Часть 3

Но мои стремления и желания на ситуацию уже не влияли. Когда я вынырнула из пещеры на свет божий, меня уже ждали. Ну не то, чтобы совсем меня они ждали. И очень удивились тому, что я женщина. Это я потом поняла. Сразу как их увидела - я онемела. Стоит толпа человек десять как вкопанная с длинными посохами, длинными белыми бородами и в балахонах а-ля Гендальф и таращится на меня как на привидение. Я не знаю, кого я ожидала увидеть. Кажется, уже смирилась с одиночеством в этом месте и увидеть толпу ролевиков ожидала меньше всего. Не, ну, в крайнем случае, альпинисты или спелеологи. Но эти чудики? Стоим мы все вместе и красноречиво молчим. Потом одни из них начинает экспрессивно махать рукой и вопрошать что-то на непонятном мне языке. - Здравствуйте, говорю. Не подскажете, где я нахожусь? - Ассами мэ паэ. - Простите, не понимаю? - Калео вахдари? - Do you speak English? - Калео вахдари? Ой, я только по-английски могу пару слов сказать, другие иностранные языки вообще никак. Осознав, что взаимопонимание не достигнуто мы замолчали. Я решила попробовать самый простой способ. Приложила ладонь в груди, слегка поклонилась и сказала: - Леся. Тот, с кем мы до этого пытались общаться, повторил мой жест и назвался: - Симеон. Я даже слегка обрадовалась. Имя то вроде славянское. Может сейчас и договоримся. Обвела рукой долину - Это что за место? Оказывается, обрадовалась я рано. Симеон тут же зачастил на своем языке совершенно непонятном для меня даже отдаленно не напоминающем славянский или старославянский. Я же помотала головой и пожала плечами - Не понимаю. Снова молчание. Тут меня опять посетила идея. Стояли мы возле входа в пещеру, трава начинала расти чуть дальше. А здесь была пыль и камни. Расчистив ногами полянку пыли и подобрав маленькую веточку, я взялась за живопись. Сначала нарисовала человечка типа палка-палка-огуречик, потом указала на себя. Типа я это. Потом, как смогла, изобразила вокруг корявое кольцо гор, а за горами нарисовала домик, типа избушки. Толпа старцев с недоумением и сдерживаемым смехом наблюдала за моим рисованием. Потом поднявшись, попыталась пантомимой изобразить, что мне нужно. Поставив два пальца на ладошку, показала шаги, потом на человечка на рисунке и на себя, потом снова шаги и избушку. Некоторые, наблюдая, уже не сдерживались, а улыбались во все 32 зуба. Некоторые продолжали таращиться на меня как на восьмое чудо света. Симеон же приняв какое-то решение, подошел ко мне осторожно взял за локоть и потянул за собой. Видя, что агрессии они не проявляют, я решила, что разумнее пойти с ними. Возможно, они знают выход отсюда проще, чем лезть в горы. Я развернулась к своим вещам, нагрузилась и потопала следом. В душе лелея мысль, что идти недалеко.