнув и глазом, Хранитель Запада. - В прошлый раз ни я, ни ты не были особенно успешны в этом деле. - Именно.       Юная волчица закатила глаза, но затем всё же, подхватив серебряную ложку и бросив её в предназначенный ей кубок, протянула мужчине. Ради разнообразия, что тоже было странно, разливал вино он сам. - Вы сегодня галантны. Даже слишком. Что дальше? Предложите мне потренироваться с Вами тет-а-тет на шпагах?       «Ты пытаешься меня задобрить, зачем?» - обоим было понятно истинное значение этих вопросов, оба прекрасно знали итог их беседы, однако оба упрямо играли в эту светскую игру. - Речь совсем не о том. Тебе хватило четверти кубка, разбавленного водой, - игнорируя её слова, спокойно продолжал мужчина. - Ваш сын, значит, тот ещё хитрый жук. - «Хитрый жук»... пожалуй, вполне метко. - И тем не менее...       Ланнистер молча подвинул её кубок. Арья с тихим вздохом приняла его. - Спаиваете молоденьких девушек с явно недобрыми намерениями... - протянула она, лаская пальцем золотой узор ложки. - Я заинтригована.       На каменно-спокойном лице её собеседника не дрогнул ни один мускул. - На тебя плохо влияет столица. - Или конкретно Вы, - не осталась в долгу девушка и криво оскалилась.       Серо-голубые глаза наконец пристально вгляделись в лицо собеседницы. - Желаешь избавиться от моего общества? - Едва ли. Скорее, сменить обстановку. И, судя по всему, именно об этом Вы и хотели со мной поговорить. - Возможно. - Но вместо этого мы сидим и выпиваем. - Судя по всему, - окинув коротким взглядом стол, согласился мужчина.       Арья пристально сощурилась, параллельно прихлёбывая из своей чарки. - Ну — и? - И?       Признаться, в разуме девушки уже начинали танцевать, притопывая и прихлопывая, тараканы: а что ещё делать-то, если им ничего не понятно? - Может быть, я уже под градусом? Или схожу с ума?       Ланнистер с невозмутимейшим видом только продолжал потягивать винцо, не сводя с неё глаз. Старк отвечала тем же, хотя её вид, наверное, был не таким невозмутимым. «Что ты от меня хочешь?..» - рассеянно размышляла она. А потом её вдруг прострелило странное чувство неправильности. Девушка зацепилась за эту ниточку. Что не так? Кажется, в самоощущении. Где именно? Пальцы слушаются не так, как обыкновенно. Мысли текут в том же темпе? Тогда... взгляд скользнул на стол, на кувшин... нет, совершенно обычный. Дальше. Кубок. Там что-то было? Поэтому он разливал сам? Вот бл...       Кажется, на лице Арьи всё отразилось весьма красноречиво, потому что, стоило ей вскочить, как Тайвин оказался рядом с невероятной прыткостью. Завязалась короткая борьба. - Не поеду! - рычала в попытках вырваться юная волчица. - Глупая... девчонка! - судорожно пытаясь удержать собеседницу на месте, возражал мужчина. - Я тебе добра желаю!       Он тряхнул её, резко разворачивая к себе лицом. - Там безопасно! - раздражённо воскликнул он, прерывая попытки вывернуться со стороны Старк. - Вместо того, чтобы в одиночку шляться по всему...       Но тут крайне раздражённая девушка дёрнула его на себя, пытаясь уронить. Однако он, пусть и согнувшись и чуть не нырнув лицом вниз, удержался на ногах. Их лица мелькнули слишком близко, девичьи губы скользнули по покрытой щетиной щеке... И дежурившие снаружи дверей стражники вздрогнули от громкого крика явной боли.       Через пару минут под покровом темноты связанную полубессознательную Арью погрузили в комфортабельную карету в сопровождении стражи. Сопровождавший мрачного лорда Тайвина, чьим взглядом, казалось, можно было убивать и поджигать, нервный Гирн старался не смотреть на активно кровоточащий подбородок старого льва, укус на котором тот зажимал белоснежным платком с какой-то нелепой детской вышивкой. - Неблагодарный зверёныш, - пробормотал себе под нос, скрипя зубами, Ланнистер. - Ещё ведь наверняка попытается снова сбежать!       Гирн в этом не сомневался, но вслух, конечно, ничего не сказал. Тем более, им всем потом ещё досталось, когда десница обнаружил, что из его сундука пропала Игла и подаренный им девушке нож.